Часть 1. Искушение в бархатных перчатках

Вип-ложа «Обсидиан», самый эксклюзивный ночной клуб Сеула       Воздух в ложе был прохладным и дорогим, пахло выдержанным виски и дорогим парфюмом. Он отделял их, как невидимая стена, от бьющегося ниже сердца клуба — пульсирующих ритмов и моря людей.       Мин Юнги откинулся на спинку бархатного дивана, его поза, как всегда, была позой хищника на отдыхе. В пальцах он лениво вертел бокал с темно-золотистой жидкостью. «Скука. Предсказуемо. Очередной вечер в золотой клетке». — Ханыль снова упросила отца купить ей того пони, — Чонгук, развалившись рядом, с энтузиазмом жующий попкорн, скривился. — Говорит, без него ее жизнь не имеет смысла. Драматизм в десять лет. Я ей, конечно, куплю. — Ты ее избалуешь до невозможности, — голос Намджунa прозвучал беззлобно. Он сидел напротив, его умные глаза за стеклами очков следили за игрой света в бокале. — А кому еще ее баловать? — парировал Чонгук. — Она наша принцесса. И если Юнги-хён не позволяет ей есть мороженое после десяти, кто-то же должен быть крутым старшим братом. Юнги усмехнулся, не поднимая глаз на бокал.— Крутой старший брат, который тайком проносит ей конфеты перед сном, а потом отдувается перед няньками, когда у нее болят зубы. — Это называется тактика малых радостей! — возразил Чонгук. — А ты, хён, слишком суров. Она же ребенок. — Она принцесса, — холодно парировал Юнги. — И она должна понимать слово «нет». Иногда. — Говорит человек, чей собственный гарем является воплощением слова «да», — вставил Чимин, игриво подмигнув Хосоку, который фыркнул в свой коктейль. Тема сменилась мгновенно. Воздух стал плотнее. — Кстати, о гареме, — СокДжин, сидевший рядом с Бэкхеном, томно потянулся. — Новая партия девушек прибыла на прошлой неделе. Дочки министров, в основном. Все как одна умеют улыбаться, кланяться и говорить «да, ваше высочество». Юнги позволил уголку его губ дрогнуть. — Они выполняют свою функцию. Украшают, развлекают. Никаких претензий, никаких проблем. Как и положено. — Но скоро-скоро тебе понадобится не просто украшение, хён, — напомнил Бэкхен, личный врач, сегодня выступавший в роли просто друга. — Двадцать пятый на носу. Корону на голову и жену рядом. Отец намекал? Тень пробежала по лицу Юнги. — Намекает ежедневно. Но трон я получу в любом случае. А невесту… выберу сам. Когда решу. Она должна быть… особенной. Не просто кореянкой из хорошей семьи. Она должна заставить мое сердце биться чаще, а не только соответствовать протоколу. — Ого, наш ледяной принц мечтает о любви? — подтрунил Чимин. — Не о любви. О владении. Полном и абсолютном, — поправил его Юнги, и в его глазах мелькнул тот самый хищный блеск, который знали все. — То, что принадлежит мне, должно быть безупречно внутри и снаружи. И принадлежать только мне. — Скоро и у нашего Гука будет свой гарем, — перевел тему Намджун, кивнув на младшего. — Готовься, малыш. Ответственность. Чонгук скривился, отодвигая тарелку с попкорном.— Спасибо, не напоминайте. Мне и шести «братьев» хватает. Не нужно еще два десятка девушек, с которыми я должен буду… общаться. — Общение — это не главное, что от тебя потребуется, — саркастично хмыкнул Бэкхен, его врачующая натура всегда находила тему гаремов слегка варварской. — Но не волнуйся, я все необходимые инструкции и обследования проведу. С профессиональной точки зрения, разумеется. Все засмеялись. Юнги же его взгляд снова уплыл за пределы ложи, вниз, на кишащий танцпол. Его внимание, словно магнит, притянула одна точка. Девушка. Она танцевала так, будто воздух вокруг нее был другим — не таким, каким дышали все остальные. Темные волосы развевались, тело изгибалось в ритме музыки с какой-то животной, не скованной гравитацией свободой. Она смеялась, запрокинув голову, и этот смех, даже неслышный за стеклом, казалось, било током. «Что это?..» — Тэхен, — его голос был тихим, но стальным. Он не отводил взгляда. Ким Тэхен, его тень и правая рука, мгновенно оказался рядом. — Вон та девушка. В черных шортах и красном топе. Хочу знать о ней все. Кто она, откуда, чем дышит. Тэхен проследил за направлением его взгляда, его глаза сузились, запоминая.— Понял, хён.       