Слухи

О слухах в Парфеноне Селина обычно узнавала первой. Работа за стойкой регистрации располагала к этому. За день мимо неё проходили десятки людей: кто-то здоровался, кто-то жаловался на усталость, кто-то сплетничал, а кто-то, сам того не замечая, говорил лишнее. Стоило какой-нибудь истории произойти утром - к вечеру о ней уже знала половина сотрудников. И чаще всего именно Селина могла бы сказать, с кого всё началось. Она любила людей. Любила слушать, любила говорить, радовалась чужим успехам, переживала чужие беды. Такой уж была её натура. Но со временем Селина поняла одну неприятную вещь - не каждую историю хочется знать, а о некоторых из них лучше вовсе не слышать. Как и всегда, Селина пришла раньше большинства сотрудников. Фойе ещё пустовало. За окнами тускло светило заоблачное солнце, и его холодный свет ложился на деревянную стойку регистрации. Девушка сняла пальто, привычным движением положила ключи в ящик стола и медленно опустилась на стул. Работы пока не было. Она подняла взгляд на длинный коридор. Тихо. Именно в такие минуты её чаще всего посещал один и тот же вопрос: — «Что я вообще здесь делаю?..». Она почти ничего не понимала в исследованиях. Не разбиралась в камнях так, как сотрудники лабораторий. Да, работа была спокойной, хорошо оплачиваемой, руководство относилось к ней тепло… Но стоило представить увольнение, как внутри всё сжималось. «Нет…», — она покачала головой, отгоняя образы и страхи прошлого. Селина медленно подняла взгляд. За многочисленными окнами висело тусклое заоблачное солнце, и его бледный свет едва рассеивал полумрак помещения. Девушка прикрыла глаза. Глубокий вдох. Где-то в ушах появился знакомый тихий звон. Она устало сложила руки на стойке и положила на них голову. — «Пока никого нет… можно немного отдохнуть». Сквозь дрёму до неё донеслись знакомые голоса. — «Таня… И Олечка», — Селина узнала их сразу. Она лениво приоткрыла один глаз. Девушки стояли в другом конце фойе и о чём-то разговаривали. Слов было не разобрать… Да и не хотелось. Вместо этого воображение само дорисовало разговор. — Что случилось, Олечка? Почему ты такая счастливая? — спросила Таня. — Мы с подружками сегодня были в пекарне! Там продавался вот тако-о-ой торт! — девочка широко развела руки. — Ого! Действительно большой! — прикрыла она губы рукой. — Неужто купили? — Нет… Денег не хватило. — хоть и без печали на лице, скорее принимая ситуацию, ответила ей Оля. — Думаю, его испекли не в последний раз, так что у вас ещё появится возможность купить его! — подбадривала её девушка. — Правда? …но Таня почему-то молчала. Селина нахмурилась. Она никак не могла придумать, что та ответит дальше. И в этот момент звон в ушах исчез. Голоса стали отчётливыми. — Спасибо, что рассказала, Оля... — напряжённо улыбнулась Татьяна. — Думаешь, с пекарем всё будет в порядке? Его нигде не видно. — Уверена. Кого-кого, а вот Фанмиса таким не пронять. — старалась не подавать виду Таня и после недолгой паузы решилась окончить диалог. — Ну ладно, Олечка, мне пора работать. — Хорошо! До встречи! — попрощалась и тут же исчезала из виду Оля. Татьяна прошла совсем рядом, даже не заметив Селину. Та лишь проводила её взглядом. Что-то в поспешности коллеги показалось ей неправильным. Только теперь услышанные слова по-настоящему дошли до неё. Она замерла. «Откуда?», — Селина повернулась к окнам. Девочка уже скрылась из виду. — «Откуда она могла узнать?». Тяжесть дыхания поднялась с диафрагмы до глотки. «Нет, она ведь даже не работает здесь…», — девушка схватилась за голову, — «И я уверена, что тем вечером её не было в Парфеноне…». Вывод напрашивался один - кто-то ей рассказал. И даже не будучи уверенной, насколько, и, плохо ли это вообще, Селина не могла избавиться от нарастающей тревоги. Селина сидела неподвижно. Она не отрывала взгляд от улицы, на которую смотрела через окно. Не знала о чём думать. О чём именно ей волноваться сейчас. Немного