Глава 30

Несколько ​дней ​спустя ​– ​Подземный ​комплекс ​Конохи ​ ​Юто ​сидел ​в ​тусклом ​свете ​своей ​лаборатории, ​его ​пальцы ​плясали ​по ​клавиатуре ​устройства, ​подозрительно ​похожего ​на ​ноутбук ​— ​если ​бы ​ноутбуки ​собирали ​из ​металлолома ​и ​чистой ​дерзости. ​ ​Это ​был ​его ​«Сетевой ​Терминал», ​слияние ​псевдонауки ​из ​«Блича» ​и ​изобретательности ​шиноби. ​Когда ​он ​заработает, ​он ​позволит ​осуществлять ​связь ​на ​дальние ​расстояния ​— ​то, ​чего ​Нации ​Шиноби ​никогда ​не ​видели. ​Забудьте ​о ​почтовых ​голубях ​или ​гончих ​ястребах; ​это ​был ​настоящий ​прогресс. ​ ​За ​дверями ​лаборатории ​простирался ​огромный ​зал, ​его ​стены ​были ​уставлены ​мерцающими ​мониторами, ​отображающими ​каждый ​уголок ​Конохи ​с ​жуткой ​чёткостью. ​Дальше ​стояли ​две ​массивные ​стальные ​двери, ​за ​которыми ​зловеще ​гудели ​ряды ​цилиндрических ​капсул. ​Некоторые ​были ​пусты. ​Другие… ​были ​заняты. ​ ​Узумаки ​Кушина ​и ​Учиха ​Микото ​— ​обе ​недавно ​освобождённые ​из ​Жемчужины ​Духа ​— ​стояли ​перед ​двумя ​такими ​капсулами, ​их ​выражения ​были ​смесью ​ностальгии ​и ​меланхолии, ​когда ​они ​смотрели ​на ​знакомые ​лица ​внутри. ​ ​Перед ​Кушиной ​была ​возлюбленная ​Обито, ​Рин ​Нохара, ​одна ​из ​учениц ​Четвёртого ​Хокаге, ​воскрешённая ​с ​помощью ​Нечестивого ​Мирового ​Воскрешения. ​ ​Рядом ​с ​ней ​Микото ​стояла ​перед ​другой ​капсулой, ​её ​взгляд ​был ​прикован ​к ​фигуре ​с ​пустыми ​глазами ​внутри. ​Бывший ​гений ​Конохи, ​Учиха ​Шисуи, ​он ​же ​«Шисуи ​Телесного ​Мерцания». ​ ​— ​Шисуи, ​— ​тихо ​сказала ​она. ​ ​Найти ​его ​останки ​было ​непросто. ​Юто ​прочесал ​берега ​реки ​Нака, ​почти ​перейдя ​в ​Страну ​Травы, ​прежде ​чем ​наткнуться ​на ​печальные ​остатки ​— ​ржавую ​повязку ​и ​клочки ​ткани, ​прилипшие ​к ​кости. ​ ​В ​отличие ​от ​Кушины, ​Микото, ​Рин ​и ​Шисуи, ​которые ​существовали ​в ​виде ​чистых ​духовных ​форм, ​остальные ​в ​капсулах ​были ​воскрешены ​с ​помощью ​настоящего ​Эдо ​Тенсей. ​Их ​тела ​были ​одеты ​в ​потрёпанные ​версии ​их ​старой ​одежды, ​лица ​частично ​скрыты ​ползучей ​белой ​костью ​— ​Пустофикация ​в ​процессе. ​ ​Они ​буквально ​находились ​в ​процессе ​превращения ​в ​Пустых. ​ ​Но, ​как ​и ​предупреждал ​Юто, ​технология ​ещё ​не ​была ​полностью ​стабильной. ​Так ​что ​эти ​«Пустофицированные ​зомби ​Эдо ​Тенсей» ​большую ​часть ​времени ​дремали ​в ​своих ​капсулах, ​ожидая ​завершения ​трансформации. ​ ​Но ​Шисуи? ​ ​Шисуи ​не ​спал. ​ ​Силой ​воли ​он ​сопротивлялся ​притяжению ​бессознательности, ​проведя ​последние ​несколько ​дней, ​впитывая ​жестокую ​правду ​о ​том, ​что ​произошло ​после ​его ​смерти. ​ ​— ​Я… ​прошу ​прощения, ​леди ​Микото, ​— ​сказал ​он, ​его ​голос ​слегка ​отдавался ​эхом ​внутри ​капсулы. ​— ​Я ​никогда ​не ​думал, ​что ​Итачи ​зайдёт ​так ​далеко. ​ ​Микото ​отмахнулась. ​ ​— ​Не ​нужно. ​Ты ​пытался. ​Это ​больше, ​чем ​большинство. ​ ​— ​Но ​резня… ​ ​— ​…была ​неизбежна, ​— ​закончила ​она, ​заправляя ​выбившуюся ​прядь ​волос ​за ​ухо. ​— ​Но ​неизбежность ​не ​означает, ​что ​дети ​это ​заслужили. ​Или ​лавочники. ​Или ​тот ​чёртов ​продавец ​данго. ​ ​— ​Так… ​вы ​планируете ​отомстить ​старейшинам ​Конохи ​и ​Итачи? ​— ​лицо ​Шисуи ​исказилось ​от ​внутреннего ​конфликта. ​ ​Если ​это ​так, ​он ​бы ​предпочёл ​просто ​умереть ​снова. ​ ​Он ​не ​стал ​бы ​останавливать ​Микото, ​но ​и ​не ​мог ​заставить ​себя ​помочь ​ей ​напасть ​на ​Коноху ​— ​или ​на ​своего ​лучшего ​друга. ​ ​Столкнувшись ​с ​такой ​дилеммой, ​самоубийство ​казалось ​единственным ​достойным ​выходом. ​ ​Если ​так, ​он ​бы ​предпочёл ​раствориться ​обратно ​в ​земле. ​ ​— ​Месть? ​ ​Внезапно, ​рядом ​с ​Микото ​материализовалась ​некая ​рыжеволосая, ​обняв ​её ​за ​плечи. ​ ​— ​То, ​что ​мы ​сейчас ​делаем, ​не ​о ​мести, ​глупыш, ​— ​прощебетала ​Кушина, ​ухмыляясь. ​— ​Мы ​просто ​убеждаемся, ​что ​трагедия ​Учиха ​никогда ​не ​повторится. ​Вот ​и ​всё. ​ ​— ​Леди ​Кушина… ​— ​Шисуи ​глубоко ​вздохнул. ​— ​Когда ​вы ​говорите ​«никогда ​не ​повторится», ​как ​далеко ​вы ​готовы ​зайти? ​Если ​бы ​Четвёртый ​был ​ещё ​жив… ​он ​бы ​это ​поддержал? ​ ​— ​Шисуи, ​— ​сказала ​Кушина, ​проигнорировав ​его ​вопрос, ​— ​ты ​знаешь, ​сколько ​рабочих ​нужно, ​чтобы ​выплавить ​пять ​килограммов ​стали ​с ​помощью ​мехов? ​ ​Шисуи ​моргнул. ​ ​— ​…Нет? ​ ​— ​Двадцать ​четыре! ​— ​она ​подняла ​обе ​руки, ​растопырив ​пальцы. ​— ​Двадцать ​четыре ​рабочих, ​пашущих ​без ​остановки ​два ​часа, ​чтобы ​сделать ​всего ​пять ​жалких ​килограммов ​стали. ​Но ​знаешь, ​сколько ​времени ​это ​займёт, ​если ​заменить ​их ​одним ​пользователем ​стихии ​огня? ​ ​Шисуи ​молчал. ​ ​— ​Сорок ​семь ​секунд! ​— ​усмехнулась ​Кушина. ​— ​А ​теперь ​представь, ​если ​бы ​каждый ​кузнец ​знал ​огненное ​дзюцу, ​каждый ​фермер ​— ​дзюцу ​земли ​и ​воды… ​Существовали ​бы ​вообще ​войны ​за ​ресурсы? ​ ​Глаза ​Шисуи ​расширились. ​ ​Мгновение ​тишины. ​ ​Затем… ​ ​— ​Ох. ​ ​Это ​ударило ​его, ​как ​кунай ​в ​живот. ​Это ​был ​не ​просто ​идеализм. ​Это ​было ​возможно. ​ ​Впервые ​за ​многие ​годы ​Шисуи ​почувствовал ​что-то ​опасно ​близкое ​к ​надежде. ​ ​— ​Юто ​— ​будущее ​этого ​мира, ​— ​сказала ​Кушина, ​ухмыляясь ​его ​ошеломлённому ​выражению. ​— ​Теперь ​ты ​понял. ​ ​Шисуи ​ошеломлённо ​кивнул. ​«Ребёнок ​с ​таким ​видением? ​Да. ​„Будущее“ ​— ​это ​было ​преуменьшение». ​ ​— ​Добро ​пожаловать ​на ​борт, ​Шисуи! ​— ​просияла ​Кушина. ​— ​Но ​сначала ​тебе ​предстоит ​немного ​поучиться. ​Нужно ​заложить ​кирпичи ​для ​нового ​мира, ​понимаешь? ​ ​— ​Я ​вас ​не ​подведу, ​— ​сказал ​Шисуи, ​его ​голос ​был ​твёрже, ​чем ​за ​многие ​годы. ​ ​— ​Конечно, ​мы ​начнём ​с ​малого, ​— ​задумалась ​Кушина, ​поглаживая ​подбородок. ​— ​Пока ​никаких ​продвинутых ​теорий. ​Маленькими ​шажками. ​ ​— ​Есть ​какие-нибудь ​рекомендации? ​— ​с ​нетерпением ​спросил ​Шисуи. ​ ​— ​Поскольку ​ты ​только ​начинаешь, ​нам ​нужно ​сначала ​сломать ​твоё ​старое ​мышление, ​— ​улыбка ​Кушины ​стала ​опасно ​невинной. ​— ​К ​счастью, ​у ​меня ​есть ​идеальный ​материал ​для ​начинающих. ​ ​Стукнув ​по ​панели ​управления ​капсулы ​— ​будь ​то ​призрак ​или ​нет, ​её ​новообразованные ​духовные ​частицы ​позволяли ​ей ​взаимодействовать ​с ​физическими ​объектами ​— ​перед ​Шисуи ​замерцал ​маленький ​прямоугольный ​экран. ​ ​[Сейчас ​играет: ​Девочка-волшебница ​Учиха ​Мадара] ​ ​ЛОВУШКА ​ЗАХЛОПНУЛАСЬ. ​ ​Всё, ​что ​было ​до ​этого? ​ ​Чистая ​подстава. ​ ​Кушина ​полностью ​перешла ​на ​тёмную ​сторону. ​ ​Шисуи ​уставился ​на ​экран, ​его ​лицо ​застыло ​в ​полном ​недоумении. ​ ​— ​Ганбаттэ, ​Шисуи! ​— ​подбодрила ​Кушина, ​уже ​утаскивая ​Микото. ​— ​Закончишь ​это, ​и ​врата ​в ​новый ​мир ​откроются ​для ​тебя! ​ ​— ​Обрати ​внимание ​на ​четвёртую ​серию ​— ​последовательность ​трансформации ​Сусаноо ​Мадары-чан ​просто ​великолепна. ​ ​Когда ​начались ​вступительные ​титры ​— ​с ​Мадарой, ​кружащейся ​в ​пышном ​платье ​— ​Шисуи ​издал ​звук, ​похожий ​на ​сдувающийся ​воздушный ​шарик.