Часть I. Клетка

      Помещение больше напоминало тюремную камеру, чем жилую комнату; здесь отсутствовал даже намёк на хоть какой-либо уют. Стены представляли из себя унылые серые листы металла, вдоль которых тянулись пучки проводов, вперемешку с нитями неона, а сверху, с низкого потолка чёрными змеями небрежно свисали обрывки старых кабелей. Прибитая к стене железная кровать с накинутым на неё старым выцветшим со временем коричневым покрывалом, была больше местом для нездорового сна, нежели для полноценного отдыха. На небольшой тумбочке рядом сиротливо покоились остатки сухпайков, алюминиевые контейнеры, да пара пустых банок от энергетиков. В противоположном конце находилась раковина с треснутым посередине зеркалом, да совсем небольшой короб, который хозяином данного помещения именовался шкафом для одежды. За ним стоял тренажёр в виде беговой дорожки, которая единственная не вписывалась в местный «интерьер» и смотрелась совсем уж нелепо. Но для живущего здесь молодого парня она стала единственным предметом, который в его жизнь приносил хоть какое-то удовольствие.       Но хуже всего вовсе не это. Хуже всего — плоский монитор на стене, который изображал скучный серый пейзаж с высоты высокого здания: безликие полумёртвые панельки, такие же серые нити практически опустевших дорог, да разного размера роботы и дроны, снующие туда-сюда по улицам мегаполиса вместе с людьми. Завершал уличный образ гигантский стальной купол вместо неба. Неба, которого он никогда не видел. Собственно, как и большинство жителей необъятной Каракуры. Искусственный свет, который имитировал смену дня и ночи, становясь днём светлее, а ночью темнее — лишь ещё больше навевал тоску. А этот экран в маленькой каморке стал своеобразным окном в привычный, но ненавистный для него внешний мир. Окном, которого здесь никогда не было… Это лишь камера наружного наблюдения, которая находилась на стене здания снаружи и изо дня в день издевательски транслировала в онлайн-режиме этот проклятый пейзаж.       Урюу Исида практически никогда не покидал стен здания корпорации «ShinTech», — той самой, в которой он влачил свое жалкое существование и которая была в стране средоточием власти. Жил и работал здесь. Проводил свои невзрачные и безрадостные дни тоже здесь. Он уже давно смирился со своей судьбой и бросил любые попытки хотя бы понять смысл и цель собственной жизни. Не смог понять за свои двадцать три года жизни, навряд ли сможет и дальше.       Чуть сгорбившись, парень сидел за компьютерным столом. Неяркий мерцающий свет от монитора, в котором купалась комната, выхватывал из мрака помещения его уставшие черты лица: резкие, чуть угловатые линии скул, сжатые то ли от сосредоточенности, то ли от раздражения губы, бледная кожа… Чёрные волосы красиво отражали холодное свечение экрана; справа удлиненные пряди свисали вдоль лица, небрежно прикрывая то, что Урюу всегда старательно, хоть и тщетно пытался упрятать — искусственный глаз в виде светящейся линзы, встроенной в титановую пластину, которая стала продолжением его лица, сползая от правого виска к шее и немного захватывая боковую часть нижней челюсти. Она была разделена на множество сегментов, повторяя изгибы тела и позволяя ему совершать естественные движения, не сковывая их. И всё же Урюу ненавидел этот глаз. Ненавидел воспоминания, связанные с ним. И каждый раз, когда линза давала сбой, вызывая мучительную головную боль, он вновь и вновь осознавал насколько сильно ненавидит весь этот прогнивший до основания мир.       Второй же глаз был своим. Настоящим. Однако плохое зрение Урюу имел с рождения, а потому очки так же стали его неотъемлемой частью.       