Откровенный разговор с подчинёнными.

С момента начала обучения солдат прошёл один месяц. За это время солдатам удалось многому научиться и довольно сильно подтянуть спортивные нормативы. Теперь минимальное количество подтягиваний стало равняться 17. Однако какой ценой? Ратте фактически заставлял их пахать 24 на 7. Не было ни одного дня, когда солдаты могли бы расслабиться. Естественно, тяжёлые тренировки, которые проводились в принудительном порядке, не могли не создать недовольство солдат. Конечно, в открытую они недовольство не могли выражать, а вот шептаться о том, что Ратте — плохой командир, им вполне хватало ума. Да и если говорить честно, то курсанты откровенно считали, что Ратте банально над ними издевается или просто выслуживается перед начальством. Что касается самого Ратте, то он прекрасно понимал, что происходит за его спиной. Конечно, ему ничего не стоило просто начать выбивать данные мысли силой, но было бы это правильным? Нет. Таким образом Ратте только бы нажил для себя ещё больших проблем, которые со временем могли бы проявиться. Именно поэтому сегодня он запланировал провести серьёзную и откровенную беседу с солдатами. Сам день не отличался от остальных. Всё шло по распорядку в плоть до ужина. Именно после него Ратте сообщил солдатам, что вечерних прокачек не будет. Вместо них он планирует провести с ними беседу. Конечно, ребята очень удивились, но вопросов задавать не стали и молча выполнили приказ своего командира. Беседа проходила в комнате информирования и досуга. Солдаты сели за парты, а Ратте начал беседу. Он не стал церемониться и спросил в открытую. -Вы ничего не хотите мне сказать? В ответ гробовая тишина. -То есть тот факт, что вы шепчитесь за моей спиной и называете меня нехорошими словами, это для вас в порядке вещей? Снова молчание. -Ребят, не молчите. Я тут вас собрал для того, чтобы откровенно поговорить. Готов вам пообещать, что данный разговор останется сугубо между нами и никакого наказания за выражение недовольства не последует. Солдаты продолжают молчать, но по их виду было видно, что они явно заинтересованы. -Ну так вы скажете мне что-нибудь или мы так и будем в гляделки играть? Первым набрался смелости Воробьев. Он высказал своё недовольство. Потом это сделал Стасенко, а уже после этого все солдаты осмелели и выразили своё мнение на счёт тренировок и самого Ратте. -Что ж. Благодарю за откровение и честность с вашей стороны. Ну а теперь пришла моя очередь ответить вам на ваши вопросы. Вы, как я понял, думаете, что эти тренировки очень жестоки и, по вашему мнению, ими я над вами издеваюсь. Тогда скажите, а что плахова случилось? Вы достигаете успехов в стрельбе, физической подготовке и в других делах, которые я стараюсь до вас донести. -Мы это, конечно, понимаем, но почему вы так жестко их проводите? -Для того чтобы вы выжили на войне. Вам кажется, что эти тренировки нужны только мне? Ребят, я это и так знаю и умею. И если быть полностью честным, я и сам не очень рад тому, что мне приходится проводить эти тренировки настолько жестоко. Это связано со временем, которое мне было выделено на вашу подготовку. Для комфортного и нормального обучения нужно 8 месяцев, а нам дали всего 3. -Даже так. Нам не удастся достичь результата в 30 подтягиваний за один подход. -Да неужели? А вы в курсе, что вы сейчас способны подтянуться 50 или даже 100 раз? Я сейчас серьёзно. В этом деле не важно, насколько вы сильны физически. Сейчас важно моральное состояние. Вы себя очень сильно любите и жалеете. Это вам ваш мозг говорит, что вы не можете это сделать, а на самом деле возможности вашего организма почти безграничны. Стоит только захотеть и перебороть свою лень. -Откуда вам это знать? -А вы думаете, что я никогда не был в вашей шкуре? Поверьте, был, и для меня изначально даже 5 раз подтянуться казалось невыполнимой задачей. Однако я сам себе сказал, что я достигну своей цели и стану подтягиваться на отлично. Мне это удалось, и поэтому я имею полное право сейчас вам это говорить. Есть ещё вопросы? -Да. Для чего вы перешли на нашу сторону? Вы же ведь бывший нацист. Я уверен, что вам там платили гораздо больше, чем здесь. Чем вы руководствовались, когда предавали Германию? Данный вопрос очень удивил Ратте. Однако он не подал виду и решил и на него ответить честно. -Мне не понравилась идея нацизма. Поначалу я считал, что всё, что мы делаем, это правильно, но когда мне довелось увидеть, что происходит в тылу и чем занимаются солдаты СС и другие надзиратели, я задал вопрос своему командованию. Зачем мы их так сильно мучаем? Это же ведь беззащитные гражданские, которые не виноваты в том, что случилось. А мне ответили, что это не моё собачье дело. У тебя есть приказ, и ты обязан его выполнять. После этого я стал гораздо тщательнее следить за тем, что делают солдаты Вермахта на оккупированных территориях. Это меня не устраивало, и в один момент я решил, что стоит взять ситуацию в свои руки и покончить с Левиафаном, который был и до сих пор является главным кукловодом немецкого режима. Я решил его убить и предложил своим бойцам и приближенным ко мне людям поддержать меня. Однако мне отказали, и я пошёл в одиночку. Конечно, мне не удалось его одолеть, и, сильно ранив, Левиафан оставил меня умирать в лесу своей смертью. Вполне возможно, именно так и случилось бы, но меня спас мой верный друг Т-1, и за это я ему очень благодарен. Именно так я и оказался на вашей стороне. Ещё вопросы будут? Больше вопросов не последовало. -Ну, если вопросов нет, тогда можно считать, что разговор окончен. Ратте взглянул на часы и, увидев, что время уже близится ко сну, сказал. -До отбоя ещё 25 минут. Можете немного отдохнуть, но чтобы все легли не позже этого времени. Это ясно? -Так точно. В одно горло сказали солдаты. Ратте и солдаты вышли из кабинета. Командир пошёл в свой кабинет, а курсанты пошли в расположение. Продолжение следует...