Глава 25: Мы один человек.

Циркуль внезапно проснулась от каких-то криков. Она тут же приподнялась на локтях и посмотрела в сторону коридора, откуда и был звук. Она отчётливо слышала голос Калеба и какой-то грубый, мужской, противный ей до вечности голос. Даже не проснувшись и не разбираясь что вокруг, где она, что происходит, Циркуль тут же встала и то резкими движениями, до осторожно медленными шагами, пошла к коридору. - Да заткнись уже, лучше чтоб ты сдох! - кричал Калеб в коридоре. Циркуль не видела кому он кричал. Она лишь видела Калеба, который был весь красный, с кровью на разбитой губе и кричавшего в ярости на кого-то. Внезапно, словно пуля, к Калебу прилетел осколок тарелки. Острый, до ужаса острый. Глаза Циркуль тут же расширились от шока, а зрачки уменьшили. Этот осколок моментально задел левое плечо Калеба и он тут же спохватился за раненное место и прошипел. - Да уж лучше, чтоб тебя в помоях нашли, сдохшим и разлагающимся трупом... - прошипел он сквозь зубы, устремив взгляд в пол и всё крепче держась за плечо. Лишь сейчас он увидел, что Циркуль стоит в дверном проёме и смотрит на него. На ранненого и, по сути, слабого. Калеб никак не отреагировал и ничего не сказал. Он лишь на пару секунд отвёл взгляд. В следующую же секунду он крепко, - до ужаса крепко для своего телосложения, - схватил Циркуль за запястье и пошёл к выходу. - Пошли, - твёрдо сказал он. Циркуль едва ли успела схватить свой и его рюкзак, которые всё ещё были в коридоре. - Помимо того, что ты, отродье, неблагодарен мне, так ещё и каких-то шмар с проститутками домой приносишь?! - кричал всё тот же грубый голос с кухни. Калеб на пару секунд оставнился прямо у двери, закрыв глаза. Глаза Циркуль постоянно были сосредоточены на его кровавом плече и жидкости, которая распространялась по его телу и впитывалась одеждой. Она на секунду обернулась, увидела ту мразь, с которой говорил Калеб... Циркуль ещё раз услышала шипение от боли своего друга и, прямо рядом с её лицом, словно нарочно, пролетел ещё один осколок разбитой посуды, чуть не задев Калеба. Циркуль, едва ли бросив взгляд на второй острый осколок, уже обернулась и хотела что-то закричать в порыве гнева. Она даже повернулась, открыла рот, почти выбралась из хватки Калеба, однако ничего не успев сказать, он просто взял и вытащил её из квартиры за собой, закрыв дверь. - Пошли уже, - ещё твёрже и настойчивей сказал Калеб, продолжая вести подругу за собой. Всю дорогу до улицы Циркуль молчала. Она постоянно бросала взгляды назад, особенно когда она ещё не потеряла из виду дверь в квартиру Калеба. Она постоянно металась из стороны в сторону, порой даже хотела закричать, вырваться и побежать обратно, однако даже когда она пыталась это сделать Калеб, сквозь боль от всё ещё раненного плеча, и шипя, тянул всё сильнее её за собой. - Куда мы идём, скажи?! - наконец-то вырвалось у Циркуль, когда она вытащила своё запястье из руки Калеба. Они уже были на одинокой утренней улице. - Тебе к врачу надо, в больницу, идиот! Тебя хотя бы перевязать надо! А ты... А ты идёшь хер пойми куда! Просто идёшь и идёшь! Даже не в полицию, господи! Просто... Что за бред, а?! Циркуль уже отошла от Калеба на пару метров. Примерно на три метра. Она стояла, грозно смотря в глаза своего друга и обняв одной своей рукой другое своё плечо. Циркуль хотела заговорить снова, даже закричать, однако Калеб тут же подошёл к ней и взял её за то, что осталось на месте отсутствующей руки и поднял это к небу. - Если ты ещё не поняла, мы - один человек, - до ужаса спокойно сказал Калеб. После этого он отпустил подругу и молча, даже быстрее прежнего пошёл дальше. Циркуль ещё некоторое время просто стояла. Просто стояла и смотрела на Калеба. Она была будто в каком-то трансе, если не более. - <<Что он только что сделал? К чему это?