ГЛАВА 47 +18

— Я с тобой! — смотрю на него испуганными глазами, и касаюсь руками щеки, — Я с тобой, Егор! Мои зрачки расширенные, голос рванный, а мысли все в разнобой. Я сейчас не думала ни о чем, кроме того, что я с ним, в огонь и в воду, наперекор всей планете и принципам, полечу, поеду и даже пойду пешком. Мои глаза были растеряны в ожидании его ответа. Но уверены в каждом своём слове. Я представила на секунду, нет, эта мысль даже не смогла задержаться в моей голове, что он уедет и наши пути разойдутся, словно всё это было сон. Нет. Я не представляю, что он улетает, и между нами становится расстояние всей планеты. Такого не может быть. Я остаюсь одна со своими чувствами, не ем, не сплю, не работаю и кажется не существую. Мой мир уже успел поделиться на до и после. И кажется я уже не помню и не понимаю, как это без него. Каждое утро, просыпаться с горечью на губах и осознавать, что я не буду готовить ему завтрак, что вторая подушка — просто для того, чтобы её обнимать, а не чтобы там лежал он. Нет. Нет! Разве мне нужно будет в город и хоть куда, как не на встречу с ним? Разве все эти пробки сможет украшать не ожидание нашей встречи, не секундное помутнение от глаза в глаза, где мои океаны выбираются с берегов, чтобы успокоить его. Нет. Я не представляю, как я так часто смогу любоваться кем-то, обнимать тёплыми руками уставшую спину и шептать самые прелестные приятности. Они созданы только для него. Неееет. Я не смогу просто обновлять его ленту и понимать, что не смогу дотронуться, ощутить его сильные руки и утонуть в тех объятиях, которые кружат мне голову. Как так без него? Это вообще возможно? Я не знаю, сколько времени прошло, не знаю, что будет с нами через месяц, год и больше, но я знаю, что сейчас моё сердце бьется к нему неустанно. И если задержать воздух в лёгких, можно услышать его бешенный ритм. Можно понять, как мне с ним, и как без него. Мои испуганные глаза смотрели в его дикие, ехидные, местами весёлые, и нежные. И терялись. Находя много вопросов, которые были пока что без ответов. Я смотрела в его океаны и мне ничего больше не хотелось. Ни карьеры, ни отдыха на жарких островах, не дорогих брендов, посиделок с подругами, и походов в кино. Мне хотелось быть с ним, где-либо, в этой комнате, на этом странном подоконнике, в его квартире, машине или даже построенном домике с веток дерева. Где угодно и как угодно. Но вместе. — Малышка, — смотрит он на меня умиротворёно и улыбается. А я держу свои руки на его лице и глазами показываю «нет», я не оставлю, не останусь, не уеду от тебя, никогда. И его улыбка, которая не может не читаться просто вызывает в моих эмоциях огонь, пылающей и непокорный. Как можно вообще улыбаться, говоря такие слова? Его пальцы убирают мои руки и касаются моей шеи, приближаясь к уху. — Я пошутил. — Чтооооо? — просто не могу соблюдать со своим контролем и теряюсь, не понимая или не слыша его. — Еду на неделю, по рабочим вопросам, поэтому ты даже не успеешь соскучиться. И хорошо, что он убрал мои руки, иначе бы сейчас точно охватил пару ласковых за такие шутки. Мои эмоции успели измениться пару раз, и так по кругу, но даже с злого состояния я быстро абстрагировалась и выдохнула с облегчением. Егор взял меня под бедра и снял с подоконника, легко перенеся на кровать, блондин уселся и посадил меня рядом, не касаясь ногами пола. Но меня все равно переполнял страх потерять его. Легко проходя руками по спине Булаткина, и обнимая его, он сплёл свои пальцы моей талии, прижимая по-ближе. От этой идиллии кружилась голова, и было сложно остановиться. — О чем ты думала, когда услышала, что я уеду навсегда? — произнёс Егор, смотря на меня с некой улыбкой. — Ни о чем больше, как о том, что я всё брошу и полечу с тобой. — Всё оставишь здесь? Так просто. — его улыбка уже сошла с уголков губ и он серьезно вдавался в наш диалог. — Я не смогу без тебя. Эти секунды я крутила представление как бы это могло быть, и я поняла, что никак. Я не смогла бы остаться. — Прости, я не хотел тебя пугать. — провел Егор ладонью по моей щеке и дыхание сново вернулось в нормальный режим. Мои губы прислонились к его и начали выводить рисунки по нёбу, вырисовывая свой самый вкусный поцелуй. Его дыхание обволакивало моё, игриво касаясь гланд. Я чувствовала, как ведёт он. И так в жизни, он вёл все сферы своего бытия, не имея право нарушить всю целостность. Он так дорожил своим призванием, что мог в три часа ночи проснуться и поехать по рабочим