Глава 7

Крис. 21 сентября 11:04. Работать над каким то проектом всегда было сложно, особенно сложно было осенью. То самое время года когда не хотелось ничего. За окнами крапал мелкий дождь, размазывая грязь под колесами машин. Небо сгущалось тучами, и казалось что оно скоро опустится прямо на землю. Дальних домов почти не было видно из за тумана, а из за серости казалось, что сейчас минимум 7 вечера. Хотя живет Камила на 9 этаже, вид из окна оставлял желать лучшего, и все потому что осень. Кстати в её квартире мы сейчас и находимся. Мне трудно дается работать у себя дома. Кажется что стены давят, одиночество пугает, а тишина только напрягает. И даже сейчас, когда Камила сидит рядом на диване, на телеке включено какое то реалити, которое нахрен никому не сдалось, и больше тут только для фона, мне все еще трудно сосредоточится. Я пялюсь в экран ноута уже приличные 10 минут, и вообще не понимаю что еще не хватает заказчику. — может вина а? чет так тоскливо — потягиваясь на диване говорит Камила. Я лишь пожимаю плечами — так я работу точно не доделаю. Ками фыркает, и встает к моему столу, строго тыкая указательным пальцем в стол словно училка, когда ты неправильно сделал задание. — а я говорила, надо было соглашаться работать со мной. Серафим не такой привередливый. Я закатываю глаза так, что еще немного и они точно окажутся на затылке. Зная их «отношения», постоянные ссоры мне придется видеть каждый день, а мне своих проблем хватает. Долгих уговоров выпить «пару бокалов» вина не потребовалось. Я реально устала. Поэтому на барной стойке, которая отделяла гостиную и кухню, уже стояли два бокала, а Темноволосая пыталась вытащить пробку из бутылки красного полусладкого. — я вот не понимаю, че ты отказываешься? Работать на себя это конечно хорошо… — Камила делает паузу, потому что пробка наконец то была извлечена. — но не лучше если у тебя всегда будет постоянная работа? Ты вот этими своими заказами… — она обводит рукой в воздухе целую мою кипу документов, и ноут. — так без денег останешься. И без жизни. — ставит она мысленную точку, и красная жидкость льется в два бокала. — ты же знаешь, Камил. Я не люблю все это, все эти начальники, подчиненные, дедлайны, и планерки по понедельникам. — я вздыхаю. — не моё это. — облакачиваясь на стол рукой, тяну я. Камила садится напротив, на высокий барный стул. Её каштановые волосы убраны в небрежный пучок, а футболка сползла с одного плеча, открывая лямку от бюстгальтера. — ну может тогда подать резюме в какую нибудь музыкальную группу? — задумчиво говорит подруга. — там постоянно требуются менеджеры, арт дизайнеры. — она дает глоток вина. Я сама чувствую как устала. Как тело само уже просит отдыха, но понимаю что никакой музыкальной группе я нахер не сдалась. — не знаю я, Камил. Сама не ебу че мне надо. Наверное отпуск.. — я тоже отпиваю вина. Но как бы я не старалась, Ками отступать не собирается. — хмм.. надо подумать.. какие у нас группы сейчас популярны?.. Может «Тринадцать карат»? — подперев подбородок рукой задумчиво говорит Ками. — д не, ты че.. — я ставлю бокал обратно на стол. — может «Бредишь»? Я попрошу Сима, он договорится — уже с улыбкой, выжидающе смотрит на меня подруга. Я лишь отмахиваюсь. — точно нет. Мне как то не близко.. — слууууушай, а «Три Дня Дождя»?! Мне кажется это прям варик — Камила снова смотрит на меня, пока я думаю как сменить тему. — кто? три дня дождя? Это тот придурок, который еще с Серафимом вечно тусуется? Не, спасибо, хватает