Часть 6

Тишина стояла тяжёлая, почти удушающая. Асу всё ещё сидела на холодном полу, держа отца в объятиях. Время будто остановилось. Звук крови, падающей на плитку, стал единственным звуком во всём мире. Но затем… мир напомнил о себе. Где-то снаружи раздался низкий гул — корабль всё ещё висел над домом. Сквозь разбитое окно тянул ледяной ветер. Надо было уходить. Но Асу не могла заставить себя разжать руки. — Папа… мне страшно… — прошептала она, хотя знала, что он уже ничего не услышит. Почувствовав, что силы покидают её, она медленно уложила тело отца на пол. Коснулась его лба — последний раз — и закрыла ему глаза. Её руки дрожали от боли, от ярости, от бессилия. И от того, что она знала: красный Днин вернётся за ней, если она останется здесь хоть немного. Асу поднялась. Слёзы ещё текли, но внутри — будто что-то начало кристаллизоваться. Не ярость. Не сила. А решимость. Она прошла по дому, который уже не был домом — лишь сценой разрушения. Тени от огней корабля колыхались на стенах, как живые. На кухне всё ещё стояла кружка матери. На диване — плед отца. Всё такое знакомое… такое безвозвратное. В коридоре она заметила следы борьбы: порванная занавеска, вмятина в стене, глубокий порез от клинка. Днины пришли не убить — забрать. И они забрали самое дорогое. — Мам… где ты?.. — выдохнула она. В этот момент за её спиной что-то тихо щёлкнуло. Асу резко обернулась. Красный Днин и мать Асу возникли на борту корабля — словно вырванные из реальности одним резким рывком. Воздух здесь был металлический, сухой. Коридор освещали холодные полосы белого света, и звук двигателей вибрировал под ногами. Красный Днин схватил женщину за руку и потащил вперёд. Её дыхание сбилось — не от боли, от страха за дочь. Они вошли в центральный зал. Высокий, полукруглый, с прозрачной стеной, через которую открывался вид на планету под ними. В центре висела голографическая консоль. — Уничтожить дом, — приказал красный Днин. Его голос был ровным, как сталь. — Команда принята. Подтверждаю ликвидацию. — ответил ИИ женским голосом, холодным и безжизненным. — Нет… подождите! — мать Асу шагнула вперёд, но красный Днин ударил её в грудь, оттолкнув в сторону. Она упала на колени, хватая воздух. Перед ней вспыхнуло голографическое изображение: её дом, их дом… такой маленький в масштабе корабля, но такой огромный в её сердце. Она почувствовала, как в груди что-то разрывается. — Пожалуйста… не трогайте их… — прошептала она, едва слышно. ИИ продолжал отсчёт, не реагируя на человеческую боль: — Уничтожение через: три… Экран дрогнул. — …два… Женщина поднялась, несмотря на удар, и бросилась к панели, будто могла остановить процесс руками. — …один. С нижней части корабля сорвался красный луч — яркий, как сама смерть. Он пронзил небо. На голограмме дом вспыхнул. Взрыв был таким мощным, что даже корпус корабля слегка содрогнулся, тихий гул прошёл по полу. Голограмма окрасилась огнём. Там, где секунду назад был её дом — теперь стоял лишь клубящийся шар огня и пыли. Женщина замерла. Потом шагнула ближе, протянув руку к голограмме, будто могла коснуться того, что осталось. — Асу… — голос сорвался. — АСУ!!! — она закричала так, что эхо ударилось о металлические стены.