Часть 1

Рональд Уизли вышел из камина к встречающим его Гарри и Гермионе. Он не часто бывал в их доме, но в любом случае, обстановка гостиной осталась неизменной. Кресла с узорчатой обивкой, множество полок вдоль стен, наглядно демонстрирующих невообразимо великую любовь Гермионы к книгам. Обменявшись приветствиями, они расселись: гость с одной стороны от невысокого стола, хозяева — с другой. — Значит, ты говоришь, что произошло нечто странное? — начала Гермиона. — Да, очень-очень странное. Сначала я думал, что это проделки Фреда и Джорджа… * * * После окончания борьбы с Тем-Кого-Не-Называют-По-Имени, тройка гриффиндорцев разошлась, сохранив, впрочем, дружеские отношения. Уизли пошел в профессиональный квиддич и организовал шахматный клуб, Грейнджер и Поттер переселились в Лондон и стали частными детективами. Как писал «Ежедневный Пророк», «они найдут что угодно». Возможно, именно популярность была основой успеха, но и талант тоже имелся, так что дела шли неплохо. Несколько дней назад Рон увидел газетное объявление: «Открыта вакансия в Союзе Рыжих. Предлагается жалованье (десять галлеонов) за чисто номинальную работу. Принимаются только рыжие с врожденным цветом, не моложе двадцати и находящиеся в здравом уме. Обращаться к мистеру Дж. Раклету». Чтобы предложить свою кандидатуру, нужно было сначала отправить письмо с колдографией. Фред и Джордж были первыми людьми, подозреваемыми в авторстве этого объявления. Но они находились в другой стране, занимались популяризацией своего магазина шуток. Просто чтобы посмеяться, Рон отправил свое изображение, и не удивился, когда его пригласили для обсуждения. К счастью, к тому времени он уже достаточно хорошо освоил трансгрессию. Мистер Раклет (приветливый человек с непримечательной внешностью, если не считать торчащих во все стороны ярко-рыжих волос) ожидал его в конторе на обычной магловской улице, в комнате, заваленной письмами. Заявил, что не слышал раньше фамилию Уизли, потом тщательно изучил шевелюру Рона и наконец радостно сообщил, что он подходит. — Работа, как и сказано в объявлении, чисто номинальная. Все, что от вас требуется — находиться в конторе с десяти до двенадцати и перекрашивать перья. Оплату будете получать по почте в конце недели. На сей раз Рон был удивлен, ведь это означало, что никто из его родственников не обратился в Союз Рыжих, и что мистер Раклет живет в каком-то другом мире и не читает газет. Но раз уж ему предложили такое выгодное место, он согласился. Каждый день он приходил к той же конторе и в течение двух часов показанным мистером Раклетом заклинанием перекрашивал принадлежности для письма в огненно-рыжий цвет. Прошла неделя, Рон получил причитавшееся, но когда в следующий понедельник снова пришел по знакомому адресу, обнаружил на двери листок бумаги с надписью: «Союз Рыжих распущен». Если говорить честно, то мистеру Уизли довольно-таки надоело сидеть по утрам на месте и махать палочкой. Однако случай был довольно странным, и он рассказал о нем своим друзьям, специализировавшимся на загадках. Похрустев шоколадными лягушками за обсуждением дела, они пришли к нескольким выводам. — Во-первых, это все-таки могут быть незаметно вернувшиеся Джордж и Фред, — сказала Гермиона. — Либо они сговорились с кем-то, кто провернул шутку во время их отсутствия, — заметил Гарри. — Но если это не они, то есть два варианта. Предположим, что это шутка. Нужно отметить одну важную деталь: деньги настоящие? — Я не проверял, — Рон замер и поспешно проглотил угощение. — Но на первый взгляд они не вызывали подозрений. — Значит, как только вернешься, сразу проверь. — Но если это не шутка, то кому-то был нужен или просто человек с рыжими волосами, или именно ты, — сказал Гарри, вертя в руках пресс-папье в виде изящной персидской туфли. — Но почему именно я? Ты имеешь в виду, это мог быть агент квиддичных конкурентов? — После встречи с этим Раклетом ты не чувствовал себя хуже? — встречным вопросом ответил Гарри. — Нет, мне кажется, нет. — А в конце недели? — Все как обычно. — Было ли что-то особенное в перьях, которые ты заколдовывал? — Простые, разных расцветок. — Ты когда-нибудь слышала про Дж. Раклета? — поинтересовался Гарри у Гермионы, оставляя в покое пресс-папье. — Нет, а ты? — Никогда. Как насчет тебя, Рон? — Я знаю только, что раклет — это блюдо, — нашелся Уизли. — Интересно. Очень интересно, — Гермиона взмахнула палочкой и из соседней комнаты вылетела небольшая длинная коробочка. Как только коробочка раскрылась, Рон ощутил сильный запах какао. — Шоколадные сигары, — пояснила Гермиона. — Помогают сосредоточиться, — она откусила краешек волшебного кондитерского изделия и замолчала. Гарри жестом предложил сигару Рону, но тот помотал головой, поскольку опасался, что из-за какой-нибудь внезапной реплики он снова чуть не подавится. Наступила тишина — такая, какая возможно стоит ночью в магазине Фортескью. Поттер сидел неподвижно, закрыв глаза, поставив локти на столик и сплетя пальцы перед носом. Рон пытался дышать как можно тише, разглядывая тома на полках. Гермиона уничтожала сигару в почти видимом глазу облаке шоколадного аромата. Через две сигары она сказала: — Элементарно. Это устроили братья Уизли, остальные версии неправдоподобны. — Я сразу так и подумал! — воскликнул Рон. — Но последнюю, про квиддич, я бы тоже назвал правдоподобной. — А к какому выводу пришел ты? — обратилась Гермиона к Гарри. Поттер открыл глаза, откинулся на спинку кресла, и кивнул: — Согласен, это наиболее вероятное объяснение. Рон уселся поудобнее, готовясь слушать, к чему пришли эти два мыслителя. — Очевидно, что мистер Раклет — маскарад, — начал Гарри. — Также очевидно, что Союз Рыжих — вымысел. Внезапно появившийся и так же внезапно исчезнувший, — продолжила Гермиона. «Жаль», — подумал Рон. — И не вызывает сомнений тот факт, что кроме Уизли придумать такое некому, — заключил Поттер. * * * Рональд Уизли осознал, что все это был сон, только после десяти минут созерцания окна, сквозь которое проникало веселое летнее солнце, делая оранжевые шторы еще ярче. Он поморгал, потянулся и сел. «Наверное, это из-за Гермионы. Она вчера читала детям детективные рассказы, вот мне и привиделось… — подумал Рон. — В следующий раз предложу ей сказки Барда Бидля».