Глава 2. Позолоченная клетка

Драко Малфой откинулся на спинку кресла, наблюдая за огненным виски на дне бокала. В камине потрескивали поленья, отбрасывая длинные, пляшущие тени по стенам гостинной, увешанной дорогими произведениями искусства. Тишина была гулкой и давила на него. Перед ним на столе лежал развернутый «Вечерний Пророк» с той самой статьей о «Хроносе». Его губы искривились в усмешке. Астория Гринграсс, как всегда, виртуозно балансировала на грани скандального разоблачения и яркого пиара. «Хронос». Он знал о нем. Блейз Забини, его единственный друг, чье мнение он еще хоть как-то ценил, нашептывал ему об этом месте уже несколько месяцев. И теперь вот эта статья, как последняя капля. Драко отхлебнул виски, ощущая, как обжигающая жидкость растекается по жилам. Он был уставшим от бесконечной карусели: презентации, переговоры, благотворительные гала-ужины, куда он должен был ходить, чтобы продвигать свою корпорацию и где ему на пятки наступали охотницы за состоянием и титулом. Они были все на одно лицо. Ухоженные, улыбчивые, предсказуемые. Они ловили его взгляд, смеялись его шуткам (даже самым неудачным), соглашались с его мнениями (даже самыми спорными). Они были идеальными куклами, отполированными до блеска светским этикетом и его от них тошнило. Его последняя интрижка с дочерью какого-то немецкого магната длилась ровно три недели. Она была прекрасна, как фарфоровая статуэтка, и столь же безжизненна. В постели она издавала тихие, одинаковые стоны и смотрела на него с щенячьим обожанием. Не было огня, не было вызова и ни малейшего намека на характер. Драко хотел не покорность, а капитуляцию, вырванную с боем. Ему нужно было чувствовать характер, сопротивление, ярость и страсть, бушующие под тонким слоем цивилизации. Ему нужно было завоевывать, а не принимать дань. Он резко встал и подошел к окну, глядя на тихую улицу. Магия совместимости. «Сердце Химеры». Что, если эта штука сможет найти ту, что скрыта под слоем светского лоска? Ту, что не будет смотреть на него как на желанного холостяка Малфоя? Ту, у которой хватит духу противостоять ему? Страх был. Разумный, холодный страх аристократа, для которого репутация это часть бизнеса. Что, если это ловушка? Шантаж? Что, если его скомпрометируют? Но зов был сильнее. Зов той самой пустоты, что грызла его изнутри. В этот момент в камине вспыхнуло изумрудное пламя, и из него выпал аккуратный сверток. Драко поднял его. Конверт был из плотного черного пергамента, без обратного адреса. На нём было вытеснено всего одно слово, сияющее холодным золотом: «Хронос». Сердце Драко пропустило удар. Так значит, правда. Оно само нашло того, кто в нем нуждается. Он перевернул конверт. На обороте мелким почерком было написано: «Мне кажется тебе это нужно, друг. Приходи и найди ту, что сумеет тебя зацепить. Б.З.» Блейз. Назойливый, проницательный чертов Блейз. Драко сжал конверт в руке и его края впились в ладонь. Он снова посмотрел на портрет своего отца, с надменным и вечно недовольным лицом, висевший на стене. Что бы подумал Люциус Малфой, узнав, что его сын, последний отпрыск древнего рода, собирается на анонимную оргию, управляемую каким-то сомнительным артефактом? Мысль об этом вызвала у Драко странное, едва уловимое чувство бунтарского удовольствия. Он подошел к камину и занес конверт над пламенем. Один взмах и от этой глупой, отчаянной идеи не останется и следа. Он вернется к своим куклам, к своей позолоченной клетке, к своей безопасной, безрадостной жизни. Но его рука замерла и он спрятал конверт во внутренний карман пиджака. Риск. Огромный, безрассудный риск. Но вдруг игра стоила свеч.