Часть 19. Стены, которые защищают

      Утро в «Альтаисе» началось с редкой тишины — той, что бывает только перед важными решениями. Гермиона вошла в главный зал, где уже собрались несколько молодых адвокатов и пара инвесторов, приглашённых на стратегическую встречу.       — Начнём, — сказала она, занимая место во главе стола.        — Итак, — начала ведьма, — мы подошли к ключевому этапу. Нам нужно решить вопрос с размещением: где будет находиться главный офис, где — юридический отдел, и самое важное — где будут дома-убежища.       Один из инвесторов, мистер Крейвен, поднял руку.       — Мисс Грейнджер, мы готовы выделить средства, но нам нужно понимать: вы хотите один большой центр или сеть небольших домов?       Гермиона наклонилась вперёд.       — Сеть. Большие центры привлекают внимание. Жертвы насилия должны иметь возможность прийти туда, где их никто не увидит. Где они будут в безопасности.       Молоденькая девушка — Амара, которая, казалось, только вчера окончила институт, кивнула.       — Мы изучили статистику. Малые дома-убежища, распределённые по разным районам, работают эффективнее. И меньше рисков, что кто-то будет караулить вход.       — А как вы планируете обеспечить анонимность? — спросила ведьма-инвестор, мадам Роули. — Если офис будет здесь, в центре Лондона, люди будут бояться, что их увидят.       Гермиона открыла папку.       — Мы разработали систему скрытых входов. Каждый дом-убежище будет связан с главным офисом через сеть защищённых портключей. Кроме того, мы создадим отдельный вход для посетителей, который не будет пересекаться с юридическим отделом или административной частью.       — И это всё? — скептически уточнил Крейвен.       Грейнджер подняла голову.       — Нет. Это только то, что мы можем озвучить публично. Остальное — в закрытой части проекта. Безопасность — наш приоритет.       Инвесторы переглянулись. Им нравилось, когда Гермиона говорила таким тоном: уверенным, ледяным, безапелляционным.       Когда встреча закончилась, девушка осталась собирать документы. Драко подошёл к ней, опираясь рукой о стол.       — Ты сегодня была великолепна, — сказал он тихо.       — Ты что, следишь за мной?        — Разве что, чуть чуть подслушиваю        — Спасибо. Но я чувствую, что ты что-то задумал.       Он улыбнулся — слишком спокойно.       — Я? Никогда.       — Драко…       Он наклонился ближе.       — Ладно. Но только потому, что ты всё равно узнаешь. — Он сделал паузу. — Я решил построить тебе       офис.       Гермиона моргнула.       — Что? Зачем? У меня же есть офис. Мы только закончили здесь ремонт!        — Отдельный. Полноценный. Рядом с моим зданием. Но не внутри него. Ты же знаешь, что твой кабинет у меня — это… временное решение. Ты заслуживаешь своё пространство. Свой штаб. Свой трон, если хочешь.       Она открыла рот, но он продолжил:       — И прежде чем ты начнёшь спорить: я сделал это не для контроля. А чтобы ты могла править так, как умеешь. Ты слишком большая сила, чтобы сидеть в моём крыле.       Гермиона почувствовала, как внутри что-то дрогнуло — смесь благодарности, удивления и… опасной нежности.       — Драко… это слишком…       — Это недостаточно, — перебил он. — Поэтому я придумал, как объединить наши здания.       Она подняла бровь.       — Объединить?       — Да. Между нашими офисами будет закрытый переход. Только для сотрудников. Только для нас. Но вход для посетителей твоего фонда будет отдельным, скрытым, с защитой уровня «Орден Феникса». Никто не узнает, что они вообще были в центре города.       Гермиона медленно выдохнула.       — Ты… продумал всё.       — Конечно. Это же ты. — Он коснулся её руки. — И я хочу, чтобы у тебя было место, где ты сможешь творить перемены. Без ограничений.       Она улыбнулась — едва‑едва, почти незаметно. Но Драко уловил это мгновенно, как всегда. Он провёл большим пальцем по её скуле, и Гермиона почувствовала, как внутри что‑то мягко, почти болезненно сжимается.       — Ты устала, — сказал он тихо.       — Немного, — призналась она.       — Тогда позволь мне быть тем, кто даст тебе передышку.       Она уже собиралась ответить — что‑то тёплое, честное, может быть даже слишком откровенное для неё самой — когда дверь кабинета распахнулась.       