До того, как утонет тишина

Всё казалось таким скудным и пустым после пребывания на ветреном острове уже четыре года. Это оказался новый сон — уже что-то приятное. Нашатра аккуратно вышла из дома. Каштановые локоны, завязанные в два хвостика спереди и украшенные белоснежными бантиками, качались из стороны в сторону. Во сне было довольно холодно. Кончики пальцев изучали материал стен. Спереди была пещера. Она вроде бы казалась безопасной, но множество чуть заострённых камней не внушало доверия. Нэш чуть пригнулась, чтобы влезть в пещеру. Она накрыла накидкой голову, чтобы, если что, не пораниться. Выйдя наружу, она увидела флот, держащийся на воде. Само здание выглядело как маяк. На краю стояла её давняя подруга. Как же Нэш сразу её не узнала. Погода была облачной, и ветер колошматил воду, у которой не было видно краёв. Брызги создавали шум — скорее приятный и успокаивающий. Стук ботинок отозвался у Аделаиды. Она обернулась на Нашатру. Её личико украшала мягкая улыбка. Наконец, спустя столько времени, она увидела того, кого хотела. Нэш стояла немного дольше, чем осознала, кто перед ней. — Долго ты ещё там? Аделаида чуть хихикнула. Её голос звучал тихо, а шум воды добавлял спокойствия. Нашатра неровно усмехнулась шутке. Лунатик встала рядом, их плечи соприкасались. Она уставилась туда же, куда и Аделаида. Мягкие волны, чуть зеленоватые, плескались, будто пытались перебороть друг друга. Туман сглаживал горизонт. Всё казалось таким спокойным и гармоничным, что, возможно, Нэш даже пожелала бы остаться здесь навсегда. Остаться с ней. — Напомни, а куда мы смотрим? Нашатра задала риторический вопрос. И так было понятно, что обе просто наслаждались компанией друг друга. Аделаида не стала отвечать. Между ними не было никакой недосказанности — наоборот, они понимали друг друга без слов. Лаида легонько положила голову на плечо Нэш и прижалась. Нашатра была не из тактильных, но с ней — приятно. — Я скучала. Но её глаза были не полны отчаяния — лишь искрой и счастьем от долгожданной встречи. Нежные блондинистые волосы развивались на ветру. — И я, Аделаида. Ответ не звучал принуждённым, а наконец искренним. Их кисти переплелись. У Нашатры были тёплые руки с пластырями от мелких ссадин, у Аделаиды — прохладные, от пребывания на свежем морозящем воздухе. Без объятий. Просто так. Им и не нужно было — они чувствовали друг друга даже на расстоянии сотни миль. Каждая думала о своём, но обе ощущали одно и то же тепло — даже в такую погоду.