Конец старого. Начало нового.

      — Ребекка, принеси, пожалуйста, мою сумку, — любезно обращается к матери отец, пока я стою у приоткрытой двери.       Рядом со мной два чемодана, показывающие, что осталось совсем немного времени до моего переезда. Я уезжаю в университет, а значит — самостоятельная жизнь вот-вот наступит. Как же так быстро пролетело время? Ведь только недавно я радовалась тому, что отлично сдала все школьные экзамены, а тут уже начинается новый этап моей истории. Истории, конец которой наступит не скоро, на что я, по крайней мере, очень надеюсь.       Глаза не выражают буквально ничего, когда мать с отцом носятся по дому в суматохе, пытаясь проверить, всё ли я взяла. Вся моя сознательная жизнь была проведена с родителями, мы никогда не покидали родной город и даже не переезжали куда-либо, так что сейчас, до сих пор не готовая расстаться со своей беззаботностью, могу лишь жалеть о том, что послушала Мистера Гринна. По совету которого я и подала заявление в один из самых престижных частных ВУЗов Нью-Йорка. Можно же было просто поступить в какой-то университет недалеко от семьи, но нет: «Мисс Уокер, Вы обладаете исключительным умом, и будет непростительно упустить возможность поступить в такое заведение!». Чтоб его. Я даже не представляла, насколько сложно прощаться с близкими. Раньше мне просто-напросто не предоставляли такой возможности.       Может, я утрирую. Да. Во всём можно найти свои плюсы. Благодаря переезду я научусь быть самостоятельной и не сидеть на шее родителей, не буду подвергаться чрезмерному контролю, который в мои восемнадцать лет уж слишком превышает все свои нормы. Как бы сильно я не любила маму с папой, у всех есть свои минусы, и они не исключение.       — Вики, — отец выводит меня из транса своими словами. Кажется, я и вправду надолго задумалась, — это тебе, — он протягивает мне коробку, которую я встряхиваю, чтобы понять, что в ней, но это не приносит никакого результата. — Откроешь, когда тебе будет очень грустно и ты захочешь вернуться, договорились?       — Не раньше, — вклинивается в разговор мама, пока я пытаюсь понять их намерения. — Слышишь?       — Поняла, не раньше. Договорились, — натягиваю на себя улыбку. Что ж, расстаться мы должны на хорошей ноте. Как бы грустно это не было осознавать — пора. Вздыхаю и, не переставая улыбаться, произношу:       — Такси подъехало, — обнимаю родителей по очереди, а те целуют меня в макушку.       — Мы будем скучать, — в глазах папы блестят слёзы, в то время как мама стоит, словно ей совершенно всё равно на происходящее. Но я-то знаю, что она просто не хочет расстраивать меня своими эмоциями. Не хочет, чтобы я тоже расчувствовалась, и первая встреча с новыми людьми прошла в слезах.       — Будь умничкой, — мама в последний раз целует меня в лоб перед тем, как я сажусь в машину, и машет, улыбаясь.       Я называю водителю адрес, куда ехать, и пристёгиваюсь, прислонившись щекой к стеклу. Дорога не короткая, ехать три часа, так что достаю планшет и начинаю работать. Единственное, что помогает мне расслабиться — писательство. К слову, пишу я всегда и везде. Это позволяет мне отвлечься от навязчивых мыслей, да и в принципе абстрагироваться от внешнего мира. С самого детства у меня возникла любовь к этому делу, наверное, именно из-за этого я и поступила на факультет журналистики. Решаю надеть наушники, чтобы сконцентрироваться и не слышать тупую музыку в такси. Чёрт, вот почему практически всем водителям так нравится слушать это? Будто перед устройством на работу они все проходят какой-то тест на музыкальный вкус.       Удовлетворённо улыбаюсь, когда наконец заканчиваю писать последнюю главу, и только под конец понимаю, насколько же главная героиня похожа на меня. Удивительно, но в процессе работы я даже не замечала этого, а просто писала так, как считала нужным.       Блокирую планшет и устало потираю глаза. Прекрасно, бессонная ночь даёт о себе знать. В предвкушении сегодняшнего дня я уснула только под утро, из-за чего чуть не проспала всё.       