Урюу зажмурился, просунул пальцы под носоупоры и устало потер переносицу. Хотелось спать, но он ещё не уложился в поставленные сроки. Да и собственные мысли периодически мешали, больше напоминая хождение по разбитому стеклу, где каждый шаг отдавался болью от сотен острых осколков.       Ещё один день, похожий на предыдущий. Снова эта чёртова комната, этот чёртов экран. Снова жалкая иллюзия жизни, от которой его частенько воротило в самом прямом смысле. Интересно, смотрят ли они сейчас на него? Однозначно смотрят, как же без этого… разве возможно, чтобы они не смотрели?.. Возможно, его мысли уже давно не принадлежат ему самому, а являются достоянием той корпорации, в руках которой находилась власть. Как, собственно, и его жизнь, а так же жизнь каждого человека, живущего в Каракуре, а, возможно, и всей Японии. Но лишь желание помочь людям, создать что-то полезное, что облегчит жизнь простым гражданам — давало ему ту самую опору, которая помогала не упасть. Если он своей работой спасёт хотя бы одну жизнь, то его нахождение здесь не зря.       Почувствовав нарастающую пульсирующую боль в правом виске от нескончаемого потока тяжёлых мыслей, он оттолкнулся от стола. Чуть проехав на стуле, прямо в движении крутанулся, поднялся с насиженного места и потянулся, разминая затёкшие мышцы шеи и спины. Урюу принял на полу горизонтальное положение и принялся делать отжимания. Сотня- другая — и станет легче. Обязательно станет. А там можно и с десяток километров намотать на беговой дорожке.       Урюу не знал зачем это делал, но он всегда поддерживал свое тело в хорошей физической форме. Возможно потому, что это было единственное, что помогало ему отвлечься от боли и тех мыслей, что преследовали его всю сознательную жизнь. Особенно…       Урюу остановился, чтобы перевести дух. Несколько больших освежающих глотков воды из бутылки, которая стояла рядом, немного помогли прояснить ум. Он отставил бутылку в сторону, однако рука зачем-то сама собой потянулась к глазу, а пальцы коснулись холодного металла. Проклятый имплант. Как же Урюу его ненавидел…       Очередную поднимающуюся волну раздражения прервал глухой щелчок и последовавший за ним протяжный скрип тяжёлой металлической двери.       Урюу, уже включивший тренажёр, подавил тяжёлый вздох и раздосадованно ткнул на тумблер, слушая как приятное для слуха гудение машины вновь стихло. Покоя ему в ближайший час уж точно не видать… В помещении стоял невысокого роста щуплый парень. Его пепельные волосы торчали в разные стороны, и в слабом свечении неона казались сотворенными из кристаллов льда, а острый и холодный взгляд голубых глаз буравил Урюу и выдавал сильное недовольство.       Стараясь скрыть проступившую на лице досаду, Исида буркнул:       — Ты рано.       — Мне было сказано прийти за тобой, — лениво отозвался вошедший. Он скрестил руки, облокотился на косяк и смерил хозяина комнаты недовольным взглядом. — Хотя ты ведь прекрасно знал, что я приду.       — Не смотрел на время. А вообще я в состоянии и сам дойти до офиса.       — И тогда бы опоздал.       — Возможно. Уважаемый Хицугая, подождите, пожалуйста, за дверью, приведу себя в порядок.       В тоне парня слышался явный сарказм и язвительность, но Хицугая предпочёл пропустить наглость мимо ушей. Он презрительно фыркнул, но всё же оторвался от стены и вышел. Тоширо Хицугая работал программистом в корпорации не первый год, а потому ему не раз приходилось пересекаться с молчаливым и угрюмым Исидой, к которому высшее руководство относилось с особым почтением и трепетом; все-таки Урюу создавал воистину впечатляющие по сложности программы за невероятно короткий срок. Он был гением в своём деле и своеобразным алмазом корпорации, которая ревностно охраняла без преувеличения свой главный инструмент. Но Тоширо прекрасно знал, какова цена за подобную «привелегию». А потому смотрел на парня всегда с сожалением и даже жалостью, что самого Урюу откровенно раздражало.       