Глава 15. Новый мир.

Водитель вновь проснулся на два часа раньше. На это уже он не мог закрыть глаза. В этом надо разобраться. Мужчина даже в самых безнадежных ситуациях обычно спал, как мертвый, до шести утра. Но Земля как-то странно на него действовала. Да, может, поток воспоминаний выбил его из колеи. Ведь перед сном ему вспомнился звездный небосвод. То, каким прекрасным он может быть, если наплевать на свой режим. Но мужчина не пересилил себя и уснул крепким мертвецким сном на всю ночь. Солдат выглянул в окно. Только начинало светать, но небо уже прогоняло сумрак и постепенно награждало землю первыми ленивыми лучами солнца. Да и первые птицы сонно зевали и готовились весь день щебетать о своем, птичьем. Далеком и непонятном для людей. Совсем скоро пропоют первые крикливые петухи, поднимая деревенских жителей. А вот город будили первые работники своим шуршанием шин. Первые ранние пташки, разлетающиеся по местам работы. Тоже своего рода петухи. Резкий порыв ветра, прохрустевший свежей древесиной, окончательно пробудил инстинкты в водителе. Он подскочил к окну и нервно сглотнув, поняв, что недостаточно быстро сбегал. - На пол! - пытаясь одним своим криком разбудить обоих, скомандовал солдат. Но пассажиры только непонимающе приподняли головы от подушки и уставились на вернувшегося. Но тот не унимался. Сперва он скинул Сергея, а следом и Степана, который и сам-то уже собирался падать, услышав выстрелы. - Это то, о чем я думаю? - Да. - не стал таить Роман, садясь за руль. - советую перейти в переднюю часть машины. Задняя будет меняться. - Во что? - Вы хотели увидеть мой аппарат без маскировки? Ну вот, отличная новость, это произойдет прямо сейчас. - Может, не стоит? - Они нас засекли. Знают, кто внутри. Не поможет. Степан, вздохнув, не стал больше спорить. Он подошел ближе, как и просил водитель. Сергей подскочил следом. А задняя часть автомобиля уже начала свое превращение в салон космолета, где мог поместиться небольшой отряд пехоты. Все находилось в одном помещении без перегородок. В дальнем углу кровать с высокими бортами (видимо, чтобы не упасть во время маневра). Рядом, напротив носовой застекленной части космолета, стол и стул, привинченные к полу. По центру еще один стол, только уже круглый. По правой стене тянулись сиденья. А напротив них стояла капсула, похожая на солярий. Сергей присвистнул, не ожидав чего-то подобного. - Советую пристегнуться. - проговорил Роман, врываясь в их состояния шока. Он уже защелкнул на своем теле перекинутые через плечи ремни. Возле него, справа, было еще одно кресло, будто бы для второго пилота. А за первым рядом был второй, куда и решили сесть ФЭСовцы, чтобы не мешать пилоту. Они даже примолкли, наблюдая за происходящим. Если бы не упавшие с противным треском деревья, можно было вовсе понадеяться на сетку, которая сливала космолет с окружающей местностью. Если говорить магическим термином, то просто шапка-невидимка. - Где они? - Под маскировкой. - пилот осмотрелся по сторонам, пытаясь увидеть что-то или кого-то. - что сенсоры показывают? - Два часа на северо-восток, три с половиной часа на север, девять часов на юг и восемь часов на юго-запад. - Значит, четверо. Что ж, попробуем выбраться. Держитесь. Техноарийцы раскрыли сами себя, открыв огонь по судну, который нырнул под северный космолет и резко перевернулся, скрывшись под маскировкой хамелеона. Степан и Сергей вцепились в ремни безопасности, не ожидав подобного маневра. А Роман приклеился к брюху судна и резко дернул штурвал направо, в сторону второго космолета, уводя за собой машину противника. Когда столкновение стало неизбежным, пилот отцепился и отлетел в сторону, наблюдая, как на округу разлетаются осколки, выбираясь из снопа огня, несущему смерть всему живому. - Диверсии - мощнейшее оружие. - подытожил пилот и вновь обратился к искусственному интеллекту своей машины. Она указала координаты, где находились две оставшиеся машины, и снова умолкла. А судно