Красота требует жертв.

- Грейс, привет, - Фиби чуть не повалила меня на пол, налетев на меня с объятиями. - Хэй, спокойно, – я неловко убрала её руки с моих плеч. В ответ она недоуменно подняла бровь и сложила руки крест-накрест. - Может, скажешь, что случилось? - Я… Чёрт, прости. Я совсем забыла, что позвала тебя, - я пыталась найти слова для оправдания, но у меня очень плохо получалось. - В общем, я не одна. Сначала её выражение лица стало немного рассерженным, вскоре оно вообще перестало выражать какие-либо эмоции, а затем… - Я так рада, - сказала Фиби шепотом, чтобы Финн не услышал. – Всё нормально, можем встретиться потом. Только расскажешь мне всё. Она подмигнула мне и собралась уходить, но я остановила её. - Может, хочешь остаться и познакомиться с Финном, - в глубине души я надеялась, что она откажется. - Не стоит, как-нибудь в другой раз, - она слегка улыбнулась. Я закрыла за ней дверь. Я знала, что, хоть Фиби и поддержала меня, она была расстроена и даже немного обижена. Такой она была. Я подумала, что должна буду обязательно извиниться, но потом. Сейчас меня на кухне ждал Финн. Вернувшись на кухню, Финна я не обнаружила. Это было очень странно. Сначала я решила, что он отошёл в туалет, но затем услышала шум на втором этаже. Когда поднялась, поняла, что звук идет из моей комнаты. Зайдя туда, я увидела Финна, собирающего с пола рассыпавшиеся фотографии. - Что ты здесь делаешь? – я совсем не хотела злиться, но ситуация понемногу вынуждала меня это сделать. - Прости, прости, прости, - умоляюще посмотрел на меня Финн. – Я просто искал места, где можно сделать фото, и случайно, совершенно случайно поднялся на второй этаж и именно в твою комнату. А тут на полке, - он указал рукой на рядом стоящий стеллаж, - увидел стопку фотографий. Подумал, что это как раз твои работы, и, в общем, вот… Финн растеряно смотрел на остатки лежавших фотографий. Видя его смущение, я невольно захотела засмеяться. Но из-за того, что это казалось неприличным, просто издала легкий смешок. Хотя, о каком приличии здесь можно было говорить. Я опустилась на колени, чтобы помочь ему собрать фото. Я увидела снимок, на котором была я и милая девушка с темными кудрявыми волосами. - Это моя подруга, Фиби, - я показала Финну фото. – Мы с ней общаемся очень давно, она всегда поддерживает меня и никому не даёт в обиду. - Это она только что приходила? Я не видела смысла врать, поэтому просто кивнула. - Если я нарушил твои планы, я могу уйти, я всё понимаю. - Нет, нет. Всё хорошо. Она просто занесла мне кофту, - на этот раз Финн не заметил подвоха, по крайней мере, так казалось мне. Я не хотела, чтобы он думал, что мешает мне своим присутствием. Все-таки, пригласила-то его я. - А здесь мои родители, - я уже положила в его руки другую фотографию, – сфотографировала их, когда мы ездили в горы. Было безумно холодно, но грех не сфотографироваться на фоне изумительных видов. Финн аккуратно взял фото и начал приглядываться к лицам. - Я давно заметил, что почти все твои черты лица очень напоминают черты твоей мамы. Но теперь я вижу, в кого ты пошла глазами и… улыбкой. Ослепляющей улыбкой. И снова, снова он заставил меня почувствовать краснеющие щёки. Чтобы скрыть это, я показала ему другую фотографию. - А здесь мой дедушка. Снимок я сделала 22 апреля в саду, который они выращивали с бабушкой у дома. А 24 апреля он умер: у него был Альцгеймер, - я затихла. По моей щеке покатилась слеза. – Он не помнил ни меня, ни бабушку, никого. Но он оставался так же добр и отзывчив и даже согласился сделать фото, и… Я начала плакать. Все чаще и чаще по моему лицу скатывались слёзы. Финн моментально пододвинулся ко мне и обнял. Он не говорил ни слова, но я всем телом ощущала его поддержку. То, как он аккуратно гладил мою спину, как прижимал к себе – всё её выражало. Когда я начала успокаиваться, когда пробежала последняя слеза, когда послышался последний всхлип, Финн мягко прошептал: «Он жив, пока ты его помнишь, пока он у тебя в сердце». *** Прошло чуть больше часа после рассказа о дедушке. Я уже забыла о грусти. Теперь я фотографировала Финна, пока он смеялся, в одной руке держа яблоко, а в другой большую декоративную ложку, имитируя скипетр и державу. На его голову была надета маленькая шляпка, сделанная из кожуры апельсина, а сам Финн сидел на стуле, прикрытом красным пледом. - Слушай, ты всё делаешь не так. Отойди немного подальше, а фотоаппарат подними повыше. - Так, кто тут вообще фотограф? - А кто тут царь? - И не поспоришь. - И не надо. Просто фотографируй, - он замер с серьезным видом, подняв подбородок и смотря куда-то за меня. - Ты выглядишь так, будто действительно думаешь, что это фото будет висеть в каждом городе мира с подписью: «Царь мира». - Подожди, то есть ты меня обманула, и так не будет? Я закатила глаза. - Окей, фото готовы. Теперь можем сделать фото с огоньками. - Сжечь меня предлагаешь? Красота требует жертв, и всё такое. - С искусственными огоньками. У меня гирлянда в комнате висит. Хотя твоя идея… - С гирляндой, так с гирляндой. Я улыбнулась и кивнула, и мы пошли по направлению к лестнице. Когда мы зашли в комнату, я сказала ему садиться на кровать. - Зачем это? - Финн с ухмылкой посмотрел прямо мне в глаза и начал медленно подходить ко мне. - Гирлянда над ней. - А, да, - он обернулся, чтобы удостовериться в честности моих слов. После чего он послушно сел на кровать. - Сядь, как тебе удобно. Сейчас будут очень уютные снимки, в домашнем стиле, как ты и хотел. Я выключила свет и оставила только горящую теплым светом гирлянду. Сделав пару фото, я подошла к Финну. - Теперь давай снимем её. Ты бы мог обмотать её, как шарф, а часть взять в руки. Он согласился, и мы аккуратно сняли огоньки со стены. - Это выглядит хуже, чем я ожидала, - я критически посмотрела на «шарф». – Давай снимем с тебя этот ужас. Я приблизилась к нему и начала помогать разматывать гирлянду. Но, когда я подняла голову, я увидела, что наши лица находятся очень близко. Он смотрел мне в глаза. Напряженная пауза. Прошло несколько секунд, прежде чем я осознала, что нужно отодвинуться, и отвернулась, скрывая румянец.