Часть 1

В этом мире мне совсем не нравилось. После того случая я хотел залечь на дно, но телепорт сломался, и я вынужден был остаться здесь.  Живых здесь не было, только таскающие свои тела по улицам люди. Точеный профиль мужчины с безжизненными глазами выглядел искусственно в свете неоновой синей подсветки. Он прошел мимо меня почти неслышно, от куклы его отличал только легкий наклон головы в мою сторону. Возможно, он тоже из попаданцев, только, в отличии от меня, случайный.  Это случилось полгода назад. Мы были в месте неспокойном, месяц провели там, по уши в работе. Нас отправили именно в то время и место из-за потери данных в архиве про эту войну. И мы лезли на рожон, в попытке выведать больше, посещали собрания, но потом нас перестреляли.  Меня смогли возродить. Но моего брата нет. Точнее, его данные оказались утеряны — последнее сохранение, которое он делал пару тысячелетий назад, стерлось. Он не смог узнать меня. Он не помнил, что оказалось равноценно потере.  В этом мире все было спокойно, но отвратительно, поэтому ссылали сюда либо провинившихся, либо сломанных. А я пришел сам. Нет, не пришел — я сбежал со службы, которой посвятил… всю свою жизнь, если можно так ее назвать. Со своего первого сохранения.  Холодная морось прогнала с улиц ‘’людей’‘. Остался я один. В моих руках лежали те самые записи, за которые погиб брат… нет, за которые погибли мы оба. Подсветка фиолетового неона тянулась к моим рукам, пытаясь поглотить холодом каждый шарнир.  Глаза резануло. Я зажмурился, думая, что это очередная вывеска, но свет был теплым. Таким же, как когда-то виделись мне запчасти глаз брата. Я поднял голову на фонарь, от которого шел этот свет. В его стекло бился мотылек. Крошечный, но настоящий, такой же, как на одной далекой планете. Он летел на свет, обжигаясь, чтобы в конце-концов умереть, забрав с собой часть этого сияния.  Шелест крыльев продолжался. И в его трепыханиях я увидел себя.