Часть 2

Я кричал — хрипло, отчаянно, так, будто голос был единственным способом вытолкнуть из себя эту черную, удушающую боль. Кричал, пока горло не обожгло огнем, пока лёгкие не начали просить пощады. Но боль не уходила. Она лишь сильнее сжимала грудь, словно холодная стальная рука. И внезапно — тишина. Глухая, нереальная, как будто мир одним движением выключили. Ни дождя. Ни шагов. Ни шёпота ветра. Я поднял голову. Капли дождя висели в воздухе — неподвижные, замёрзшие в своих траекториях. Одна капля зависла прямо перед моим лицом, в сантиметре от кончика носа. Она искрилась, словно стеклянная бусина, отражая блеклый свет фонаря. Время остановилось. Сердце пропустило удар. И тут небеса расколол гром — низкий, протяжный. Небо вспыхнуло молнией, осветив улицу ослепительным белым светом. Впереди меня воздух начал дрожать, сжиматься, будто сама реальность собиралась в точку. Появился вихрь — плотный поток ветра, который закручивал пыль и листья в быстрое, яростное кольцо. Воздух вокруг меня задрожал, будто нити мира натягивались. А затем… раздался треск. Глухой, глубокий — как звук ломающейся стены. Передо мной раскрылась трещина в пространстве. Сначала узкая, как разрыв на ткани. Потом — шире. И шире. Пока не разошлась примерно на три метра в высоту. Внутри было только темнота. Ни света. Ни воздуха. Пустота, в которой не отражается мир. И из этой пустоты вышла фигура. Шаг. Ещё один. Я моргнул, думая, что схожу с ума. Это была она. Живая. Такая же, какой я помнил её в лучшие дни. Сухие волосы. Чистая одежда. Тот же мягкий, чуть виноватый взгляд. Тень улыбки на губах. Я отшатнулся. Посмотрел вниз — на её тело у меня на коленях, безжизненное, холодное. Потом — на ту, что стояла передо мной. — Ч… что… — слова застряли в горле. — Что здесь происходит?.. Она подошла ближе, не отводя от меня глаз. Мягко, аккуратно, будто боялась ранить тишину своим шагом. И присела возле самой себя — лежащей на дороге, под дождем, который больше не падал. Она подняла руку. Тёплое золотистое сияние вспыхнуло в её ладони. Тихое, как утренний свет, но мощное, как дыхание самой жизни. Она коснулась лба той, что лежала. Золото растеклось по мертвой коже, по закрытым векам, по застывшим губам. Сияние проникало внутрь, заполняя пустоту. Я не мог пошевелиться. Не мог дышать. Смотрел, как свет возвращает тепло там, где его уже не было. — Это для того, чтобы я… не вспомнила, — сказала она тихо, почти шепотом. — В другом времени. В другом пути. Мне не нужно помнить это. Я вскинул взгляд. — Но почему?.. Что это? Кто ты?.. Она наклонилась ко мне, ближе, так что я мог почувствовать тепло её дыхания. — Скоро ей нужна будет поддержка. Будь с ней рядом, — сказала она мягко, но твёрдо. — Это твой шанс. Последний. Я только кивнул. По-другому я не мог. Она улыбнулась — так, как улыбаются те, кто знает больше, чем может сказать. Развернулась и медленно шагнула в трещину. Свет вокруг начал гаснуть, реальность затягивалась обратно. — Подожди! — крикнул я. Но было поздно. Трещина сомкнулась, будто её никогда не было. Мир вспыхнул ярким белым светом. Я зажмурился, подняв руки к лицу. Когда открыл глаза — стоял у её дома. Ноги дрожали. Сердце билось так, что гудело в ушах. Дождь. Обычный дождь. Капли снова падали, как ни в чём не бывало. Дверь открылась. Она вышла — живая, тёплая, настоящая. Увидев меня, улыбнулась так, что мир снова стал цветным. Подбежала и крепко обняла. — Я так рада, что ты приехал… Я стоял, ошеломлённый, словно проснулся от кошмара. Я медленно вдохнул. — Нам… нужно расстаться, — произнёс я. Она замерла. Отстранилась всего на шаг — Что? — её голос дрогнул.