Вижу, как с бешеной скоростью проносятся деревья, дома вдалеке, машины, но я не обращаю на это внимания, думая о своём. О том, как же сильно теперь всё изменится. Но как говорится: «всё, что не делается — всё к лучшему», верно?       Сама не замечаю, как погружаюсь в сон, пока из моего уха не выдёргивают наушник.       — Приехали, — говорит водитель, как только открываю глаза, и я замечаю на его лице усмешку. Как смешно. Как будто он сам не засыпал в общественных местах от усталости.       Откладываю все гаджеты в сумку, из которой сразу же достаю деньги, чтобы расплатиться. Мужчина помогает мне с чемоданами, и уже через минуту его машины даже не видно.       При виде ВУЗа я пребываю в восторге: у входа два фонтанчика, недалеко от которых расположены скамейки. Тут и там снуют занятые студенты, у которых, по-видимому, совсем мало свободного времени. Трава поблёскивает в свете солнца, а посреди двора, — там проложена каменная плитка, — стоит статуя полуангела-полудемона. С одной стороны его нимб, а с другой рога. Крылья также разной формы. Наверняка, он здесь неспроста.       Захожу внутрь здания, где не менее красиво, и стараюсь найти кампус. Глазами нахожу мужчину, похожего на учителя, по крайней мере, он выглядит значительно старше остальных здесь, и подхожу к нему.       — Добрый день, прошу прощения, — жду, пока он повернёт голову в мою сторону, и продолжаю: — Вы не могли бы подсказать, где находится студенческое общежитие?       — Конечно, Мисс, — Шепфа, как же непривычно такое обращение в мою сторону, — вам туда, — он указывает на нужное мне место, и я благодарно улыбаюсь, бросив короткое «спасибо».       Жилой корпус практически никак не отличается от учебного крыла по стилю, но это лишь первое впечатление. По виду снаружи так и не скажешь, но, зайдя внутрь, атмосфера будто меняется. Практически нигде нет занятых учеников, которые боятся опоздать на лекции, и моё внимание привлекает парочка в углу — парень раздражённо закатывает глаза, пока девушка, стоящая у стены напротив него, пытается что-то сказать. Проходя мимо них, краем уха слышу диалог:       — Люци, ты уверен? — девушка пытается коснуться руки парня, но тот всем своим видом показывает, что ему это неинтересно.       — Да, блять, сколько раз повторять? Ости, мы это обсуждали. Всё, я не хочу больше затрагивать эту тему, — он удаляется, даже не взглянув на, как я понимаю, Ости. Видно, что она может вот-вот заплакать, но держится. Интересно, что у них произошло?       Открываю дверь комнаты с номером «228», где мне придётся жить, по-видимому, ещё четыре года, и сразу же замечаю брюнетку, лежащую на одной из кроватей и скрестившую ноги.       — Привет, — её звонкий голос радует слух, а улыбка — глаз. — Ты теперь со мной живёшь? — спрашивает девушка, когда подходит ближе ко мне. Я сразу же чувствую приятный аромат, чем-то схожий с малиной, который мне очень нравится. Киваю в ответ на вопрос. — Я Мими.       — Вики Уокер, — мы пожимаем друг другу руки, обменявшись любезностями.       — Ты ещё из «Непризнанных», да? — вопрос застаёт меня врасплох, потому что я знать не знаю, кто такие «Непризнанные». Это какое-то оскорбление? Заметив выражение моего лица, Мими усмехается и продолжает: — Вижу, что да. Сейчас объясню. Тем, кто попадает на первый курс, предоставляют целый год для того, чтобы проявить себя — своё поведение, повадки, способность к учёбе. Понимаешь?       — Пока что да, — прохожу вглубь комнаты и устало сажусь на кровать, продолжая слушать соседку.       — То есть на первом курсе нет никаких групп, вы либо сами по себе, либо все вместе, — она берёт расчёску в руки и начинает расчёсывать свои и без того прекрасные волосы, не переставая объяснять, — дальше, начиная со второго курса, есть две группы: «Ангелы» и «Демоны». Распределение проходит довольно странно, но, тем не менее — правдиво. Куда ты попадёшь, будет зависеть от оценок, количества прогулов, да и в принципе от твоего поведения. Чем лучше оценки и чем меньше проступков — тем выше шанс стать претенденткой в «Ангелы». С «Демонами» всё в точности наоборот.       — Шепфа, зачем такие сложности? — громко вздыхаю и примерно представляю, что меня ожидает. Сессии, зачёты, экзамены, да ещё и эти дебильные группы. Кому они вообще сдались?       — Какие сложности? Просто будь собой и ни о чём не переживай, — «просто». Ну да, Мими, тебе легко говорить. — На какой факультет ты поступила? — спрашивает она, наконец, оторвав взгляд от зеркала и переведя его на меня.       — Журналистики, — сухо отвечаю я. Нет, я не пытаюсь вести себя грубо, просто устала. Да и зачем добавлять какие-то детали, если меня об этом не просили? — А ты?       — Факультет искусства. Второй курс, если вдруг тебе интересно.       Моё внимание привлекает её часть комнаты, всё очень уютно обустроено: на кровати в хаотичном порядке разбросано много подушек; на столе аккуратно расположен ноутбук, а по бокам какое-то растение в белом горшочке и органайзер, в котором, вероятно, косметика. На прикроватной тумбочке находится круглое зеркальце, обводка которого — подсветка, а на стене интересная картина, выполненная в стиле минимализм. Из приоткрытого шкафа замечаю одежду — она исключительно чёрных цветов, и, признаться, мне нравится гардероб Мими.       — Я в группе «Демонов», — невзначай добавляет девушка и поднимает голову, смотря на настенные часы. — Собирайся.       — Куда? — пытаюсь вспомнить, есть ли сегодня какие-нибудь занятия, но в моей памяти абсолютный провал.       — Познакомлю тебя кое с кем. Вы обязательно подружитесь, — с ухмылкой произносит она и заходит в ванную. — Заодно покажу территорию.       Что же, новые знакомства сейчас не помешают. Даже не помню, когда у меня были настоящие друзья. По правде говоря, Мими удалось расположить меня к себе. Я даже была бы не против с ней общаться. Посмотрим, во что это превратится.       Открываю один из чемоданов и достаю оттуда свежую одежду: белую свободную блузку и чёрные обтягивающие джинсы. Быстро надеваю всё это на себя, пока Мими чем-то занята в ванной, и смотрюсь в зеркало. Один из моих любимых нарядов — блузка, наполовину заправленная в джинсы. Это очень подчёркивает мою фигуру, которой я готова любоваться каждый день.       — Собралась? — соседка что-то печатает в телефоне, попутно надевая обувь.       — Да, — поступаю по её примеру, и уже через минуту мы покидаем комнату.       По дороге в столовую Мими увлечённо рассказывает мне о себе, и я узнаю, что мечта её жизни — стать актрисой, и что она время от времени ходит в театр, наслаждаясь игрой людей и пытаясь научиться чему-то благодаря этому.       Просто поразительно, как легко со мной разговаривает Мими. Её звонкий смех и милый голос словно бы завлекают, и невозможно не улыбнуться при диалоге с ней.       — Нет… — соседка останавливается у входа во внутренний дворик и вымученно вздыхает, пока я пытаюсь понять, что или кто вызвал у неё такую реакцию. — Сейчас не оглядывайся, просто иди прямо. Без лишних вопросов.       Непонимающим взглядом смотрю на Мими, но она лишь хватает меня за руку и ускоряет шаг. В голове перебираю всевозможные варианты событий, но ничего не приходит на ум, когда позади нас раздаётся знакомый голос:       — Какая милая девочка рядом с тобой, Мими, — вспоминаю пару из коридора и понимаю, что говорит та самая Ости, но всё ещё не могу понять, что происходит. На неё так отреагировала Мими? — Кто она? Непризнанная? — с каким-то удивительным для меня отвращением она задаёт этот вопрос, и я поворачиваю голову в её сторону, чем, вероятно, совсем не радую соседку.       — Есть разница? Если твоя компания состоит только из Люцифера, — до этого столбом стоящая Мими поворачивается к обидчице, и лицо её не выражает ничего, — то это только твои проблемы. И тебя не должно волновать, с кем я провожу своё время. Пойдём, Вики, — я пребываю в небольшом шоке от услышанного и где-то в глубине души надеюсь получить объяснения. Только-только хочу сдвинуться с места, как вдруг чувствую, что кто-то накручивает прядь моих волос себе на палец.       