>> - подумала она. Лишь заметив, что Калеб почти пропал из виду (Он едва ли виднелся в далеке), Циркуль снова пошла за ним. Догнав, она уже мягче, даже спокойней, хотела что-то спросить или сказать, но Калеб сделал это первее. - Я знаю, что мне надо в больницу, - сказал он. - Иди в школу без меня. Я всё равно только к третьему уроку приду. Этот идиот даже за моей успеваемостью не следит, так что я бы мог хоть каждый день прогуливать, но мне этого не надо. Калеб продолжал идти вперёд, время от времени то ускоряясь, то подстраиваясь под темп подруги. - Я пойду с тобой. Без обсуждений. - упрямо сказала Циркуль, стараясь даже обогнать своего друга. Калеб лишь вздохнул и пошёл дальше. Вскоре они дошли до больницы. Той же больницы, куда раньше приходил Калеб. Он вместе с Циркуль пошёл к тому же кабинету, где работает Алистер. Циркуль, естественно, не знала кто он. Постучавшись и открыв дверь, Калеб не увидел своего врача. Вместо этого там была та же самая девушка, которая ругала врача за алкоголь и сигареты в кабинете. Она, услышав и увидев как кто-то входит, сразу же вздохнула и повернулась к Калебу. - У Алистера сегодня выходной. Его тут нету. - спокойно говорила она, пока не заметила открытую рану на плече Калеба и то, что он всё тяжелее и тяжелее дышит. Она, тут же отбросив документы, усадила Калеба на стул и что-то говорила ему. Циркуль просто стояла и смотрела, напрягая плечи. Её собственное дыхание становилось всё более и более рваным, неразмерным и будто удушающим её саму. То и дело её глаза бегали по этому кабинету и осматривали его. С такой пугающей точностью, будто Циркуль сама тут когда-то была. Она даже не заметила как вскоре, совсем через короткое время, Калебу уже перевязали руку и что-то сказали с облегчённым, но всё ещё испуганным голосом. - И никаких нагрузок на руки, ты же это понимаешь? - заключала девушка, которая уже сидела напротив Калеба. Калеб молча кивнул и, ещё что-то обговорив с ней, встал и пошёл к выходу. - Ты в порядке? - спросил он, стоя напротив Циркуль и наблюдая за её отстранением от мира всего. - А. Ам...? А... Да, я в в порядке. - сказала она, встряхивая голову влево и вправо, словно пытаясь сбросить с себя или своих мыслей что-то. Калеб как-то посмотрел на неё странно, почти словно додумывая что-то и жутко сомневаясь, однако не стал допрашивать свою подругу и лишь медленно кивнул. - Хорошо. - с осторожностью сказал он. - Может... Хотя бы отойдёшь? Нам идти как бы надо... Циркуль лишь после слов своего друга поняла, что всё ещё стоит возле двери, так и не сделав шаг за последние несколько минут. Она кое-как кивнула, по сути даже машинально, и отошла, сделав глубокий вдох. Выйдя на улицу, Циркуль будто и полностью отпустило. Она больше не была такой неуверенной как на момент выхода из квартиры Калеба, но и не была в таком ступоре как в кабинете у той девушки. - Иди в школу без меня, - мягко сказал по пути Калеба, идя уже не так быстро и куда более спокойней, а также накидывая на себя свой рюкзак. - Мне... Мне просто надо кое-куда сходить. Как я и говорил, всё равно приду к третьему уроку. А тебя я задерживать не хочу. Циркуль ещё раз сдержанно, раздражённо вздохнула и просто пошла дальше за Калебом. Сам Калеб лишь покачал головой в разные стороны, что-то проговорил обращаясь лишь к себе, и пошёл дальше. Шли они, можно сказать, даже долго. Около часа, наверно. За это время уже успел пройти первый урок в школе и им, конечно же, звонила Тавел. Она звонила как Калебу, так и Циркуль. Вот только если Калеб постоянно сбрасывал звонки, то Циркуль, пусть и пыталась их сначала игнорировать, взяла один из них. Её, конечно же, спросили, где она и где Калеб, а также Тавел успела пожаловаться на то, что ей приходится терпеть Дану, а Блуми как всегда нигде нет. Циркуль пришлось естественным образом соврать, сказав, что она задерживается и не успеет на первые три урока, мол ей плохо было вчера и она сегодня к врачу ходила, однако про Калеба ничего не знает. Тавел, словно покачав в разочаровании головой даже через экран, поблагодарила Циркуль и сказала, что будет ждать её, а после сбросила трубку. Для самой Циркуль это было будто облегчении. Её шаг, который