мне в жизни проблем, еще и наркомана не хватало. — хмурюсь, пытаясь вытащить из головы то, что Глеб мне писал. — да он завязал! Хоть попробуй! — не унимается подруга. — Камил. Этот идиот мне недавно писал, еще и чушь какую то. Мне это не надо. — отрезаю я. Камила зависает с бокалом на полпути ко рту. Медленно ставит его на стол. Щурится. Очень подозрительно так щурится, как кошка, которая увидела, что ты спрятал сосиску. — Чего? — ее голос ровный, но это тишина перед бурей. — Кто тебе писал? Я делаю вид, что смотрю на картину, висящую на стене. Будто мне это пиздец как интересно. Нахер мне это надо вообще. — Да никто… — бурчу. — Крис, — она отодвигает бокал. Уже опасно. — Кто тебе. Писал. — Да… — вздыхаю, потому что если не скажу, она все равно с меня выбьет, — Глеб. — ГЛЕБ? ГЛЕБ?? Это Три дня дождя ГЛЕБ?? — она чуть ли не орёт шёпотом. — Ну он, блин… просто написал. Камила буквально впивается глазами в моё лицо. Как будто пытается по глазам прочитать сквозь меня историю человечества и найти там момент, где я вдруг стала полной дурой. — И ты МНЕ НЕ СКАЗАЛА? — тут она уже встаёт с табуретки. Я закрываю лицо ладонью. Ну понеслось. — Камил… там было тупое сообщение, вообще ни о чём. — А ПОЧЕМУ ТЫ МНЕ НЕ СКАЗАЛА? — продолжает орать эта ненормальная. — Ты что, ебанулась? Это же ГЛЕБ. — Вот именно, — проворачиваю я, — мне это не надо. — Так. — Она упирает руки в бока, как домохозяйка, которая нашла носки мужа в чайнике. — Показывай. — Что? — Сообщение. Показывай. Сейчас. Я понимаю, что если не покажу — она меня просто физически вывезет на балкон и выбросит оттуда. Поэтому открываю свой телефон. Открываю direct. Показываю. Камила наклоняется, прищурившись. Зачитывает вслух его сообщение, вообще-то, недопустимо пафосно: — «белые шарфы сейчас типо модно?» А потом мой ответ: — «да вроде, просто шарф. холодно же». Камила молчит секунду. А затем… — ТЫ. — она тычет пальцем в экран. — ДАЛА. САМЫЙ. СУХОЙ. ОТВЕТ. В МИРЕ. — Ну… да. — Ты че, хочешь умереть одна??? Я угораю. Серьёзно, я не могу удержаться и ржу в бокал. Она нервно ходит туда-сюда по кухне, как менеджер перед презентацией, где всё пошло нахуй. — Это ж СИГНАЛ! — Камил. Он бухой был, наверное. Ему вообще похуй. — НЕТ, НЕ ПОХУЙ! Если бы было похуй, он бы не писал! Он даже писать нормально не умеет, но написал ТЕБЕ! — Камила… — начинаю я. — Да замолчи ты. Слушай меня внимательно. Она ставит ладони на стол. Наклоняется ко мне. Глаза горят как у фанатки на концерте. — Это твой шанс. Я фыркаю. — На что? На ещё одного проблемного мужика, который пишет из запоя? — Крис! — она аж хлопает ладонями. — Это ЛУЧШЕ, чем твоё сидение дома и жалость к себе! — Камил… — Короче, — она машет рукой, — мне вообще пофиг, что ты там думаешь. Ты отвечаешь ему ещё раз. — НЕТ. — ДА. И тут она хватает мой телефон. Реально хватает. Открывает direct. Смотрит на меня. — Напиши: «кстати, куда пропал?» — НЕЕЕТ. — ДААА. Мы обе держим телефон, как будто играем в какое-то тупое перетягивание каната. — Крис, — смотрит она на меня снизу вверх, — если ты сейчас не напишешь, я напишу сама. И я знаю что она напишет. Причём что-то такое, что меня потом разорвёт. Я прикусываю губу. Молчу. Камила ждёт. — Ну? И я понимаю, что эта сука меня всё равно продавит. И ведь продавит правильно. Потому что сердце дернулось. Совсем чуть-чуть. Но дернулось. Я беру телефон у неё из рук. Смотрю на свой экран. На его сообщение. На свой сухой ответ. Пальцы зависают над клавиатурой. И я тихо говорю: — Ладно…