Часть семнадцатая.

Часть семнадцатая. Я стояла рядом с президентом, улыбалась и отпивала маленькими глоточками игристое вино. А почему бы и нет? Мои девчонки стояли рядышком, тоже все с фужерами. Сверкали вспышки, суетились операторы, запечатлевая историю. Ну а как еще назвать это? Как-никак, суета, торговля выгодными для продавцов товарами. Политика, мать ее. Никуда от нее. Американский военно-морской атташе долго на прекрасном русском распинался о роли канмусу в защите свободы и демократии, грезил огромными, сокрушающими все на своем пути, эскадрами вооруженных сотрясающими сами основы Глубины системами девчонок, горевал об утрате человечеством ведущей роли в освоении богатств мирового океана. Короче, старайтесь, девочки, старайтесь. Родственники ошарашены таким шоу, даже отец. Не каждый день стоишь бок о бок с главой твоего государства. Впрочем, ради именно такого эффекта это шоу и устроено. И потому надо терпеть все это минимум еще пару часов. И я держалась. Благо работать на много каналов у меня с каждым днем выходит все лучше и лучше, многовекторное мышление прекрасная штука. А потом все это закончилось, и я внезапно оказалась один на один с самим президентом. - Перекуси, тебе это нужно. – Глава государства распустил галстук, и сел на весьма удобный вращающийся стул, кивая мне на другой, перед которым на столе был выложен скромный, но вполне себе питательный перекус канмусу. Брикет «шоколада» из бортпайка канмусу, оттуда же банка «тоника» (и хрустальный фужер к нему в комплекте), коробка дорогущих французских конфет, коробка швейцарского марципана. – Твоих девочек сейчас тоже кормят, и много основательнее. А нам надо немного переговорить. Не особо чинясь, я уселась в кресло, налила тоника в бокал, и начала последовательно уничтожать пайковую шоколадку, конфеты и миндальные батончики. А когда еще можно будет так нарушить это канмусушное меню? - Извини за шоу, это нужно стране. Знаю, звучит пресно и пафосно, но это так. И слушай… - немолодой уже мужчина постучал пальцами по подлокотнику. – Тебе и твоей эскадре придется многое выдержать. Мы сделаем все, чтобы вам это удалось. Более того, я распорядился, и специально для тебя создадут отдельную спутниковую сеть. Не надо делать такие глаза, это не так дорого, как кажется. Но если мы сможем хотя бы на грани, на краешке Сумрака суметь удержать надежную связь – это уже будет победа. Понимаешь, Глубина потеснила нас строго потому, что все наши системы связи и наблюдения бесполезны в областях, подконтрольных ей. Каким-то образом Сумрак умудряется создавать непреодолимые для нас помехи. Вот честно – ни мы, ни американцы, для каждой из Химе не пожалели бы по паре хороших ядерных боеголовок. Не так их много надо, страшилки о ядерной зиме процентов на семьдесят, если не на все девяносто, страшилки и есть. Сейчас Сумрак укрывает больше поверхности земли, чем возможный пепел от ядерных бомб. И что? Даже ощутимого похолодания нет. Так, чуть прохладнее. Скажу по секрету, это нам крайне выгодно. Торговля газом, а самое главное – атомными электростанциями, просто цветет и пахнет. Да вот только не стоит забывать, что Глубина появилась внезапно. А значит, если мы не поймем, как это оказалось возможно – то есть вероятность распространения ее и на пресные воды. Маловероятно, но возможно. Кстати, захождения примитивов в устья рек вполне себе обыденны. Просто их там уничтожают обычные танковые расчеты. – Тут президент позволил себе усмехнуться. – Твоя задача, самая главная, первоочередная - разведка. Учись думать, анализировать, обрабатывать огромные массивы информации. На Окинаве, в Школе, тебя будут учить этому специально, факультативно. Нет, всему тому, что должно знать и уметь канмусу-флагману, тебя обучат. Но разведке учить будут в первую очередь. А разведчик тот, кто умеет думать, это самое главное. И возвращаться со сведениями. Потому твою эскадру усилят авианосцем, и парой тяжелых крейсеров. Пока не знаю, кого тебе выдадут, японцев ли, или американцев, неважно. Ты очень и очень важная для всего человечества персона, Яна. Будь аккуратна, внимательна и осторожна. И ни пуха тебе! - К черту, товарищ Верховный! – Я улыбнулась и встала. Судя по всему, аудиенция окончена.