Глава одиннадцатая. Интересный разговор.

      Северус Снейп проснулся и медленно сел. На часах было семь утра. Пора вставать и снова идти на эту чёртову работу! Учить безмозглых учеников, пытаясь вложить в их головы хоть что-то!!! Абсолютно бесполезное занятие. Голос пожелал ему доброго утра. Снейп ворчливо ответил. Глаза почему-то слипались так, словно он проспал всего четыре часа. Или вообще три. Он попытался припомнить нить вчерашних событий. Голос насмешливо сказал, что что-то у Снейпа совсем плохо с памятью стало. Последствия преклонного возраста, наверное. Надо ему провериться на болезнь Альцгеймера, а ещё на деменцию и склероз заодно. Снейп в ответ огрызнулся, что ему всего тридцать, и продолжил усиленно вспоминать вчерашнее и думать, с чего это у голоса с утра такое хорошее настроение.       Через пять минут он вспомнил и тихо застонал. Голос откомментировал, что болезни Альцгеймера, судя по всему, всё же нет, но посетить психиатра Снейпу надо. Тот только огрызнулся. Как ему после вчерашнего выходить на работу?! Насмешек теперь от коллег не оберёшься… Раньше он ежедневно ругался только с МакГоннагал (это было очень старой традицией. Как-то раз этой перебранки не случилось. Тревогу били всем преподавательским составом. Начали говорить, что это Апокалипсис. Но это уже совсем другая история…). Теперь же в течение, как минимум, пары (или тройки) недель ему предстоит отбиваться от насмешек всего преподавательского состава. Ещё и Дамблдор продлил масла в огонь своей последней фразой… Снейпу очень захотелось плюнуть на всё и остаться у себя в спальне, но он всё же заставил себя встать, одеться и пойти на завтрак.       За завтраком, как Снейп и ожидал, на него посыпались насмешки со стороны коллег. Дамблдор сказал, что случившееся было строжайшей тайной, которую знали только участники событий, но, к его величайшему сожалению и удивлению, об этом теперь знает вся школа. При этом его глаза за очками-половинками весело блестели. Снейп готов был поспорить на свою знаменитую мантию, за которую его и прозвали Летучей Мышью Подземелий, что это именно Дамблдор распустил эти слухи. С него станется. Иначе каким образом ВСЯ секретная информация вечно становится известна ученикам?! Снейп как можно быстрее позавтракал и уже собирался гордо и быстро уйти (сбежать) к себе в кабинет (подготовиться к уроку, как он говорил всем), как к нему подошёл Люпин и начал извиняться за вчерашнее. Сначала всё вроде было нормально. Люпин говорил, что он дико извиняется, это была крайне неловкая и нелепая ситуация, и он был не в себе. Потом он невинно добавил, что вообще-то, если говорить честно, то в этом виноват… Снейп. Ему удалось уйти прежде, чем Снейп успел придумать достаточно изощрённый и достойный данной ситуации способ мести. Потом Снейп решил, что если уж искать виновных, то этим виновным окажется голос. Тому сильно прилетело по шеям. Снейп решил сегодня же после уроков подойти к Дамблдору и спросить, не надумал ли тот чего гениального по поводу этого раздвоения личности…       Уроки проходили как обычно. То есть, говоря простым языком, ужасно. Ученики, по старой традиции, ничего не понимали, путали компоненты и их количество, взрывали зелья и прочее, прочее, прочее. Снейпу оставалось лишь грозно парить между рядами парт да отпускать едкие замечания в адрес учеников, стараясь пропускать мимо ушей едкие замечания от голоса в его собственный адрес. Примерно на середине третьего урока произошёл необычный разговор, который заставил Снейпа сильно задуматься и утвердиться в своём намерении сразу после уроков отправиться к Дамблдору. Диалог звучал следующим образом: " — Да как можно быть таким идиотом?! Какого чёрта он дабавляет 1,1 унцию корня полыни вместо 1 унции?! Какая невнимательность, какая халатность! — Поздравляю, это свершилось — мы согласны по одному поводу. Я уже много лет учу учеников, но результат всё тот же. Нулевой. — Да