Внизу, у бара, компания Асии решала, что делать дальше. — Я говорю, давайте спустимся на танцпол! — кричала Мина, перекрывая музыку. — Сидеть в ложе на дне рождения — это скучно! — Ага, особенно когда тебе подарили такой ужасный свитер! — засмеялась Асия, дергая за рукав именинника. — Сюмин-оппа, ты будешь в нем лекции посещать? Минсок смущенно ухмыльнулся, его взгляд теплел, когда он смотрел на Асю.— Только если ты придешь на них меня поддержать. А так… Ладно, идем танцевать!       Танцпол поглотил их. Асия растворилась в музыке. Она танцевала с Минсоком, потом с Сехуном, легко переходя от одного к другому, ее движения были естественными и раскрепощенными. Она была ядром их маленькой планеты, источником энергии. — Держу пари на десять тысяч вон, что вы не сможете станцевать так, чтобы у половины мужиков здесь не встал член! — внезапно крикнул Чен, его глаза блестели от азарта и алкоголя. Чанель тут же его поддержал:— Да! Станцуйте так, будто вы… ну, вы поняли! Мина и Асия переглянулись. В их глазах вспыхнул одинаковый огонек озорства.— Держитесь, мальчики, — сказала Мина, и ее голос прозвучал вызывающе. И началось. Две подруги сошлись в танце, который был далек от простого флирта. Это был откровенный, чувственный поединок. Они двигались синхронно, их тела сливались и отдалялись, руки скользили по тонким талиям, пышным бедрам, их бедра двигались в откровенном, соблазнительном ритме. Асия притянула Мину, их груди едва не соприкоснулись, губы были в сантиметре друг от друга, дыхание смешалось. Это был танец-провокация, танец-вызов всему залу.       В ложе «Обсидиан» воцарилась гробовая тишина. — О, господи… — прошептал Чимин, его глаза были прикованы к танцующей паре. — Это просто… грех. Грех в красном топе. Посмотри на нее. Это тело создано не для танцев. Оно создано, чтобы сводить мужчин с ума. — Они точно не просто подруги, — присвистнул Хосок. — Или они сейчас прямо здесь, на танцполе, и… — Заткнись, — резко оборвал его Юнги. Его пальцы сжали бокал так, что костяшки побелели. Он не моргая смотрел на Асю. На то, как она двигалась, с каким вызовом и абсолютной свободой. В его мире, мире расчетов, правил и условностей, такого не существовало. Это была диковинка. Опасная. И потому невероятно притягательная. «Она не отсюда. Она не знает правил. Или знает и плюет на них». Чонгук присвистнул.— Хён, они сейчас устроят тут оргию, если их не остановить. — Пусть, — голос Юнги был низким и властным. — Интересно посмотреть.       Внизу танец закончился под оглушительные крики и аплодисменты их компании. Парни, красные от возбуждения и смущения, тут же отсчитали деньги. — Выиграли! — задыхаясь, смеялась Асия, обнимая Мину. — Видели их рожи? — Я чуть не кончил, просто наблюдая, — честно признался Сехун, за что получил легкий шлепок по затылку от Сюмина. — Дурак. Но вы и правда были огонь. Они вернулись в свою ложу, возбужденные, потные и счастливые. Алкоголь лился рекой. Тосты следовали один за другим. — За Сюмина-оппу! За самого лучшего старшего брата и друга! — крикнула Асия, поднимая бокал с остатками коктейля. Она шатко подошла к Минсоку и, смеясь, звонко чмокнула его в щеку. — Ась! — засмеялся он, слегка смущенно, но глаза его светились нежностью. Мина, подмигнув Сехуну, шепнула Асии на ухо: — Поцелуй в щеку? Это слишком банально для дня рождения. Ты должна подарить оппе настоящий подарок. — Например? — наклонилась к ней Асия, ее голова уже приятно кружилась. — Станцуй для него. Не как мы с тобой, а… для него. Сексуально. Так, чтобы он потом неделю не мог спать. — Мина! — фыркнула Асия, но азарт в ее глазах не угас. Она обернулась к Сюмину. — Оппа, твой подарок! Прими! Она оттолкнула стул и снова начала двигаться. Но теперь это был танец для одного зрителя. Она подошла к Сюмину, который сидел, застыв. Ее движения стали медленнее, более осмысленными. Она водила руками по своему телу, подчеркивая изгибы, наклонялась так, что ее лицо оказывалось в опасной близости от его колен, потом, взяв его за руку, легким движением приложила его ладонь к своей талии. Она извивалась перед ним, смотря ему прямо в глаза, с полуоткрытыми губами и вызывающей улыбкой. Воздух вокруг них накалился. Сюмин глотнул, его уши горели. Чанель и Чен ухмылялись, а Сехун снимал все на телефон.

