Часть 4: Сбор

Квартира Махи встретила тишиной и легким ароматом «я утром мыл посуду, но как-то не до конца». Он нервно проверил стол — еда готова, напитки стоят. — Всё норм… — шепнул он самому себе. — Главное, чтобы Сая не пришла первой. Судьба услышала и рассмеялась прямо ему в лицо. Дверь звонко тренькнула. — Привет, — раздался знакомый звонкий голос. Маха мгновенно почувствовал, как его душа попробовала ALT+F4. Он открыл дверь — и там стояла Сая. Улыбка — как у человека, который выиграл спор с самим богом. Чёрные волосы были спутаны в лёгкие кудри и были растрёпаннее чем обычно. Чёлка падала набок, прикрывая правый глаз. Короткая юбка в клетку привлекала слишком много внимания, как и декольте чёрного топа. Именно благодаря внешнему виду, Маха как-то подошёл познакомиться с ней со словами «Изыйди, ведьма». Это случилось ещё во время второго курса. Сая была той первашкой, что бросалась в глаза сразу. Трудно было оставить её без внимания — хотя бы из-за волос цвета морской капусты. Ну или газона. Тогда её лицо украшал кричащий красно-розовый макияж, а её одежда — неформальная, черная — подчеркивали её вайб «меня никто не понимает. я подросток-бунтарь. пью энергетики, маму не слушаю». Несмотря на всю вырвиглазность, она держалась так, будто вовсе игнорит окружающих, создавая вокруг себя невидимую стену, за которой никто не осмеливался переступить. Ну почти. И глядя на неё, было ясно — не подойти было грехом. А Маха? Маха был крут всегда. По крайней мере, он так считал. Был человеком любопытным и любил общаться со странными людьми. Он был основателем собственного «клуба неудачников». Тогда у него ещё бушевала гиперактивность: он жадно пытался перезнакомиться со всеми и постоянно ходил везде и всех бесил. Рост почти 190, нормального телосложения. Он носил тогда черную бандану в сочетании с большим гнездом из волос. А ярко-желтая толстовка просто напоминали всем окружающим — боже, насколько же он крут. — Привет, — натянуто выдавил Маха. — Все скоро придут. — То есть я первая? — глаза блеснули так, будто она получила достижение «Опоздать, но придти первой». — Ну как ты? Нормально? Ты так резко открыл дверь. — Нормально, — хмыкнул Маха. — Уверен? Потому что вид у тебя… будто ты увидел мою мать на пороге. — Я сказал — норм. Сая нахмурилась, затем растянула губы в ослепительную, чуть слишком энергичную улыбку — ту, от которой хотелось закрыть дверь обратно. — Окей! Просто хотела узнать как ты. Ты выглядишь бледнее, что ли. Маха уже отвернулся, как будто она была рекламой на YouTube. Сая моргнула коротко — обидно, но не отступила. Она шла за ним, как хвост, попутно разговаривая без остановки. — Просто… знаешь… всегда чувствую, когда что-то не так… Вот вчера, например, ты написал так странно, будто не ты писал. И точку поставил. Ты никогда не ставишь точки. — Сая, — Маха вздохнул, устало, — всё нормально. — Ну ладно. Сая всё ещё хотела говорить. Маха — всё ещё делать вид, что её нет. Они сидели в гостиной. Маха залипал в телефон, Сая — на Маху. Маха делал вид, что не понимает, что она смотрит. Она делала вид, что не понимает, что он делает вид. Тишину разорвал звук двери. — Йо! — вошёл Алем, держа пакет с колой, улыбнувшись как человек, который вообще ничего не подозревает. — О, вы уже тут! Сая сразу встрепенулась: — Алем, привет! Рада тебя видеть! Интересно, почему Маха нас до этого не знакомил? — Привет, — ответил Алем, проходя мимо и мельком хлопнув Маху по плечу. — А остальные когда