делам. Поэтому мне так хотелось его расслабить, подарить глоток свободного воздуха, словно сейчас ему не нужно не управлять, не подчинять. Плавно целую его губу покусывая, и мычу в ответ. — Сладкая девочка, — шепчут его губы. И я заметно уползаю вниз, расстёгивая его джинсы. — Мммх, мне нравится то, что ты задумала, — смотрит Егор снизу вверх, и улыбается, пока я расстёгиваю ремень. — Ммм, — мычу в ответ, и спускаю его брюки вниз, вижу, как там горячо. Следом закусываю губу, и руки Егора помогают вынуть его гигантскую плоть, которая уже ждёт продолжения. — Ну ты же знаешь, что с ним делать, — произносит он дурманяще и я опускаюсь чуть ниже, касаясь дыханием его органа. — Ммм, — мычит Егор сладко. Не успеваю прийти в себя, как рука блондина инстинктивно прижимает меня сильнее, и я высовываю язык, проходя по горячей плоти. Но у него другие планы, прижимая меня ещё больше, от чего я инстинктивно открываю ротик и член головкой проходит в меня. Уголки губ пекут от его вжатия, и блондин сильнее проникает в меня, касаясь языка и гланд, от чего рвотный рефлекс даёт о себе знать. — Да, малышка, — говорит он с предыханием. И отпускает свою хватку, давая мне возможность руководить процессом. Ну наконец-то он отошёл от привычных правил. Но надолго ли? Легко касаюсь языком его плоти, обводя полностью по периметру и медленно насаживаюсь, затем сново поднимаюсь и направляю свой туманный взгляд на него. Вижу его дикое возбуждение в глазах, и у себя во рту. От этого вида наслаждаюсь и сильнее насаживаюсь на ствол. Слюни выходят с моего рта, стекая по подбородку, и приводят все движения в экстаз. Хочу чувствовать его больше. Постоянно. Не отводя взгляда пробираюсь в горло, где сново задыхаюсь, но повторяю движения. Его рука начинает инстинктивно поглаживать меня, словно я послушная ученица, исполнила задание на 5, нет на пять с плюсом. Но я ещё его не выполнила. Меня переполняли самые бешенные эмоции и чувства, но я продолжала давать возможность релакснуть нам двоим. Рука сильнее насаживала мое горло к лобку, так сильно, что я касалась носиком легкой небритости. — Уффф, — мычал Егор от удовольствия, и его свободная рука достаёт телефон. Сначала я не придаю значения этому жесту, и продолжаю получать кайф вместе с ним, до того момента, пока он не наводит камеру на меня, и не начинает… снимать? Мои глаза смотрят на него с вопросом, но это совсем не меняет ситуацию, и Егор прижимает мой рот сильнее, начиная руководить процессом и снимать происходящее. Закрываю глаза и получаю его ствол за щеку сильнее, отодвигая кожу всё больше, рыча и дико тонув в этих эмоциях, он заводил меня на такой максимум, что я не знала, как держаться со всеми этими желаниями. Блондин откидывает телефон и я чувствую как его пульсация отдаёт мне в шею сильнее. Головка набухает во мне до предела. Рычание проходит по моей щеке и я во всю зализываю его раны, и мысли, не давая возможности успокоится и подумать о чем-то другом. Его рука сильнее натягивала мой рот, приглаживая волосы и растягивая до максимума удовольствие. Мои глаза закатывались от дичайшего импульса его желания и я утопала в этих мыслях, словно это наше удовольствие, одно на двоих. — Ох щит! — пронзает мои уши голос Булаткина. И я чувствую, как он касается моих гланд членом и заполняет рот теплом, которое разливается во мне сильнее. Блондин весь дрожит от полученного кайфа, и я мысленно ощущаю прилив его энергии. Судорожно глотаю, закрываю глаза и хочу выдохнуть, Егор отпускает хватку и я смело подымаюсь навверх к нему, обволакивая его плечи руками, словно его маленькая девочка. Его губы целуют меня в нос, щеки и затем отдают тёплым дыханием по губам. Они сухие, словно их никто не целовал до. Мне так хорошо сейчас, просто от того, что ему приятно. Видимо это и есть любовь. — Если бы я уезжал насовсем, то я бы забрал тебя с собой. *** Обед. Я еду в пробке на такси, и смотрю в окно, на улице столько счастливых лиц, и все они несут тепло, словно уже завтра весна. Нет завтра ещё январь, а мне по прежнему тепло, где-то там в груди. Такси подъезжает к нужному парадному и я вижу с окна подругу, улыбаюсь в приоткрытое окно и оплачиваю дорогу. Как же мы давно не виделись. Или это всего лишь день за месяц идёт? Если так, то я не против. — Ну наконец-то! Привет!!! — кричит Маша, и я подбегаю к ней, обнимая сильнее. — Привееееет! Я так соскучилась! — И я! Хватаю сумку с ключами и открываю парадное, чтобы побыстрее зайти в квартиру. Легко