Что было в голове Стокера

      Запах Тори ещё был в воздухе. Тёплый, узнаваемый. Единственный, который хоть как-то сбивал огонь под кожей.       Но она ушла. Ушла.       Оставила его одного.       Стокер взревел, ударив ладонью о металлическую дверь так, что та дрогнула. Снова. И снова. Гул расходился по комнате, но замки даже не думали поддаваться.       Его заперли. ЕГО. Как какого-то буйного зверя, которого нужно держать под присмотром.       Глухо рыча, он упёрся лбом в холодный металл.       — Тори… — вырвалось глухо, хрипло.       В груди жгло так, будто там бушевало пламя. Он чувствовал каждый миллиметр расстояния между ними, будто оно разрывает связки внутри. Запах — тонкий след на шерсти — оставался, но был недостаточным. Слишком слабым. Слишком далёким.       Инстинкты били в виски, требуя одного:       Она должна быть рядом. Не позже. СЕЙЧАС.       Он шагал по комнате кругами, как хищник, лишённый выхода, но каждый круг завершался у двери. Он снова поднимал руки, снова бросался на металл, словно если ударит чуть сильнее — прорвёт.       Но нет.       Заперли.       И хуже всего — они думали, что этим удержат его.       Огонь внутри не утихал. Тори нужна ему не из желания доминировать. Нет. Не как объект, не как цель. Она была единственной, кто делал этот вой внутри терпимым. Единственной, рядом с кем боль превращалась в силу.       Она его пара. Даже если сама ещё не признала этого.       Стокер зажмурил глаза. Он не представлял её тело — нет, не так. Это было не о страсти. Это было глубже, животнее.       Он видел образ: Тори — рядом. Её рука — в его. Её запах — крепкий, насыщенный, впитавшийся в кожу. Её дыхание — здесь, рядом, а не за стеной.       И ещё — туманное, инстинктивное видение, которое его биология подбрасывала снова и снова:       Тори… с небольшим округлением на животе. Его ребёнок под её сердцем. Сигнал всем вокруг: она занята. Она связана с ним. Она — его пара.       И самое сладкое — в этом образе она не уходит. Она остаётся. Потому что тогда уже не сможет исчезнуть из его жизни так легко.       Стокер рыкнул, дрожа от напора собственных мыслей. Это было слишком. Слишком ярко. Слишком реально.       Он снова бросился на дверь — сильнее, чем раньше. Замки прогудели.       — Тор-и-и… — протянул он, низко, почти болезненно.       Ему нужно было хотя бы её голос. Её шаг. Её тень.       Без неё этот огонь будет только расти.       Он знал, что долго так не выдержит. И если она не войдёт… Если задержится хоть на миг… он сорвётся окончательно.       Ему нужна она.       Только она.