Причём распахнулась так уверенно, будто это был не офис взрослого сына, а гостиная, в которую можно входить без стука.       — Драко, дорогой, — раздался голос Нарциссы, — мы с твоим отцом хотели обсудить…       Она замерла. Люциус, стоявший позади неё, тоже замер.       Гермиона и Драко стояли почти вплотную, его ладонь всё ещё лежала на её щеке.       Картина была настолько очевидной, что даже объяснять ничего не требовалось.       Нарцисса моргнула — один раз, медленно. Люциус поднял бровь — тоже один раз, но куда более выразительно.       — …обсудить, — продолжила Нарцисса, — что‑нибудь в другой раз.       Люциус кашлянул, будто пытаясь скрыть ухмылку.       — Да. Очевидно, мы… не вовремя.       Драко закатил глаза.       — Мама. Отец. Можно хотя бы постучать?       — Мы стучали, — невозмутимо сказала Нарцисса.       — Нет, — возразил Драко.       — Внутренне, — уточнила она.       Гермиона тихо рассмеялась, прикрывая рот рукой. Люциус посмотрел на неё с видом человека, который делает выводы на ходу.       — Мисс Грейнджер, — произнёс он с ледяной вежливостью, — если мой сын… мешает вам работать, вы можете смело отправлять его в другое крыло, к Забини, например.       — Люциус, — Нарцисса мягко толкнула его локтем, — не будь смешным. Они… заняты.       — Я вижу, — сухо сказал Люциус. — Исключительно важными…государственными делами.       Гермиона покраснела. Драко выглядел так, будто готов был провалиться под пол.       — Мы уйдём, — решила Нарцисса, уже разворачиваясь. — Но, Гермиона, дорогая, если тебе понадобится чай, отдых или… пространство, ты знаешь, где меня найти.       Люциус добавил: — И если тебе понадобится кабинет без…отвлекающих факторов, я могу выделить один в южном крыле поместья.       — Отец! — простонал Драко.       — Что? Я просто забочусь о комфорте мисс Грейнджер.       Нарцисса взяла мужа под руку.       — Пойдём, Люциус. Дадим молодым людям… закончить то, что они начали.       — Мы ничего не… — начал Драко, но дверь уже закрылась.       Тишина вернулась.       Гермиона посмотрела на него — и рассмеялась уже открыто.       — Они милые, — сказала она.       — Они невозможные, — поправил он.       Она шагнула ближе, положив ладонь поверх его.       — Но… это было мило.       Мужчина вздохнул, но уголки его губ дрогнули.       — Вернёмся к тому, на чём остановились?       Гермиона улыбнулась — мягко, тепло, по‑домашнему.       — Вернёмся.

***

      В кабинете Драко стояла деловая атмосфера: на столе — схемы зданий, чертежи переходов, отчёты по инвесторам и список домов‑убежищ. Гермиона листала документы, Тео что‑то помечал в блокноте, Блейз лениво вращал перо, но при этом выглядел подозрительно внимательным.       Малфой вошёл, закрыв за собой дверь.       — Так, — сказал он, проходя к столу. — Давайте быстро. У меня через полчаса встреча с архитекторами, и если они снова предложат стеклянный фасад, я кого‑нибудь уволю.       Гермиона подняла глаза.       — Стеклянный фасад для фонда, который работает с жертвами насилия… Это звучит как шутка.       — Они считают, что это «символ прозрачности», — скривился Драко. — Я считаю, что это символ идиотизма.       Блейз хмыкнул.       — Я бы посмотрел, как ты увольняешь архитектора. Это же почти как спорт.       — Блейз, — предупредила Гермиона.       — Ладно, ладно. Работа так работа.       Грейнджер первой взяла слово: — Мы согласовали список районов для домов‑убежищ. Три здания уже готовы к покупке, два — в процессе переговоров. Все объекты подходят под наши требования: скрытые входы, возможность наложить защитные чары, отсутствие прямой видимости с улицы.       Тео добавил:— Я проверил юридическую часть. Никаких рисков. Владельцы готовы продать без лишних вопросов.       Драко кивнул.       — Хорошо. Что по переходу между нашими зданиями?       Блейз развернул чертёж.       — Архитекторы предлагают два варианта: надземный закрытый мост или подземный коридор. Оба защищены, оба скрыты. Но подземный — безопаснее.       Гермиона посмотрела на Драко.       — Ты уверен, что хочешь объединять здания?       — Абсолютно, — ответил он. — Твой фонд должен быть рядом. И ты должна быть рядом.       