Глава девятая. Дурдом какой-то! Впрочем...Всё как обычно.

      Снейп шествовал по коридору, увлечённо размышляя о кровожадной мести ученикам за такое «веселье». Голос, читавший его мысли, тактично молчал, решив, что в данном состоянии Снейпа лучше НЕ ТРОГАТЬ. И голос правильно делал, ибо в противном случае Снейп вышиб бы его из своей головы. Случайно, конечно. Ну так вот. Снейп шёл себе по коридору, никого не трогал, размышлял о способах мести, голос тихо ужасался… И тут Снейп увидел человека, которого он в данном случае АБСОЛЮТНО не желал видеть. Это был Римус Люпин. Он двигался по направлению к Снейпу и весело улыбался. Голос забился в самый дальний снейпового сознания. СЕЙЧАС ЧТО-ТО БУДЕТ. Люпин, судя по всему, жаждал общения. Снейп же напротив, был сугубо ПРОТИВ того, чтоб к нему обращались.  — Здравствуй, Снейп!  — Здравствуй, Люпин. Сказано это было тем классическим снейповским тоном, который мягко намекал собеседнику, что настало самое время искать бомбоубежище. Люпин за время своего обучения со Снейпом на одном курсе успел хорошо изучить все его интонации, в силу чего поспешил дальше. Направлялся он, судя по всему, к кабинету Дамблдора. Буря не состоялась. Голос облегчённо вздохнул. Снейп не обратил на этого внимания и поспешил к своему кабинету дабы убедиться, что ученики за время его отсутствия не разнесли его подземелье по кирпичикам. Этого не случилось, чему Снейп был несказанно рад, но, к своему изумлению, Снейп застал сидящих там учеников. Это был седьмой курс Гриффиндора и Слизерина. Все сидели необычайно тихо. Снейп немало удивился.  — Мистер Уизли? Остальные? Что вы здесь делаете? Фред тяжко вздохнул. - Профессор МакГонагалл велела нам ждать Вас здесь. Снейп, мягко говоря, недоумевал.  — Но зачем?  — Чтобы извиниться. Профессор, нам всем правда очень стыдно. Снейп сел. Гриффиндорцам стыдно? «Они что, серьёзно???» Это был чуть ли не первый раз, когда Снейп был согласен с голосом. Гриффиндорцам, судя по всему, действительнобыло ужасно стыдно. Сие редкое явление последний раз было зарегистрировано год назад! Снейп был в шоке. Ученики выжидающе смотрели на него.  — Мы очень извиняемся, профессор. Вы нас простите? Снейп подвис. Накрепко. Висел он минут пять. Ученики всё также выжидающе смотрели на него.  — Да. Но чтоб больше такого не было! Несмотря на последнюю фразу, теперь ученики пребывали в шоке. В приятном шоке. Снейп простил их? Вот так просто? И не снял с каждого факультета по тысяче баллов? Не взял всех на месяц на отработку???  — И не думайте, что всё кончится так просто! Снейп пришёл в себя. Ученики тяжко вздохнули. Снейп всё-таки всегда остаётся Снейпом! Он назначил им тяжкое наказание и задал огромное эссе на следующий урок на тему техники безопасности на зельеварении. Ученики вышли, хмуро понурив головы, а Снейп уселся за проверку очередной порции работ учеников, параллельно размышляя о том, что гриффиндорцы, оказывается, способны на стыд, и что с ними возможно ещё не всё потеряно. «Ты серьёзно так думаешь? Критинизм гриффиндорцев можно вылечить???» «Нет, критинизм неизлечим, это я уже выяснил, однако стыд у них, оказывается, присутствует» «Удивительно!» Судя по тону голоса, тот очень плохо относился к гриффиндорцам. Снейп не обратил на этого особого внимания. Он погрузился в проверку работ и пространные размышления о совести. Голос затих и не высовывался. Так прошёл час. Почти стемнело. Вдруг в кабинете Снейпа появился феникс — патронус Дамблдора.  — Северус, зайди ко мне. Снейп с неохотой встал. Ему совершенно не хотелось вновь идти в кабинет Дамблдора. К тому же он вспомнил про приезд Люпина и догадался, что Дамблдор, скорее всего, попросит его сварить Ликантропное зелье. Это было очень долго и сложно. Снейп пошёл к кабинету Дамблдора, размышляя о превратностях судьбы. К кабинету он подошёл в наимрачнейшем настроении.  — Сахарные перья! — недовольно прошипел он. Горгулья отскочила. Подумать только. Ещё сегодня днём он прятался за ней и не мог зайти к Дамблдору… Он мрачно усмехнулся. Подошёл к двери в кабинет Дамблдора. Постучался. Раздался голос Дамблдора.  — Войдите. Снейп зашёл. Дамблдор сидел за своим столом и что-то писал.  — Здравствуй! Лимонную дольку, Северус? Увидев выражение лица Снейпа, Дамблдор резко перешёл к делу. Даже он не любил связываться со Снейпом, когда тот бывал в дурном расположении духа.  — Ты, наверное, уже знаешь, что в Хогвартс приехал Люпин?  — Знаю, профессор. Дамблдор занервничал. Снейп был СОВСЕМ не в духе.  — Так вот, Северус. Все знают, что ты прекрасный зельевар. А Люпин, как тебе известно, является оборотнем. Не мог бы ты сварить для него ликантропное? «Профессор, он категорически не согласен!»  — Хорошо, профессор Дамблдор. Эту фразу Снейп процедил сквозь зубы. Как его все достали!  — Ксати, о голосе в твоей голове. «Вы про меня???»  — Да, про тебя, кем бы ты ни был! Так вот, Северус. Я сегодня много размышлял об этом… Снейп вопросительно посмотрел на Дамблдора. Что он хочет ему сказать? — …И пришёл к выводу, что пока ничем не могу помочь тебе. Снейп спокойно кивнул и также спокойно вышел из кабинета. Дамблдор напрягся. Чего это Снейп такой спокойный? Что он выкинет в отместку? И не стоит ли предупредить Люпина, чтоб он трижды перепроверил ликантропное зелье прежде чем пить его?.. …Снейп тем временем пошёл к себе в кабинет. Ему нужно было сварить ликантропное. Он начал собирать ингриндиенты. На зелье уйдёт не меньше трёх часов! А он сегодня выспаться хотел! Потом ещё надо будет остужать его и следить, чтоб всё прошло нормально… В общем, к варке зелья Снейп приступил в ещё более дурном расположении духа, чем он был раньше. Он уже сильно подзабыл, как варить Ликантропное, и сейчас ему нужно было сосредоточиться, чтоб не ошибиться. Голос резко решил, что сегодня забыл выполнить свою норму по неподходящим комментариям. «Ты уверен, что надо именно столько?»… ..“Я бы резал корень вдоль… Зельевар ещё называется!» «И сколько же у тебя было по зельеварению???» «Превосходно!» «…»… … «Ты не так измельчаешь! Надо против часовой стрелки!» «Да заткнись ты! И так голова уже от тебя болит!» «Если у тебя болит голова, то у меня болит всё! Я же в твоей голове сижу!» «Что?» «Что?»… В общем, как вы поняли, Снейп и голос всю дорогу препирались, а у Снейпа болела голова. Голос же ВНЕЗАПНО обнаружил, что может немного управлять руками Снейпа, когда тот, например, рассержен. И использовал это, немного напутав с ингриндиентами. В итоге Снейп положил в зелье корень мандрагоры вместо корня тысячелетника, измельчил крылья крылоглазок вместо самих глазок, накапал туда же кровушку пикси вместо крови дракона и прочее, прочее, прочее! В итоге зелье получилось, мягко говоря, необычным. Но Снейп дико устал, и у него болела голова, посему