Исида вышел спустя пару минут, переодетый в старую, но чистую чёрную толстовку и простые чуть застиранные джинсы.       — Как под конвоем… — вновь не удержался от реплики молодой человек и еле заметно скривился.       Тоширо сделал вид, что не услышал замечания в свой адрес, и парни вдвоём отправились на верхний этаж, где располагался головной офис. Весь путь по мрачным и витиеватым лабиринтам коридоров эти двое проделали молча. Урюу задумчиво смотрел под ноги, которые ступали по металлическим листам, что выстилали здешний пол и жалобно стонали под его шагами. Нос неприятно щекотал запах проводки и горелой резины; опять где-то перегруз и пора заменять старую систему. Странно…       На одной из стен они миновали панель с бегущей строкой: «Безопасность — это и есть свобода». Эта фраза всегда вызывала у Урюу горькую усмешку. Свобода… сладкое, манящее, но отравляющее душу слово, которое уже практически никто и никогда не произносил вслух. Зачем говорить о том, чего не существовало?..       Здание же действительно поражало своими внушительными масштабами; здесь жили и работали практически все сотрудники корпорации, и мало кто из них оказывался снаружи; свободное перемещение было запрещено. Минув очередной жилой отсек, парни свернули в сторону и вышли к лифтам. Поднявшись на последний тридцатый этаж, они оказались в главном холле, который встретил их черезчур ярким светом и сквозняком. Исида невольно поёжился, ощутив, как пространство будто давило на плечи; тридцатый этаж всегда действовал на него, как клетка без стен.       Тоширо уверенно направился к одной из дверей и, не раздумывая, толкнул её. За ним тенью проследовал Урюу.       Помещение оказалось широким и просторным, не менее двухсот квадратных метров; невероятно высокие потолки уходили ввысь, а центральная стена состояла из панорамных и в этот раз уже настоящих окон, которые открывали мрачный вид на серый бетонно-металлический город. Несколько компьютерных столов тянулись вдоль окон, за которыми в этот раз восседало всего трое: двое мужчин и женщина. Обычно здесь всегда находилось около десяти-пятнадцати работников, почему же сегодня только одно начальство?..       Урюу даже на автомате бросил взгляд на наручные часы. Не так уж и поздно...       — Спасибо, Хицугая-кун, больше от тебя пока ничего не нужно, — широко улыбнувшись, ответил один из мужчин и поднялся с места.       Тоширо сдержанно кивнул и молча удалился. Урюу проводил его напряжённым взглядом; иногда ему очень хотелось поменяться с кем- нибудь местами. Исида искренне ненавидел тех, с кем он сейчас остался один на один.       Он перевёл взгляд на окна за спиной руководителей. Купол сверху казался огромной металлической тарелкой, придавившей Каракуру к земле, а дроны за стеклом мелькали как назойливые мухи. Мерзость.       — Как твои дела?       Ичибей Хъёсубе — полноватый мужчина среднего возраста, на первый взгляд добродушный, но он был тем человеком, к которому лучше никогда не поворачиваться спиной. Его квадратное лицо с густой длинной бородой и мягкими чертами всегда украшала обманчивая широкая улыбка, но в глазах не отражалось ничего, кроме холодного расчёта. Он уже пятьдесят лет возглавлял корпорации «ShinTech», которая задолго до его прихода подмяла под себя не только рынок технологий, но и всю Японию. Токио разрушила давняя гражданская война, а потому Каракура стала новой столицей страны, скованная металлическим куполом, будто крышкой исполинского саркофага. Закрытый город с населением в двадцать миллионов человек. Место, где не существовало той самой свободы, о которой так любила говорить власть. Только тоталитарный режим и жестокий контроль над всеми аспектами жизни населения.       