Миндальное Безе

Больше всего на свете Дев ненавидел запреты. Они ограничивали и сокрушали его прекрасное стремление к недостижимым мечтам. Огромное самолюбие громко рыдало где-то под сердцем, всхлипывая при каждом осознании, что просто так переступить через поставленные условия попросту нельзя. А он не такой, его воспитывали совсем не так, что вы. С момента появления на свет, ему начерчено судьбой получал все, что он хочет! Ну, это Две так думал, на практике он часто оставался в пролёте того, что не касалось материального блага, конечно же.  Отцовская любовь ему не светит. Не понимаю, что вы и он хотите от бедного Дейла Диммадома, который имеет привычку каждое утро субботы минимум два часа проводить за просмотром утренних мультиков, с кружкой горячего какао. Прежде чем сказать, что Дейл взрослый, стоит вычесть из его жизни примерно семь лет рабства и ещё минимум три года восстановления в местной больнице Диммсдейла после сильного истощения. И к сожалению, Великий Дев Диммадом никак не может повлиять на состояние собственного отца, он пришёл к этому выводу не сразу, спустя пару лет попыток завоевать его внимание. Он знал, что отец его любит, но никак не мог выудить из него это признание словесно. Хотя, если честно, он пришёл к выводу о любви через подарки, но с другой стороны, это все выглядит так, будто собственный отец откупается от него дорогими вещами, совершенно не заботясь о том, что чувствует при этом сын. Важен не только внешний вид пирога, но и его начинка. Ты не будешь хорошим отцом, если заботишься только о финансовом состоянии своего ребенка.  А Дев просто не в силах принять факт, что он ничего не может с этим сделать. Так жизнь дала понять маленькому мажору, что не все ему подвластно. И как же Дева это раздражало. Просто невыносимо ощущать беспомощность в таких моментах, ему хочется что-то заполучить. И заполучить, как всегда —  по щелчку пальцев, но у него это не получается, ведь чувства и эмоции это не вещь, а самое настоящее явление прекрасного, живого. То, без чего все в нашей жизни не имело бы смысла.  И Дев это прекрасно понимал, даже прочувствовал. Шесть лет назад, когда впервые в жизни встретился глазами с новенькой в его классе. Что тогда внутри него ёкнуло, вот что действительно является загадкой. Ведь с этого дня он стал зависим от Хейзел и всего того, что хоть как-то напоминало о ней.  К сожалению, это не шутка. И к ее сожалению, Хейзел не упала к его ногам и не стала напрашиваться к его Величеству Деву в друзья при первой же возможности. Как она только посмела, ай-ай-яй. А это значит, что между ними явно дружбы не будет. Точно, она такая же, как и все в его классе. Просто они не видят выгоды, все придурки, только он самый умный.  Но это оказал ужасно сложно, держать с ней тихую неприязнь на людях, когда в голове он давно поселился в Хейзеленде. Катается на Хейзелгорках, ест хрустящую хейзешку фри. Достало! Все усугубилось в переломный момент, когда она стала такой невыносимо доброй! Невыносимо приятной! Он не должен был с ней дружить, от этого стало все только хуже, это все было ошибкой. Одной большой ошибкой, последствия которой его мучают по сей день.  — В кабинете было душно, а на уроке невыносимо скучно. Томные слова преподавателя скорее усыпляли, чем учили. А Дев и не слушал, он смотрел на Хейзел, просто смотрел и этого было достаточно, чтобы восполнить его потребность в ней на весь оставшийся день. Иногда он делал это неосознанно, например за обедом.  Выискивать её не приходилось, она всегда сидела за одним столом. Часто была увлечена чем угодно, но только не едой, оттого и наблюдать за ней было интересно. Сегодня такая лёгкая и рассеянная, мотает ногами и себе что-то под нос поёт. А завтра вся сжатая напряженная, нервно стучит пальцами по столу.  