погодя, поставив руки на край стойки, она выпрямилась и еле как нашла пальто, которое уже забыла, куда повесила. «Нужно отыскать её». В это время у своей комнаты, уже взявшись за ручку двери, Таня стояла у прохода. Что-то не позволяло ей опустить эту ручку и войти внутрь. Она ощущала невидимую причастность к ужасной ситуации коллеги и в частности потому, что последний их разговор с Икаром закончился плохо. Тогда Таня была уверена, что поступила правильно. И сейчас она всё ещё так считала, но сказанные им слова никак не переставили звучать в голове. Перед глазами вновь всплыло лицо Оли. «Я слышала, что с Икаром что-то произошло…», рассказывала ей Оля, «Он пострадал от взрыва, да так, что пальцы ему оторвало!». Рассказывала девочка так же буднично, как про новую булочную или найденного котёнка. Глаза её выражали не страх, а скорее восторг, нетерпение рассказать о случившемся. Это напугало Таню сильнее всего. Она не могла и представить, что и как с ним произошло, как и то, с каким спокойствием человек может говорить об этом. — «Она всё-таки ребёнок…», — вздыхала девушка, неосознанно дорисовывая страх на лице Олечки. Таня знала, ни один инструмент или исследуемый материал не представлялся взрывоопасным. «Она соврала?», — подготавливала Таня рабочее пространство. Расстелила ткань, поставила стойку и закрепила камень. Работа руками делала раздумья чуть легче, отвлекала от назойливых мыслей. Отсвет от лампы на гладкой корке бласта, вместе с бликами текущем в нём нотта мерцал в глазах. Было отчётливо видно как он течёт по канальцам внутри. Всё это завораживало, успокаивало. Таня уже давно перестала замечать, насколько это красиво, но сегодня вновь засматривалась на эти мелочи, как когда-то. Красота камней напоминала об экспедициях, на которых девушка не была уже больше недели. После инцидента, она решила какое-то время воздержаться от них. Конечно, ей очень нравилось выходить за пределы Йомы, видеть прекрасные пейзажи, исследовать местность, но с другой стороны, даже в целой группе исследователей, она чувствовала себя одиноко, некомфортно. Много кто в группе был знаком между собой, ходили парами и даже, можно сказать, веселились. Татьяна же ещё никого не нашла за это время. Гера работала на складе, а Эдгар не ходил в экспедиции из собственного нежелания. «Может оно и к лучшему?», — смирилась девушка, — «Работать с камнями также интересно… И к тому же безопаснее». В потоке мыслей, когда Татьяна предавала форму бласту, резак соскользнул и порезал палец. «Ах!», вскрикнула она и схватилась за ладонь. Порез выглядел неглубоким, но кровь быстро растеклась вниз по пальцу. Свет от лампы сверкал в ней. И в ней же Таня могла увидеть себя. В ушах вновь прозвучали слова Оли: «Пальцы ему оторвало… Все в крови было». Она резко отвернулась. «То, что произошло с Икаром…», — то же могло произойти и с Таней. — «Но я ни разу не слышала о подобном». — медленно встала она со стула и начала рыскать в ящиках, в поисках пластыря. Таня знала, что такие случаи точно останутся на слуху, — «Более того, если имеется вероятность пострадать при работе с камнями, она должна быть прописана в документах к работе», — как на инструкциях и договоре к экспедициям. Обмотав палец, девушка заключила, что если кто и может знать об этом - то это Эдгар. … Центральная улица только наполнялась жизнью. Пожилые люди уже сидели на скамейках весело и, порой, громко беседуя. Женщины шли с пакетами в руках из разных магазинов, а дети бегали из двора в двор. Но Оли нигде не было. Девочка давно скрылась из виду, и теперь Селине оставалось лишь обходить места, где та обычно появлялась. «Мне нельзя затягивать с поисками…», — думала она вместе с этим. — «Астер и так жутко недоволен моими пропажами». Ноги сами понесли её к небольшому магазину неподалёку. С привычным звоном колокольчиков над дверью, Селина зашла во внутрь и её тут же обдул тёплый воздух помещения, вместе с запахом