был во время звонка весьма тяжёлым и она порой останавливалась, Вскоре Калеб и Циркуль дошли сначала до реки. Такой спокойной, прохладной и приятной реки. Увидев её, Циркуль будто не хотела отводить взгляд ещё долгие минуты, будто погрузившись в саму эту реку. Что-то заворожило эта река в самой Циркуль. Словно она нашла какой-то отклик. Но в тот же самый момент, миг, как появилось это восхищение, какое-то болезненное отвращение и чуть ли не рвота появились в Циркуль. Изначальное желание прыгнуть и вечно купаться в этой реке сменилось сильным отвращением и желанием сбежать отсюда. Калеб же продолжал идти, спокойно наблюдая за этой рекой. Он чувствовал абсолютную противоположность в этой реке. Он чувствовал именно её саму. Её спокойствие, стойкость, вечное движение, Ему хотелось просто сесть и наблюдать за ней. Но он продолжил идти, как и Циркуль. Совсем скоро они пришли к дому Алистера. Циркуль пусть и не знала чей это дом, кто в нём живёт и всего остального, однако уже почувствовала какое-то облегчение, даже свободу в своём друге. Калеб впервые за всю дорогу расслабил плечи, сделал глубокий вдох и даже практически улыбнулся. Оба подростка подошли к двери и, постучав, даже совсем не скоро, а через минут пять, её открыл и сам врач. - Я, конечно, понимаю почему пришёл ты, так ещё и в такое время, - начал сонным Алистер, стоя в своём каком-то халате. - но кто она и зачем она тут? - Это... Моя подруга, одноклассница. Циркуль. Я пару раз упоминал её, просто без имени, - ответил Калеб, делая шаг, чтобы как бы пройти внутрь дома. Алистер лишь покачал головой и дал ему пройти. - Ты, это, не обращай внимания на небольшой беспорядок. - в каком-то даже стыду сказал Алистер, обращаясь к Циркуль. Сам дом, особенно прихожая, действительно были в небольшом беспорядке. Где-то полотенце лежало, где-то кружка с недопитым кофе на полу стояла, а где-то и бумаги с какими-то снимками. Сам Калеб, видевший и похуже хаос в этом доме, просто проигнорировал и с осторожностью прошёл мимо этого всего. Со вздохом он сел на диван на кухне и снял с себя верхнюю одежду. Циркуль села на стул возле стола, а Алистер тут же заметил повязку с пропитавшейся в ней кровью и начал её осматривать. - Это откуда и когда у тебя появилось? - серьёзно спросил он, аккуратно и едва ли притрагиваясь к месту. - Отец просто кинул острый осколок. - ответил Калеб, отводя взгляд в сторону. Алистер хмыкнул носом, что-то обдумал и, взяв из ящика принадлежности, а также аккуратно сняв бинт, начал осматривать. Ему быстро стало ясно, что кровь, к счастью, уже перестала идти. Осталась лишь в некоторых местах засохшая кровь, которая, возможно, и была одной из причин почему кровь перестала идти как раньше. Алистер продолжал осматривать и даже обрабатывать раны, давать советы, которые, впрочем говоря, мало чем отличались от того, что говорила девушка из больницы. Врач также снова проверил обычные места побоев и тело пациента. Ситуация не была чем-то лучше прежнего. Во многом, как и всегда, даже хуже. Появились новые пятна, синяки, места, которые раньше болели лишь от целенаправленного давления, могли теперь начать болеть лишь от одного прикосновения. Циркуль молча наблюдала за этим всем. Ей было даже... Как-то комфортно в этом беспорядке. Таком небольшом, но, как ей казалось, приятном. Время от времени она смотрела в окно, на ту самую реку, которая ей была до ужаса отвратительна. В такие моменты она даже секунды не могла выдержать и просто резко отворачивалась от пейзажа. - Полагаю, любой, даже самый минимальный спорт закрыт для тебя до конца жизни... - со вздохом сказал Алистер, закончив обследовать Калеба. Калеб кивнул и встал. Он пошёл, взял свой рюкзак и пошёл к выходу, показывая Циркуль, чтобы она шла за ним. - Ты же нас отвезёшь, да...? - стоя спиной к Алистеру. Врач едва слышно ответил, кивнув головой, словно ощущая что-то и пошёл к выходу. Поездка в машине была тихой. Практически без слышной. Калеб всё время смотрел в окно, словно и забыв, где