Глава тридцать первая – Ошибочная идентификация

      У Гермионы не было настроения смотреть на любимое занятие семьи Уизли — ссоры между собой, поэтому она долго бесцельно бродила по первому этажу, размышляя. Должен же быть какой-то способ выяснить, куда подевались Драко и Гарри. Хотя к этому времени они, возможно, уже закончили свои поиски и возвращались обратно. Она удивленно остановилась, встретив миссис Норрис в пустынном коридоре. Кошка зашипела на нее и громко завыла.       Гермиона быстро огляделась, чувствуя себя виноватой, хотя и не делала ничего плохого. Если миссис Норрис была здесь, значит и Филч должен был прятаться где-то поблизости. Она услышала шорох ткани и побежала по ближайшей лестнице вверх. Перепрыгивая через две ступеньки за раз, поднявшись на пару пролетов она остановилась и перегнулась через перила. Миссис Норрис была видна внизу, она приближалась к первой ступеньке и наблюдала за ней.              — Кто там, миссис Норрис? — услышала она скрипучий голос. — Да, этим летом здесь много тайных «свиданий», не так ли? Но мы будем держать ухо востро, не так ли, миссис Норрис?              Гермиона тихонько отодвинулась от края и продолжила подниматься по лестнице, прижимаясь к стене. Она задумалась, насколько безопасно было в резиденции Ордена, когда Филч шнырял повсюду. Он всегда подчинялся Дамблдору, хотя и неохотно, но кому он был обязан верностью теперь?       Она продолжала подниматься, пока не оказалась на Астрономической башне. Девушка подошла к краю и всмотрелась в горизонт, надеясь увидеть две приближающиеся фигуры на метлах. Голубое небо было пустым во всех направлениях. Она вздохнула.       Внезапно на нее снизошло вдохновение, и она поспешила обратно на первый этаж. Гермиона воспользовалась моментом, чтобы перевести дух и помассировать ноющие ноги. Они не поблагодарили бы ее за то, что она носилась вверх и вниз по лестнице, хотя ей не пришлось бы беспокоиться о том, как влезть в джинсы, по крайней мере, какое-то время. Когда она снова смогла нормально дышать, она поспешила в класс в поисках Флоренца. Она нашла его в переделанном классе, кентавр лежал на траве в окружении цветов в позе для медитации. Она остановилась, не желая прерывать.              — Подойди, Гермиона Грейнджер, — сказал кентавр своим спокойным голосом. — Что тебя беспокоит?              — Мне нужно задать тебе вопрос.              — Я полагаю, не о будущем?              Она чуть не усмехнулась, но вовремя спохватилась. Она ни на йоту не верила в предсказания. Как можно предсказать будущее, если любое случайное решение может изменить исход в любой момент?              — Определенно нет. На самом деле, настоящее. Меня интересуют не предсказания, а ритуалы.              Флоренц кивнул.              — Древнее искусство, но полезное. Ты кого-то ищешь?              — Да. Вы не могли бы мне помочь? Мне просто нужно знать, все ли с ними в порядке.              — Я могу тебе помочь. Нужно будет взять с собой все необходимое. Большую серебряную чашу, наполненную чистой родниковой водой и что-нибудь, принадлежащее данному человеку, желательно что-то личное. Украшение, прядь волос или что-то, с чем он контактировал достаточно часто, чтобы оставить отпечаток своей сущности.              — И это все?              — Метод прост. Достижение цели — нет.              Она кивнула.              — Я скоро вернусь.              Она выбежала и чуть не сбила с ног Тонкс, которая направлялась к входной двери. Она поддержала Гермиону, а затем бросила на нее раздраженный взгляд.              — Угадай, куда я направляюсь? — спросила Тонкс.              Гермиона была загнана в угол.              — Понятия не имею.              — Я иду к главным воротам, чтобы впустить Гарри Поттера, — процедила Тонкс сквозь зубы.              — Оу, — облегчение Гермионы пересилило все возможные чувства вины.              — Да, оу. О чем ты только думаешь, позволяя ему вот так бродить? После всего, что мы сделали, чтобы он был в безопасности?              — Неужели ты думаешь, что я отпустила бы его одного? — огрызнулась Гермиона, уязвленная.              Тонкс смерила ее взглядом.              — Возможно, и нет, но я сомневаюсь, что ты бы его остановила…              Из Большого зала донесся громкий голос, и Тонкс молниеносно метнулась к парадным дверям, увлекая за собой Гермиону.              — Руфус Скримджер здесь. Он хочет знать, где Гарри. Очевидно, он отправился в Лондон, чтобы проведать его, и обнаружил, что Дурсли и Гарри…              — Исчезли.              — Да, — с этими словами Тонкс поспешила вниз по тропинке, и Гермионе пришлось поспешить, чтобы не отстать от нее.              — Потом в больнице Святого Мунго произошел какой-то инцидент, и Перси клянется, что видел Гарри, хотя по какой-то причине он не мог быть в этом уверен… В любом случае, нам нужно немедленно вызвать Гарри. Аберфорт послал Патронуса к Макгонагалл, но она занята тем, что пытается помешать Скримджеру.              — Аберфорт? — имя показалось Гермионе смутно знакомым.              — Аберфорт Дамблдор. Он владелец «Кабаньей головы» в Хогсмиде.              — Брат Дамблдора? — Гермионе потребовалось некоторое время, чтобы переварить эту информацию. — Почему он просто не откроет ворота?              Тонкс усмехнулась.              — Дамблдор настаивал, чтобы Аберфорту никогда не разрешали посещать Хогвартс. Честно говоря, я не уверена, что они хорошо ладили. Аберфорт — в некотором роде белая ворона. Кроме того, из-за его сомнительной клиентуры, он вполне может быть схвачен или подвергнут проклятию Империус. Безопаснее давать ему как можно меньше информации.              Когда они приблизились к воротам, Гермиона увидела высокого мужчину, ожидавшего их вместе с двумя парящими на метлах людьми. Она вздохнула с огромным облегчением.              — Почему бы им просто не перелететь?              — Они не могут. Они бы застряли в воздухе, как мухи на липучке. Никто больше не попадет в Хогвартс без разрешения. Скримджер пришел через каминную сеть.              Гермиона была впечатлена защитой школы, хотя это и представляло определенную проблему, когда дело доходило до проникновения тайком.              — Итак, ты можешь выйти, но не зайти, — прокомментировала она.              — Точно.              Гермиона была уже достаточно близко, чтобы различить серебристые волосы Драко, но, приблизившись, она озадаченно уставилась на него. В нем было что-то странное…       Драко наблюдал, как подошли Тонкс и Гермиона. Аберфорт коротко помахал рукой и направился обратно по дорожке к Хогсмиду. Судя по всему, он был не очень разговорчив даже с другими членами Ордена.       Тонкс посмотрела на Драко сквозь решетку.              — Привет, Гарри, — коротко сказала она и моргнула, глядя на него. Драко усмехнулся, когда она перевела взгляд с него на Гарри.              — Что за…? — выдохнула Гермиона.              Драко спрыгнул с метлы.              — Ну, мы подумали… — начал он, но чья-то рука внезапно обхватила его за горло, когда его схватили сзади. Драко увидел застывшую от шока картину на лицах Гарри, Тонкс и Гермионы, а затем почувствовал знакомое ощущение трансгрессии.       Когда грубая рука отпустила его, он обессиленно рухнул, чувствуя тошноту и головокружение. В ноздри ударил сильный запах темной земли и гниющих листьев, и на мгновение его затошнило. Слишком много перемещений за один день… И ему не следовало пить третий бокал эля…       Он почувствовал на себе чьи-то грубые руки и понял, что его палочку забрали. Магические веревки обвились вокруг его рук и ног. Кто-то хихикнул и отодвинулся. Драко поборол слабость и, моргая, посмотрел на своего похитителя.              — Ого, это было слишком просто, Поттер! Я поймал Гарри Поттера! В одиночку! Давайте посмотрим, как они смеются над Хвостом, давайте просто посмотрим!              Хвост. Драко приподнялся на корточки — со связанными за спиной руками это было непросто — и посмотрел на радостно подпрыгивающего крысоподобного человечка. Он огляделся. Казалось, их окружали деревья и подлесок. Лес. Но какой лес?              — На самом деле, я думаю, они не просто посмеются над тобой, — сухо сказал Драко.              Хвост перестал танцевать и повернулся на звук голоса Драко. Он подбежал к Драко и, схватив его за подбородок своей металлической рукой, сильно сжал. Драко уставился в его недоверчивое лицо.              — Но… Я был там, в «Кабаньей голове»! Я слышал голос Поттера! Я шел за тобой по тропинке, ожидая, когда ты слезешь с проклятой метлы… — Хвост тяжело дышал, и его рука сжалась еще сильнее, чуть не раздавив челюсть Драко. — Зачем ты маскируешься под Поттера? — взревел Хвост.              Драко отпрянул назад, вырываясь из рук Петтигрю. Он осторожно пошевелил ушибленной челюстью. Поттеру повезло, что маленькие крысиные глазки Питера не были слишком острыми ни в мрачной, прокуренной таверне, ни снаружи, на расстоянии.       Хвост снова принялся скакать, но на этот раз в ярости. Он возбужденно потер руки, прижавшись плотью к металлу.              — Что Драко Малфой делает в компании Гарри Поттера, выглядя как Гарри Поттер? — спросил себя Хвост. — О, Темный Лорд наверняка захочет получить ответ на этот вопрос! Я думаю, он все-таки будет доволен Хвостом. И Гарри Поттер находится в Хогвартсе.              Хвост радостно захихикал, и этот раздражающий звук пробрал Драко до костей. Он начал осознавать серьезность своего положения.              — Где мы, черт возьми, находимся? — спросил Драко и заставил себя принять сидячее положение.              — Всему свое время, малыш Малфой, — промурлыкал Хвост. — Скоро мы увидимся с Темным лордом. Очень скоро. Только сначала одно маленькое поручение.              Хвост подошел к краю небольшой поляны и вгляделся в густой лес, словно ожидая кого-то. Драко внимательно огляделся, пытаясь найти какой-нибудь способ сбежать. Его метла лежала неподалеку. Многообещающее зрелище, хотя он и не мог до конца представить, как сможет управлять этой штукой со связанными руками и ногами. Тем не менее, он начал медленно приближаться к ней.       Он задумался, куда подевалась его волшебная палочка, и предположил, что Хвост спрятал ее в грязную черную мантию Пожирателя смерти, которую носил. Драко внезапно пожалел, что положил монету Гермионы в свой сундук в Хогвартсе. Не то чтобы он смог бы сказать ей, где находится… Но, по крайней мере, он не чувствовал бы себя таким одиноким.       Драко Малфой снова был сам по себе. Впервые в жизни эта мысль повергла его в глубокую депрессию.       Черт бы побрал этих гриффиндорцев. Они высасывали из него все Малфоевское.