Главными помощниками Ичибея были двое. Нимайя Оэцу, — весьма странный тип с некоторыми причудами в манере общения. Но за этим постоянным кривлянием скрывалась острая опасность, и Урюу это прекрасно понимал.       А так же Сенджумару Шутара — правая рука Хъёсубе и та женщина, которую Урюу ненавидел больше всего. Впрочем, она отвечала ему взаимностью.       Она была красива. Отталкивающе красива. Но Урюу всегда смотрел на неё с неприкрытым отвращением, зная, на что эта жестокая женщина была способна. Шутара давно стояла во главе НИИ и обладала практически безграничной властью. Её знали, как прекрасного учёного, доктора и создателя целых научных программ по замене поврежденных частей тела и внутренних органов искусственными.       Но лишь Урюу знал всю подноготную института, был в курсе каким чудовищным и бесчеловечным экспериментам подвергались жители города и их дети втайне от общества. И жертвой которого когда-то стал он сам.       Однажды он смог обойти систему безопасности и взломать старый архив, чтобы найти сведения о своих родителях, которые бесследно исчезли, но наткнулся на данные, которые он бы мечтал никогда не увидеть. Детальные отчёты. Протоколы. Подробные записи о людях, о детях, о тех, кого «модифицировали» ради науки. И среди этих документов была и его фамилия, хладнокровно внесённая в графу «Экспериментальный материал». У этой женщины не было ничего святого, лишь патологическая жажда исследований.       Сенджумару подняла на Урюу равнодушные глаза, а ее украшения тихо звякнули в густой тишине. Она отложила ручку, а взгляд парня невольно упал на её искусственную руку. Одну из.       Каждый раз, когда Урюу замечал под тканью её одежды легкое движение этих шести механизмов в виде рук, его всего передёргивало. Он не хотел даже представлять, сколько людей пришлось погубить, прежде чем она создала… это. Эти шесть идеальных искусственных послушных рук, которыми она так гордилась.       Сейчас Урюу ощутил всеми фибрами души, что сегодняшний разговор не сулил ему ничего хорошего. Но ещё хуже было понимание, что эти трое, скорее всего, уже решили за него всё.       Рука вновь нашла пластину на собственном лице. Мерзкое ощущение неестественного холода под кончиками пальцев всегда действовало немного отрезвляюще. Возможно, ему сейчас показалось? На лице Шутары после его жеста мелькнула едва уловимая ядовитая ухмылка.       — Всё в порядке, не жалуюсь, — сухо ответил парень. — Но ведь вы позвали меня сюда вовсе не для того, чтобы интересоваться моей рутиной, не так ли?       — Ну, что ты, мальчик мой, — наигранно вздёрнул бровь мужчина, — для меня важно здоровье наших сотрудников, особенно столь ценных… Но! Раз уж ты хочешь сразу к делу…       Ичибей жестом позвал Урюу ближе к столу, и тот неохотно двинулся в сторону остальных присутствующих.       — Что я могу сказать… ты совершил самый настоящий прорыв, поздравляю, Урюу! «A.P.I.» работает стабильно и первые тестирования принесли невероятный результат!       — «A.P.I.»? — непонимающе переспросил Урюу.       — «Алгоритм превентивной идентификации», мы дали твоей программе такое название.       — Понятно, — протянул Урюу.       Нимайя Оэцу тонко хихикнул, вытащил откуда-то сигарету и после того, как закурил, ответил:       — О, да, чувак, она очень чётко считывает информацию, мы не заметили явных отклонений. Это просто «пёрфект», я бы сказал.       — Напомни, какие главные критерии у неё?.. — тихо спросила Шутара, в упор глядя на парня, который стойко выдерживал её откровенно вульгарный и тяжёлый взгляд.       — Считывание обычных паттернов поведения, — пожал плечами Урюу, — например скорость реакции на раздражители, частота взгляда в сторону дронов, жестикуляция, положение тела в пространстве, напряжение мимических мышц. Например даже то, как человек стоит в очереди, насколько он нервничает… Ну, и всё в этом духе. Я ещё добавил анализ голоса по вашему запросу.       — Это всё верно, — перебила Сенджумару, — а в итоге смысл-то в чем данной программы?       Урюу непонимающе уставился на женщину.       — К чему этот вопрос, если я сделал все, как вы просили?..       — Просто ответь, Урюу-кун, — добродушно ответил Ичибей, поглаживая бороду, — это чтобы ты понял, что от тебя будет необходимо в дальнейшем.       — Ну… Цель моей программы, которую я создал — находить действующих преступников среди огромного мегаполиса, чтобы снизить нагрузку на спецподразделения и уменьшить хаос.       — Вот! — поднял палец вверх Хъёсубе. — Повторю, твоя программа воистину гениальна и является очередным огромным прорывом в сфере безопасности города. Времена неспокойные, сам понимаешь. Мы уже внедрили её в тестовом режиме в камеры наружного наблюдения города, и результаты не заставили себя ждать — первые найденные нами преступники уже отправились в тюрьмы. Однако теперь перед тобой предстоит новая задача — разработать третью версию.       — Третью?.. — растерянно спросил Урюу. — Но ведь…       — Чувак, хоть ты компьютерный гений, но ты многого, смотрю, не догоняешь, — хохотнул Оэцу.       — Вот, смотри.       Ичибей ткнул толстым пальцем в монитор, приглашая Урюу глянуть в экран. Тот наклонился, пробежался глазами по строчкам и нахмурился.       — Это не моя версия.       — Именно. На основе твоего алгоритма мы выпустили «A.P.I.-ver2.0», — спокойно пояснил Ичибей. — Мы провели углублённую интеграцию, улучшили точность, расширили диапазон параметров и теперь анализ происходит за доли секунды. Система показывает колоссальные результаты. Казалось бы, кто бы мог подумать, что ребёнок семи лет способен на латентную агрессию такого уровня.       Урюу резко поднял взгляд, полный ужаса:       — Ребёнок?.. Вы используете систему на… несовершеннолетних?       — Мы используем её на всех, — сухо отозвалась Шутара. — Город должен быть безопасным.       Ичибей, будто не заметив напряжения парня, повернул к тому другой экран.       — Гляди. Система начинает выдавать маркеры «Потенциально Опасен» даже детям. Вот тебе один из примеров: десятилетний ребёнок, который слишком часто дерётся со сверстниками. Программа выдала потенциальную опасность и его тягу к совершению преступлений, направленных на здоровье и жизни граждан в дальнейшем, а потому у нас есть все основания отправить его в обсервационный центр.       — Ну круто же, а? Малец? — поддакнул Оэцу. — программа видит людей, которые ничего не совершили, но здесь точность высокая, а потому мы сможем обезопасить город!       — Но… — Урюу с трудом сглотнул образовавшийся тугой ком в горле и прошептал: — это ведь потенциально… Человек в итоге может и не совершить никакого преступления… А уж ребёнок — тем более!       — Зато люди будут жить спокойно, зная, что они в безопасности, — не обращая внимания на ошарашенного парня, пояснил Ичибей, — чувство безопасности превыше всего. Ты пойми, что преступник — это вовсе не только тот, кто уже совершил преступление. Это ещё и тот, кто склонен это сделать в будущем. И мы не можем допустить повторения ситуации с Фантомами. Те, кто стоит вне системы – наши враги. Они угроза, а твой алгоритм позволит нам выявлять таких заранее. Мы сможем очистить город от преступников и Фантомов.       