Часть 1

Живи она в Нью-Йорке, ее бы звали Софи, и она снимала бы для инстаграма кружащиеся осенние листья, сидя на подоконнике с чашкой кофе и закутавшись в плед. Но она живет в Копенгагене, где, сидя на подоконнике, можно подхватить обострение цистита, не любит кофе, а пледу предпочитает теплый свитер. В ее инстаграме нет осенних листьев, только острые шпили зданий, похожие на иглы дикобраза, огни гирлянд бара по соседству и снег, много снега, хотя особых чувств к нему она не испытывает, ведь ее имя — не Смилла . Ее зовут Сага. «Сага Норен, полиция Мальмё» , — тут же подхватывают любители скандинавского нуара, вынуждая ее криво улыбаться. Когда слышишь эту шутку в сто тридцать первый раз смеяться хочется все меньше. — Вы, датчане, такие же отбитые, как шведы? Под каждым мостом по половинке трупа? — хихикая, спрашивает ее Вита Острум. Вита приехала по студенческому обмену из Ванкувера, парка Канада Гус ей явно велика, она укутывает Виту с ног до головы, один нос торчит. Чересчур длинный и любопытный, думает Сага. — А вы, канадцы, только блинчики с кленовым сиропом едите и выходите замуж за лесорубов? — огрызается Сага, впрочем, мысленно. Не стоит портить отношения без всякой на то надобности, даже если она и устала от культурных стереотипов. Любопытно, ждет ли Виту в Ванкувере бородатый лесоруб в клетчатой рубашке? Она качает головой и медленно тянет: — У каждого в шкафу есть свои маленькие секреты, если ты понимаешь, о чем я. Вита разражается дробным смехом, напоминающем Саге шорох камешков под ногами, и дальше беседа течет вполне мирно. Дома Сага бросает на пол сумку с книгами, щелкает пультом и устраивается на продавленном диванчике перед телевизором. Тезка Норен смотрит на нее с экрана ничего не выражающим взглядом, пальцы с обкусанными ногтями барабанят по папке с делом о серийном маньяке. Сага кричит: «Эй, Ларс, принеси-ка еще пива», через секунду вспоминая, что рассталась с Ларсом на прошлой неделе. Вот незадача. Ну и ладно, не один — так другой. Немногое, что роднит ее с вымышленной тезкой из полиции — относительная легкость в вопросах секса. Другие бы назвали это беспорядочными половыми связями, возможно, ее психотерапевт попросила бы Сагу проработать эту проблему, но та не считает секс проблемой. Совсем. Вот Гита, ее лучшая подруга, посчитала бы. Гита… Сага застывает посреди комнаты с банкой пива в руке. В памяти всплывают последние посиделки в баре. Гита, взбудораженная рассказом, швыряет на стойку кружку с пивом, капли разлетаются в разные стороны, задевая Сагу. — Он хорош, — тараторит Гита, размахивая руками. — И умен, как Эйнштейн. Вы бы его видели. — Мм, должно быть, тот еще персонаж, — откликается Янни, бросая нежный взгляд на мужа. Персонаж. Каждый из них является персонажем, и одновременно каждый пишет свою собственную историю. Сага делает пометку в блокноте. Мадс Лауритцен, новый начальник Гиты. Время покажет, какую роль ему отвести в этой истории. — Задумала очередной рассказ? — Янни пытается заглянуть Саге через плечо. — Если будешь писать обо мне, то упомяни между делом, что на мне сегодня потрясающее платье. — Его цена и правда потрясает, — встревает Стив и показательно хватается за голову. — Ах ты жмот! — тут же реагирует Янни, награждая мужа шутливым тычком под ребра. — Так о чем твоя новая история? — спохватывается Гита, вопросительно смотря на Сагу. — Что на повестке дня в вашем книжном клубе: секс с пришельцами, пауки-мутанты? Все поворачиваются к ней. — Серийные маньяки, — говорит Сага. — О! — Гита растерянно тянется к кружке с пивом. — Воу. Ничего себе. Хочешь стать вторым Несбё ? — Нет. — Она выдает одну из своих дежурных улыбок. — Первой Сагой. — Первой — не получится, — возражает Стив, — одна уже написана. О нибелунгах . Янни и Гита смеются. Вот же придурок. — Каждой истории требуется переосмысление, — фыркает Сага с уязвленным видом. Она представляет, как нож мягко входит в живот Стива, рассекая ткани. Острие окрашивается в неестественно-красный, словно это и не кровь, а какой-нибудь кетчуп, нашпигованный загустителями. Стив медленно оседает на пол, пытаясь ухватиться за ближайший стул. Поздно, персонаж уже мертв. Звоните коронеру. А еще Саге из полиции в Мальмё. — Эй! — Гита трогает Сагу за руку. — Ты чего подвисла? Еще по пиву или на сегодня хватит? Воспоминание прерывается звонком от курьера. Сегодня у нее на ужин суши. Сага поливает роллы соевым соусом, так похожим на запекшуюся кровь. Или это его кровь была так похожа на соус? Стоит ей закрыть глаза, как перед ней оживают картины прошлого. Он неслышно подкрадывается к ней сзади, но Сага узнает о его присутствии по запаху дыма, отчим был неисправимым курильщиком. Подходит, шепчет в ухо: «Что у нас на ужин, милая?». Ее опаляет ядовитым дыханием, будто сам Ёрмунганд из морской пучины приполз к ним на кухню. Руки кольцом обхватывают талию — змей задумал удушить свою жертву. Сага не медлит ни секунды: разворачивается с ножом в руке и бьет прямо в мерзкую жирную плоть, что колышется у нее перед глазами. Она бьет снова и снова, пока оружие не выскальзывает из непослушных пальцев, падая под стол. После коронер насчитает одиннадцать колото-резаных ранений, пять из которых окажутся смертельными. Ее отчим — само слово безнадежно пропахло дымом — мертв. Сага Норен не прибывает на место преступления: сериал «Мост» выйдет в эфир только через десять лет. Ее оправдывают потому, что она несовершеннолетняя, а у него за плечами длинная некрасивая история мелких преступлений. Это — и еще личная неприязнь одного из полицейских чиновников к покойному. Сага переезжает с улицы Истедгаде (неблагополучный район, трущобы), когда ей исполняется двадцать. Поступает в университет. Снимает квартиру. С кем-то встречается. Живет нормальной жизнью, как сказала бы ее психотерапевт. Прошлое почти не давит на плечи. Лишь иногда Сага вздрагивает, когда ее останавливают полицейские: «Просто проверка документов, фрёкен». Иронично, что ее лучшая подруга тоже носит форму. Никто из друзей не знает о ее секретах, все нити с прошлым решительно оборваны. Все, кроме одной. Тот самый секретик из шкафа: Саге нравится, как нож режет кожу, оставляя красные полосы. Интересно, догадается ли когда-нибудь Гита о ее тайнах? Телефон звонит. — Ты же смотрела новости, да? — Янни шумно дышит в трубку. Сага плотно обхватывает руками телефонную трубку. На заднем фоне мирно гудит телевизор, где диктор сообщает о новом серийной убийце в Копенгагене. Жертвы — мужчины среднего возраста, заколотые в спину. Стив на редкость глупо шутил. — Да, — говорит Сага, глядя на нож рядом с коробкой суши. На лезвии темнеют пятна от соуса. — Отличный сюжет для Несбё.