Часть 10

Мама Асу — Зери — упала на колени, когда увидела, как взрывается дом, где находилась её семья. Яркая вспышка, грохот, и всё — мир исчез в огне. — Выживших не обнаружено, — бездушно произнесла ИИ. Зери покачала головой, словно не веря собственным ушам. — Нет… — выдавила она дрожащим голосом. По её щеке медленно скатилась одна тяжёлая слеза — единственное, что осталось живым в этот момент. — Утащите её в Казикмак, — приказал Днин с красной линией на шлеме. Двое Днинов схватили её за руки и потащили прочь. Зери не сопротивлялась. Её ноги едва двигались, будто стали чужими. Всё внутри неё рухнуло вместе с тем домом. Её бросили в тёмно-серую комнату. Удар пришёлся на бок, и её щёка прижалась к холодной шершавой стене. Камера была пустой — только тени и сырой металлический воздух. — Я… — прошептала она, но слова исчезли, не успев родиться. Так она просидела несколько дней — неподвижная, словно камень. Она не спала, не ела, даже не моргала порой. Душа её словно покинула тело, оставив лишь оболочку. Дверь открылась, и один из Днинов поставил рядом металлическую миску с едой. — Ешь. А не то умрёшь раньше времени, — сказал он, даже не глядя на неё, и ушёл. — Может… оно и к лучшему, — тихо прошептала Зери, почти беззвучно. Прошли ещё дни. Она стремительно худела; кожа стала бледной, почти прозрачной. Под глазами залегли глубокие тени, будто нарисованные углем. Прошла ещё неделя На миг она прикрыла глаза, позволив тишине поглотить её измученное сердце. И вдруг — едва слышно, будто из другого мира — прозвучал голос: — Мама… Зери резко распахнула глаза. Сердце ударило так больно, будто его пронзили. Она рывком повернула голову — но вокруг по-прежнему была только пустая, холодная комната с серыми стенами. Никаких шагов. Никакого дыхания. Никакой её девочки. Осознание обрушилось на неё, как ледяная волна. Это был не голос дочери — лишь слабое эхо памяти, отчаянная попытка сломанного разума ухватиться за то, чего больше нет. Губы Зери задрожали. Она закрыла лицо ладонями, и слёзы медленно скатились по бледным, осунувшимся щекам, падая на колени Прошла ещё неделя В камеру снова вошёл Днин — тот же, что приносил еду. Он нахмурился, увидев, что она так и не прикоснулась к миске. Набрал рис в ложку, подошёл ближе и аккуратно, почти осторожно, поднёс ложку к её губам. Рис попал ей в рот, но Зери не жевала. Он просто лежал, как безжизненный. Лицо Днина напряглось. Он резко отвернулся и с силой бросил ложку в стену — металл громко звякнул и упал на пол. — Как хочешь. Можешь умирать, — сказал он хрипло и вышел из комнаты. — Спасибо… — прошептала Зери. На её лице появилась слабая, крошечная улыбка — почти незаметная, но искренняя. Она медленно повернула голову к маленькому окну под потолком. Сквозь толстое стекло пробивался тусклый солнечный луч. Он мягко коснулся её осунувшегося лица, будто само солнце пыталось обнять её в последний раз. — Я иду к вам… — сказала Зери едва слышно и закрыла глаза. ------------------------------------------------------------------------- На улице хлестал холодный дождь, будто всё небо плакало. По пустынной дорожке к замку медленно шел человек, скрытый под глубоким капюшоном. Вода стекала по его плащу, оставляя следы на каменных плитах. Когда он ступил на порог, тяжёлые двери замка дрогнули и сами распахнулись, впуская его внутрь. Внутри было тихо и мрачно. Факелы на стенах едва мерцали, будто боялись осветить то, что находилось в центре зала. Посреди огромной комнаты стоял длинный каменный алтарь. На нём, неподвижно и бледно, лежало тело отца Асу — словно он спал, но дыхания в нём не было. Камень холодно отдавал эхом каждую каплю дождя, что стекала с плаща незнакомца. Мужчина медленно подошёл, задержав взгляд на безжизненном лице. Его пальцы слегка дрогнули, когда он коснулся холодного камня. На миг в воздухе будто что-то шевельнулось — тень, воспоминание, надежда. Он наклонился и тихо, почти шепотом, произнёс: — Ты… мой секрет.