Часть шестая.

Часть шестая. Мое одиночество, ну, если не считать пары бдящих фебсов на другом конце крыши, нарушил братишка с парой приятелей-одноклассников, Антошкой Степановым и Радиком Галиулиным. Те вышли из двери с видом таинственным и заговорческим. И шустро, пока не успели перехватить бдящие, устроились около меня, рядышком. Лешка вообще под бочок забрался, прижался и притих. Радик раскрыл рюкзак, одуряющее пахнущий сдобой, и выволок кулинарные творения тети Алии. Та печет просто божественно, и обожает людей угощать. Меня же эти дни закармливает. Татарская, русская, дагестанская выпечка, обалденные торты, все это я готова поедать в любых количествах, благо что аппетит сейчас подходящий, и возможности для обжорства без последствий для фигуры позволяют. - Офицеров угости. – Я указала подбородком на эфэсбешников. – И термос с кофе прихвати. Нам одного моего хватит. Ну да, трехлитровый прекраснейший термос, творение мастеров из Китая. Стоит как недорогой комп, но того стоит до последней копейки, ибо мощный, крепкий и держит температуру. У меня там сейчас просто очень сладкий чай с лимоном и имбирем, с парой рюмок коньяка. Ничего с пацанами не будет, алкоголя как в лимонаде. - Я обязательно, вот прям специально, тоже стану воплощением корабля. Честное слово, Ян. – Буркнул Лешка, внезапно хлюпнул носом, и вытер глаза рукавом. - Станешь. – Я улыбнулась и потрепала ему макушку. – И ребят с собой бери. Только подрастите немного, хотя бы годов до шестнадцати. Тогда все девчонки-канмусу ваши будут. - Да ну.. – Поморщился братик, а Антоха фыркнул. Ну да, двенадцатилетки. На девушек уже тайком засматриваются, но признаться в этом никак нельзя, страшная пацанская тайна. - Ты кабель притащил? Антенну делать? – Нам ребята из городского радиоклуба дали схему антенного поля, если можно так назвать три протянутых по крыше кабеля, и подарили очень хорошую радиостанцию. Обещали братишке помочь ее запустить, для того, чтобы держал со мной связь. А что, удобно, не надо зависить от руководства школы. Потому как вояки есть вояки, наверняка связь с домом строго по определенным дням. Да и в наказание лишить могут, хотя я в это не верю. Вот в гауптвахту верю, а в то, что девчонку-канмусу лишат связи с родными нет. Чревато это, многим чревато. Ибо ничто так не успокаивает девочку, как разговор с мамой по душам. - Ага. Пацаны нам помогут, стойки устанавливать, натягивать линии. Провода вон там, стойки там же, удлинители и инструменты. – Братик кивнул на тамбур чердака, и оглянувшись на жующих эфэсбешников, шепотом спросил, вытаскивая из-за пазухи пару сигнальных ракет. – Запустим потом? Ну, когда рассветёт, чтобы людей не пугать? - Ого… - я на глазок прикинула калибр ракеты. Миллиметров сорок, не меньше. То есть если включится М-фактор, все шестьсот выйдет. Это да, такое лучше запускать когда город встанет. И в сторону пустыря за городом. Интересно, на какую высоту взлетит ракета? – Но сначала антенны. До рассвета осталось минут двадцать, до семи-восьми установим, запустим, и пойдем поспим часик. Не то, что мне надо отдыхать… я вообще сейчас могу сутками не спать, и совершенно не устаю. А вот мальчишкам надо, растут еще. И насчет запуска ракет – а вот охота мне похулиганить. Потерпят, надеюсь, сильно город не перепугаю. Интерлюдия. Адмирал ехал на встречу со своей подопечной, которая, по словам оперативников, полночи сидела и смотрела на звезды, а потом с братишкой и его друзьями устанавливала антенны для дальней радиосвязи. Немолодой, но добротный « Джип Гранд Чероки», невесть как оказавшийся в гараже городской администрации, бодро тянул Сорокина к высоткам на окраине, когда небо просыпающегося города прорезала яркая линия, а потом вторая. - «Ракета? Метеорит?» - мелькнула мысль, когда высоко в поднебесье расцвел огромный, яркий зеленый шар, а следом за ним, неподалеку, ярко-желтый. – «Блин, снова канмусу хулиганит! Однако, чем это она? Высота подрыва не меньше двадцати километров!» След от необычных реактивных снарядов четко указывал на тот самый дом, к которому он стремился.