Глава 14. Испытание огнем

Прошла неделя. Предупреждающая вибрация медальона, о которой говорил Люциус, становилась её постоянной спутницей. Сначала это было едва уловимое жужжание, похожее на шорох крыс в стенах. Но с каждым днём оно становилось навязчивее, назойливее, будто кто-то постоянно водил пальцем по краю хрустального бокала. Снейп заметил это сразу на их очередном уроке. — Вы рассеяны, Блэквуд, — его голос прозвучал резко, заставив её вздрогнуть. — Ваши щиты сегодня напоминают швейцарский сыр. Он проверяет канал? Ариэль кивнула, с трудом фокусируясь. — Постоянно. Это... отвлекает. — Привыкайте, — безжалостно ответил он. — Это будет вашей новой нормой. Теперь — сконцентрируйтесь. Или вы хотите, чтобы следующее «касание» прошло без вашего ведома? Он был прав. Она собрала волю в кулак, отсекая назойливый гул, и погрузилась в работу. Но напряжение росло, как нарыв. ______________________________ Кульминация наступила в субботу вечером. Ариэль сидела в углу библиотеки, пытаясь закончить эссе по зельеварению. Вибрация медальона стала такой сильной, что у неё заныли зубы. Она закрыла глаза, пытаясь успокоить дыхание, как учил Снейп. И тогда это случилось. Вибрация сменилась резким, пронзительным жжением. Не таким всепоглощающим, как в первый раз, но безошибочно узнаваемым. Он был здесь. В её разуме. Она вскочила, опрокинув стул, и бросилась прочь из библиотеки, не обращая внимания на возмущённые крики мадам Пинс. Единственной мыслью было добежать до кабинета Снейпа. Но на полпути, в тёмной арке, ведущей в внутренний двор, её остановила высокая фигура. — Куда так спешно, мисс Блэквуд? Люциус Малфой вышел из тени. Его лицо было напряжённым, а в руке он сжимал свою змеиную трость так, что костяшки побелели. — Он... — было всё, что она смогла выдавить, сжимая голову руками. Жар в медальоне нарастал. — Я знаю. Я почувствовал это, — его голос был тихим и острым. — Не двигайтесь. Он шагнул вперёд и прижал ладонь к медальону. Его пальцы обхватили её шею, холодные и твёрдые. — Резисто Интернус... — прошептал он, и его чары смешались с жгучей болью, текущей через артефакт. Внезапно дверь в соседнем классе с грохотом распахнулась, и на пороге появился Снейп. Его взгляд мгновенно оценил ситуацию: Ариэль, бледная как полотно, прижатая Люциусом к стене, его рука на её шее. — Что происходит? — его голос прозвучал тише шепота, но был опаснее любого крика. — Стресс-тест, — сквозь зубы процедил Люциус, не отрывая взгляда от Ариэль. — Более... настойчивый. Я пытаюсь стабилизировать канал, но он слишком силён. Снейп молча подошёл, оттеснив Люциуса. Его собственные пальцы, длинные и уверенные, прикоснулись к её вискам. — Блэквуд, слушай мой голос, — приказал он, и его проникновенный тон прорезал туман паники. — Он силён, но ты сильнее. Ты не позволишь ему войти. Твоя воля — это стена. Твоя ярость — это огонь, который сожжёт его прикосновение. Его слова стали якорем. Ариэль закрыла глаза, отбросив страх. Она вспомнила боль, унижение, чувство беспомощности. И позволила гневу заполнить себя — чистому, белому, обжигающему. Легилименс! — бросил Снейп, но на этот раз его атака была не против неё, а через неё, направленная на источник боли, на тот самый канал. Она почувствовала, как две могущественные силы — холодная, отточенная магия Снейпа и стальная, аристократичная воля Люциуса — столкнулись внутри её разума, создавая барьер. Медальон на её шее раскалился докрасна, и она зашипела от боли, но не сломалась. Она стала полем битвы, и впервые в жизни она не была жертвой. Она была союзником. Оружием. И тогда произошло нечто странное. В её сознании, в самом эпицентре бури, возник образ — не её, не их, а нечто третье. Мгновенная вспышка: тёмная комната, древний талисман на столе, искажённое яростью лицо Тёмного Лорда, почувствовавшего сопротивление. Как по команде, давление прекратилось. Боль исчезла. Медальон снова стал холодным. Ариэль рухнула на колени, её тело сотрясали судороги. Сильные руки подхватили её — одна пара под мышки, другая поддержала за спину. Снейп и Люциус, стоя на коленях с двух сторон от неё, не сводили с неё напряжённых взглядов. — Что это было? — прошептала она, с трудом переводя дыхание. — Контрнаступление, — мрачно ответил Снейп. Его лицо было покрыто испариной. — И предупреждение, — добавил Люциус. Его обычно безупречные волосы спадали на лоб. — Мы показали ему, что канал не так прост, как ему казалось. — Он посмотрел на Снейпа. — Он почувствовал нас обоих. — Он почувствовал сопротивление, — поправил Снейп. Он помог Ариэль подняться на ноги, его рука всё ещё поддерживала её локоть. — Впервые за долгое время кто-то дал ему отпор. Даже такой небольшой. Люциус встал, отряхивая колени с выражением глубочайшего отвращения, но в его глазах горел странный огонь. — Он не оставит это просто так. — Конечно, нет, — Снейп всё ещё держал Ариэль, изучая её лицо. — Но теперь он знает, что у его инструмента есть сталь внутри. И что за ним стоят те, кто готов его оспорить. Ариэль посмотрела с одного на другого — на тёмную, безжалостную силу Снейпа и на холодную, аристократичную мощь Люциуса. Они использовали её. Они рисковали ей. Но в этот момент, стоя между ними, дрожащая, но непобеждённая, она почувствовала нечто новое. Не просто страх или ненависть. Она почувствовала силу. И это было опаснее всего.