специй и других ароматных продуктов. Селина бегло осмотрела всё вокруг. Между рядами. Никого. Она сделала пару шагов вперёд, но вдруг услышала знакомый голос. — Ох, какие люди! Селина повернулась и увидела пожилую женщину, почти скрытую за стеллажами сладостей, что стояли на её столике. — Добрый день, мисс Вилнер! — смутилась девушка, почувствовав свою бестактность. Продавшица привстала, опираясь руками о подлокотники своего старого кресла. — И тебе добрый день, Селина. — медленно, охая, опустилась она обратно. Хоть Селина и знала, как старушка Вилнер любит поболтать, но всё же сразу спросила её. — Извините за такую спешку, но к вам Олечка не заходила? — Разве что часом ранее, чтобы поздороваться со мной. — заулыбалась она. — Такая милая девочка. — Ясно… — задумалась Селина, вспоминая другие возможные места. — Благодарю вас, мисс Вилнер! Тогда пойду дальше её искать. — Что-то случилось? — спросила старушка, успела Селина схватиться за ручку двери. — Нет, ничего такого… — сжала она ручку. — Оля кое-что забыла у нас и, знаете, никогда не скажешь, когда она придёт снова. Селина неуверенно усмехнулась. — Ну… Хорошо если так. — вдумчиво смотрела Вилнер, слегка опустив свои брови. — Всё в порядке, правда! Не переживайте по пустякам, мисс Вилнер. — улыбнулась она продавшице и преклонила немного голову. Старушка медленно и молча кивнула в ответ. Селина вышла на улицу. Колокольчики за её спиной ещё какое-то время тихо звенели. «В магазин она не заходила…», — направила она взор вниз по улице. … Таня отложила последний камень в контейнер, потянула руки и глубоко вздохнула. За окном уже заметно потемнело. Она не сразу поняла, сколько времени прошло, но обед она точно пропустила. Впрочем чувство голода появилось только сейчас. Убирая рабочее место, её взгляд в очередной раз зацепился за камни. Они, аккуратно обработанные, лежали в прозрачном контейнере разливаясь желтым светом. Таня выключила лампу. Свет камней тоже погас. «Взрыв бласта при обработке, значит…», — с этой мыслю девушка подошла к своей книжной полке. Книги тесно стояли на ней, а на них поверх лежали ещё книги. Но полка выдерживала. «Где же она?», — просматривала она названия на боковой стороне. — «Бласт и эрзит…». Пересмотрев ещё раза два, Таня убедилась - руководства здесь нет. Поправив рубашку, она направилась к двери, даже не закончив прибирать стол, — «Видимо, я уже вернула книгу… Нужно посмотреть в архиве». Закрыв за собой комнату, девушка быстрым шагом пошла к лифту. Двери его открылись. Подождав пока выйдут остальные сотрудники, Таня спустилась на этаж ниже и очень скоро оказалась в нужном отделе. Проходясь по рядам, она всё пыталась отыскать книгу, но нигде её не находила и так дошла до стойки. — Здравствуй, Мей. — поздоровалась Таня, завидев макушку копошащейся в ящичках девушки. — Ох, здравствуй, Таня! — привстала и выпрямилась она. Её круглое лицо выдало удивление и радость раньше, чем раскрылись губы. — Неужто ты! Давно тебя не видела! Таня усмехнулась и тоже не сдержала улыбки. — Да, меня какое-то время не было на работе. — Надеюсь, у тебя всё хорошо. — скорее спрашивала Мей. Таня, прикрыв глаза и с небольшим смешком ответила. — Всё в порядке. В ответ Мей тихо улыбнулась. — Поздновато для отчётов. Ты пришла за книгой? — не прогадала девушка. — Да, — нисколько не удивилась Таня, — Я ищу руководство по камням. Работница архива сразу поняла, о какой книге идёт речь. Она открыла большой блокнот и начала быстро проходится глазами по строкам. — Боюсь, что все книги уже разобрали… — виновато подняла она взгляд на коллегу. — Может ты знакома с кем из технологического отдела? Большинство экземпляров у них. — Ох, навряд ли я кого-то знаю, — сжала она ладонь, приподняв к груди. — Может есть кто из исследовательского? Внимательно пересмотрев имена, Мей всё же остановила палец на одной из строк. — И правда есть! Последний кто её взял… Икар Фанмис. Таня отвела