Глава 4. Призраки прошлого

Маленькая точка неслась сквозь серую тьму Силы.  Я ничего не чувствовала. Привычные эмоции  гнева и ярости притупились. Просто всепоглощающая серость, холодная и вымораживающая душу. Даже обычные для меня воспоминания о смертях близких казались куда менее болезненными. Серая темень же просто высасывала всё, что делало меня человеком. Казалось, что я окончательно растворюсь в этом ничто. «Может, оно и к лучшему?» Я почувствовала смирение  и отрешённость. «Я просто стану частью Тьмы, которой служила. Вот и всё…» Поток проносился сквозь меня как мёртвая, отравленная вода. «Можно вынырнуть из него, но смысл?» «Отправлюсь к сестрёнке. Не стоит моя никчёмная жизнь того, чтобы за неё цепляться». «Ты права!» В какой-то момент серое ничто вдруг превратилось в нечто. Из него вдруг  возникло лицо Наставницы. «Ничтожество!» Жестокая улыбка, фиолетовые волосы, зелёные глаза саблезубой кошки, решившей вдруг пообедать свежатиной. «Я просто хочу избавиться от тебя, как от бесполезного мусора! Ты даже не заслуживаешь умереть от моей руки!» Она была права. Последняя миссия казалась самоубийственной. Мне не дали помощников, меня не снабдили всей информацией. Походило на то, что Дарт Беллатор решила закрыть вопрос со своей ученицей. «Почему она так со мной?» И снова в голове зазвучал её голос. В обычное время мягкий, но сейчас жёсткий и холодный, как осколок льда. «Ты просто мусор, который цепляется за свои жалкие воспоминания! Ты должна была умереть тогда, в тех песках, вместе со своей никчёмной сестрой! Спасать тебя было ошибкой!» Яркая, как сверхновая, вспышка полыхнула внутри меня. Или внутри того, что можно было назвать «мной». Я вдруг поняла, как же хочу убить свою Наставницу. Как желаю обезоружить,  отрезать ей всё лишнее и стереть с  лица её высокомерную улыбку. Все подозрения и сомнения оформились в единую картину. «Я не должна вернуться живой  по её задумке». «Интересно, эта тварь понадеялась на джедаев или послала ещё кого-то, чтобы быть точно уверенной?» Сознание потихоньку прояснялось. Серый поток отступал под влиянием моих эмоций… Разум зацепился за одну из них. Ту самую, которая как незаживающая рана, гноилась в моём разуме уже много лет. Я стою под чёрным татуинским небом. А в воздухе лишь пепел. Пепел, который танцует серым смерчём  над чёрным от гари песком. Танцует над смертью, которая пришла в этот маленький посёлок рабов. Лицо сестрёнки. Её голос. Я помню и не помню. Мне до сих пор больно от боли утраты. Но обезумевшая память отказывается возвращать мне её лицо и голос. Я помню лишь… …боль и страх… Пылающие хижины соседей. Обожжённая одежда, всё в гари, слёзы, превращающие моё пепельное детское личико в серое месиво. Чужаки, общающиеся на непонятном языке. Холодные, как песок, убивающие бездушно, как дроиды. Большая их часть уже покинули посёлок. Вижу лишь двоих, которые склонились над чем-то…неподвижным. – Мама-а-а-а-а-а-а! Мой крик слышат, наверное, все в округе, но меня это уже не волнует. Что-то тёмное поднимается  из глубин сознания. Что-то чёрное, чему я не могу найти объяснение. Оно поглощает  разум, нашёптывает, переполняет моё маленькое тело от волос до кончиков пальцев. На мгновение сознание гаснет под давлением поглотившего меня непонятного… нечто. «Убить…всех…» А потом я вижу маму уже рядом. И себя на коленях рядом с ней. И… чужаков—тускенов… Вывернутых наизнанку, как старые тряпки. «Это… я сделала?» «Чепуха какая-то. Я маленькая девочка, а не убийца.» «Или… уже убийца?» Разум переполнен странным чувством… Хочется смеяться и  больше смерти для этих… гадких. Всё внутри меня хохочет и просит ещё… Ещё страданий, боли, ненависти. Пинаю одного из тускенов и плюю на него: – Ур-родище! Тело охватывает дикое желание сжечь мерзкую пустыню с её обитателями… всю эту дрянную планету… ….