противника уже вычислило его. И пришлось идти на сближение без раздумий. - А почему бы их не взорвать? - Если узнают, что я стрелял в них, разговор будет другой. А тут не справились с управлением. Мой космолет не оставляет следов. - Ты так летать в космосе научился? - Я удивлен, что они работают. В космосе и здесь разные плотности воздуха. Там вообще невесомость. Солдат сделал вираж и едва не сбил носом возникший из ниоткуда челнок. Но он должен был появиться чуть позже... Неужели здесь есть и другие космолеты, которые не может разглядеть система бунтаря? - Ты уверена, что двое осталось? - Я больше не вижу. Роман тяжело вздохнул и приклеился к намеченному судну. Искусственный интеллект подсказал, в каком направлении его надо толкнуть, чтобы спровоцировать столкновение. Резкий рывок руля налево. Судно содрогает от столкновения. Носовая часть челнока стремительно тянется соблюсти законы физики. Диверсант отцепляется от брюха и отлетает в сторону, наблюдая за падением обломков на несчастную поляну перед лесом. Когда все стихло, пилот приземлил судно и открыл люк, отстегивая ремни. Он поднялся и выглянул из космолета. Обломки горели и коптили черным мерзким на запах дымом. Никакого движения или постороннего шума. - Вроде чисто. - наклоняясь к людям, оповестил Роман. Степан облегченно выдохнул и решился встать. Он выглянул и осмотрелся. Сергей подошел к ним и присвистнул. Солдат показал, как им выбраться отсюда и даже подал руку, чтобы они не упали и не разбились при прыжке с такой высоты. Они осмотрелись, а пилот решил проверить обломки, хоть и коллеги были не рады. - Тут никто не мог выжить. - огорчил или обрадовал майор, следуя за пилотом. Ему в ответ кивнули. Роман внимательно осматривал обломки, слушая вполуха. Для него сейчас важнее было убедиться в отсутствии движения в этом эпицентре. Техноарийцы живучие, и панцирь спасает от многого. Возможно, и от падения с высоты. Солдат не проверял. Не доводилось бывать в таких ситуациях. Пилот искал тела, чтобы убедиться, что пришедшие не опасны для них, о чем и сообщил остальным. Они понимающе кивнули и решили помочь. Пожалуй, тут осторожность не помешает. Подозрения водителя не покидали сутки. И они оказались не напрасны. Их все-таки преследовали. - Я тел не вижу. - крикнул Степан. Роман обеспокоенно поднял голову. В его глазах был ужас. Если тел нет, то они уже либо ушли, либо спрятались для дальнейшей атаки. А это было не к добру. Неизвестно, сколько было внутри техноарийцев. Волнение передалось другим. Они догадывались, что это плохо, но, судя по лицу друга, это было ужасно. И это подтвердилось буквально через минуту. Из-под обломков вынырнул панцирь и схватил Сергея, который опомниться не успел, а вырываться оказалось бесполезно. Солдат поднял оружие, но было поздно. - Опусти. - послышалось из-под шлема. Роман прикрыл глаза и откинул в кучу мусора винтовку. Степан поднял руки, увидев, что самый сильный среди них даже не попытался хоть что-то изменить. Он мысленно помолился и рухнул, ничего не поняв. Майский дернулся, но тело не слушалось. Ноги перестали держать. Мир перед глазами поплыл. Роман даже не попытался увернуться от дротика, которым когда-то он усыпил Николая Петровича. Он упал, и мир улетел в невероятные дали. *** Степан открыл глаза в круглом помещении, свет куда проникал только из-за решеток на потолке, которые по совместительству были люком. Сергей уже пришел в себя, но головы не поднимал. - Слава Богу, живой! - зато Роман ждал, когда он откроет глаза и осмотрится. По голосу солдата можно было сказать, что он марафон пробежал перед этим. - Вы как? - Я-то в норме. - Майский поднял голову и махнул рукой на третьего. - это у него спрашивай. - А с ним-то что? - обеспокоенно спросил Степан. - Я первым пришел в себя, он всего лишь об этом. - не стал уточнять солдат и спрятал руку за коленями, будто скрывал что-то. Короткостриженный кивнул и не стал лезть в это дело. Только он знает, где они и что их