будут? — Ну, тут такое дело… — Все отказались придти из-за того, что я тебя позвал, — констатировал факт Маха без эмоции. — Да? Странно, — Сая задумалась. — Да ладно, нам и втроём весело будет, — улыбнулся невзначай Алем, как-бы подбадривая. Стоило им втроём усесться, как возникла странная, почти мистическая конструкция: Сая → говорит → Алем → передаёт → Махе. Маха → отвечает → Алем → передаёт → Сае. Маха уже не делал вид, что Саи нет, но открыто игнорировал. — Маха, ты хочешь колу? — спросила Сая. Маха промолчал. Даже не моргнул. Сая перевела взгляд на Алема. — Спроси его, хочет ли он колу? Алем посмотрел на Маху: — Будешь колу? — Буду. — Он будет, — сказал Алем Сае. — Окей, — кивнула она, будто это было нормально. Через двадцать минут перед ними стояли две коробки жаренных крылышек. Сая съедала вторую штуку. Алем — штук десять. Маха — засасывал в себя всё то, что хоть как-то напоминало еду. Маха посмотрел на её едва надкушенное крылышко. — Ты доедать будешь? Она моргнула, глядя как Маха обгладывает ещё одно крыло. Алем вмешался, устало: — Маха, ты и так дофига сожрал. Оставь ей. Маха шумно втянул воздух, как обиженный пылесос. — Ладно. Но взгляд от её порции крылышек не оторвал. Они врубили популярные стендапы. Комики шутили про отношения, про школу, про тупых друзей. Маха ржал так, что диван дрожал. Сая смеялась звонко, с придыханием. Алем — спокойнее, добавляя ещё больше шуток. Каждый развивал свои шутки по разному. Маха — что-то добавил гейское и про гачимучи. Сая — наваливала чернуху и кринжа. Алем — поддерживал шутки Махи и развивал их, добивая своей остроумностью. — Ты же смотрела «Пацаны»? — с воодушевлением на неё посмотрел тугодум. — Нет, но я помню, как ты описывал мне сериал, где чуваку напихали в задницу динамит и взорвали. — Оооо, да, — он расплылся в самодовольной улыбке. — Ща тогда посмотрим, — уже держа пульт, сказал Алем. На сцене кто-то взорвался. — Кто это?! — она смотрела на парней с непониманием почему вообще им так нравился этот сериал. — Твоя мама, — хмыкнул Маха. Алем фыркнул. — Не обращай внимания, он просто отъелся, у него энергия пошла. Сая неуверенно улыбнулась — и снова посмотрела на Маху. Он в ответ перевёл взгляд на Алема, как бы спрашивая: «Можно ли мне не взаимодействовать?»

Под вечер предложенная Махой идея сыграть в хоррор, казалась как минимум интересной. Маха шёл впереди, увидел монстра — и специально отступил назад, подталкивая Саю вперёд. — Иди туда, беги, там безопасно. — Да ты наёбываешь меня! — кричала она, наблюдая только одним глазом за игрой на экране — ладно. Она вошла в комнату. Скример. Сая заорала так, что душа Махи чуть не покинула этот мир. Маха ржал. Сая дрожащим голосом сказала: — Почему ты всегда подставляешь меня?! Какое плохое зло я тебе сделала? Маха посмотрел не на неё, а на Алема: — Скажи ей, что это стратегия. Алем устало перевёл: — Он говорит, что это стратегия. Сая возмущённо вспыхнула: — Какая нах стратегия?! Маха: — Стратегическая. У меня был план и я его придерживался. Алем: — Он сказал «стратегическая». Сая: — Да я слышала. Алем, как убежать от этого монстра? Алем! Маха снова ржал. Странным образом атмосфера была уютной. Хотя Маха официально её игнорировал, он то наливал ей напиток, то двигал тарелку ближе, как будто случайно. Сая замечала. Алем тоже. Маха — делал вид, что ничего не происходит и не происходило. И хоть он демонстративно общался только с Алемом, Сая всё равно влилась в их дуо и не чувствовала себя лишней.

