Часть 4 На задворках Монпарнаса

После окончания университета Ева активно мимикрировала под то, что она собирается работать по специальности экономиста и даже честно пошла на стажировку в банк, где работала бывшая студентка евиной мамы. Естественно, она её не прошла потому, что мысли Евы были о том, как вернуться к Жданову. Прошло два года с тех пор как она ушла с его занятий, за это время его команда набирала известность и популярность в Томске, ни одно яркое городское мероприятие не обходилось без их выступления и повсюду в городе были расклеены объявлении о наборе в его школу танцев. Но после встречи с Ниной Ева четко понимала: ее реализация в танцах произойдет только если она пойдет в школу Андрея Жданова. Но морально она к этому была не готова, помня в каком эмоциональном напряжении она была в первый свой заход в его мир деспотизма и манипуляций. Пару раз они встречались в городе, и Ева ощущала все тот же наэлектризованный воздух между ними и тотальную невозможность сказать что-либо друг другу. Предсказания Нины крутились в голове у Евы, и сама она чувствовала, что нужно это сделать. В тот день стояла приятная осенняя погода. Собрав всю свою волю в кулак, Ева решилась: она пойдет к нему заниматься и мужественно встретить любые его проявления. «Контраст» — так называлась его школа. Помещение в центре города рядом с кофейней Буланжери — место где Ева любила пить кофе и смотреть на улицу. Именно в этой части города было видно здания со времён царской России и дух старинного Томска незримо напоминал о себе. — На какое направление вы хотите ходить? — деловито спросила администратор. — джаз-фанк, — быстро ответила Ева, назвав направление, которое вёл Андрей. Меньше всего ей давался и нравился этот стиль, но играть нужно по его правилам, а первое правило — это показать, что она считает его гением и ее привлекает, то что делает именно он. Увидев Еву, Жданов как обычно молча прошёл мимо быстро кинув на девушку испепеляющий взгляд, но когда он скрылся из поля ее зрения, на его лице появилась улыбка в которой смешивались самодовольство и мечтательность: «сама пришла». Не понятно, по каким причинам через пару недель Ева пропустила кастинг в проект «студент» — специальный класс, программа которого была рассчитана на учебный год, которая готовила участников для выступлений вместе с основным составом. В программу входило несколько направлений танцев и классический танец — практически программа колледжа культуры и искусств. Растерянно глядя на списки зачисленных в Студент, Ева чуть не плакала. Она действительно неправильно запомнила, когда будет кастинг. Жданов увидел её, и на его лице возникла радость смешанная с беспокойством: он подумал, что Ева передумала заниматься опять, а теперь выслушивая её объяснения он, взяв себя в руки, принял снисходительную позу и строго сказал: — Мы для вас сделаем исключение и зачислим в проект «Студент», потому что я знаю ваш уровень подготовки. Его речь вызвала волну удивления и скрытого недовольства в аудитории, где собралось порядка 40-50 человек. Половина участников кастинга его не прошли. Некоторые девочки сидели плакали из-за этого. Чтобы показать, что Ева не пользуется никакими привилегиями, через пару дней Жданов привёл ещё одну девушку, которую зачислили без кастинга. Начался период обучения. — ты не дееспособна, — сухо сказала Марина дочери, когда они пили чай. — вместо того чтобы найти работу ты ходишь на танцы свои. Платить за обучение чем будешь? Я денег не дам больше, большая уже, образование получила, я как мать сделала все что могла, содержать тебя не собираюсь Ева промолчала, понимая, что мама во многом права. Но перестать двигаться к своей мечте танцевать она не могла. Ева зарегистрировалась в центре занятости чтобы получать пособие по безработице и оплачивать абонемент за обучение в «контрасте». Спустя месяц мать спросила её: — тебе нужны какие-то чёрные штаны? — мне