ГЛАВА 5! ВСЁ ЕЩЕ ХУЖЕ

Лёха сидел в тёмном закутке, дрожа, как шлюха после гера. Лицо распухло, нос побит, губа разорвана. Всё тело болело так, будто кто-то нагадил на каждую клетку, а потом ударил кирпичом. Сирены всё ближе. Фары полицейских машин мигали вдалеке. Район закипел, как старая сковородка — все знали, что вчера был труп. И все знали, кто это мог сделать. Он пытался встать, но руки дрожали, ноги подгибались. — Блядь… — прошептал он. — Ну хоть чуток… Он упал снова, глухо шлёпнувшись об асфальт. Дохлое чувство паники текло по венам вместе с адреналином. И тут он увидел… Парень лет двадцати, расслабленно курил на углу, думал о своих делах, о том, что жизнь хороша. Лёха не думал нахуя. Он действовал инстинктивно. — Эй… — выдавил он, глаза блестят смесью страха и жадности. Парень повернулся. — Чё, чмо? — раздалось, лёгкая насмешка. Лёха бросился. Схватка была короткой, тупой, животной. Он толкнул парня — тот упал, ударился головой о бордюр. Слышался резкий треск. Лёха продолжал бить до характерного звука мяса Лёха застыл, сердце выскакивало, руки дрожали. Кровь на асфальте смешалась с дождевой грязью. — Всё… — прошептал Лёха. — Всё пиздец… И тут он услышал сирены ближе. Вспышки света — полицейские машины впритык к улице. Крики. Менты заметили его. Ноги еле слушались. Каждый шаг — боль, каждый вдох — паника. Он упал. Ещё падение. Дрожь, кровь в носу, кровь на руках. Ещё падение. Наконец, смог подняться, цепляясь за грязный забор, за мусорные баки, за всё, что попадалось под руку. Мир вокруг стал вихрем: свет фар, крики ментов, звон стекла, хлюпанье крови и слюны. Лёха нырнул в узкий проулок. Там было темно. Грязь по щиколотку. Старые коробки, мусор. Он прятался. Затаился. Дышал тяжело, боясь сделать хоть один звук. Сирены ушли дальше. Ментов больше не было… пока.