В прохладном помещении резко стало душно, что дыхание Урюу сбилось; воздуха не хватало для полноценного вздоха, а перед глазами заплясали тёмные пятна. Урюу завидовал им — тем, кто смогли исчезнуть из поля зрения власти. Вольные люди, которых назвали Фантомами. Те, кто когда-то попытались жить вне системы и отвергли любой контроль. Люди, которые однажды исчезли из города, растворившись в мёртвых промзонах, чёрных тоннелях старой Каракуры, а, возможно, и за её пределами. Они не имели документов, прописки, каких-либо прав... Но они имели хотя бы кусочек хоть и призрачной, почти неосязаемой, но... свободы. Урюу не хотел их лишать этого. Но ещё больше не хотел, чтобы от его рук страдали невинные, а особенно дети. Самые уязвимые жители...       — Но что будет с ними?.. – после непродолжительного молчания тихо спросил Урюу. – С детьми? Неужели и их ждёт тюрьма?..       — Мы будем отправлять их в автономные сектора города, работы для таких всегда найдутся. Со временем мы это автоматизируем.       — Алгоритм, что я создал… он ведь статистический, — выдавил Урюу. — Он должен лишь анализировать только тех, кто уже проявил…       — Времена изменились, — перебил Ичибей и впервые в его голосе за время их разговора мелькнула холодная сталь. — Преступление легче предотвратить, чем расследовать. А созданная тобою система — шаг в будущее. В наше общее будущее. Мы лишь немного улучшили то, что ты создал. На имеющейся базе это было уже не так сложно.       — Это не то, чему я её учил, — прошептал Урюу. — Это не то, что я писал. Я хотел…       — Исида-кун… — мужчина слегка наклонил голову и холодно произнес: — Я не понял, ты что… пытаешься спорить? Со мной? Твои творения не принадлежат тебе, запомни это раз и навсегда.       Повисла тишина. Настолько тяжёлая, что Урюу ощутил давление на собственных плечах. Он сжал пальцы так сильно, что ногти больно впились в ладони, оставляя на коже полумесяцы. Он не мог ни ответить, ни спорить, ни даже вдохнуть как следует. Что-то внутри него в очередной раз надломилось.       — Это… это ведь неправильно… — наконец выдохнул он, но едва слышно.       — Можешь идти, Урюу-кун, — наконец сказал Ичибей ровным, слишком спокойным голосом. — Отдохни. А завтра начнёшь работу над следующей версией. Все инструкции вышлем.       «Это приказ», — прозвучало в воздухе оглушительно, хоть мужчина этого и не произнёс вслух.       Урюу слегка кивнул, на автомате развернулся и молча вышел из кабинета.       Холл показался бесконечно длинным и невероятно широким, а он сам крошечным и никчёмным. Он шёл вперёд, автоматически переставляя ноги, пока не добрался до лифтов. Дрожащим пальцем нажал кнопку, а лампочка над дверью тут же мигнула…       Совсем рядом кто-то бесшумно остановился. Лёгкий аромат духов выдал её раньше, чем голос.       — Какой трогательный спектакль ты устроил, Урюу-кун, — протянула Сенджумару, опираясь искусственной ладонью о стену рядом с его плечом.       — Я не обязан вам ничего объяснять, — хрипло ответил он.       — О, но ты обязан. И ты это знаешь, — прошептала она, наклоняясь чуть ближе. Её голос был мягким и невероятно опасным. Словно острое лезвие, обернутое в мягкий шелк. — Я все это время внимательно наблюдала за тобой, ведь ты — открытая книга. Каждый твой жест, каждый взгляд. Особенно вот этот…       Её рука медленно потянулась к его лицу и мягко коснулась пластины под глазом. Жест был осторожный. Интимный. Но Урюу отчётливо ощутил угрозу.       Он машинально отшатнулся, чем вызвал у неё довольную улыбку. Эта женщина точно знала, куда бить.       — Ах, а ведь точно… Я и забыла, как ты ненавидишь, когда напоминают откуда это у тебя. Скажи честно… тебе больно?       Урюу стиснул зубы так сильно, что заныла нижняя челюсть.       — Я не собираюсь вести с вами разговор.       — Да? — Сенджумару чуть вскинула бровь, а её рука скользнула обратно под широкий рукав, как раз туда, где прятались остальные пять таких же тонких искусственных конечностей. — Мальчик мой, неужели ты забыл, что принадлежишь мне?       