Часть 18. Домашние посиделки - это синоним к "допросы в домашнем стиле"

      Вернувшись после плодотворных поисков, Вега заперся у себя в комнате.       Усевшись за стол, Вега сомкнул руки в замок. Голова пухла от мыслей. Он тяжко вздохнул и уставился на Хьюстон, почистил клетку и погладил пернатую подругу. Та вновь уставилась на него своими заумными глазищами.       Он вспомнил слова Гарри о том, что Хагрид при нем посетил еще один сейф, где находился небольшой сверток, относясь как к особому поручения Дамблдора. Почему же этот Фламель доверил другому человеку столь ценный артефакт, что был словно игла Кощея Бессмертного из русских народных сказок? «Допустим, они друзья, учитывая, что оба долгожители, но ведь это все равно мало что доказывает. А еще то ограбление в начале учебного года… Поттер говорил что-то такое», — пробормотал себе под нос Вега.       За неимением каких-либо догадок Вега стал задавать себе вопросы и на них же отвечать.       Что хранилось в банке «Гринготтс»?       Философский камень.       Кто его создатель?       Николас Фламель.       Чем был известен Философский камень?       Превращал любой металл в золото.       А также?       Являлся эликсиром вечной жизни.

      Вега поджал губы, казалось, что он ступал на зыбкую почву, которая грозила утянуть его за собой. Такое ощущение всегда возникало, когда он сталкивался с чем-то неизведанным, а затем начинал копать глубже. Это было столь же интригующе, сколь пугающе. Сродни погружению в воду, пока не осознаешь, что кислорода начинает не хватать, и отчаянно пытаешь выплыть наружу.       Покачав головой, Вега стал выписывать в тетради ответы, которые нашел на вопросы, продолжая в том же духе, пока Анна не позвала его ужинать.

***

      Вега пользовался случаем: днем выполнял уроки, ночью лежал в размышлениях и время от времени выписывал заметки. За день до Рождества они с Анной поехали в Йорк.       Через пять часов они оказались у красивого двухэтажного дома.       Их встретил высокий худой мужчина с рыжевато-каштановыми волосами и голубыми глазами. Стоило мистеру Олкотту увидеть дочку вместе с внуком, как он тут же их крепко обнял по очереди и помог вытащить сумки (чего там только не было: и продукты, и одежда, и напитки!). — Ну, привет, Вега! — хриплым голосом заговорил мужчина, подзывая миссис Олкотт.       Из кухни к ним выбежала невысокая миниатюрная женщина со светлыми волосами и карими глазами. С любовью оглядев и Анну, и Вегу, она тут же начала прижимать второго к себе, приговаривая: как же он вырос, как же похудел, сколько времени они не виделись!.. — Посмотрите только, как ты вытянулся, — не переставала отмечать про себя миссис Олкотт. — Садитесь поскорее. Сейчас будет ужин готов. — А мы тут тортик привезли, — присоединилась Анна, целуя маму. Они разделяли внешность и были до безрассудства похожи.       За столом, как обычно и происходило, было множество обсуждений. У мистера и миссис Олкотт все было хорошо, да только их сосед, сантехник Франклин, что-то в последнее время хворает и жалуется при любой возможности на суставы; цены на продукты и ипотеку вновь повысились и прочее, и прочее. Наконец, дело дошло и до Веги.       Как учеба в новой школе?       Нормально.       Нашел новых друзей?       Нашел парочку таких. Правда, они все время ищут себе приключений на одно место.       Интересны ли новые предметы?       Еще как интересны. Иногда даже прерываются на то, что должно соответствовать их несбыточным стандартам. Но насчет последнего это пока что один преподаватель.       Вопросы чаще всего задавала миссис Олкотт, ее муж лишь изредка спрашивал что-то. Мистер Олкотт был больше увлечен рассматриванием внука. И ведь нельзя было даже понять, знали те о Хогвартсе или наоборот.       Кончилось все тем, что мистер Олкотт в своей ненавязчивой манере предложил Веге приглашать своих друзей на семейные праздники, если те, конечно, не возражали. — Я им передам, — Вега пожал плечами.       После ужина миссис Олкотт не могла перестать смеяться от того, что внук привез с собой сову. От истории о том, как Вега принял Хьюстон за самца, она не могла не позабавиться и начала рассказывать о том, как нужно различать тех и других. В прошлом миссис Олкотт проработала зоологом, так что это была ее сфера. Вега не мог мысленно не застонать.