нужны чёрные лосины для класса «Студент». Без них нам сказали не пустят больше в класс. А почему ты спрашиваешь? — вчера мне приснилась бабушка Ева, твоя пробабушка, сказала мне «дай мне чёрные штаны, которые вы там носите», я рассказала о своём сне на работе и мне сказали, что это значит, что то, что просит покойный нужно кому-то из близких. Твою прихоть танцевать крышуют даже с того света, — недовольно буркнула Марина и дала Еве денег на покупку лосин для танцев. Ева не пропускала занятия, но два стиля ей давались с трудом: это стиль самого Андрея и его помощника Романа Малиновского. Поговаривали, что они состоят в любовной связи, и Ева ощущала ревность со стороны Романа. О был стратегом и прекрасно контролировал свои эмоции, несмотря на внешне демонстрируемую несдержанность и эмоциональность. Понимая, что Ева на особом счету у его шефа-любовника, он внешне общался с ней так же, как и с другими учениками и даже иногда делал вид что проявляет к ней искренний интерес. Смотря на Романа, Ева думала, что если бы он был женщиной, то его техника и чувственность была бы очень похожа на то, что танцует она. Он был такой низкого роста, грациозный и очень гибкий, танец в стиле р-н-би был явно его стихией. Ка-будто в его форме Жданов нашел воплощение того, что его привлекало в ней. Девушка ощущала, что у Андрея есть какая-то тайна, травма, из-за которой, возможно, он не может строить отношения с девушками и делает это с парнями. Вроде Романа. Чем дольше Ева ходила в «Контраст», тем больше убеждалась, что здесь востребованы иные направления танца, чем те которые вдохновляли ее: её пластика, темперамент и чувственность были созданы для джаза, балета, ну максимум Стрип пластики. Даже по энергетике у нее не было резонанса с руководителем «Контраста». Но ее интуиция подсказывала что ей нужно быть рядом со Ждановым, ну и плюс она следовали совету Нины — и шла туда. И совсем скоро это даст свои плоды. Но сейчас она была одной из не самых успешных учениц класса «Студент» и по своему обыкновению, как это было в школе и в универе, с ней никто не общался кроме девушки Светы, а со стороны нескольких девушек она ощущала скрытую агрессию. Позже, когда Ева займется психологией, она поймет, что это отношение к себе она формировала сама по образу и подобию того, как она ощущала себя в отношениях с мамой. Но это будет позже и сейчас ей приходилось просто молча терпеть накаляющуюся обстановку. Были пара девушек, которые демонстративно цыкали и закатывали глаза, когда видели Еву. Всячески показывали ей, что она лишняя в их группе. Ева старалась не обращать внимание, идя к своей цели. Жданов был разочарован в ней как в танцоре и сообщил ей по результатам контрольной точки, что она отчислена. Ева думала о том, что возможно он это сделал, чтоб спровоцировать её на эмоции и в их молчании и взаимном притяжении что-сдвинулось. Но у неё не было ни сил, ни желания что-то ему объяснят, доказывать. То особое пространство между ними, которое было с самой первой встречи их знакомства, сохранялось, но Ева не могла точно определить характер этого притяжения: это точно было не сексуальное притяжение с её стороны, а с его стороны она тоже не ощущала вожделения, скорее как-то, что его притягивают какие-то тонкие энергии в ней проявляющиеся именно через танец, некий мистический ореол, который она сама в себе чувствовала. И Ева точна знала, что если бы Андрей увидел в её исполнении танец, который ей нравится самой, то его отношение к ней как к танцору изменилось бы. Он разрешил ей остаться до его дня рождения, потому что все группы, включая класс «студент», готовили номер для концерта в честь ДР директора " Контраста». И Ева поняла, что это её звёздный час. Их группа решила поставить номер «музей восковых фигур», где каждый исполнял сольную партию по очереди, изображая оживших персонажей в музее. Одна девочка танцевала балет как балерина, другая