***

      В ложе Юнги кто-то тихо ахнул. — Она только что… поцеловала его? — Бэкхен поднял бровь. — Публично? Мило. — Наглость, — наконец сказал Намджун. — Абсолютная, детская наглость. Она даже не понимает, какие сигналы посылает.       Юнги наблюдал. Он видел, как ее щеки покраснели, как она слишком громко смеялась. Он наблюдал, как танец заканчивается, и девушка, смеясь, падает в объятия именинника, а потом и своей подруги. Видел, как компания продолжает пить, шутить. Видел, как Асия становится все более раскрепощенной и пьяной. Юнги не сводил с нее глаз. Кто ты? Откуда эта… живость? Ты не боишься. Ты не играешь в скромность. Ты просто… живешь. На моей территории.       Он медленно кивнул. Потом повернулся и сделал едва заметный знак официанту, дежурившему у входа в ложу. Тот мгновенно подошел. — Красный топ, черные шорты, темные волосы. Танцевала с подругой. Поднеси ей «Аurora Dream» от тайного поклонника. — Слушаюсь, ваше высочество. Официант, бледнея, кивнул и удалился.       Внизу, веселье Асии было прервано появлением незнакомца с бокалом. — Мисс, для вас. От тайного поклонника, — официант вежливо улыбнулся, протягивая сияющий напиток. Эффект был мгновенным. Веселье в их компании сменилось настороженностью. — Что? От кого? — Асия удивленно посмотрела на бокал. — Нет, — тут же сказал Сюмин, его голос стал твердым и взрослым. Он встал, заслонив собой Асю. — Мы не принимаем напитки от незнакомцев. Особенно здесь. — Это опасно, Ася, — поддержала его Мина, хватая подругу за руку. — Ты же не знаешь, кто и что туда мог подлить. — Но он такой красивый… — немного жалобно протянула Асия, ее разум, затуманенный алкоголем, не до конца понимал опасность. — Нет, — уже хором сказали Чанель и Чен. — Никаких «но». Асия вздохнула и вежливо, но твердо покачала головой официанту.— Нет, спасибо. Я не могу принять. Официант, кивнув, удалился.       Наверху, Юнги наблюдал за этой сценой. Уголки его губ дрогнули в едва заметной улыбке. «Интересно. Ее окружают не просто друзья. Их защищают. А она… слушается. Значит, не совсем глупая».       Спустя некоторое время, эйфория от алкоголя начала сменяться тяжестью. Асия пошатнулась, прислонившись к стене ложи. — Ой, кажется, я немного перебрала, — она провела рукой по лбу. — Голова кружится. — Я тебя отведу, — немедленно предложил Сюмин, его рука легла ей на плечо, поддерживая. — Ребята, я отведу ее к нашему дивану, пусть отдохнет. — Давай, — кивнул Чен. — Мы скоро подойдем. Сюмин, обняв Асю за талию, повел ее через толпу, его лицо было серьезным и сосредоточенным.       А Мин Юнги следил за ними своим холодным, хищным взглядом. Ты заинтриговала меня, девушка в красном. Ты появилась из ниоткуда и заставила меня оторваться от моих мыслей. Это дорогого стоит. И за это рано или поздно платят.Очень, очень интересно. Кто ты, дикарка? А внизу, Асия, прижавшись к плечу Сюмина, уже засыпала, не подозревая, что ее свобода, ее простой мир только что пересекся с взглядом наследного принца, для которого не существовало слова «нет».