дурак

Он слышал её шаги, когда она уходила. Ладонь сильнее сжала куртку, пока в голове назойливо прокручивалось раз за разом её «нет, знаешь». Что значит «как смотришь на Блейзер»? Неужели он не дал ясно понять, что Блейзер его не интересует? Неужели то, что он приехал к ней вместе посмотреть кино, ни о чём ей не сказало? Она не знала, что у него был выбор. Роберт сжал зубы от этой мысли. Как бы она узнала? «Слушай, я мог бы присутствовать на, возможно, шикарном ужине с красивой женщиной в какой-нибудь ресторане, а не в пропахшем сырной добавкой и газировкой зале кинотеатра.» Звучало по-ублюдски. Ему понравился тот вечер, он ей уверенно об этом заявил на следующий же день. Тогда в чём, блядь, была её проблема? Когда он почувствовал, что его повели назад, сердце панически ускорило ритм. Куртка так быстро выскользнула из хватки, словно её никогда там и не было. Понадобилась всего секунда, чтобы понять, что происходит. Визи не медлила. Роберт не видел её, но ощутил прикосновение тёплых губ. Она не дышала. Ему очень хотелось почувствовать её дыхание на своей коже, понять, что он вполне в своём разуме и не целует воздух. Она появилась перед ним с открытыми глазами. Как всегда, бесстрашно смотря в глаза проблемам, особенно, которые сама и заварила. Отстранилась на несколько секунд и смотрела так, словно делала вызов, но, не получив какого-либо ответа на свою наглость, решила не спрашивать разрешения, чтобы продолжить. Кортни целовалась жадно, как он и представлял. Брала от него всё, что могла взять. Проникала в открытый от мимолётного шока рот языком. Крепко сжимала его руку то ли в попытке притянуть ближе, то ли причинить боль. Делать последнее ей уже было не впервой. Почему-то простить её было так легко. Роберту до мурашек понравилось, что он её удивил. Заставить её перестать кидаться насмешками ещё два дня назад казалось непостижимой задачей. В последнее время Роберт очень охотно брался за ранее непостижимые задачи. Работа в СДС. Программа «Феникс». Сделать из злодеев героев. Привлечь внимание очень проблемной девушки. Снова наткнуться на преступную организацию и разнести к херам весь бар с этими самыми герое-злодеями. Она укусила его нижнюю губу, когда он попытался отстраниться, чтобы разобраться с ситуацией привычным ему способом — словами, а не импульсивными действиями, как любила делать Визи. Здравый смысл с ней катился в самую большую жопу, которую можно было придумать. «Нахуй», — проскользнуло у него в мыслях, когда рука сама по себе потянулась к её лицу. Визи стала двигаться увереннее. Она обхватила его лицо левой ладонью и прильнула ближе, выбив у Роберта воздух из лёгких. Он безумно хотел, чтобы она осталась. Просыпаясь сегодня утром, Роберт не предполагал, что провести целую смену, не зная, где её носит, особенно после новости, что она отстранена, будет так сложно. Он устал. Устал притворяться, что ничего не чувствует. Устал терпеть такие разные поведения этих восьмерых, с которыми его заставили работать. Устал быть опорой для людей со сверхспособностями, будучи обычным человеком. Роберт ненавидел себя за своё представление правильного человека. Ты убивал людей в прошлом? Ничего. Принимал наркотики? Ну теперь-то нет. Воровал? Если сейчас ты платишь за эти грёбанные пончики, значит, ты хороший. Разрушила его костюм? Заставила на секунду подумать, что всё кончено? Работала на Шрауда и не сказала об этом? Роберт не заметил, как сжал мягкие волосы между пальцев, напористее целуя губы, которые пахли никотином и ощущались как проблемы. Правая ладонь Кортни ласково скользнула по его плечу к лопатке, и у него закружилась голова. Они целовались в раздевалке, словно школьники. И Роберту почему-то было абсолютно поебать. Он медленно провёл языком по её нёбу, чувствуя, как она на секунду растаяла в его руках. Ладонь спустилась от тонкого плеча к талии девушки, пальцы коснулись голой кожи под чёрным топом. Он не прижимал её к себе. Хотел, чтобы Визи сама это сделала. Чтобы он убедился, что она не боялась этого. Но потом она просто исчезла. Снова. И Роберт опять почувствовал себя полным дураком.