…

Прощаясь, мы пожали друг другу руки и, странно, жест этот оказался куда более нежным и интимным, чем возможные объятия. ©       — …Конечно, нет, это же глупо!       Кэролайн закатила глаза, одной рукой поправила светлые волосы и вышла из машины, оставленной у дома Сальваторе, шагая по направлению к багажнику.       — Бонни, я правда не знаю, — честно призналась она, с сомнением глядя на три ящика с пакетами, полными крови, которые ей — желательно в один заход — нужно было дотащить до дома, — подожди секунду!       Кэролайн зажала телефон между плечом и ухом. Она согнула руки, создавая при этом своеобразные прямые углы, закинула на них один ящик, а два оставшихся обхватила пальцами, параллельно отвечая уехавшей из их города подруге:       — Если честно, отношения - это очень сложно, Бон, — Кэролайн рассмеялась своим же словам, — не верится. У нас куча проблем, а мы разговариваем о парнях. Как будто ничего и не менялось, да?       Она доплелась до крыльца, с трудом преодолела ступени и, справедливо подумав «все свои» постучала в дверь ногой. Прошло двадцать секунд, но дверь так и не открыли:       — Нет, ты представляешь! Этот придурок отправил меня за кровью, потому что Его Величеству, видите ли, лень, а он даже дверь не соизволил открыть!       Кэролайн ударила еще раз, громче и сильнее, и на этот раз дверь широко распахнулась, причем так неожиданно, что она чуть не упала.       — Блондиночка, будешь возмущаться потом, договор? — Деймон даже не посмотрел на нее. Он отошел, пропуская Кэролайн вовнутрь. Она тут же всучила ему ящики с кровью, игнорируя ругань и перехватывая телефон уже нормальным образом.       — Да, он открыл. Бонни, я повторяю, это твой выбор. Он тебе изменял — это отвратительно… ты его любишь, я поняла, но… тогда будь с ним!.. о, боги, Бон, ты серьезно? Ты же вроде хотела с ним…       — Кэролайн… — Елена перегородила ей путь в гостиную, нервно улыбаясь. Она с тревогой посмотрела на подругу и уже хотела что-то сказать, как ее прервал тихий, низкий мужской голос:       — Здравствуй, Кэролайн.       Сердце Кэролайн сделало сальто, потом еще одно, стремительно забилось где-то в районе висков, да так громко, что ей почудилось, что все в гостиной слышали этот ничем нескрытый стук. Прерывистый вздох прервал неловкую тишину. Кэролайн пару раз моргнула, пытаясь убедиться, что то, что она видит, ей не почудилось, и на диване и вправду сидит древний гибрид, а рядом с ним со спокойным, совершенно серьезным лицом сидит Стефан.       Кое-как собрав все мысли и чувства в кучу и запихав что все на время куда-то подальше, Кэролайн выдохнула слабое «я перезвоню, Бон», убрала телефон в карман и, не прерывая зрительного контакта с голубыми глазами, пристально смотрящими на нее с какой-то грустью и нежностью, сделала широкий шаг назад. Ее спина уперлась в грудь Елены, которая со смесью поражения и злости смотрела на Клауса:       — Ты причинил ей вред?       — Я похож на человека, способного причинить ей вред? — голубые глаза раздраженно блеснули.       — Да, — ответила Елена, отводя глаза, — Кэр, что случилось?       — Это… точно ты? — еле как выдавила Кэролайн. Шею свело в приступе фантомной боли, а память услужливо подкинула несколько воспоминаний, причинившими ей столько боли.       — Конечно, — легко кивнул Клаус, дружелюбно улыбаясь. Правда, полная дружелюбия улыбка сменилась выражением растерянного удивления, стоило с губ Кэролайн сорваться приглушенному всхлипу, — что случилось? Милая, что случилось? Скажи мне, кто это сделал, и он умрет.       