плечи назад, а глаза её раскрылись чуть шире. — Он недавно устроился сюда. Высокий такой, широкоплечий и… — Да, знаю… — вздохнула девушка, перебив восторженное описание Мей. — И как назло, его сегодня нет на работе. Проговаривая это, у Тани пробежала дрожь по спине. — М-да… Видимо, остаётся ждать. — с негромким хлопком закрыла она блокнот. — Я дам знать, когда кто-нибудь вернёт книгу. Татьяна опустила плечи и вздохнула, — «Опять Икар…», — Хорошо… Спасибо за помощь, Мей. — Всегда пожалуйста! — помахала она уходящей подруге. Распрощавшись с девушкой, Таня поднялась в фойе, в котором сидели некоторые другие сотрудники, что готовились завершить свой рабочий день. На столиках лежали румяные булочки, обёрнутые в плотный бумажный пакетик. Группа людей о чём-то беззаботно беседовала, прерываясь то на глоток чая, то на кусок булочки, уже пропитав часть помещения запахом выпечки. У Тани тихо заурчало в животе и она почувствовала сильный голод. Рука её поднялась к животу. — «Может в пекарне остались ещё булочки?…». Как раз у пекарни Селина пыталась найти Олю посреди очередей. Это была популярная в Назоме пекарня и сюда приходили люди разных возрастов. К обеденному времени их было особенно много. Сотрудники без устали работали, пытаясь поспеть за заказами - с кухни то и дело выносили подносы с горячей выпечкой, а вслед за ними вырывался горячий воздух, смешанный с запахом корицы и масла. «Столько людей…», — встала девушка у входа и осматривала еле выглядывающие макушки детей. — «Так дело не пойдёт». Селина подошла к кассе, обходя людей в очереди. Дети удивлённо смотрели на неё, а некоторые взрослые бросали недовольные взгляды, но никто её не останавливал. И вот уже подойдя к витринам со стороны, она хотела было окликнуть знакомого, но вдруг услышала грубый голос. — Что за дела, дамочка? — остановил её высокий мужчина. Селина слегка вздрогнула, увидев недовольное лицо. — Ох, извините, пожалуйста. У меня один ма~аленький вопрос к мистеру Беккеру. Мужчина показательно поднял бровь. — И? Ответа на такой специфичный вопрос девушка не нашла и не знала, что ей делать дальше. — «Я не могу простоять всю очередь. Нет!». — Дождитесь очереди и… — Да ладно тебе, Андре! Пропусти даму. — с улыбкой, скрытой за пышными усами, обратился пекарь, прерывая своего знакомого. Мужчина из очереди недовольно вздохнул и сделал шаг в сторону. Селина кивнула Андре и подошла к стойке, всё ещё сжимая руки. — Добрый день, мистер Бэккер. — Селина хотела было поблагодарить его за разрешение недопонимания, но побоялась, что это обидит вспыльчивого покупателя. — Ну здравствуй, Селина! — приподнялись его большие щеки. — Надеюсь, это был не способ обойти очередь? М? — рассмеялся он, но быстро прервался и спросил. — Ну так… Что же ты хотела спросить? Селина показательно улыбнулась, чуть показывая свои губы, хоть и не оценила юмора. — К вам Оля не захаживала? — Олечка? Да… Совсем недавно убежала! — взгляд его насторожился, хоть в голосе Беккер не изменился. Слегка наклонившись к Селине, мужчина спросил шепотом. — Что-то случилось на работе? Веки Селины широко раскрылись. — Я не сильно разобрал её лепет, но не о самых приятных вещах она рассказывала… — пекарь тяжело вздохнул. — Волнуюсь я за девочку… Не нужно ей таких вещей знать. Селина выдержала паузу. — Да… — тихо выдавила девушка. — Но ты не ругай её сильно… Объясни что да как. Уверен, ты найдёшь нужные слова… Селина молчала. — Насчёт меня не волнуйся. Я знаю, что у вас непростая работа. — Беккер озадаченно смотрел на собеседницу. — Ну~у… Такое ведь везде бывает! У нас вон на кухне то руку порежут, то обожгутся! — Не мучай её, Уильям, — ворвался в диалог Андре. — Скажи скорее, куда девочка побежала. Девушка незаметно повернула на него взгляд и наконец опустила плечи. Почесав затылок, пекарь предположил. — Оля скорее всего пошла на площадку. Она всегда покупает с собой две булки, если идёт кормить голубей. — слова