Лифт тихо звякнул, а двери разъехались. Сенджумару отступила на шаг, не сводя с парня насмешливого, но при этом какого-то сладостно-ласкового взгляда.       — Завтра ты начнёшь разработку третьей версии. Сделаешь ты это добровольно или нет — неважно. Программа всё равно уже принадлежит нам. Как и ты мне.       Урюу ничего не ответил. Молча вошёл в лифт, стараясь не смотреть на неё. Двери закрылись, но даже сквозь металлические створки он продолжал ощущать на себе этот колючий взгляд.       Урюу, возможно, впервые почувствовал лёгкий укол радости, оказавшись на своём этаже. Лифт выплюнул его в коридор, и парень пошёл по нему в сторону своего жилища. Ноги дрожали, а неугомонное сердце отбивало бешеный ритм.       Он своими руками создал зло. Собственным умом, совершенно не подозревая, что каждый написанный им код — это новая клетка для невиновных людей. И для детей в том числе.       Урюу остановился, уперевшись ладонью в стену. Пластина на лице обжигала холодом, который, казалось, уже пробрался внутрь него, заполнив собой все внутренности.       Что же ему делать?..       Образы детских лиц то и дело вспыхивали в его уставшем сознании, но он даже не пытался от них отмахнуться, словно принимая это как наказание. Сердце билось быстро, болезненно, усиленно стараясь переломать ему все рёбра. Его наивное желание сделать этот мрачный мир хотя бы чуточку лучше и безопаснее обернулось полным крахом. Он сделал только хуже.       Проходя мимо очередного экрана, взгляд Урюу зацепился за транслируемую надпись: «Если вы заметили человека без идентифицирующего ID, сообщите в ближайший пункт контроля. Безопасность — наш общий долг.» Парень поморщился. Вокруг одна ложь...       Неожиданно в нос вновь ударил запах проводки, только уже более резкий и едкий. Так пахла плавящаяся изоляция. Урюу даже остановился. Но… нет, ему не показалось. Вентиляторы системы охлаждения гудели напряжённей и громче обычного.       Странно… разве датчики до сих пор не должны были сработать?..       Эта мысль успела появиться лишь на мгновение, а затем свет погас, а после коридор озарила вспышка красного, и в тот же момент тревожная сирена оглушительно взвыла, как дикий зверь.       «ВНИМАНИЕ. ОБНАРУЖЕНО ПОВЫШЕНИЕ ТЕМПЕРАТУРЫ. ВКЛЮЧЕН ПРОТИВОПОЖАРНЫЙ ПРОТОКОЛ. ВСЕМ СОТРУДНИКАМ СЛЕДОВАТЬ К БЛИЖАЙШЕМУ ВЫХОДУ. ПОВТОРЯЮ…» — раздался спокойный женский голос из всех динамиков.       Механические замки на дверях громко щёлкнули практически одновременно. В режиме тревоги двери открывались автоматически, чтобы обеспечить максимально безопасную эвакуацию.       Это означало, что система безопасности была временно неактивна. Нет доступа по идентификаторам, нет слежения за перемещениями.       Урюу замер. Вот он… Момент, которого он не ждал, но который неожиданно наступил. Где-то в глубине здания что-то грохнуло. Возможно, перегорел трансформатор?.. Красные огни продолжали мигать, заставляя быстрее принимать решение.       Тело будто отключилось от разума и само сделало шаг вперёд, но не в направлении жилья. Коридор за коридором, разворот за разворотом… ненавистное здание, которое сейчас будто выталкивало его из себя. Урюу выскочил на одну из технических лестниц, по которым почти никто никогда не ходил, и рванул вниз, резкими прыжками через две-три ступеньки. Несколько пролётов, и вот уже первый этаж, а там недлинный коридор прямиком к запасному выходу. Две двери, которые обычно охранялись и были заперты, сейчас были распахнуты настежь, словно приглашая его быстрее покинуть это чистилище.       Снаружи его встретил вечерний сумрак и рассеянный галдёж сотрудников «ShinTech», которые высыпали на улицу.       Урюу на секунду остановился на пороге, будто на границе двух миров. Позади него его тюрьма, а впереди неизвестность. И переборов секундное сомнение, он уверенно шагнул в её объятия.