он находиться и куда едет. Цирклуь всё время смотрела и держала руку у себя на коленях, лишь иногда поглядывая на своего друга. Алистер просто вёл машину и следил за дорогой. Вскоре они приехали и к самой школе. Врач высадил подростков и уехал. Никто ни с кем даже не попрощался. Войдя в школу, этих двоих тут же встретили тихие, именно что мёртвые коридоры. Тишина здесь была той самой непривычной, одновременно тяжёлой и лёгкой, свободной и безжалостной. Такая тишина всегда была в тех местах, где практически всегда полно людей. Они начали идти на второй этаж. - У нас же сейчас физра, да? - спросил Калеб практически машинально, идя чуть позади своей подруги. - Да... Физкультура... - в задумчивости ответила она. И внезапно прозвенел звонок. Очередной яркий, противный и раздражающий звонок. Звонок на перемену, если быть точнее. Множество учеников повыбегали из своих кабинетов, тут же образовав шум и гул, уничтожив тишину. Теперь всё было как и раньше. Как и раньше был шум. Как и раньше было множество учеников. Циркуль с Калебом поднялись на второй этаж, однако прямо там, на лестнице, впереди себя, они встретили Грейс с Эмили, которые шли впереди и явно не заметили их. И, словно что-то учуяв или узнав, Грейс повернулась и увидела Циркуль с Калебом. Она едва сдержанно, раздражённо вздохнула и смотрела на своих одноклассников сверху вниз. - Вы, - начала она. - почему опоздали на два урока и почему пришли только сейчас? Калеб просто проигнорировал старосту и прошёл мимо неё. - Эй! Эй... - слабо закричала Эмили уже завернувшему за угол Калебу. Она кричала почти что робко, а в конце и вовсе опустила взгляд в пол. Грейс ещё раз вздохнула и, что-то сказав Эмили, после чего та ушла, повернулась обратно к Циркуль. Они остались наедине. Грейс уже открыла рот и хотела что-то сказать, но внезапно тут же умолка. Взгляд её по какой-то причине до ужаса сильно смягчился, стал даже состродальческим. Какое-то... Какое-то даже сомнение и стыд испытала она, начав потирать одно своё плечо и не встречая взгляд одноклассницы. - Слушай... Ты... Ты в порядке? - слабо говорила Грейс. - Ты... Ты и вправду как-то неважно выглядишь сегодня... - Я в порядке, - автоматически, без эмоций, хотя, возможно, с некой грустью, ответила Циркуль. После этого она так же как и Калеб просто прошла мимо Грейс и пошла к раздевалкам на физкультуру. Грейс успела лишь проводить её последним взглядом. В раздевалке девочек уже были одноклассницы Циркуль. Была даже Тавел и Блуми. Однако сама Циркуль будто специально и игнорировала всех. Она даже не поздоровалась с Тавел, которая и сама подошла к ней. А остальных одноклассников она и не знала. Ей было всегда как-то всё равно на них. Она ушла в самый дальний угол. Туда, где практически никого и не было. Лишь там она и стала переодеваться. И то как-то медленно, порой неуклюже и роняя вещи на пол. - Может, ты всё-таки скажешь что с тобой? - прозвучал одновременно резкий и какой-то мягкий, сдержанный голос. Циркуль повернулась и увидела Грейс. Эмили нигде не было. Грейс не переодевалась и не была переодета заранее. Она до сих пор была в своей обычной школьной форме и даже будто не собиралась переодеваться. - Со мной всё нормально, - ответила Циркуль, вернувшись к своим вещам. Грейс с усталым вздохом села на пол возле Циркуль и буквально заставила её посмотреть ей в глаза, схватив за плечи. - Послушай, - твёрдо начала она. - моя задача как старосты не только в том, чтобы следить за вашими тупыми выходками и оценками, но также и в том, чтобы следить за ВАМИ. За вашим здоровьем, состоянием и так далее. И сейчас я вижу, что тебе херово. Так, может, скажешь мне или хотя бы намекнёшь почему? Циркуль закусила губу, так сильно закусила, что почти до крови. Она не смотрела на Грейс. Она смотрела куда-то в пол, куда-то в бездну, в какие-то свои мысли. Ничего не говоря, она просто отвернулась и вернулась к своим вещам. Грейс всего лишь тяжко, неудовлетворительно вздохнула, что-то промямлила и ушла к остальным, явно