латину, третья робота и т. Д. Скучая на генеральном прогоне, Ева понимала что никто из них при всей их технике не передает что-то уникальное через танец, никто, как она, не проявляет часть своей души, эти юные девочки ещё юны и не раскрыты, а возможно талант так танцевать есть не у всех. Но Еве было без разницы: она ждала своего часа. В основном составе Жданова были талантливые ребята. Очень талантливые. Гибкая Соня, которая складывалась как пластилин и в ее танце была страсть и импульсивность, солнечный Никита — ее партнер (ходили слухи, что Жданов был в него влюблен, но Никитос был по гетеро части и игнорил Андрея, много лет спустя у него с Полиной родится ребенок), Алекс из Улан-уде очень гибкий и эксцентричный парень, девочки Настя и Рита очень техничные. Все ребята были талантливы и трудолюбивы, но Ева знала, что в них нет той энергии, которая привлекает Жданова в ней. День Х настал. В студии ощущалось волнении, все было украшено праздничными украшениями, шарами, плакатами с поздравлениями. Чувствовалось, что все в студии любят это место и искренне благодарны Андрею Жданову за эти классы и ту атмосферу, которая там витала. Не смотря на его деспотизм и самодурство, он умел делать из людей танцоров. «Вы у меня затанцуете! " Иногда в гневе кричал он, когда ему не нравилось, как ребята работают. Позже у «Контраста» появится слоган «МЫ ВОСПИТЫВАЕМ ЗВЕЗД». У Евы было всего 8 тактов для исполнения её куска «музея восковых фигур». Конечно же она взяла образ танцовщицы " Мулен Руж», и наряд у неё нашелся подходящий: чёрный корсет и чёрная юбка с рюшами с малиновым подкладом. Туфли на шпильке, накладные ресницы, локоны — образ обитательницы Монмартра, кафе на Монпарнасе и музы поэтов из Латинских Кварталов Парижа. С детства Ева любила все французское и когда училась в школе выбрала французский язык, весь класс тогда смеялся, потому что, когда всех спрашивали, какой второй язык выберет ученик из группы английского, все кроме Евы выбрали немецкий. Именно тогда Максим Морозов обратил на неё внимание, его впечатлила индивидуальность Евы и её неординарность, умение выразить своё мнение и умение быть самой собой. «Мы выделим тебе кладовку», — смеялись остальные одноклассники, а для Евы тогда было не понятно, как можно выбрать какой-то другой язык кроме французского. Когда Аля из Канады присылала ей письма, иногда там были вложены её картины, которые она рисовала специально для Евы в знак тёплых дружеских чувств. Одной из таких картин была «мадам Жоли» — зарисовка в стиле Тулуза Ло-трека, художника, который рисовал проституток Мулен Руж и афиши в Париже в конце 19 века. — когда я рисовала серию «Тулуза Ло-трека» — я почем- то вспомнила о тебе и подумала, что ты похожа на девушку из Парижа того времени. Этот фрагмент под песню «Moulin Rouge» В исполнении Кристины Агилеры, Лил Ким и Пинк, Еве пришёл на едином дыхании, почти так же как постановка ainsi soit je Милен Фармер. Во время её танца она была там, в 19 веке среди танцовщиц канкана, поэтов, художников конца 19 века, она была той мадам Жоли или Жанной Авриль, а может, она была Матильдой Кшесинской в которую был влюблен Николай 2 и которая уехала во Францию перед началом революции, или Анной Павловой, от танца которой сходили с ума великие князья царской России и которая умирала в 36 лет в пачке умирающего лебедя, или Полиной Виардо, которую так любил Лев Толстой. Вся эта ёмкость прошла сквозь её танец за эти 8 тактов и опять время остановилось как в Сибирском пабе, и опять она не видела ни чьих глаз, кроме глаз Андрея, она перенесла его туда, в Париж, в то маленькое кафе на Монпарнасе, в ее мир танца и красоты. Андрей. Мой статус директора делал меня обязанным посмотреть все то, что приготовили для меня мои ученики. Как бы скучно мне не было, но я должен выдержать этот марафон похожих друг на друга композиций. Надо поддержать молодые сердца, чтобы не отбить у них желание