Часть 8

Снейп, конечно, понял, что я делал что-то запретное. Но почему он покрыл меня? Возможно, его заинтересовала моя необузданная сила. Когда все ушли, я остался один. Я сжал руку, кости стали твердыми, как сталь, а мышцы — как канаты. Я чувствовал, что могу ударить стену и не сломать себе руку. Ритуал сработал. — Отлично, Драко. Ты едва не убил себя, — прошептал я. — Теперь ты неуязвим. Но... в следующий раз — постепенно. Мой мозг уже начал выстраивать план восстановления, объединяя Зельеварение (рецепт укрепляющего эликсира) и Физическую подготовку. Мне нужно было восстановить свои силы и подготовиться к тому, что Снейп теперь будет внимательнее. Я знал, что ритуал «Золотая Кровь» дал мне колоссальную силу, но расплата была нешуточной. Моё тело, которое должно было стать крепостью, теперь было как огромный, пустой склад после пожара. Я был истощен, и восстановление шло черепашьими темпами. Мои родители, конечно, не понимали, что происходит. Они видели, что их гениальный сын увядает. Люциус был мрачен, а Нарцисса — тревожна. А я должен был при этом восстанавливаться, не выдавая, что знаю, как это сделать. ​ Я решил использовать свою лабораторию, которую мне показал Люциус. В конце концов, я сам себе лучший пациент. Я знал, что ритуал «Золотая Кровь» истощил мои магические резервы и запасы минералов. Поэтому я начал варить Сложный Эликсир Восстановления, но не по рецепту Снейпа, а по своей, улучшенной, формуле. Хотя он был ужасно горьким, я пил его каждый день, чтобы восстановить свои силы. Я продолжал тренироваться, но теперь мои нагрузки были минимальными. Мне было важно сохранить мышечную память, чтобы тело не забыло о своей новой, усиленной структуре. Я мог поднять тяжелый стул одним пальцем, но после этого чувствовал слабость на несколько часов. Это стало моим новым состоянием: огромный потенциал при полном отсутствии энергии. Прошла неделя в этих мучениях. Я сидел в своей комнате, бледный и уставший. Нарцисса принесла мне обед. — Драко, ты должен выйти на улицу. Лекарь сказал, что тебе нужен свежий воздух, — мягко настаивала она. — Хотя бы на террасу. Я не хотел выходить. Я боялся, что на улице моё состояние ухудшится, или я просто упаду. Но спорить с матерью было хуже, чем с Тёмным Лордом. Я вышел. Была середина дня. Солнце, которое обычно было для меня просто светом, сегодня ощущалось иначе. Я сел в плетеное кресло на террасе, закрыв глаза. Внезапно я почувствовал нечто невероятное. Тепло. Но это было не просто тепло. Это была чистая энергия. Мой ритуал «Золотая Кровь» сделал моё тело невероятно эффективным контейнером, но он также изменил мой приёмник. Я чувствовал, как солнечный свет, проникая сквозь тонкие веки, не просто греет, а заряжает меня. Это было как если бы мой организм, работающий на магии, впервые подключили к безлимитной розетке. «Квант» мгновенно проанализировал: Внешнее Магическое Поле Солнца (или его аналог) активно взаимодействует с Руной-Крепостью. Ускорение восстановления: V 10.0. Через час я почувствовал себя другим человеком. Слабость исчезла. Мои мышцы перестали дрожать. Я встал и сделал несколько резких движений — легко, без напряжения. Я мог бегать, и при этом ментально жонглировать руническими формулами. — Вот это да, — прошептал я. — Я — солнечный генератор. Я понял свой новый протокол восстановления: ежедневные солнечные ванны. Это был единственный способ быстро и безопасно восстановить истощенные магические резервы. Снейп продолжал приезжать. Он, конечно, что-то подозревал, но его занятия стали для меня идеальным прикрытием. Я притворялся, что трачу слишком много времени на зелья, и поэтому у меня нет сил. — Маленький Малфой, — говорил он, наблюдая, как я отмеряю корень мандрагоры. — Ты бледен. Ты плохо спишь? — Нет, профессор, — отвечал я, соблюдая безупречный такт. — Я просто… много читаю. Историю. Снейп фыркал. Он верил, что мое увлечение историей объясняет мою слабость. Но наши занятия были не просто про отвары. Мы перешли к сложным процессам. — Драко, — Снейп показал на котел. — Ты должен почувствовать момент, когда зелье начинает отталкивать магию. Это значит, что оно готово к стабилизации. Если ты пропустишь этот момент, оно взорвется. В этот момент пригодился мой контроль тела и духа. Я научился использовать свою беспалочковую магию (теперь полностью восстановленную) для того, чтобы чувствовать магическое поле вокруг зелья. Я закрывал глаза. В моей голове я видел рунические векторы, исходящие от зелья. Я ждал, пока эти векторы... не начнут дрожать — знак «отталкивания». ​— Сейчас, профессор, — говорил я, открывая глаза. ​Снейп, взглянув на часы, неизменно хмурился. ​— Вы идеальны, Малфой, — пробормотал он однажды. — Вы чувствуете магию в котле лучше, чем некоторые выпускники. Это… это дар вашей крови. ​Я кивнул, принимая лестный отзыв. На самом деле, это был не дар крови, а формула, которую я разработал: (Зрение + Квант) * (Руна-Сенсор) = Идеальный Контроль. ​Я знал, что Снейп покрывал меня, потому что видел во мне гения. И я давал ему то, что он хотел видеть. ​Мои тренировки на улице продолжались. Мой солнечный приёмник работал безупречно. Через месяц я был не просто восстановлен, я стал сильнее, чем до ритуала. Я мог часами держать три монеты в воздухе, не теряя концентрации. ​Мне оставалось всего три года до Хогвартса, а я уже мог освоить большинство школьной программы. Теперь моя цель была найти более сильные заклинания и мощные зелья, чтобы создать себе запас прочности перед тем, как мир узнает о возвращении Того-Кого-Нельзя-Называть. Моё тело наконец пришло в норму. Ритуал «Золотая Кровь» перестал быть для меня угрозой и стал фундаментом. С семи до девяти лет я, Драко Малфой, посвятил себя только одному: превращению в совершенную машину. Магические занятия со Снейпом и изучение рун стали рутиной, а мои тайные тренировки в саду — образом жизни. ​Солнечные ванны стали ежедневным ритуалом. Мой организм, этот солнечный генератор, впитывал энергию, и каждый луч света был для меня как допинг. ​К девяти годам я полностью сбросил рыхлый жирок шестилетнего ребенка. Мои плечи расширились, мышцы стали рельефными. Я был атлетом. Не просто сильным, а сухим и жилистым. Люциус и Нарцисса приписывали это «идеальной чистокровной генетике», но я знал, что это три часа бега и пятьдесят отжиманий каждый день.