он ничего не заметил и налил зелье в подходящую склянку, решив отнести зелье Люпину с утра, ибо на тот момент уже был почти час ночи. В конец вымотанный, Снейп пошёл спать. Голос тем временем пытался понять, что такое наварил Снейп в результате его экспериментов, и выживет ли Люпин. Хотя ему было на это глубоко наплевать, потому что он не знал Люпина лично до сегодняшнего дня, но всё же… Всё же интересно увидеть, чем это закончится! И почему зелье получилось розовым??? На счастье голоса (и к несчастью Снейпа), Снейп не слышал мыслей голоса, когда тот этого не хотел… …На следующее утро Снейп встал уставшим и разбитым после вчерашнего. Встал, рассеянно оделся, прошёл в свой кабинет. Он хотел уже выйти, но тут вспомнил про ликантропное для Люпина. Сдержал сильное желание подсунуть Люпину оборотное с волосом кого угодно и взял вчерашнюю склянку. Так и не заметив странного цвета ликантропного. Его можно понять. НО ЭТО БЫЛО БОЛЬШОЙ ОШИБКОЙ. Голос сидел в уголке снейпового сознания и не подавал признаков жизни… …В зал Снейп вошёл всё в том же дурном расположении духа. Хотя… У него вообще бывает другое расположение духа??? Ладно, неважно. Так вот. Снейп вошёл и сразу увидел Люпина. Тот сидел за столом рядом с МакГонагалл и что-то жарко с ней обсуждал. Наверное, недавний матч по квиддичу. Люпин со школы вместе с Джеймсом увлекался квиддичем. Снейп подошёл к Люпину и молча отдал ему пузырёк с зельем. Тот неожиданно искренне поблагодарил Снейпа и сказал, что примет зелье сегодня вечером. Снейп молча кивнул в ответ и спокойно сел завтракать… Весь остальной день Снейпа прошёл спокойно. Ну, если не считать пары взорванных котлов. И пары сотен баллов, которые Снейп успел снять с Гриффиндора. И нет, котёл, к удивлению Снейпа, взорвал не Невилл и даже не близнецы, а Драко Малфой, над чем гриффиндорцы, а в особенности незабвенное трио, немедленно начали потешаться, за что Снейп снял с Гриффиндора пятьдесят баллов. В остальном день прошёл как обычно. После уроков к Снейпу зашла мадам Помфри и попросила сварить порцию костероста для Больничного крыла. Снейп нехотя согласился. Потом он до вечера проверял работы гриффиндорцев, получая эстетическое удовольствие от написания очередного «Тролль» или «Отвратительно» на работе какого-то несчастного гриффиндорца. Около десяти вспомнил про просьбу мадам Помфри. Выругался на себя. Надо было раньше начать варить! Голос, на удивление, ни разу не показывался. Это настораживало, но Снейп быстро перестал об этом думать. Он начал собирать ингриндиенты и обнаружил, что не хватает корня мандрагоры, а также глазок крылоглазок. Странно. Последний раз он варил зелье вчера… И тогда все ингридиенты были на месте… Однако в состав ликонтропного зелья не входят ни корень мандрагоры, ни глазки крылоглазок…       В душу Снейпа закралось ужасное подозрение. Он начал быстро наводить ревизию среди ингриндиентов, которыми он должен был воспользоваться вчера. Больше половины из них оказались нетронутыми… Однако отсутствовали некоторые другие ингриндиенты… Снейп вспомнил вчерашние препирательства с голосом. Про то, что голос постоянно комментировал действия Снейпа и сбивал его с толку… А ещё Снейп упорно не мог вспомнить, ЧТО конкретно он делал… Голос подал голос. (простите за каламбур) Скорее всего, случайно. «Ой-й-й…» «ЛЮЦИУС!» Снейп назвал первое пришедшее в голову имя. Голос, как это