собираясь переодеваться тоже. В раздевалке мальчиков тоже не было всё спокойно. Калеб так и не переоделся, хотя людей становилось всё меньше и меньше. С момента как он зашёл, то точно так же как и Циркуль, ушёл в какой-то дальний угол. Однако за всё это время он даже не притронулся к своей одежде. Он просто сидел и всё. Ждал, когда все разойдутся. И, ближе к концу перемены, звонок на урок прозвенел. Все разошлись. Никто на Калеба даже внимания не обратил. Остался лишь один он. Какое-то время он ещё просто сидел, смотрел в пол. Секунд, может быть, пять или шесть. Лишь после он начал раздеваться и доставать одежду для урока. Когда Калеб снял свою школьну кофту, то его взгляд сразу же пал на одну из ран, которые он недавно получил. Дня три или четыре назад. Это не была самая больная или серьёзная рана, однако она, как ему казалось, была единственной, которая никогда не пройдёт. Он просто стоял и смотрел какое-то время на эту рану. После он медленно поднял руку и слегка надавил на эту рану. Калеб тут же прошипел от боли, однако убирать руку не стал. Он всё продолжал давить, всё сильнее и сильнее. Он давил до тех пор, пока обычная боль, которую можно всегда стерпеть с шипением, не превратилась в агонию, от которой хотелось кричать. Лишь только почувствовав эту агонию, Калеб и убрал руку от раны. Он продолжил стоять и смотреть на рану. Она была красной после такого больного действия. Даже не красной, а ярко-алой. По какой-то ужасной, непонятной причине эта боль ему казалась знакомой. Знакомой, простой, понятной. Он смотрел на рану даже с каким-то облегчением. Будто с внутренним удовольствием или расслаблением. - Я идиот... - внезапно сказал Калеб, выдохнув, даже не осознавая, что задержал дыхание. Он встряхнул руку, словно скидывая что-то, а после начал переодеваться. Урок физкультуры был самым обычным. Единственное что... Калеб. Он и вправду удивил всех. Он практически никогда не ходил на этот урок. Увидеть его здесь - настоящий шок. Особенно для Циркуль. Ей глубоко, почти до гнева не нравилось то, что Калеб решил себя напрягать и заниматься спортом. - Ты идиот? - обвинительно сказала Циркуль, подходя к Калебу и хватая его за руку, где у него было раненное плечо. - Какая физкультура? У тебя плечо ранено. Да и ты что ли забыл, что тот врач тебе сегодня говорил? Тебе спорт до конца жизни запрещён. Калеб резко отдёрнул руку и ушёл. Циркуль хотела его догнать, что-то сказать и высказаться, однако как только она сделала один единственный шаг, то её тут же за запястье кто-то схватил. - Что. У вас. Происходит? - твёрдо спросила Тавел, крепко схватив Циркуль и не давая ей уйти. - Отпусти! - закричала она, пытаясь выбраться из хватки. - Я не отпущу, пока ты не расскажешь, - настаивала Тавел. - Что за врач? Почему Калебу нельзя заниматься спортом? Почему он сегодня пошёл на урок физкультуры и почему ты так яростно против этого? - Да если б я сама знала, что в голову этому придурку ударило! - продолжала всё громче и громче отвечать Циркуль, стараясь выбраться из под хватки подруги. - Почему вы не в строю? - прозвучал раздражённый голос учителя. И Тавел, и Циркуль посмотрела на него. Они обе явно были не в восторге от того, что их прервали, так ещё и в такой момент. Они обе хотели что-то ответить, сказать, однако вместо этого их почти что силой заставили встать в строй и они уж ничего не смогли сделать. На уроке был бег. Самый обычный пятиминутный бег без отдыха. Циркуль всё время пыталась кого-то обогнать, выйти вперёд, догнать Калеба, но каждый... Каждый раз это было бессмысленно. Её постоянно возвращали в строй. Будь то уже невыносимый для неё учитель или же кто-то из случайных ей учеников. Внезапно, как и боялась Циркуль, а также неожиданно для всех Калеб начал кашлять. Он тут же остановился и прислонился к стенке. Он всё кашлял и кашлял. Совершенно без остановки. Хриплым, даже противным для всех кашлем. Никто ничего не делал. Все просто стояли вокруг и смотрели, перешёптывались и спрашивали