Часть 2

POV Сарданапал       В полете я провел уже несколько часов. По изменившемуся воздуху я сразу же понял, что уже нахожусь в Британии. Здесь гораздо выше уровень влажности, чем у нас.       Из-за скопившихся плотных облаков я не видел, что находилось внизу. Пробормотав заклинание путешественников, передо мной появилась нить Ариадны, следуя за которой, я безошибочно доберусь до Хогвартса.       До школы волшебства я долетел уже к вечеру. В письме я сообщил Дамблдору, что прилечу так быстро, как только смогу. Возможно, он отправил кого-то меня встретить, а если и нет, то сам найду дорогу до его кабинета. Я бывал здесь ни один раз, но это было очень давно, уж и не припомню, сколько лет назад.       Снижаясь, я сразу же заметил у входа в замок высокую худощавую фигуру. Подойдя ближе, я узнал завхоза Хогвартса – Аргуса Филча.       – Добрый вечер, академик Черноморов, – немного поклонившись, поздоровался он. – Профессор Дамблдор попросил меня встретить вас и отвести к нему в кабинет.       – Здравствуй, Аргус, – ответил я, произнося заклинание невидимости для своего летающего дивана, потом заберу его отсюда. – Да, пойдемте.       Несколько минут мы пробирались по петляющим коридорам Хогвартса. И как они здесь живут с лестницами, которые постоянно меняют направление? Вскоре Филч резко остановился перед массивной дубовой дверью.       – Мы пришли, академик, – произнес он. Спустя мгновение он уже скрылся в темноте.       Я постучал в дверь. Стук глухим звуком отозвался в тишине, обитавшей вокруг.       – Да, войдите, – услышал я голос профессора Дамблдора.       Я зашел внутрь. Моему взору предстал просторный кабинет с большим количеством шкафов, до отказа набитыми всевозможными магическими книгами. У дальней стены стоял старинный стол, на котором были разложены открытые книги и какие-то свитки.       У стола стояли Дамблдор и преподаватель трансфигурации Минерва Макгонагалл.       – Добрый вечер, Сарданапал, – поздоровался со мной профессор. – Спасибо, что прилетел.       – Здравствуйте, академик, – поприветствовала меня Минерва. – Мы очень рады вас здесь видеть, пусть и при столь неприятных обстоятельствах.       – Добрый вечер, – ответил я, немного проходя внутрь. – Я не мог не откликнуться на вашу просьбу о помощи.       – Альбус, я, пожалуй, пойду, уже поздно, – произнесла Макгонагалл, повернувшись к Дамблдору.       – Хорошо, Минерва, спокойной ночи, – я успел заметить, как всего на короткое мгновение он коснулся ее руки. От меня не укрылась и то, каким взглядом он проводил ее до двери.       – Располагайся, Сарданапал, – Альбус указал мне на небольшой диванчик, стоявший сбоку от стола.       – Вы с Минервой вместе? – решил поинтересоваться я, присаживаясь на диван.       – Да… – тихо ответил он, опускаясь рядом со мной. – Когда она чуть не погибла в схватке с Волан-де-Мортом, я понял, как глупо столько лет скрывать свои чувства. И как оказалось, чувства были взаимными. Даже в такое тяжелое время можно быть действительно счастливым, если рядом находится любящий человек, способный всегда поддержать тебя.       – Я очень рад за вас, – улыбаясь, произнес я.       – Прости, ты наверно устал с дороги, может кофе? – предложил Дамблдор.       – Да, было бы здорово, – ответил я, понимая, что кружка бодрящего кофе мне сейчас точно не помешает.       Альбус взмахнул волшебной палочкой – передо мной появилась чашка приятно пахнущего напитка.       – Спасибо, – поблагодарил я, отпивая этот восхитительный напиток.       – А что ты, Сарданапал, до сих пор один? – с интересом спросил Дамблдор.       – Да, – коротко ответил я.       – Когда же ты встретишь ту самую? – по-доброму усмехнулся он.       – Не знаю, Альбус, ты же знаешь, у меня школа, ученики… – начал я.       – Я все это прекрасно понимаю, – перебил он. – Если ты не забыл, я тоже директор школы.       – Просто еще не было той женщины, которая смогла бы запасть мне в душу и завладеть моим сердцем, – ответил я. И правда, я столько лет живу на белом свете, и еще ни разу не испытал чувство настоящей любви. Но я не переживал по этому поводу, мне, итак, было хорошо. Моя работа приносила мне большое удовольствие, и этого было достаточно. – Расскажи, что с Волан-де-Мортом.       – После последней схватки прошло около двух недель, – его взгляд сразу стал серьезным. – Я смог его ранить, но он вернется, я знаю это. Пока что он затих, чтобы набрать силы. Но в последние дни мы несколько раз натыкались на его лазутчиков.       – Да, он точно не сможет просто так исчезнуть, – согласился я. – Вы отправили детей из Хогвартса по домам?       – Конечно, всех до одного, – ответил Альбус. – Вот только непонятно, безопаснее ли им у маглов…       – А чего вообще хочет Волан-де-Морт? – спросил я.       – Убить меня, – спокойно, словно что-то само собой разумеющееся, ответил Дамблдор. – Как он считает, лишь тогда он сможет полностью подчинить себе наш магический мир и встать в его главе.       Громкий стук в дверь прервал мои мысли.       – Кажется, к нам пожаловали гости, – произнес Альбус. – Входите!       На пороге появилась женщина, которую прежде я здесь не видел. Мне показалось, что на мгновение мое сердце остановилось. Она была невероятно красива: ее волосы были медно-рыжего цвета, а глаза – чистый изумруд. Но равно настолько, насколько она была красива, она была также грустна. Я заметил, какая сильная боль плескалась в ее прекрасных глазах.       – Медузия, заходи, – Дамблдор жестом пригласил ее зайти внутрь. – Что-то случилось?       – Да, случилось! – в ее голосе послышались гневные нотки. – Я хотела взять яд Акромантула у профессора Снегга, чтобы приготовить зелье, которое поможет нам в битве с темными силами. Однако Снегг утверждает, что мне нужна какая-то бумажка от вас! Почему я просто не могу получить этот яд!? Что за идиотские правила!? Мы лишь теряем время.       – Успокойся, Медузия, сейчас я составлю бумагу, – произнес Дамблдор. – И скажу профессору Снеггу, чтобы впредь он давал тебе необходимые ингредиенты без моего согласия.       – Хорошо, спасибо, – ее пыл значительно поугас.       Пока Альбус заполнял какую-то бумагу, Медузия ни разу не взглянула на меня. Словно я был ничего не значащим пустым местом. Признаться, меня это задело. У меня было очень много вопросов, относительно этой женщины, которые мне уже не терпелось задать Дамблдору.