ждет. И, кажется, уже с ним поговорили. А, может, просто нетерпеливо ждал того, что им всем уготовано. - Почему я еще все помню? - поинтересовался Степан. А в голосе дрожь. - Им сначала надо следы замести. Узнать, кому мы рассказали, а потом уже... - вернувшийся даже не договорил, понимая, что они и сами догадались обо всем. Воцарилось молчание. Говорить не о чем было. А, может, просто не хотелось даже думать о том, что с ними будет. Тяжелые шаги было слышно даже отсюда. Двое весьма недружелюбно настроенных попросили встать бывшего техноарийца по центру их тюрьмы. ФЭСовцы обеспокоенно подняли головы и уставились на солдата, который уже и без всяких слов начал подниматься. Но дело шло настолько медленно, что Степан взялся ему помогать. Роману говорить не надо было, чтобы поднять руки, когда начался подъем панели и открытие люка. - Только не глупите. Они сильнее. - предупредил солдат перед тем, как ему скрутили руку. Но Сергей не мог без глупостей. Он дернулся в сторону люка, но сверху на него выглянуло оружие. Роман перехватил рукоять без страха в глазах. Но техноарийцы не оценили его рвения. И если бы не рука, вспомнивший вовсе упал обратно вниз. Степан остановил майора, чтобы тот не начал только больше глупить. Он покачал головой, давая понять, что у них ничего не выйдет и проще смириться, чем пытаться что-либо сделать. Техноарийцы приперли адмирала к стене и приковали наручниками, закольцевав ток, чтобы у него не было и помысла выбраться. Вот только хотелось сделать именно это. Роман понимал, что мужчинам здесь долго не продержаться. Сперва надо стереть память. Но до этого надо дожить, что будет еще не скоро. - В прошлый раз ты отказался говорить. А у нас режим и все такое. Сам знаешь. - начал один из техноарийцев, которого невозможно было отличить от другого. Даже рост был один. Как под копирку. - поэтому сейчас продолжаем. - Напомнить вопросы, которые нас интересуют? - на удивление вежливо поинтересовался второй. - Куда переехали терионы, что я вспомнил и кто знает о вас... - ответил вспомнивший. - я помню. - И что ты хочешь сказать? - Ничего. Первый тяжело вздохнул и наотмашь ударил по лицу, не снимая железной перчатки. Роман откинул голову и зажмурился. Боль пробудила очередные воспоминания. Такие допросы были не единственными в его жизни. Они постоянно чего-то хотели от него. И второй подтвердил это. - Мы уже столько раз у тебя спрашивали это, а ты так ни разу и слова не сказал. Хоть приличия ради один раз бы сдался и сказал, как на духу. - Не мои принципы. Первый без особых церемоний и размышлений о том, кто стоит перед ним, ударил под дых с неприятным хрустом. Силы они совершенно не жалели и даже не думали бить слабее. А вспомнивший, невзирая на то, что его ударило током, когда он согнулся пополам, все равно не торопился подниматься. Вместо ответа кашель. Вместо награды боль и ничего хорошего. Не успел он подняться, как следующий удар обрушился на его лицо. Затем по корпусу и целая серия хаотичных ударов. Но ответом по прежнему служил только кашель. - А не проще заглянуть ко мне в память? - поинтересовался Роман хриплым голосом, пытаясь сосредоточить все внимание на двух техноарийцах. - Все дело в том, что у тебя удалили одну штуку. - первый покосился на руку прикованного, где виднелись свежие швы. - а без нее нам будет сложнее узнать у тебя все, что нам нужно. В твоей голове сейчас такое творится... Думаю, и сам знаешь. А вообще мы не планировали касаться твоей памяти. - И что тогда сделаете с нами? Просто убьете? - Среди вас есть один, который долго не протянет здесь. Думаю, мы все понимаем, о ком идет речь. Роман усмехнулся и покосился на люк, сглотнув. Даже такое простое действие отозвалось во всем теле неимоверной болью, от которой хотелось сложиться обратно. Но мужчина упрямо стоял на ногах. Руки и без того жгло. - Вольт прибавили в наручниках!? - почувствовал еще большее жжение в запястьях Роман. - Так интереснее, правда? - Ты никогда не был