Глава 8 "музыка и звук"

Это случилось спустя три дня после их памятного похода. Немного окрепший духом Иоши Идори пришёл в класс 1-C и обнаружил необычную картину: место его главного проводника, Виктора, было пустым. К счастью, на своём привычном месте был Акихиро. — А? Где Виктор? — переспросил Аки, подняв голову. — К врачу поехал, прибудет аккурат к концу уроков. Так что ты хотел? Он сидел в развязной, открытой позе, запрокинув ногу на ногу и облокотившись на спинку стула. Смотрел на Иоши снизу вверх — насколько позволяла разница в росте, которая делала Иоши довольно миниатюрным даже по японским меркам. Иоши отвечая Аки: — Я, собственно, не совсем к Виктору… — А, вон как, — Акихиро оживился от не стандартности ситуации, и в его глазах мелькнул интерес. — Значит, ко мне? — Да, к вам. Можете, пожалуйста, показать ваш радиокружок? — Пф-ф, — Акихиро сдержанно фыркнул. — Ты что, со своим рок-н-роллом махнул рукой и к нам податься решил? Прости, — добавил он уже без насмешки, видя, как Иоши слегка съёжился. — Ну ладно, ладно, — смилостивился Аки. — Покажу. Только после уроков, специально когда никого не будет. Везунчик ты наш. — Спасибо огромное, Хадэ-сан! — выдохнул Иоши, и его лицо озарила улыбка, после чего он поспешил удалиться, будто боясь, что предложение отменят. Акихиро, проводив его взглядом, лишь покачал головой с лёгкой улыбкой. *«Интересно, когда он вспомнит, что меня и по имени можно называть?»* *** Спустя положенное время Акихиро, словно ответственный старший брат, забрал Иоши из класса 1-C, и они направились в крыло школы, отведённое под кружки. — А почему вы не стали музыкантом? — как гром среди ясного неба, прозвучал вопрос Иоши. Акихиро споткнулся на ровном месте. — Чего? В каком смысле? — Ну, я слышал от Канича, что ты в радиокружке. А там, как я понимаю, нужен идеальный слух, чтобы вылавливать помехи и различать тончайшие нюансы. Плюс нужно тонкое чувство — какие настройки эквалайзера лучше подходят для разных голосов и музыки… У тебя явно есть дар. — Знаешь, Иоши, — Акихиро на секунду остановился и посмотрел на него с новой, настороженной заинтересованностью. — Порой твоя проницательность меня по-настоящему пугает. Он помолчал, подбирая слова, пока они шли по длинному, слабо освещённому коридору. — Но ты прав. У меня есть предрасположенность к тонкому слуху. К музыке же я… почти равнодушен. Да, мне нравится слушать электронику 80-х, вроде Oingo Boingo, но у меня… — он развёл руками, — как бы я ни пытался, «каменный цветок» не выходит. И по сей день. — Каменный цветок? — неподдельно удивился Иоши, представив себе букет из гранита. — Ах, да, — Акихиро хмыкнул. — Фразеологизм. Из русской книги «Мастер и Маргарита». Клёвая книга, кстати. Дам почитать на японском как-нибудь. — Он поспешил добавить это, увидев, как у Иоши загорелись глаза и он уже открыл рот, чтобы попросить. К этому моменту они дошли до двери радиокружка. Тот занимал почти половину этажа, и Иоши ожидал увидеть нечто грандиозное. Внешность, однако, была обманчива. Внутри царил творческий, но строгий хаос. Большую часть пространства занимали стеллажи, ломящиеся от запасов радиооборудования: катушки с проводами, старые микшеры, микрофоны в чехлах. В центре комнаты возвышался огромный, покрытый сотнями ручек и мигающих лампочек пульт звукорежиссёра. Лишь за тонкой перегородкой, обильной звукопоглощающим поролоном, но всё же имевшей окна на улицу, угадывалась небольшая записывающая студия. — М-да… — протянул Иоши, медленно обводя взглядом помещение. — Тут будет… тяжело разместить всю аппаратуру, если мы будем здесь записываться. — *«Если»*, — с лёгким сарказмом подчеркнул Акихиро. — Официально вы не можете получить разрешение на запись. Да и я ой как сомневаюсь, что вам позволят тут перелопатить половину студии ради вашей музыки. *Однако*, — его тон сменился на деловой, — я буду договариваться со старшими. Посмотрим. — Хадэ-сан, я просто прикидывал, не стоит… — начал было извиняться Иоши, но Акихиро махнул рукой. — Да ладно тебе. Это ведь не только для тебя. Так ещё и для Виктора. — Хадэ-сан, а расскажите, как вы познакомились с Каничь-саном? — робко спросил Иоши, переведя разговор. — Да рассказывать-то особо нечего, — Акихиро прислонился к стеллажу, и его лицо смягчилось. — С трёх лет наши родители были соседями. Дальше — как у всех: одна песочница, потом одна школа… Даже по Хоккайдо переезжали в одно время, представляешь? Не разлей вода. Вдруг из-за угла, от самого пульта, раздался знакомый низкий голос: — Вы обо мне, народ? И в следующее мгновение в дверном проёме появился сам Виктор, отряхивая с куртки осенние капли. Он вошёл в студию, и Иоши не смог сдержать сияющей улыбки. — Я к вам с новостями, — с порога заявил Виктор, и в его глазах играли знакомые искорки азарта. — Похоже, я нашёл нам кандидата в группу. — Ого, — приподнял бровь Акихиро. — Неужто это та особа, о которой ты узнал раньше меня? Вот это интересно. — Ого, новый человек! — воскликнул Иоши. — Уже хочу познакомиться! Расскажи, расскажи, Каничь-сан! — Из класса 1-B, — торжественно объявил Виктор. — 1-B? — Акихиро нахмурился, как будто почувствовал неприятный запах. — Это же тот самый, где сплошные интриганы и почти никто ни с кем не ладит. Ужасное гнездо. Ты точно уверен, что нужный нам человек в B-классе? — О, друг мой Аки, — Виктор широко ухмыльнулся, — я абсолютно уверен. Потому что этот человек публично осадил местного задиру, защищая какую-то тихоню-девочку. Значит, доброта и смелость в нём не лишены места. Так что завтра идём на разведку, договорились? — Ну… только Иоши подальше постоит, окей? — озабоченно сказал Акихиро, бросив взгляд на младшего, буквально опекая его как младшего брата. — Заметано, — кивнул Виктор. И в тишине студии, среди мигающих лампочек и приглушённого гула оборудования, родился новый план. Иоши смотрел на своих старших товарищей, и в его груди, рядом с привычной робостью, затеплилось новое, твёрдое чувство — предвкушение общего дела. **Конец тома.**