***

      Следующий день Вега проводит за помощью в приготовлении блюд. Ничего особенного: запеченный гусь с ягодами, ростбиф с овощами, брюссельская капуста, свиные колбаски в тесте, жареный картофель, салаты, шоколадный пудинг и яблочный пирог. — Можешь пока что перемешать тесто, дорогой, это будет очень серьезное задание, — крайне доверительно сообщила ему миссис Олкотт.       Вега слегка скривился; бабушка всегда обращалась с ним как с ребенком. Очевидно, та сумела прочесть его мысли. Может быть, она экстрасенс? Это будет просто трагедия! — Не грузись, милый, это всегда важный этап в кулинарии, — прощебетала она и щипнула мальчика за щеку. — Ай… — рассеянно произнес Вега, потому что, бабушка, я тебе не плюшевая игрушка.       После одиннадцати все уселись за праздничный стол и включили телевизор. Миссис Олкотт сразу же переключила футбольный матч мистера Олкотта на главный канал, по которому королева должна была произнести свою праздничную речь. — Мы должны быть готовы сделать тост, так что не усни на этот раз, Мартин.       Мистер Олкотт что-то невнятно ответил.       И как это часто бывает, он уснул через пять минут.       Вега отпил сок из стакана. Что ж, по крайней мере на этот раз он придумает, как размять спину деду.       В эту же минуту в коридоре послышались какие-то звуки, а затем громкое: «Привет!» Миссис Олкотт вышла из-за стола и сразу же улыбнулась. — О, кто это к нам пришел? — произнесла она.       Дядя Лью крепко обнял миссис Олкотт. — Здрасьте, мам! — проговорил молодой долговязый голубоглазый шатен.       Позади него стояли жена Катрина и трехлетний Джошуа. — Привет, — воскликнул малыш, тотчас пробудив мистера Олкотта.       Миссис Олкотт сразу же заобнимала и зацеловала другого своего внука, Анна сердечно поздоровалась с братом. — Я думала, вас не будет еще пару дней, — проговорила Анна, подавая племяннику яблочный сок.       Лью Олкотт беззаботно отмахнулся рукой.        — Олсону вдруг позвонили из больницы, сказали, жена рожает, вот и распустил всех, умник. — На сколько отпустили? — На неделю. Но ты ведь знаешь этих, — Лью улыбнулся и неожиданно подмигнул Веге.       Юный волшебник моргнул, словно пытаясь понять, правда ли это случилось или нет. Обычно его дядя не пытался вдруг выкидывать что-то подобное, но видимо сегодня и вправду что-то случилось особенное, раз даже одиннадцатилетку включили в такой разговор.       Через десять минут пришли дядя Патрик с женой Клариссой, а также своими детьми Луи, Ширли и Эдмундом. Патрик и Лью были похожи друг на друга, разве что первый был старшим ребенком у мистера и миссис Олкотт. Он и Анна сдержанно поприветствовали друг друга, а старшего племянника Патрик оглядел строгим взглядом. — Здравствуй, Вега, — сказал он, словно не ожидал увидеть мальчика. — Здравствуйте, дядя, — ответил юный волшебник. — Чем занимался в этом году?       Вега уставился на носки своих тапок. Дядя Патрик вечно был таким, всегда при каждой встрече спрашивал, чем он занимался, затем тема приближалась к школе и оценкам. Однажды Вега ответил — еще когда учился в простой школе и до того как получил письмо из Хогвартса — что получил на контрольной «удовлетворительно» по литературе (это было единственной плохой оценкой за все время учебы, но с кем такое не бывает), и тот начал ему говорить, чтобы он учился лучше. Позже Вега спросил Анну, почему тот вечно спрашивал об одном и том же.       Анна ответила на это весьма просто: — Потому что он больше не знает других тем для разговоров.       Так что Веге оставалось лишь смиряться с подобным. Хотя иногда хотелось нарочно перевести русло на дядю Патрика и спросить, чем же он занимался, что называется, хотелось ответить сдачей. Но он заранее знал, что это плохая идея. И, подобно Алисе, никогда не прислушивался к собственным советам.       Мальчик мило улыбнулся. — Разгадывал кроссворды, — промолвил он. — А как у тебя дела?       Дядя Патрик поджал губы, словно был разочарован в отражении собственной атаки. — Кроссворды ничего тебе не дадут. Это не повысит твой интеллект, если ты… — Ради бога, Рик! Давай хотя бы сегодня проведем спокойный вечер, — вмешался дядя Лью. — Пусть малыши не будут чувствовать себя такими разочарованными только из-за твоих чрезвычайно высоких стандартов, ладно?       Было заметно, что дядя Патрик вовсе не желал вслушиваться в слова брата. Но тут его отвлекла жена, которой неожиданно потребовалась помощь с успокаиванием пятилетнего Эдмунда — у того сломался паровозик.       Ладно, подумал Вега, ему помогли отразить атаку. Теперь пора трапезничать.

***

      Они закончили с ужином в три часа ночи. Пока все было помыто, проговорено, время близилось к четырем часам.       Вега, который делил комнату с храпящим Луи на раскладушке и с Джошуа рядом на кровати, неожиданно — ах ты коварное такое словечко — захотел в уборную. Аккуратно пройдя по половицам и тихо прикрыв дверь, он вышел в коридор.       Тишину нарушала суета на кухне. Стало ясно, что моют многочисленные тарелки.       На кухне прозвучал голос дяди Лью: — И ты абсолютно уверена, что этот уб… все еще жив? — Нет, говорю же. Я просто не исключаю возможности, что он жив. — Это была Анна. — Ладно. Представим, что это и вправду так… — Ты мне не веришь? — холодно оборвала Анна.       Лью устало вздохнул. — Сестренка, опять ты меня не слушаешь. Я говорю, что давай представим, что этот выблядок — прости за мой французский — Петтигрю действительно мертв. — И? — Но он не мертв.       Стояла звенящая тишина. — Прости. Итак. Давай сначала. Так вот, если он погнался за этим выблядком, то тому просто надо было… — Пожалуйста, Льюис. Больше ни слова, — умоляюще произнесла Анна. И что-то в ее голосе было не так.       Словно она плакала, пронеслась мысль в голове Веги со скоростью кометы. И он сжал ткань пижамной рубашки.       Пару минут все молчали. — Ты общалась с ним? — Да. К счастью, в Азкабане не настолько заржавели, чтобы не разрешать личные встречи с членами семьи. — Как он? — Час от часу не лучше. Хотя бы кормят, но он утверждает, что лучше бы вовсе не давали. — Голос Анны предательски дрогнул. — О, Лью, мне так страшно… — Тише, Ан. Все будет в порядке, — шепотом пообещал дядя Лью, словно обнимал. — В конце концов, кто лучше жены Сириуса Блэка справится со всем, что стоит на пути…