истинным техноарийцем. Тебе вечно хочется пойти против приказа. - Тогда как я дослужился до адмирала? - последовал вполне логичный вопрос. - Благословение Главного, чтобы ты считал себя безупречным солдатом. Но у всего есть конец. Поэтому скажи, что ты знаешь... - И вы пойдете вырезать всех, кто хотя бы близко стоит к нам. Я знаю вас. Техноарийцы синхронно вздохнули и дернули головами. Даже движения одни и те же, да и те предсказуемы до безобразия. Даже драться неинтересно - бой с самим собой. Хотя, может, в этом что-то все-таки есть. Кто кого? Ты или твой двойник под глухим шлемом? - Мне кажется, скоро понадобится сыворотка. Принесешь? Второй только кивнул и скрылся за дверью. Первый повернул голову в сторону адмирала, который сверлил взглядом визор перед собой. Техноариец вооружился двузубцем и ткнул в незащищенный бок, а отпустил только после того, как ток прокатился по всему телу. Прикованный зажмурился и зашипел от боли. - Что без панциря туго? - Иди ты. - прохрипел Роман. И вновь удар по ребрам. На этот раз рукоятью двузубца. Когда второй вернулся, казалось, что даже сыворотка уже не поможет так быстро срасти кости. Но они даже не задумались над этим. Им главное, чтобы он не умер раньше, чем все расскажет. А там им уже абсолютно все равно, что случится с ним. Запертые негромко переговаривались, пытаясь заглушить звуки сверху. Они понимали, что их ждет та же участь. И ожидание было ужасным. Страшнее, чем само действие. А, может, проще им все рассказать? И сколько жизней тогда будет унесено? Нет. Они не могут. Надо взять себя в руки и подумать о чем-нибудь светлом. Кажется, Роман держится как раз именно на этом. А, может, на чувстве долга. Надо будет потом изловчиться и поинтересоваться. Если еще будет это «потом». Сломанные кости начали зарастать меньше, чем через три минуты. Вероятно, попадание сразу в кровь сыворотки ускорило время действия. Но от этого было не легче. Вспомнивший даже не знал, что больнее - ломать или лечить эти кости на такой скорости. - И что дальше? Снова сломаете эти кости? Вместо ответа все повторилось. Разряды током, удары, выбивающие дух, порезы. Но все без толку. Он или молчал, или отвечал колкостями. Техноарийцы даже устать успели. Но без приказа они не могли остановиться. А на данный момент у них был только один - добиться своего любой ценой. И выполнение приказа летело псу под хвост из-за упрямства допрашиваемого. Поняв, что от него ничего не добиться таким путем, они вспомнили про двух людей, которые были далеки от всего космического и до определенного момента вряд ли стопроцентно верили в жизнь вне Земли. Может, через них им удастся подействовать на адмирала? Роман дернулся, но его обожгло током. Он покосился на запястье и сжал зубы, понимая, что бессилен в этой ситуации. Или рассказать, или смотреть, как ломаются кости друзей. Выбор максимально сложный. Он только начал вспоминать их и свою жизнь, точно делить сон от яви и жить человеческой жизнью. И эти люди ему в этом помогли. А теперь ему получается придется отвернуться ради сохранения каких-то тайн? Но если он пожалеет их, всему ФЭС будет худо. В его голове был настоящий мозговой штурм, пока оставшихся заключенных поднимали наверх. А в глазах ужас и ненависть. Надо было что-то срочно придумать. Но в голову упрямо ничего не лезло. То ли ему все отбили, то ли просто ситуация была из разряда безвыходной. - Делай, что считаешь нужным. - с удивлением рассматривая под светом друга, заверил Сергей. - мы кое-что слышали внизу. Роман сглотнул и кивнул. Но делать то, что он считал нужным, никак не хотелось. Сейчас ему хотелось крикнуть «стой, уговорил» или что-то в этом духе. Спасти шкуры друзей. Но язык плотно держался за зубами. А, может, просто голосовые связки вдруг резко потеряли свою силу. Душа не хотела, а мозг делал то, что надо. Спасал сотни других жизней. Сергей понимающе кивнул, поняв, что значит молчание, и покосился на Степана, который и сам догадался, что скоро