Забини тихо кашлянул, но Малфой проигнорировал.       Тео продолжил: — Мы также разработали систему анонимного входа. Посетители будут попадать в фонд через отдельный подъезд, который не связан ни с твоим офисом, ни с юридическим отделом.       Гермиона удовлетворённо кивнула.       — Отлично. Это важно.       Драко посмотрел на всех.       — Хорошо. Работа идёт. Теперь… — он сделал паузу, — что ещё?       Тео и Блейз переглянулись.       Гермиона вздохнула.       — Нам нужно поговорить о Гарри и Пэнси.       Драко замер.       — Нет. Нет‑нет‑нет. Мы обсуждаем работу. Работу, Гермиона.       — Это тоже влияет на работу, — спокойно сказала она. — Пэнси — твой главный юрист. Гарри — мой лучший друг и без пяти минут главный аврор. Их отношения… ну… существуют.       Блейз фыркнул.       — Существуют — это мягко сказано. Они вчера спорили о том, кто будет готовить ужин, и я впервые в жизни видел, как Пэнси уступила. Добровольно.       — Ты был на Гриммо без меня? — оскорблено спросил Теодор.       — Ты был занят институткой из Массачусетского.       — Почему ты называешь так Стейси? — Нотт от возмущения встал с кресла.       — Почему мы не знаем ни о какой Стейси? — Вдруг спросил его Драко.       — Вы слишком заняты друг другом чтобы что-то замечать, — ответил за Тео Забини.       Нотт открыл рот, чтобы возразить, но Блейз уже ехидно продолжил:       — Да‑да, именно. Вы двое настолько погружены в своё «мы строим новый мир», что не замечаете, как у Тео появляется личная жизнь, а у Пэнси — Поттер.       — Пэнси и Поттер — это не личная жизнь, — пробормотал Драко. — Это катастрофа, которая ждёт своего часа.       — Катастрофа, которая готовит ему ужин, — уточнил Блейз. — И, между прочим, неплохо готовит.       — Я о них вообще-то узнала раньше вас всех на неделю! — Отметила Гермиона, поднимая бровь.       — Да, потому что она сама тебе сказала! — Уставился на неё Блейз.       — И вообще они встречаются уже больше месяца, зачем мы это обсуждаем? Новость стара как мир, — ответил Тео.       — Да это продолжается уже долго. Я рассчитывал, что это закончится сразу после завершения ремонта. Но увы и ах!       Нотт, всё ещё стоя, возмущённо ткнул пальцем в Забини:       — И перестань называть Стейси «институткой»! Она стажёрка. Очень умная. И вообще, мы просто…       — Тео, — перебила Гермиона, — ты встречаешься с девушкой уже две недели и не сказал нам ни слова?       — Потому что вы… — он махнул рукой в сторону Драко и Гермионы, — …вечно в своём политическом пузыре. А Блейз… Блейз всё равно бы начал издеваться.       — Я и так начал, — невинно заметил Забини.       Драко прищурился: — И всё же. Почему мы узнаём о Стейси от Блейза, а не от тебя?       Тео сел обратно, тяжело вздохнув:— Потому что Блейз — сплетница.       — Я предпочитаю термин «информированный», — поправил Забини.       Гермиона улыбнулась, но мягко вернула разговор в нужное русло:       — Хорошо. Тео встречается со Стейси. Прекрасно. Но мы отвлеклись. Гарри и Пэнси.       Драко застонал, как будто его попросили подписать союз с гоблинами собственной кровью.       — Гермиона, я не хочу это обсуждать.       — Придётся, — сказала она спокойно. — Потому что Пэнси изменилась. И Гарри тоже. И это влияет на работу.       Блейз кивнул:— Она стала мягче. Иногда. Очень иногда. Но всё же.       — А Поттер стал… — Тео задумался, — …менее взрывным.       — И более управляемым, — добавил Блейз. — Пэнси на него действует как… как дрессировщик на гиппогрифа.       Драко уставился на них, потрясённый:— Вы хотите сказать, что Пэнс успокаивает Поттера?       — Да, — хором ответили трое.       Гермиона сложила руки на столе:       — И, Драко… это хорошо. Они подходят друг другу. Правда.       Малфой провёл рукой по лицу.       — Я просто… до сих пор не понимаю, как это случилось и зачем…       — Это называется «жизнь», — философски заметил Тео.       — Это называется «Пэнси решила, что Поттер ей нравится», — уточнил Блейз. — А когда Пэнси что‑то решает… сопротивление бесполезно.       Гермиона тихо рассмеялась: — Гарри счастлив. И она тоже. Это главное.       