поднимаемся пешком и болтаем о моём неожиданном уезде с Дубаи. Как не странно, но сейчас это для Маши даже смешно звучит, а не сказывается потрясением. — Ох, знала бы ты, как я провела ту ночь, когда ты улетела. — А ну-ка. Нашла себе кого-то? — улыбаюсь, и разуваясь прохожу в комнату, начиная разбирать вещи. — Да! — радуется блондинка и начинает мне показывать фотографии своего нового друга. — Интересно-интересно, — отвечаю на фото и иду закидывать вещи в стиральную машинку. — Маш, а у тебя есть что выпить? — кричит подруга с комнаты. — Да. Посмотри в холодильнике. — Отлично! Включаю быструю стирку и возвращаюсь на зов Машки на кухню. Ощущаю себя в съёмной квартире, словно не на своём месте. Здесь всё не то, даже стол стоит не так, как у Егора. Прям не хочется здесь быть. И моё настроение конечно же видно невооруженным глазом. — Рассказывай, как там у тебя, — открывает штопором белое вино Машка и наливает бокалы. — Мне достаточно, — показываю отметку на стакане. — Как там Крид поживает? — Егор. — Да, прости, забываю. — Всего и не расскажешь. Вчера были у его друзей, до этого на студии, сейчас он уехал по рабочим делам, а на днях вообще улетает в Америку… — говорила я не сильно радостным голосом. — А ты? — А что я? — Тоже летишь? — Нет. Я остаюсь здесь. — говорю так же грустно. — Так у вас всё серьезно? — У нас всё хорошо. — Ну он же предложил тебе быть его девушкой? — Маш, к чему сейчас все эти условности? Если людям хорошо вместе, то они вместе, а не порознь. — Ну по тебе заметно, как хорошо, что аж вздыхаешь с радостью, — сново начинает Маша. — Я просто не знаю, как буду без него, пока он неделю будет за океаном. — Не думаешь, что он там заведёт роман, или его окрутит американка? — Маша! — делаю глоток вина, чтобы только не слушать её нравоучения. — Что Маша? Ты сама выбрала этого мужчину, он не будет сидеть в трёх стенах, он как я понимаю активный, концерты-перелёты, как он там поёт в своём треке. И девушки, дорогая моя, девушки тоже. — Ух… — выдыхаю, пытаясь держать себя в руках. — А ты пока сидишь тут, он уже может тоже без внимания не пропадает. — Маш, ты не знаешь его. От слова совсем. — Я знаю таких мужиков, они не одну юбку не пропустят. Он делал какие-то серьёзные шаги к тебе? — Маш. Он меня домой к себе позвал, познакомил с друзьями. Это по твоему не серьезный шаг? — Подумаешь, домой. Если бы в Америку позвал, то уже можно было понять, что ему там другие связи не нужны. Внутри меня просто кипело от её слов, и не потому что я соглашалась с ними, я на отрез их не принимала, потому что Маша не видит его таким, каким вижу я. В ней играет эта женская накрученность образов всех мужчин, где нужно каждого равнять между собой под одну линейку. Где каждый готов на измену, и не готов на серьёзные отношения. Она не понимает, что я принимаю его любым, и у меня в груди такой сад цветёт к нему, что не один садовник не смог бы описать его всеми возможными словами. Поэтому мне и не нужны эти условности, мне хорошо с ним. Ему со мной. И я настолько готова отстаивать его позицию, и защищать Егора, что могла легко поссорится даже с подругой, не взирая на то, что знаем мы друг друга достаточно долго. — Маш, перестань, — говорю абсолютно спокойно. Но у Маши словно вулкан эмоций разбушевался в предельной стадии. И мне совсем не хочется с ней больше не чем делится, и даже спрашивать совета. Потому что лучше совета, чем моё сердце, мне ещё никто не давал. — Потом скажешь, что я была права, — добивает наш разговор подруга. — Знаешь, я чуть устала, давай в другой раз поговорим. — Я думала мы ещё гулять поедем по Москве. — Не в этот раз. Хочу отдохнуть. — Ну ладно, — допила свой бокал блондинка, словно не понимая, почему наша встреча так быстро закончилась. Маша вызвала такси и через пару минут я прощалась с ней в коридоре, совсем не подавая ввиду, что её слова вызвали у меня недопонимание. Сейчас я была уверена больше в своих чувствах и Егоре, чем в намерениях переубедить в обратном Маши. Неужели все подруги поступают именно так? Этот разговор заставил меня задуматься. Закрывая дверь и погружаясь в домашние дела, через пару часов я с легкостью завалилась на кровать, и выдохнула, листая Инстаграм. От Егора не было сообщений, хоть он и обещал перезвонить. Просматривая сториз, и попадая на случайные аккаунты в рекомендациях, мне попалась та самая блондинка со студии, на ней была мужская рубашка, и отметка Егора, со словами: «Этой зимой меня греет…»