будет выглядеть примерно, как Роман. Если не хуже. Но он смирился, услышав вопросы от техноарийца. Пусть лучше будет живы другие, чем они. Работа у них такая - защищать других и восстанавливать справедливость. Попытка вырваться была пресечена точным ударом в челюсть без сожаления или послаблений. Майский, совершенно не ожидав, что это будет настолько больно, упал и повис на руках второго техноарийца. Роман закатил глаза, но говорить ничего не стал. Его не услышать. Воли к жизни в них все же больше, чем здравого рассудка. И Степан, забывая о силе в руках панцереносцев, дернулся к другу, пытаясь вырваться из железных рук. - Вы, кажется, потеряли рассудок. - подытожил вспомнивший, пиная двумя ногами одного из державших. Техноариец потерял равновесие. Сергей успел отскочить в сторону, чтобы его не придавило телом. - Все бессмысленно. Вам не выжить. - Может быть, но подраться перед смертью я не прочь. - усмехнулся майор и прыгнул в сторону стола, на котором лежали пейнпад, двузубец и неизвестный продолговатый предмет. - Куда бить, чтобы пробить? - Без оружия, только если по ногам. Степан кивнул и наступил пяткой на стопу державшему, который пытался одной рукой вытащить дротик с нейролептиком. Эффект, может, и был не таким, каким ожидал его увидеть бунтарь, но все же был. Ему удалось выбраться и отскочить в сторону. - Где ключ? - Не успеете. Серег, ты знаешь, куда бить. Майский кивнул, подтверждая, что не забыл слабые места панциря. Уровень владения двузубцем у него, может, и был недостаточным для хорошего боя, но уверенно держаться против двоих майор мог. Степану приходилось уворачиваться от случайных ударов и работать отвлекающим маневром. Техноарийцу надоело забавляться с человеком. Он перехватил рукоять двузубца своей мертвой хваткой и потянул на себя. Интересно, домкрат смог бы разжать эту хватку? Или ничто уже не возьмет такую мощь? Степан бесстрашно кинулся на техноарийца и снес его с ног. Хватка ослабла, и Майский смог проткнуть его бок и вытащил двузубец из тела только после того, как прекратились предсмертные конвульсии. Убивать ему уже приходилось. Он сейчас даже не задумался над тем, что сделал. А вот второй возжелал справедливости. Ему было уже все равно на то, какой приказ был дан. Эти упрямцы и слова не скажут. Только покалечат друг друга специально, чтобы раньше умереть. Как был завален второй, никто из троих толком и не понял. Ярость захлестнула мозг. Победа над одним придала уверенности. Жажда к свободе подтолкнула к отчаянию. Осознание неизбежной смерти подарило силы. - Теперь-то скажешь, где ключ? - поинтересовался Степан, когда все закончилось. - На столе. - кивнул на столешницу Роман. Сергей развернулся и быстро догадался, что тот самый продолговатый предмет, похожий на болт, и есть ключ. Он присвистнул и схватил его. Майор торопился, понимая, что скоро здесь будут другие. И гораздо больше, чем сейчас. А они-то с этими с трудом справились. А против отряда у них ни единого шанса. - Я сглупил... - подходя ближе, признался Сергей. - Это воля к жизни. - пояснил вспомнивший беззлобно. - только не касайся самих наручников. Они под током. Майский удивленно уставился сначала на запястье, закованное в наручники, а после на спокойное лицо Романа. Майор тяжело вздохнул и с предельной осторожной открыл сначала одну дугу, а следом и вторую. Освобожденный поддался вперед и едва не упал. - А это всегда так больно без панциря? - хватаясь за живот, поинтересовался Роман. - Да, я вообще удивлен, как ты им ничего не сказал. - После второго удара я вспомнил, что они мне не доверяли. Память, может, и стерли, но доверия не прибавилось. - признался Березин.. - Понимали, что однажды все вспомнишь. - Надо уходить. - не стал отвечать на точную догадку высокого Роман и надел свой пейнпад, а остальным снял с тел и помог их активировать. А трупы полетели в люк. Степан хотел сделать замечание, что они еще дети, но его слова улетели в пустоту. Здесь нет такого понятия.