Кэролайн потерянно усмехнулась и медленно прошла в дивану, опускаясь на подушку между Стефаном и Клаусом. Они переглянулись.       — Ты… он… — она вздрогнула и закусила губу, стараясь не заплакать, — он, то есть ты, то есть Сайлас…       Голубые глаза гибрида потемнели и он стремительно наклонился к девушке. Пальцы крепко сжали ее виски, пока Клаус бесцеремонно рылся в воспоминаниях Кэролайн. Та не сопротивлялась, понимая, что вряд ли сможет сейчас рассказать, что произошло.       — Я записал тебе телефонный звонок, помнишь? Он бы не узнал об этом, — горячо зашептал он, бережно опуская руки, — ни ты, ни я, не виделись с ним. Все хорошо, ладно? Я уничтожу его, клянусь, и ты сможешь спать спокойно.       Кэролайн кивнула, расслабленно улыбнувшись. Теперь, когда кто-то узнал, что ей плохо, дышать сразу стало легче. Клаус, увидев, что ей стало лучше, встал и прочистил горло:       — Вообще, я пришел сюда не для того, чтобы распивать виски со своим старым другом. Я пришел попрощаться, — с удовольствием отметив ошарашенные лица, он продолжил:       — Мы с семьей уезжаем в Новый Орлеан. Елена, — Клаус ухмыльнулся, — мне больше не нужен мешок с кровью, ты свободна…       — Ну, спасибо, — пробормотала она.       — Стефан, мы с тобой уже говорили, — получив в ответ кивок, он произнес:       — Деймон, при всей твоей нелюбви ко мне, мы проводили неплохое время, не так ли?       — Возможно, — не стал спорить Деймон, пожимая плечами.       — Кэролайн, — долгий взгляд сказал больше любых слов. Он стремительно развернулся и направился в сторону выхода.       — Клаус!       Его рука замерла над ручкой двери, так и не схватившись за нее. Клаус обернулся и пристально, с хорошо скрытой надеждой и волнением, посмотрел на мягко улыбающуюся Кэролайн.       — Ты мой друг. А друзья так не прощаются, — твердо сказала она и встала с дивана. Голубые глаза засверкали сильнее, стоило ей заметить тяжелый, грустный взгляд, направленный на нее.       — Я не знаю, как прощаются друзья, дорогая, у меня их нет, — заметил Клаус, с замиранием сердца смотря на идущую девушку.       — Теперь есть. Просто помни, ты не был злодеем в моей истории, — вновь улыбнулась она, остановившись, когда их стало разделять около двадцати сантиметров, — у тебя есть сердце, — Кэролайн протянула руку Клаусу, — у тебя есть душа.       Он опустил подозрительно блестящие глаза и вложил пальцы в её ладонь. Кэролайн прошептала:       — Посмотри на меня, пожалуйста. До скорой встречи, Клаус.       Клаус резко поднял голову. Его глаза лихорадочно забегали по лицу напротив стоящей девушки, пытаясь отыскать намёк на насмешку или ложь.       — Что ты так на меня смотришь? Кто-то обещал мне Рим, Париж и Токио, — очередная улыбка украсила её лицо. Она заметила борьбу на напряженном лице Клауса, потому сказал так тихо, чтобы никто не услышал:       — Слабым быть не страшно, Клаус.       — До встречи, любовь моя, — хитрая усмешка спрятала настоящие чувства, боль и слезы. Он выдернул руку из ее пальцев, — твой номер у меня есть. Жди звонка.       — Буду ждать.       Клаус с усилием положил руку на дверь и, наконец разорвав зрительный контакт, практически выбежал из дома. Кэролайн быстро стёрла маленькую слезу, которая была не к месту, и вздохнула, развернувшись.       — Я старался не дышать, — заявил Деймон так гордо, что она не выдержала и рассмеялась, ощущая вибрацию телефона в кармане.       Позже.       Она посмотрит, что там позже, может, даст волю слезам, потом, ломаясь, предложит встречу.       А потом уже не сможет ни в чем отказать.