Ты нашел меня среди тысяч лиц

День был кошмарный. Сначала конфликт в раздевалке. Потом срыв юного нападающего. Потом разговор с начальством, где каждое слово давило на него тяжестью лидерства. А после - бесконечная бумажная работа. Когда он наконец закрыл двери своего кабинета, в груди было такое напряжение, что казалось - он сейчас просто сломается. Он сел на стул, закрыл глаза и провёл рукой по лицу. Тишина была тяжёлая, глухая. Один из тех моментов, когда он ненавидел признавать - он устал. Очень. Он даже не услышал, как открылась дверь. Лишь почувствовал знакомый запах - лёгкий, тёплый, её. И мягкие шаги. - Вадим? - голос Оли был почти невесомым. Он не открыл глаза.Просто выдохнул: - Я не хочу говорить. Она не ушла. Не обиделась. Просто подошла ближе.

Ты научил меня не слушать

глупые сплетни за спиной

- И не нужно, - прошептала она. Он услышал, как она переставляет что-то на столе, как тихо закрывает сломанную папку, поправляет разбросанные бумаги. Маленькие движения. Забота без слов. Потом её ладони легли ему на плечи - осторожно, тёпло, как будто спрашивая разрешения. Он не двинулся, не возразил. И тогда Ольга медленно начала массировать напряжённые мышцы. Он выдохнул - будто на грани срыва. Напряжение, которое держал весь день, будто стало таять. -Ты весь в напряжении, - тихо сказала она. - Так нельзя. -Ты как будто понимаешь, как можно, -хрипло произнёс он. - Да, -она провела большими пальцами по его шее, отгоняя боль. - Можно хотя бы позволить кому-то быть рядом. Он открыл глаза. Она стояла позади него, мягкая, теплая, настоящая. И смотрела не как коллега - как человек, которому он важен. Он потянулся назад, взял её за руку и притянул к себе уже не как коллега, а как близкий мужчина. Оля замерла только на секунду, потом сделала полушаг ближе, обняв его со спины. Её ладонь легла на его грудь, ощущая, как сердце постепенно успокаивается. - Ты спасение, - тихо сказал он. - Я бы не справился сегодня. - Ты справляешься каждый день, - прошептала она у его уха. - А я просто хочу быть той, у кого ты можешь отдыхать. Он поднялся со стула, развернулся и обнял её - плотно, крепко, как будто только этот объятие держит его в мире. Оля прижалась к нему, положив голову ему на плечо. Не произнося ни слова - потому что слова были лишними. И только её руки, её тепло, её дыхание рядом говорили громче всего. Он коснулся её виска губами - нежно, благодарно. Потом ещё раз. И ещё. Она подняла голову, взглянула на него мягко, и он не выдержал - провёл пальцами по её щеке, притянул ближе. Коснулся её губ - коротко, нежно, почти невесомо. Поцелуй был спокойный, медленный, лечащий. - Ты рядом, - прошептал он. -Всегда, - ответила она.

Сильнее всех друг друга держим

И, может быть, впервые за много лет он действительно почувствовал покой. День закончился поздно. Так поздно, что университет почти вымер - только редкие огни за окнами напоминали, что город ещё не спит. Ольга уже закрывала шкаф, когда услышала шаги. Уверенные. Тяжёлые. Его. Вадим стоял в дверях её кабинета, опираясь плечом о косяк. Взгляд - спокойный, но в нём горело что-то совсем не рабочее. - Домой? - спросил он низко. - Домой, кивнула она. Он сделал шаг ближе, и первое, что она почувствовала - жар. Не от стыда. От него. - Я поеду с тобой, - сказал он. Не попросил. Решил. У Ольги дрогнули пальцы на ручке сумки, но голос остался ровным: - Ладно. Поехали. Вадим смотрел на неё так, словно именно этот момент держал его на ногах весь день.

Пускай другим важна картинка

А нам с тобой важна лишь суть

Квартира встретила их тёплым светом и тишиной. Ольга сняла пальто, собираясь просто пройти на кухню - но он закрыл дверь и сразу подошёл ближе. Не давая ей отступить. Не грубо - уверенно. -Знаешь - его голос стал тише, - я очень много раз представлял, как захожу сюда вместе с тобой. Она вдохнула резко. Он поставил сумку на пол, будто это было препятствие между ними. - Вадим - сказал она тихим голосом. Он не дал ей договорить. Одна ладонь легла на её талию, вторая - на затылок, и он притянул её к себе. Так, будто держится за последнее, что делает его живым. Поцелуй был не медленным. И не тонким. Он был голодным. Жарким. Настоящим. И таким долгим, что у неё закружилась голова. Ольга обвила его шею, пытаясь быть намного ближе к нему. Пальцы его скользнули вдоль её спины, задержались на линии талии, будто проверяя, не исчезнет ли она. - Чёрт, -прошептал он в её губы. - Я думал, что умею держать контроль. Но нет. С тобой - никогда. Он поднял её подбородок большим пальцем, посмотрел прямо в глаза. И там было всё: желание, уверенность, огонь, который он слишком долго держал внутри. Она дотронулась до его груди - горячей, напряжённой - и почувствовала, как он вздрогнул. -Не нужно держать себя, - тихо сказала она. - Ни здесь. Ни со мной. Эти слова сорвали в нём последнюю границу. Он поднял её на руки - легко, будто она ничего не весила, прижав к себе ближе. Она успела лишь вдохнуть - и его губы уже были на её шее, горячие, уверенные, жадные. - Я этого хотел, - говорил он между поцелуями. - Слишком долго. Пальцы его оставляли по телу дорожки тепла. Она провела ладонью по его щеке - и он замер, на секунду, будто это прикосновение что-то в нём расстегнуло глубже любого желания. - Тогда - сказала она шёпотом, - перестань сдерживаться. Он усмехнулся - низко, почти хищно. - Попросишь - и я сделаю всё. Она прижалась к нему сильнее - и этого было достаточно. Вадим наклонился, коснулся её губ снова - на этот раз желанием, от которого у неё перехватило дыхание - и понёс её в спальню. Комната была полутёмной. Холодный свет с улицы падал на край кровати. Он нежно положил ее на кровать. Ладони - горячие, сильные - легли на её скулы, и он снова поцеловал её. Глубже. Нежнее. Но с силой, от которой дрожало всё внутри. - Давай сделаем так чтобы эта ночь была лучшей в нашей жизни. Она провела пальцами по его губам. Он улыбнулся - впервые за весь день. Такой улыбкой, от которой у неё потеплело в груди. В следующий момент его руки скользнули по её талии, по спине, к плечам - медленно, уверенно - и её дыхание сбилось. Он наклонился к её уху: - Тогда сегодня я буду рядом ровно настолько близко, насколько ты позволишь. Она прошептала ему в шею: - Всё позволю. Это было началом. Не тишины. Не сна. Началом ночи, которой они оба ждали слишком долго — и которую никто из них никогда не забудет.

Я твоя нежность, ты мой стержень