выкрутить и выжать как тряпочку остальных тускенов, хаттов, их надзирателей… …тех самых, которые били плёткой маму и нас за медлительность, усталость, косой взгляд, за… просто так… И вдруг всё обрывается. Я осознаю, что мамы больше нет, что они убили её, дома тоже нет, и мне теперь некуда вернуться. «Ну и что, что  она была приёмной? Она любила нас с сестрёнкой. И где сестрёнка? Они её похитили?» Слёзы с пеплом серой кашицей засоряют очки. Снимаю их, пытаюсь вытереть грязной одеждой, но делаю только хуже. Сильный порыв ветра. Ничего не вижу в пепельной серости. Кажется, что всё вокруг стало пеплом. Мёртвая мама, остатки тускенов, я, догорающие дома. Идти некуда. «Я тут умру?» «Ну и пусть. Увижусь с мамой.» «Мама…» Комок подступает к горлу, в глазах щиплет, и я снова реву. Пепел оседает. Зарево от домов смешалось  с падающей серостью и чёрным небом пустыни. На мгновение мне приходит в голову дикая мысль, что это красиво. Вдали вдруг что-то гудит, постепенно приближаясь. Вскакиваю и озираюсь. «Прятаться или нет?» Смотрю на догорающий дом и понимаю, что мне больше негде прятаться… «И главное… Зачем?» Хруст песка под чужими подошвами. Снова пробую протереть очки… Видно  всё равно плохо. — Кто там? Хочется  крикнуть грозно, но почему-то выходит пискляво и жалко. Из темноты выходит женщина. Серый пепел липнет к её угольно-чёрному плащу. Тёмно-фиолетовые волосы слабо поблёскивают под светом рукотворных кострищ. Чёрно-серая фигура нависает надо мной. Мне страшно. — Ну и кто тут у нас? Голос у незнакомки мог бы показаться дружелюбным. Но холодная улыбка не оставляет никаких иллюзий. Она изучает  меня с видом ребёнка, поймавшего таракана. И теперь думающего – оторвать ему лапки или нет. Собрав всю свою храбрость, отвечаю: –Ж-женя. Женщина продолжает  рассматривать меня. Не спеша, думая о своём. А потом вдруг начинает быстро задавать вопросы: — Кто-то из твоих близких погиб? — Д-да. — Кто? — Мама и ещё сестра пропала. — Отомстить хочешь? — Да! Говорю это неожиданно твёрдо и чётко. — Тогда иди за мной. Мой гравицикл неподалёку. Быстрее, а то никуда не успеем! И вот мы летим над ночной пустыней. Я держусь сзади за пояс женщины. Рука скользит  чуть вбок. «Что это?» — Не трогай мои вещи. Это первое правило, если ты хочешь жить. Её голос холоден, как песок ранним утром. — И-извините. — Это правило. Одно из многих, если ты хочешь и дальше следовать за мной. «Следовать за ней?» Эта мысль уже не кажется мне такой дикой. — Можно вопрос? — Попробуй. — Как вас зовут и почему вы меня спасли? Женщина коротко хмыкнула. — Целых два вопроса, получается... Меня зовут Дарт Беллатор. Если станешь моей ученицей – можешь просто называть меня “Учитель”. Немного помолчав, она продолжает: — А подобрала тебя… По своей прихоти. Видишь ли, я ситх, я сильная и могу позволить себе… Такие вот прихоти... «О как!» — Я могла бы тебя убить, продать в рабство или просто проехать мимо. Но мне захотелось – и я сделала то, что сделала. Её голос стал чуть тише: — И ещё потому, что не каждый день видишь, как маленькая девочка всплеском Силы убивает двух взрослых тускенов… Голова кружится... То ли от огромной скорости, то ли от новых впечатлений… У меня ещё много вопросов, но лучше не спрашивать спутницу лишнего. Честно говоря, мне немного страшно… «Вдруг и правда убьёт, если не то скажу…» Сильный толчок, лязг тормозов. Перед нам лагерь тускенов. «Твари…» Чувствую, как вместе с гневом чёрное  нечто снова поднимается из глубин разума. Но я уже немного понимаю, что это на самом деле. Короткий смешок сзади: — Давай же. Позволь Силе освободиться –  и направь её на врагов…