всё ли с ним в порядке. И Циркуль, и Тавел были впереди всех. Они сами оттолкнули всех, кто ранее стоял вплотную к Калебу. Циркуль тут же положила руку на спину Калеба, и вместе с Тавел они спрашивали что не так и что происходит. Однако, едва ли получив ответ, (который, впрочем, и ответом нельзя назвать), они увидели кровь на его руках. Красную, ядовитую кровь, которую тут же заметил и учитель. Тут же была вызвана скорая помощь. Тут же был вызван и отец Калеба. Первее всех пришёл отец. Он, даже не слушая объяснений учителя, просто схватил Калеба за запястье и ушёл. Единственное, что он сделал, так это посмотрел на Циркуль так, словно хотел убить её, однако одновременно с этим с какой-то ядовитой улыбкой. Учитель и ученики пытались его остановить. Объясняли ситуацию. Однако это было бессмысленно. Циркуль тоже пыталась (Ещё бы она не пыталась!). Её попытки тоже были тщетны. Перекрыть путь этому мерзавцу так никому и не получилось и он просто ушёл. В коридорах и на улице школы его тоже пытались остановить. Вызвали даже охрану... Однако такую старую, доверчивую и бессмысленную охрану, что отцу Калеба удалось легко соврать и пройти мимо. Шли они по улицам, совершенно пустым и невзрачным улицам. Эта тварь постоянно что-то говорила, болтала, ненавидела, порой била Калеба и всё по кругу. Умолкнуть он не мог, совсем не мог! Калеб шёл, всё время смотря в землю. Ему было на всё абсолютно всё равно. И на отца, и на дорогу. Лишь будто какая-то пустота, которая едва ли граничила с бездной, была в нём. Уже желая перейти дорогу, эти двое даже не останавливались. Калеб тихо, едва слышно и понимая, что это бесполезно, сказал, что они идут на красный свет. Но эта мразь, конечно же, не послушалась. Словно даже как-то и не удивительно, обыденно и просто его сбила машина. Именно его, да. Калеб остался жив. Он был буквально в метре от столкновения и той же учести. Калеб внезапно, как-то даже необычно замер. Он просто смотрел. Смотрел на машину. Смотрел на своего отца на асфальте. Он видел кровь на губах своего отца. Слышал его хриплый и тошный голос. И так плевать было ему. Так всё равно. Водитель машины выбежал и подбежал к "пострадавшему". Он кричал, звонил в скорую, быстро и обеспокоено говорил что-то Калебу. Но Калеб ничего не ответил. Он даже не слышал, что ему говорят. Он смотрел на лицо своего отца. Лицо, на котором вскоре закрылись глаза. Водитель машины, заметив это, тут же проверил пульс. - Он умер! - закричал водитель. Калеб так же молча как и раньше просто развернулся и ушёл. Шёл он как-то легко, порой даже быстро. Но всё та же пустота не уходила от него. Он шёл, смотря строго прямо. Калеб игнорировал любых людей, любые строения. Он даже проигнорировал школу. Он дошёл до своего дома. Он прошёлся по этому грязному, пустому и бессмысленному району. Вошёл в сам дом и начал подниматься по лестнице. По грязной, воняющей и отвратительной лестнице. Он дошёл до своей квартиры и вошёл туда. Была тишина. Абсолютная, пустая тишина. Она была какой-то гнятущей... Но псевдо-пугающей. Именно такой, да. Калеб даже как-то начал тихо, едва заметно смеяться когда зашёл сюда. Сильно, резко закрыв дверь он побежал, полностью поддавшись смеху. - Наконец-то, наконец-то он сдох! Он... Он умер, да! - кричал со смеху он. И выкидывал, выкидывал всё он! И пустые, разбитые бутылки алкоголя, и тарелки, и кружки, и сигареты! И всё, всё он выкидывал в окно! Смеяться он не переставал, даже наоборот, будто всё сильнее и сильнее, истеричнее он смеялся. - Как же я рад! - закричал он на всю квартиру, внезапно остановившись и схватившись за волосы. Всё, почти всё он выкинул в окно. Даже стул выкидывал он! И бессилие... Нет, не бессилие, а приятное послевкусие и удивительная лёгкость одолела Калеба. Он пошёл обратно. Обратно в свою комнату. Там он тоже выкинул всё, почти всё, что было. От мусора до даже чего-то любимого в прошлом. Лишь после этого хаоса, беспорядка он упал на кровать. Упал и заснул. Впервые в своей жизни заснул с улыбкой.