эти отозвались теплом на лице мужчины. — Спасибо вам большое, мистер Беккер! — чуть оживилась Селина. — Я пойду поскорее отыщу её. Пекарь тихо кивнул ей, всё ещё попровляя свой воротник. Сделав шаг, Селина повернулась к «грубому мужчине из очереди». — И вам большое спасибо за терпение, Андре. Андре выпрямился и немного выпучил глаза, но, хоть его губы и разомкнулись, он ничего не сказал. Когда девушка подошла к выходу, он тихо обратился к Беккеру. — А что произошло то? Беккер протяжно вздохнул. — Не бери в голову. Ноги сами понесли Селину к детской площадке. Шаг её ускорился, но в голове всё стояло, — «А что в итоге?», — она не знала. Слова Беккера утешали её. На работе всякое бывает - это правда. Однако вопросов стало только больше. Ей позабылась первопричина её тревоги. Слухи? — «Нет, вокруг Парфенона их и так много», — и то верно. Эфта всё ещё пугала людей. Может недовольство Астера? — «Он любит Олю…», — блондин наверняка допускал вероятность такой утечки. — «Совсем незначительной утечки!», — успокаивала себя Селина. Но что же тогда? — Селина? Девушка остановилась прежде, чем разобрала обращение к себе. — Что ты здесь делаешь? — снизу вверх смотрели на неё яркие глаза. Она молча смотрела на круглое, светлое личико, что с ожиданием стояло перед ней. Возле уголка её губ ещё не засохло повидло, а на рубашечки виднелись мелкие крошки. Взгляд девочки медленно переходил с глаз на ресницы, с ресниц на брови, а затем резко возвращался чётко к зрачкам. «Оля…», — что ей сказать? Позади девочки копошились голуби. Они громко ворковали и взмахивали крыльями, вырывая друг у друга кусочки булочки. Со стороны слышался скрип качелей и тихий детский смех. Где-то в конце площадки о чём-то беседовали мамы детишек. Терпение девочки удивляло и несколько настораживало. Губы Селины медленно разомкнулись чуть надрывая засохшую кожу. — Ты кормила голубей? — Да! — воскликнула девочка, как ни в чём не бывало. — Они всегда собираются днём на этой площадке! Сжав свои потрескавшиеся губы, Селина сделала глубокий вдох через нос. Затем, выдохнув, она тихо улыбнулась и положила руку на макушку Олечки. — Не заставляй людей переживать. — медленно потрепала она и без того взъерошенные волосы. Оля лишь хлопала глазами, но и на её круглом личике появилась скромная улыбка. … На центральной улице один за одним зажигались фонари. Вывески некоторых заведений тоже ярко горели. Запах, разносимый ветром был не таким насыщенным. В нём было предчувствие дождя, еле уловимый аромат листьев и пыли, а также яркий запах табачного дыма. Скамейки изрядно опустели. Люди спешно шли вниз по улице, в сторону частных секторов. Кто-то стоял возле кафе и кабаков - они и разносили запах табака. Любимая пекарня ютила у себя лишь пару молодых посетителей. «Вечерние свидания…», — мечтательно взглянула Таня на вазочку с розой, что стояла на уличном столе. Витрины тоже опустели. В корзинках лежали обеденные булочки и слойки, пару сендвичей, упакованных в картонные пакетики и… Большой торт. Он довольно нелепо смотрелся среди остатка выпечки. Украшенный песочным печеньем по бокам, будто в корзине. Начинка, по-видимому, была ягодной, но сверху было не разобрать. Зато украшен маленькими цветами и ягодами. — «Оле бы он понравился». Живот Тани вновь тихо заурчал и она аккуратно положила на него руку. — «Я пока воздержусь от сладкого», — подумала она, чувствуя, как рука легко проваливалась в её мягкий живот. — «И от мучного бы….». С небольшой виной на душе, она всё же купила себе пару сэндвичей и булочку с маком. Выглядели они очень аппетитно. Она скорее направилась обратно. Дневная смена уже закончилась и потому навстречу к ней шагали коллеги, радостные и усталые. Много кто по одиночке, но и парами тоже шли. Парфенон встретил её очень равнодушно. Таня с удивлением осматривала пустующее фойе. «Селины всё ещё нет», — подошла она к стойке. На вешалке не было её пальто, а дверь кабинета была закрыта. Проведя по стойке рукой, Таня сделала пару шагов влево и развернулась, вновь окинув взглядом фойе. — «Какой странный день…». Сердце девушки заныло. Она тяжело вздохнула и сжала пакет в руках, от чего тот тихо зашуршал. В голову лезли многочисленные сцены с коллегами, знакомыми, случайными людьми. Все они были счастливы. «Когда мы виделись с Герой в последний раз?