уж… Я удивлён, что ты всё ещё работаешь здесь. Почему ты не уволиться и не пойдёшь, к примеру, профессиональным зельеваром в больницу Святого Мунго? Там нужны такие, как ты… — Да я бы с радостью, но у меня долгосрочный договор с Дамблдором. Я… Я не могу уйти. Это плата за то, что он очень давно очень помог мне. — А в чём? — Неважно. Всё равно не получилось, но я благодарен и за это. И кстати, кто возьмёт на работу бывшего Пожирателя? — Это да. Чёрт, смотри, вон тот Пуффендуец положил крови дракона больше, чем надо! Сейчас рванёт!!! — ПРОКЛЯТЬЕ!!! "        Снейп едва успел накрыть котёл специальной магической сферой. В итоге взрыв огромной силы не вышел за границы волшебного щита и не разнёс весь кабинет в щепки. После этого Снейп ураганом налетел на ученика, отругал его всеми словами, которые можно было в данном случае употреблять и снял с Пуффендуя 50 баллов. Лишь после всех этих процедур Снейп немного успокоился и вернулся к разговору с голосом. Он успел подумать, что это, кажется, первый раз, когда они с голосом спокойно, почти, можно сказать, по душам разговаривали. Это было не так и плохо. " — Так, о чём это мы?.. — Это мы о твоей любимой профессии и о безмозглости учеников. — Последнее замечание очень точное. Особенно если оно касается пуффендуйцев и гриффиндорцев. — Да уж. Знаешь, была б моя власть, я бы вообще запретил грязнокровкам учиться в Хогвартсе, а эти два факультета закрыл как таковые. "       Снейп навострил уши. Голос разоткровенничался и начал выкладывать про себя информацию. Причём любопытную. Голос ещё и плохо относился к грязнокровкам. " — Особенно обидно это говорить из-за того, что такая власть когда-то была почти у меня в руках… "       Снейп затаил дыхание. Сейчас голос раскроет свою личность!!! Наконец, после стольких недель ожидания!!! " — Ишь, разбежался! Рано ещё! Рано! Я ещё не повеселился вдоволь! Потерпи ещё пару месяцев!»       Про себя Снейп выругался так, что мы не будем это цитировать. Но интересно другое — у Снейпа максимально сократился круг подозреваемых. Теперь ему оставалось лишь вычислить, кто ненавидел грязнокровок, не желал, чтоб таковые учились в Хогвартсе, имел немалую власть и, наконец, знал очень много разной информации, в том числе, похоже, из будущего. Через некоторое время Снейп пришёл к выводу, что под эти критерии подходит Гриндевальд. Он действительно едва не добился огромной власти, придерживался, по слухам, именно таких взглядов, а информация о Снейпе и о его роде деятельности… Такую информацию голос вполне себе мог добыть прямо на месте. Ведь он находился в голове Снейпа, значит, теоретически, он мог просто просмотреть его воспоминания. Снейп поёжился. Неприятно это, когда неизвестно кто может спокойно читать твои мысли и смотреть воспоминания. Так, вернёмся к голосу. Он почти не знал о Поттере (только то основное, что знал весь мир) и вообще о том, что сейчас происходит. При условии, что сейчас Гриндевальд сидит в тюрьме и физически не может располагать подробными сведениями, это звучит логично. Нет, конечно, было ещё пару могущественных волшебников… В том числе Лорд… Но это не мог быть он, ибо он уже умер, а голос упоминал, что его убили в будущем. Да, возможно, он просто врал, но Снейп не мог распознать, когда голос врёт, а когда нет, так что всё приходилось брать за чистую монету. Про манеру общения… Ну кто знает, что могло случится с разумом и без того чокнутого волшебника за долгое время одиночного заточения?! И не такое, наверное… И то, что голос его не боится… Тоже подтверждает, что голос вряд ли знал его лично… Итак. Сегодня он обязательно пойдёт с этой информацией к Дамблдору. Он чуть было радостно не улыбнулся предстоящему разоблачению голоса, но тому помешало выливающееся из котла одного из слизеринцев зелье. — ХИГГИНС!!!       Голос весело усмехнулся, посмеиваясь над взбешённостью Снейпа. Ну ничего. Недолго ему осталось над ним смеяться.