На секунду появляется ощущение, что это делает Ости, но, развернувшись, замечаю парня, с которым недавно в коридоре повздорила девушка.       — Ви-ки, — протягивает он с ухмылкой на губах. — Мими, найди себе кого-нибудь из подобных тебе. Не унижайся, — на моё удивление девушка молчит, а Люцифер уходит, даже не дав вставить мне и слова.       Наверное, Люцифер и Ости — одна из популярных пар ВУЗа, хотя я не совсем понимаю их отношение к Мими, и, судя по всему, парень очень влиятелен, если соседка не позволила себе пререкаться с ним, в отличие от случая с его девушкой. Так или иначе, я должна узнать правду, чтобы не строить в голове ложные теории.       — Что это было? — делаю небольшой глоток воды, когда мы сидим в столовой в ожидании друзей Мими.       — Не обращай внимания, — отмахивается она и на лице появляется улыбка, но я вижу, что она натянута. Как можно не обращать внимания, когда её только что буквально прилюдно унизили?       — Не могу, — закрываю бутылку крышкой и откладываю её в сторону. Мы знакомы с Мими от силы час, так что я понимаю, что ей не особо хочется со мной откровенничать, но, думаю, сказанное ей мне очень пригодится. Хотя, на что я вообще надеюсь? — Мими, — легко касаюсь её руки, не теряя надежды получить хоть какую-то информацию. — Ты можешь мне доверять, — ага, как же. Так она взяла и рассказала всё какой-то назойливой первокурснице.       Девушка поджимает губы, и я уже начинаю переставать верить в то, что она расскажет мне что-то, как вдруг начинает тихо говорить:       — В детстве мы с Люцифером очень хорошо дружили благодаря нашим родителям, но когда мы выросли, круг общения значительно поменялся, — брюнетка сглатывает, а я терпеливо жду продолжения. — Теперь ему интересны только девушки на одну ночь, — грустно подытоживает она.       Мими также говорит, что в ВУЗе не принято общаться с кем-либо кроме своих однокурсников, так что это объясняет, почему Люцифер так отреагировал на то, что Мими проходила со мной.       Вскоре подходят её друзья, которые сразу же представляются мне как Ади и Сэми. Оба, как я узнаю позже, учатся на втором курсе, но Ади в группе «Демонов», в то время как Сэми — «Ангел».       Они так же, как и Мими, располагают меня к себе, благодаря своей непринуждённости. Парни легко обсуждают любые темы, при этом не позволяя мне чувствовать себя «не в своей тарелке». Создаётся впечатление, словно мы знакомы не один год, раз так легко завязывается разговор. Думаю, Мими была права, что нам удастся поладить. В их компании я перестаю думать о плохом. О том, что хочется вернуться. Хотя это только первый день, поэтому слишком рано делать выводы.       Парни рассказывают мне о всяких случаях, происходящих с ними, над которыми мы с соседкой лишь смеёмся.       Уже вечером, когда темнеет, мы решаем вернуться в комнату, так как на следующий день начинаются занятия, на которых я должна буду хорошо себя презентовать, чтобы в первые же дни завоевать уважение преподавателей. Ади и Сэми проводят нас до комнаты, и, как только дверь за ними закрывается, мы слышим громкий смех, которому невозможно не улыбнуться.       — Как они тебе? — спрашивает Мими, одновременно с этим печатая что-то на ноутбуке.       — Весёлые, — почему-то думаю, что это самое точное описание парней, хотя на языке крутится уйма других прилагательных. — Рада, что ты нас познакомила, — признаюсь, натягивая на себя свободные штаны для сна.       — Я знала, что они тебе понравятся, — она закрывает компьютер и направляется к кровати. — Спокойной ночи, — тихо говорит соседка, выключая светильник, висящий над её кроватью, и я поступаю также.       Нет смысла откладывать сон, как мне полюбилось, — теперь не получится спать до полудня. Как-никак, начался новый этап в моей жизни, в котором изменится всё. Я уверена в этом.