…», — не могла вспомнить Таня. Гера не сильно была озабочена тем, чтобы проводить много времени с подругой. Таня её не винила. — «Она всегда была такой». Уже почти дойдя до своей комнаты, Таня машинально подняла взгляд. Дверь напротив была закрыта. Сделав ещё несколько шагов, она остановилась. Некоторое время, девушка не отводила взгляд от дверной ручки. — «А вдруг…». Рука потянулась вперёд и слегка сжалась. Три глухих стуков об дерево. Тихо. Таня развернулась, но сердце всё никак не переставало колотиться. — «Всё уже позади», — поражалась она себе, стараясь при том успокоиться. Что она собиралась сказать, сделав такой решительный шаг? Ничего. Она положила пакет у двери, засунула ключ в замок и чуть повернула его. Однако скрип открытой двери раздался сзади. — Добрый вечер? — звонко стукнула туфля о пол. Резко вытянув ключ и тут же с лязгом его уронив, Таня подвела руки к груди и обернулась. — Д-добрый вечер, Икар! — выдавила она из себя, даже не посмотрев на высокий силуэт. Глаза её забегали вокруг. Ладони чувствовали как быстро двигается грудная клетка. — Ох… Не совсем! — раздался в ответ смешливый, высокий голос. Подняв глаза, перед ней возник такой же высокий парень, но это был не Икар. На его светлых щеках сверкнули ямочки от приветливой улыбки, а пряди длинных светлых волос слегка качнулись от порыва ветра из комнаты. — Татьяна, верно? — встал он в проёме. Чуть получше рассмотрев незнакомца, девушка вспомнила это улыбчивое лицо: — Астерий?… Это вы?! Перед ней стоял руководитель исследовательского отдела. Но, хоть он и занимал столь важную должность, человек он был крайне компанейским, может, в силу молодого возраста, а может таков был его характер. Встретить его, на удивление, было гораздо спокойнее, чем жителя комнаты, хотя и неожиданно. Он молча смотрел на девушку, дожидаясь её слов. — Извините за странный вопрос, но… — чуть замялась она. — Что вы тут делаете? Астерий же ответил быстро и непринуждённо: — Мне нужно было взять кое-что из комнаты Фанмиса, пока того нет. — и, будто видя напряжение в лице и словах собеседницы, он спросил. — А ты, Татьяна, чего-то хотела от Икара? — Я-я… Просто пришла проведать его. — Таня не врала, но все равно чувствовала скованность. Блондин улыбнулся. Его голубые глаза от этого чуть прикрылись, делая взгляд самодовольным даже больше, чем он был без этого. — Не хотелось бы тебя расстраивать, но его не будет какое-то время. Всматриваясь в темноту, скрытой за приоткрытой дверью, она спросила, стараясь подавить своё волнение: — Вы не знаете почему? Он так внезапно пропал… — всё ещё не могла она забыть разговор с Олей. — С ним всё в порядке? Брови Астера сморщились на долю секунды, но улыбка с его лица никуда не уходила. — Ты так за него волнуешься, Татьяна. — с усмешкой посмотрел он на неё. Он разомкнул губы, в желание ещё что-то сказать, но оставил это при себе. — Он отправился домой. Я разрешил ему взять пару выходных. И стоило Тане услышать это, как её плечи тут же опустились. Она глубоко вздохнула, а рука сама скромно поднялась к груди, будто хватаясь за сердце. Блондина позабавила её неспособность скрыть эмоции. Он с удовольствием наблюдал за этим. Выдержав небольшую паузу, Астер спросил: — Что-то ещё? Татьяна немного растерялась от очередного вопроса и ляпнула первое, что пришло на ум: — Книга по камням! Собеседник, чуть наклоняя в голову, вопросительно посмотрел на неё. — У него в комнате должна была быть книга, которую он взял из архива. — еле как пыталась та сформулировать мысль. Астер повернулся назад