Вот бы узнать причину её переживаний. Вот бы она прибежала к нему, села рядом и рассказала обо всем, что у неё на уме. Он мог поклясться, что будет вслушиваться в каждое её слово, замечать с какой именно интонацией она это говорит и в то же время пристально смотреть в её большие карие глаза, обрамлённые пышными чёрными ресницами. Возможно, он бы даже коснулся её руки в особенно напряженный момент, просто чтобы она расслабилась, чтобы почувствовала, что он здесь, рядом. Ведь Хейзел так любит улетать во время разговора в свои мысли. И потом она бы положила голову на его плечо, заставляя его сердце сжаться до боли. Голова начинает потихоньку кружиться, становится труднее дышать и думать о чем-то другом. Он крепче сжимает её руку и она резко отстраняется, но лишь для того, чтобы им было удобнее коснуться друг друга. Руки невольно легли ей на талию, прижимая к себе, чтобы мягко прижаться к её жаждущим тёплым губам. И...  Ох. Боже. О чем он думает?  Его даже передернуло. Дев осмотрелся, рефлекторно поправляя очки. Он все еще в классе, все еще на месте. Взгляд метнулся на Хейзел и он смутился, впервые отводя взгляд, чувствуя, как щеки заливаются румянцем.  Нет, я совру вам, если скажу, что у него не возникало подобных мыслей до этого. Конечно возникли мысли и в более интимном контексте, но даже это его не вводило в краску так сильно. В этот момент стало ясно, что все дело заключалось именно в Хейзел, опять из-за неё все его проблемы.  И как бы Дев не ерничал, ему точно было ясно, что быть с Хейзел ближе это еще одна его мечта, которая не достанется ему в тот же момент, как он подумал об этом.  С этого дня он окончательно признался себе в самом страшном - ему нравится Хейзел Антуанетта Уеллс. И это официально. И это большая проблема.  Конечно же он смирился с этим не сразу. Стадия отрицания длилась слишком долго и на самом деле, несмотря на осознание, он все еще мысленно пытается откреститься от этого.  Дев принял важное для себя решение - глушить все чувства к Хейзел, какими бы сильными они не были. Просто представить, что у него на неё сильная аллергия, он был слишком увлечен ей, она вызывает привыкание, прямо как самый вредный и химозный десерт, но зараза, какой же вкусный этот ваш десерт... Неважно! Это самая настоящая диета, он больше не смотрит, больше не думает и забывает о ней, как о самом страшном сне в его жизни. И было страшно ощущать тоску от этого решения. Казалось бы, люди приятно взволнованы, когда им говорят, что с этого дня они будут жить по-другому. Почему с ним все не так?  Первым шагом было избавиться от всего того, что напоминало о той, кого он отныне знать не знает. И к его удивлению, он оказался почти чист. Нет, ничего из разряда "Его комната была обвешаны её фотографиями" или "он бережно хранил каждый пучок ее волос у себя в шкафчике" нет, этого не было. Если кратко, то ему хватало её и в голове. Все что было — ручка, которую она однажды забыла у него дома во время совместного проекта, пару фотографий на телефоне и все. Хах, а это оказалось легче чем он думал.  Вы думаете он выкинул ручку и подчистую удалил фотки? Да, конечно.  Несчастную канцелярию кинул в рюкзак. Ну а вдруг пригодится, да? А фотографии остались лежать в корзине. Но для Дева это было чем-то героичный, как он сказал так и сделал, смог побороть себя! В кавычках, естественно.  Шаг номер два. И в то же время, самый сложный. Выйти из Хейзелленда. Выкинуть её из головы и больше не вспоминать. Но как? Если он уже отучился думать о чем-то в свободное времяпровождение. В любом фильме или игре он находился ассоциации и крепко хватался за них, пропуская в сердце все, что хоть как-то напоминало Хейзел. Не собирается он полностью менять свой образ жизни из-за такой мелочи, значит пора отбросить все эти шалости из головы. Короче, ничего не поменялось, просто теперь Дев искренне убеждён, что освободился от цепей, которые "так сильно сдерживали" его дорогое нутро. Ведь, конечно, именно противная Хейзел не давала ему спокойно жить все это время. Каким-то образом влюбила в себя, словно пожелала или, что ещё хуже, околдовала его.  — Поздравляю! Ты закодировался от влияния злобной Уеллс. Возьми с полки пирожок и теперь проверяй все это на практике. Самым сильным ударом стал не шаг номер два, а тотальное игнорирование её во время школьных будней. Все знают что Дев зависим от наблюдения за Хейзел, это не что-то нездоровое, нет, ему просто скучно и он находил спасение в ней, как всегда. Он смотрел за ней, не следил, просто смотрел и подмечал каждую интересную для него детальку. И по поводу "все знают" я не преувеличиваю. Каждый из его класса может подтвердить, что стал дышать свободнее с появлением Хейзел. Она полностью переключила внимание Диммадома на себе и ему уже было не так интересно насмехаться над кем-то другим, ведь прекрасно понимал, что только Хейзел может дать эту дозу дофамина, только она ему достойный соперник.  И как он мог в неё влюбится? Докатились, его мозг играет против него. Это просто что-то в голове щёлкнуло, возможно, он сошёл с ума. Ведь Диммадомы не влюбляются и уж тем более не мучаются от любви. Все всегда происходило наоборот. Его отец никогда не бегал за мамой, когда она ушла, он просто её отпустил и больше не вспоминал. А у него почему так не получается? Может, потому что Хейзел постоянно маячит у него перед глазами? Да, скорей всего.  Он снова невольно кидает на неё взгляд, скрытый за тёмными очками. Такая весёлая, воодушевленно разговаривает с Жасмин о какой-то ночевке. Хах, ночёвка с Хейзел - звучит привлекательно.  Если бы она пришла к нему, они бы весь вечер разговаривали о чем-то для них обыденном, ну например о новом томе Любовного Меридиана. А потом они бы запаслись едой и сидя у него на диване, смотрели фильмы. И в особенно страшный момент она прижимается к нему, уткнувшись носом в его плечо, крепко цепляясь за руку, оставляя свой запах на его домашней футболке. И Дев приобнимает ее, не стесняясь положить руку на бедро, проводя по нему подушечками пальцев и дыхание прерывается, ощущая мурашки на её коже. Он бы оторвал взгляд от фильма и...  Увидел Хейзел в ночнушки. В одной тоненькой ночнушки, которую он сам рисовал у себя в голове. Такая домашняя и лёгкая рядом с ним, какой он её ещё никогда не видел, какой она никогда перед ним не была.  Дев судорожно сглотнул, дрожащими руками поправляя спадшие на нос очки и чуть не упав со стула от резкого школьного звонка. Они доведут его когда-нибудь.  Девин, вы полный неудачник, раз провалили такое лёгкое, с ваших же слов, задание. Всего-то не думать о Хейзел. Ты на диете, забыл? Лучше бы забыл.  — Урок обществознания не успел начаться, как Дев уже развалился на парте ленивым комком, выражая абсолютное неуважение. Хотя кого он вообще уважает кроме себя? Скука брала вверх, хотелось спать.Он так и планировал! Если бы Марта Бутчер - их учительница по обществу,не начала голосить во все горло о чем-то, он не слушал, слишком был увлечен попыткой войти в мир грез.  — Хорошо! — она резко хлопнула по столу, прежде чем продолжить:"Сейчас я дам вам тему, по ней вы должны будете сделать презентацию. Но! Я вас очень прошу, мне важна ваша социальная активность в классе. Не делайте презентацию в паре с тем, с кем вы до этого уже работали" И в классе повисла гробовая тишина. Хейзел тяжко вздохнула, перекидываясь разочарованными взглядами с друзьями. Её все никак не покидало странное ощущение дежавю.  — А знаете, давайте я сама вас разделю попарно, раз вы так удрученно на меня смотрите, — она сказала это навеселе с каплей неловкости. И ведь все понимают, ради чего это и зачем, но все равно остается неприятный осадок.  Мисс Бутчер ещё долго листала журнал, отмечая все на отдельном листочке. Все сидели неподвижно, пристально наблюдая за каждом её действием, просто ожидая неизбежного. И через пару минут она озвучила:" Кев с Бев, Жасмин с Феллой, Вин с Тревом, Фред с Рандо, Хейзел с... А, эти болеют... Хейзел с Девом" Да, у неё точно дежавю.  Хейзел покосилась на Дева, подмечая его ошеломлённое выражение лица. Не его обычное — уверенное или надменное. Он действительно шокирован и от этого не легче.  Хейзел ведьма! И по всей видимости, она от него безума. Какова вероятность того, что они могли оказаться в паре сразу после того, как он сел на диету? Точнее, после того, как он отказался от собственных чувств. И в этом нет особой разницы, просто он паникует!  Он искренне боится сорваться. Его последние мысли становились все более яркими, они не давали ему покоя. Показывали ли они все, что ему на самом деле хотелось?  Ох да, ещё как.