ни странно, откликнулся! «Что?» Произнесено это было самым что ни на есть невинным тоном. Что настораживало. «Люциус???» «Что я? Я не Люциус! Кто это вообще такой?» Насчёт последнего голос определённо врал. А насчёт того, что он не Люциус… Ведь сам Снейп в самом начале заподозрил, что это Люциус, однако отверг это версию в силу того, что Люциус жив и здоров… Однако голос намекал на то, что он из будущего… Но он мог и врать… Ладно, сейчас это неважно. Нужно разобраться с зельем. «Сейчас это неважно.» «Я это уже сам услышал!» Вот чёрт! Снейп вечно забывает, что голос читает его мысли! «Так что ты собираешься сказать?» «Что я вчера в итоге наварил?» «Точно не знаю, но это «что-то» было розового цвета.» «Стоп. СТОП. Крылья крылоглазок… Там ещё пыльцы фей не хватало…» »…” «Любовное зелье?!» «Северус, я тут ни при чём!» Голос, судя по всему, всерьёз испугался за свою безопасность. «Да? Судя по тому, что ты вообще это сказал, очень даже при чём!» «Я же не думал, что всерьёз смогу…» Голос замолчал. Снейп напрягся. «ЧТО сможешь?» Голос продолжал молчать. «Ладно, потом с тобой разберусь! Для начала узнаю, где этот чёртов Люпин и не выпил ли он это зелье! Искренне надеюсь, что я сварил не яд.» «Да?» “ Так и с работы вылететь можно.» »…” Снейп поспешил к кабинету Дамблдора дабы узнать, где на данный момент скорее всего находится Люпин. Пока он разбирался с голосом и ингриндиентами пробила половина одиннадцатого. А Люпин будет пить зелье до полуночи, а с учётом его ответственности может и до одиннадцати! Времени было в обрез. Снейп почти бегом прибежал к горгулье и на ходу гаркнул:  — Сахарные перья! Горгулья послушно отпрыгнула. Снейп взлетел по лестнице и постучался в кабинет Дамблдора. Раздался несколько удивлённый голос профессора:  — Войдите. Снейп чуть ли не ворвался в кабинет Дамблдора. Тот очень удивился. Снейп с порога спросил:  — Где Люпин?  — В Южной башне, но зачем тебе эта информация? Снейп уже быстро уходил (читайте: убегал), поэтому сказал первое, что пришло в голову:  — На благо человечества! Дамблдор остался, мягко говоря, в полном недоумении… …Снейп тем временем с неприличной для учителя скоростью мчался к Южной башне. В коридорах были только дежурившие учителя, которые с удивлением смотрели на него. Тот не обращал на этого внимания. «Ты чего так мчишься? Ну, выпьет он любовное, ну набедокурит, ну будет тебе потом что внукам рассказать…» «Каким внукам?!» «Ах да, вспомнил, ты ж жениться не хочешь… Ну я к чему: набедокурит он, будет скандал наверное небольшой, ну и всё! Зачем так мчишься? Если ты не успеешь, то что, кто-нибудь умрёт? А даже если и умрёт…» «Я бы не мчался, если бы он не был оборотнем и если бы сегодня НЕ БЫЛО ПОЛНОЛУНИЯ!!!» Тут до голоса дошёл весь масштаб катастрофы. По этому поводу он решил заткнуться и не мешать Снейпу заниматься спасением мира. Тот прибежал к Южной башне, когда уже пробило… Половину двенадцатого. Снейп, запыхавшись, остановился у двери. Это была дверь старого кабинета, который использовали иногда как спальню, т.к. в Хогвартсе из каждого кабинета вела дверь в небольшую спальню для учителя. Снейп тихонько зашёл в кабинет. Прислушался.Из спальни доносилось только тихое шуршание, похожее на шуршание одежды. Снейп подкрался к двери и прислушался ещё внимательнее. Там всё стихло.  — Ну, была не была -, прошептал Снейп, взял в руки палочку и открыл дверь.