Драко посмотрел на неё, потом на друзей, потом снова на чертежи на столе — будто надеялся, что архитекторы предложат ему план побега.       — Ладно, — наконец сказал он. — Хорошо. Теперь вы оба, свалите из кабинета.       Блейз возмутился первым: — Почему сразу мы? Герми тоже тут сидит!       — Герми тихая, — отрезал Драко. — А вы двое — источник хаоса. Мне нужно пять минут тишины, чтобы не начать пить в рабочее время.       — Это было бы непрофессионально, — заметил Тео.       — Это было бы закономерно, — парировал Драко.       Блейз поднялся, театрально вздохнув:— Ладно, ладно. Мы уйдём. Но знай, Малфой, ты теряешь лучшее, что есть в этом кабинете.       — Это кресло? — уточнил Драко.       — Нет, меня, — Блейз ткнул себя в грудь. — Но кресло тоже неплохое.       Он уже собирался пафосно развернуться к двери, когда вдруг замер. Совсем. Как будто кто‑то нажал на паузу.       Его взгляд медленно опустился вниз — на зелёное кресло в углу кабинета, в котором он только что сидел.       То самое, которое Драко поставил «для эстетики», но в которое никто до этого не садился, потому что оно выглядело слишком… малфоевским.       Глубокий изумрудный бархат. Серебряные вышивки в виде стилизованных глаз — древний символ рода. Высокая спинка, изогнутые подлокотники, тонкая работа мастеров.       Блейз моргнул.       — Подождите… — сказал он почти шёпотом. — Это что?       Драко нахмурился.       — Кресло.       — Это не просто кресло, — прошептал Забини, подходя ближе, как будто боялся спугнуть редкое магическое существо. — Это… это произведение искусства. Это… это…       Он осторожно провёл пальцами по серебряной вышивке.       — Это… смотрит на меня.       — Оно и должно, — сухо заметил Драко. — Это семейный символ. Глаза Малфоев.       Блейз резко обернулся.       — Ты всё это время держал у себя в кабинете кресло с глазами Малфоев и не сказал мне?!       — А должен был? Ты сюда заходишь по десять раз на дню, — искренне удивился Драко.       — Да! — возмутился Блейз. — Это же… это же идеальное кресло! Оно зелёное! Оно бархатное! Оно смотрит на людей, пока ты сидишь в нём и выглядишь как бог интриг!       Гермиона прикрыла рот рукой, чтобы не рассмеяться.       Тео тихо прокомментировал: — Кажется, мы потеряли Блейза.       Блейз снова сел в кресло. Причём сел так, будто родился в нём.       Он откинулся, вытянул ноги, положил руку на подлокотник и удовлетворённо выдохнул: — Да. О, да! Это моё. Я забираю.       Драко моргнул.       — Нет, ты не забираешь.       — Уже забрал, — невозмутимо ответил Блейз, не вставая. — Это кресло и я — судьба. Не разлучай нас.       — Забини, встань, — приказал Драко.       — Не могу. Оно меня держит.       — Оно не держит, — устало сказал Малфой.       — Оно держит моё сердце, — поправил Блейз.       Гермиона уже смеялась открыто.       Теодор покачал головой:— Драко, просто смирись. Он всё равно утащит его ночью.       — Я слышу вас, — сказал Блейз, — и да, именно так и будет.       Драко закрыл лицо руками.       — Ладно. Хорошо. Забирай. Только уйди из моего кабинета.       Блейз вскочил, сияя как ребёнок на Рождество.       — Ты не пожалеешь, Малфой! Я буду сидеть в нём на всех совещаниях! Я буду выглядеть как воплощение стиля и власти!       — Ты и так выглядишь как воплощение хаоса, — пробормотал Драко.       — Хаос тоже может быть стильным, — парировал Блейз, уже таща кресло к двери.       Гермиона вытерла слезу от смеха.       — Блейз, ты хотя бы спроси, можно ли выносить мебель из офиса.       — Я спросил, — заявил он. — Внутренне.       Нотт кивнул: — Это работает только для Нарциссы.       — И для меня, — уверенно сказал Блейз, протискивая кресло в дверной проём.       Драко смотрел на это с выражением человека, который смирился с судьбой.       — Ладно. Ладно. Утащил — так утащил. Только не возвращай его в виде обугленного каркаса.       — Я буду беречь его как свою душу! — торжественно пообещал Блейз.       — Вот этого я и боюсь, — пробормотал Драко.       Кресло исчезло за дверью. Блейз — тоже.       Тео вздохнул.       — Ну… по крайней мере, теперь у него есть хобби.       Гермиона улыбнулась: — И кресло.       Драко устало опустился в своё место.       — А у меня головная боль.