и не включая свет осматривал комнату. Пару секунд Таня стояла и слушала стук его туфлей, тихо раздающихся за дверью. В итоге блондин вышел сжимая что-то в опущенной руке. — Пожалуйста. — протянул он книгу. — Вы уверены, что можно? — нерешительно спросила девушка, притом поднеся руку чуть ближе. — Не думаю, что Икар откажет своей дорогой подруге в такой ма~аленькой просьбе. — усмехнулся он и потряс книгой прямо перед ней. Засмущавшись, Таня уже собиралась возразить, но в итоге отвела взгляд и взяла книгу из рук Астера. — Благодарю… — прижала она книгу к груди. Астерий же повернулся спиной и закрыл дверь. Он последний раз взглянул своим хитрым взглядом на девушку и широко улыбнулся, уже не в силах держать губы сомкнутыми. Его белые зубы, среди которых торчали ровные клычки, притягивали взгляд. Парень повернулся спиной и подняв руку с расслабленной ладонью, пошёл в сторону фойе. — Доброй ночи~и! — небольшим эхом разнеслись его слова. Таня, не опуская книгу от груди, тоже подняла одну руку и помахала ему, только без слов. Каблуки его туфель какое-то время стучали вдалеке, но вскоре совсем затихли. Девушка, вырвавшись из мыслей, сразу схватилась за ручку двери, сильнее прижимая книгу. Однако дверь не открылась. Взгляд её упал к полу. — «Точно! Ключ!», — безучастно сверкал он под ногами. Подняв его, он скорее ворвалась в комнату. — «Боже, наконец-то!». Первым же делом Таня приземлилась на кровать, даже не переодевшись. Она подняла книгу над собой и посмотрела на потёртую обложку. Даже страницы её были мягкими и самую малость пожелтели. Стоило ей повернуть книгу страницами вниз, как из них что-то вывалилось - прямо на лицо Тани упал конверт. «Что это?!», — ахнула девушка. Отложив книгу в сторону, она выпрямилась и села на край кровати. Конверт был слегка помят, но всё ещё запечатан. На лицевой его стороне красовалась надпись «Татьяне». «Конверт… Мне?», — слегка сгорбилась она, пытаясь ближе его рассмотреть. Что же это могло быть? Любопытство распирало девушку. «А вдруг речь не обо мне?», — даже если о ней, имеет ли она права открывать его? Таня глотнула воздух. В голове крутились самые различные мысли, нет, плясали, и она не знала, как и куда ей от них деться. Девушка одним рывком встала и положила «соблазн» на стол, чуть ли не швырнула. — «Я не могу! Нет!», — вытерла она вспотевшие ладони о брюки. — «Мне нужно перекусить и выпить чаю… Да!». Она взяла свою кружку с одной из полок шкафчика, насыпала сухих листьев чая и рванула к выходу. Возле двери, правда, она заметила пакет с покупками. «Ой…», — покраснела она и, для начала, занесла пакет. Возле поста Селины, где находился электрочайник, девушка поставила кружку. На удивление, вода в чайнике была горячая, хоть рядом никого и не было. Таня радостно налила кипяток и направилась обратно. И вновь наедине с конвертом. Она сверлила его взглядом, нависнув над ним. Руки её каснулись стола и медленно схватили конверт за края. В комнате было темно. За окном тоже. Только свет настольной лампы светил на и блестел на запотевших руках. «В Парфеноне нет других Татьян!», — решительно разогнула она приклеенный уголок и открыла конверт. Хоть в голове тихо шептались сомнения, Таня достала и развернула исписанный листочек. На плотном листке аккуратно был написан текст, с начала до конца взятый в кавычки: «Наша встреча, уверяю, была совсем не случайна. Иначе как могла ты настолько глубоко засесть в моей памяти? Как могут твои глаза смотреть на меня с мокрых витрин, с поверхности рек и даже с глубины бокала? Я не столь самонадеян, чтобы ждать от тебя таких же ощущений, но надеюсь, что моё любопытство тебе знакомо… Взаимно.» Таня ещё долго смотрела на строчки. Она знала их. Почти наизусть. Сжав листок бумаги, руки опустились на стол. Легонько коснувшись губ пальцами, она почувствовала как горят её щёки. — Эти слова… — почти шептала девушка. — Они из моего любимого романа… КОНЕЦ ПЯТОЙ ЧАСТИ.