танцевать. И не отбить постоянных клиентов моей студии. Танец всегда был тем единственным что вносило искру в мою жизнь. Я умею быть солдатом, идти по головам и проглатывать, не жуя всех, кто нужен доя исполнения моих амбиций. Но что-то по-настоящему талантливое все же может меня зацепить. Эта девочка Ева остаётся для меня загадкой. Я не могу выразить ту гамму чувств, которую она у меня вызывает, но не могу также пойти на встречу этим своим ощущениям: я привык что мир крутится вокруг меня (или я прогибаю его под себя), по-другому не будет и точка. Я никогда не буду крутиться вокруг кого бы то ни было. Её номер. Признаться я интуитивно знал что весь этот концерт я выдержал ради её выступления, потому что я чувствовал что проявится то чего я так долго искал, о чем помнили тайные задворки моей памяти прошлых воплощений и то чего я еще не встретил ни в ком из всех с кем когда-либо сотрудничал в танцевальной сфере. Зазвучала музыка Мулен Руж и от первого её движения спиной ко мне по телу пробежали мурашки. Я не сумел вздохнуть, я вообще перестал дышать и соображать, я оказался в другом измерении. Огонь, испепеляющий все на своем пути, который я ощущал в Еве, наконец то проявился, внутри меня ужас сгореть боролся с непреодолимым желанием забрать себе это пламя и поглотить, сделать своим или частью себя. Я, мне, мое. Все самое лучшее должно быть моим. Но она не отдаст. Я это чувствовал, и это злило невероятно. Она выше, где-то в недосягаемой вершине, где Королева лишь снисходит к своим вассалам посылая воздушный поцелуй. Но я сам привык, что я — король и поклоняются мне. Партнерство может быть только мужчиной, женщине я не могу простить великолепие и цельность, независимость от меня, потому что сам боюсь зависимости… Автор. Закончив выступление, Ева застыла, как требовал их сценарий. Следом танцевал основной состав и это оказался единственный номер, который по мнению самой Евы тоже был более менее интересен. — ты видела реакцию Жданова? — Света взяла Еву за руку и вывела из раздевалки в коридор. — нет, а какая реакция была, — Ева прикинулась чайником — он офигел просто. Его лицо было такое, как будто он никогда ничего подобного не видел. — ну посмотрим, так ли это. Если это так — то он меня оставит в классе «Студент» и перестанет цепляться ко мне. И начнет развивать наши отношения, про себя подумала Ева, но вслух не сказала. Ни одна живая душа не знала про то, что происходило между ней и Андреем. Это была великая тайна, которую никто не должен был знать. Ей даже страшно было представить, что будет, если об этом кто-то узнаёт. А почему? Наверное, срабатывает триггер из той истории с Максимом Морозовым, её первой любовью, когда весь мир смеялся над чувствами Евы. Надо сказать, что к тому моменту ее жизни Ева была уже концентрированным сгустком неосознанных не пережитых травм-триггеров, начиная от попытки изнасилования в раннем детстве, непростых отношений с матерью, смерти отца, разлуки с близкими подругами, предательства одной из них и заканчивая очень негативным первым сексуальным опытом в 16 лет (с тем парнем Сашей, которого выхватило ее подсознание чтобы кем-то заменить отвергнувшего ее Макса Морозова). Все это создавала свинцовую тяжесть и емкую плотность, несмотря на хрупкую фигуру и токую чувствительность. У Евы было ощущение что что ее души так и остались в тех моментах ее жизни, и возможно позже она будет ковыряться, разбирать их, пойдет к психологу и вкусно будет смаковать каждый из них, возвращать себе себя и доращивать своего внутреннего ребенка. Но сейчас на это не было ни ресурсов, ни времени и Ева била в одну точку — время танцевать. Спустя год, когда она поступит в колледж культуры и искусств, она подумает, что запрыгнула в последний вагон уходящего поезда. Ей дали шанс. Пусть взаимная любовь с мужчиной ей недоступна. Но Его Величество танец ее любит и Его она заберет себе сколько сможет унести.