Сая стояла у двери, сжимая телефон так, что побелели пальцы. — Мам… — голос дрожал. Но в ответ снова полетели знакомые обвинения: «С тобой что-то не так. Посмотри на то, как ты выглядишь… Не дочь, а разочарование». Сая чувствовала, как в груди всё сжимается. — Я просто хочу хоть раз в жизни побыть на ночёвке, — тихо сказала она, но мама уже не слушала. Когда звонок оборвался, она стояла посреди подъезда, ощущая, что глаза заслезились. Она даже не плакала — просто вдруг поняла, что дома ей сегодня нет места. Дверь у Махи всегда открывалась резко и шумно — будто не дверь, а вход в параллельную вселенную. Он увидел её лицо и сразу нахмурился. — Опять? Сая только кивнула. — Да ладно, пошли внутрь, — Маха попытался криво улыбнуться. Он был даже рад. Немного. По-своему. Тихо. Маха разворачивается и идёт в свою комнату — тот самый хаос того-самого-тугодума: стул с рубашками, стол с наушниками и пустыми стаканами, тумбочка, где никогда ничего не лежит по логике. У Махи вещи существовали в свободном полёте: часть на полу, часть на диване, часть на спинке стула, а где-то между этим лежал сам Маха. Он начал копаться в хаосе с видом археолога, который пытается раскопать динозавра среди горы одежд. — Так… тебе надо что-то домашнее и желательно не пахнущее. Он поднял чёрную футболку, понюхал и тут же швырнул обратно. — Это опасно для здоровья. — Так… это воняет… это тоже… это не твоё… это я давно не стирал… это вообще не знаю что… Алем стоит в дверях, смеясь, а за ним спряталась недоумевающая Сая: — У тебя вообще есть хоть одна вещь чистая? Он бросает Алему майку: — На, понюхай — я уже не уверен. — Чувак, ты когда стирал вещи в последний раз?! — пальнул Алем, прикрывая нос рукой и швыряя ткань обратно. — Хз. — Вот! — он торжественно вытащил из груды огромные прям как палатка джинсы и футболку XL+. — Держи! Она переоделась в ванной — футболка доходила почти до середины бедра, а штаны сползали и приходилось их придерживать руками. — Маха… — она посмотрела на него снизу вверх. — Это чё. Алем с Махой заржали от того насколько убого сидела на ней мужская-овер-мега-огромная-одежда. — Ладно, ладно! — парень снова зарылся в огромный сугроб одежды. Через минуту он поднял что-то серое. — Во, они норм. Почти не ношу. На тебе будут как… ну… мешок, но зато чистые. Выйдя из ванны, она демонстрировала нелепый вид: тот же черный топ с декольте в пару с серыми шортами. Она выглядела… домашней, хотя никто её в таком раньше не видел. — Даже мило, — сказал Алем, глядя на неё чуть дольше, чем нужно. — Ну… нормально, — сказал Маха, отворачивая взгляд. Сая засмущалась. Маха сделал вид, что ничего не заметил, но уши у него покраснели.

Они втроём лежали на диване, от души растянувшись. Смотрели мемы, пересматривали смешные видео. Спорили о том, какой супергерой «самый тупой». Смеялись так, что живот болел. И вот в этой легкости — Сая чувствовала самое тяжёлое: Прошлое всё ещё висело между ними — тяжёлое, неудобное, не проговоренное. Они пытались встречаться как-то. Но всё рухнуло так громко, что до сих пор казалось, будто эхо шевелится в воздухе. И всё же Маха был единственным, кто оставался рядом даже тогда, когда Сая была на самом дне. И даже сейчас — даже когда она сидит в его шортах, в его квартире, и он о чём-то спорит с Алемом — всё равно между ними тянется нитка. Тонкая, но не рвущаяся. Алем, не замечая ничего, смеялся громче всех. С ним атмосфера всегда становилась легче — как будто он мог одним появлением вытащить всех из эмоционального болота. И именно благодаря ему троица стала такой настоящей. Маха — отстранённый, но по-своему заботливый. Сая — будто часть его дома. Алем — связующее звено, без которого всё развалилось бы. И Сая знала: Она не забывала его ни на секунду. Потому что когда весь мир был пустым — он всегда сидел где-то рядом. Молча, но рядом.