Часть 1

Иногда кажется, что ты пережил уже всё. Потерял всех, кого мог. Привык. Смирился.

Но всё рушится заново, когда у тебя отнимают не просто любимого человека — тебя самого.

Он до сих пор слышал, как хрустнуло. Не кости. Не шаги. А её сердце. Деймон стоял, цепенея, как в кошмаре. И даже когда всё уже произошло — когда её тело рухнуло, когда кровь стекала по губам, когда бывший исчез на вампирской скорости, — он не пошевелился. Он стоял и смотрел. На Дарьяну. На то, как из её груди медленно исчезает жизнь. — Нет... — выдохнул он, будто даже не узнал собственного голоса. — Нет-нет-нет. Он упал на колени. Всё его естество кричало, вопило, разрывалось на части, но снаружи было только безмолвие. Его руки прижимались к её телу, пока оно не стало холодным. Он держал её, пока не смог больше дышать. ——— Три дня. Он не ел. Не пил. Не говорил. Стефан пытался что-то сказать, потом ушёл. Бонни приходила и оставляла заклинания защиты. Елена смотрела издалека, не зная, что делать. Джереми впервые за долгое время остался в доме, тихий, молчаливый. Но Деймон не видел никого. Только её. Он вспоминал, как она впервые вошла в комнату с дерзкой ухмылкой. Как ругалась. Как могла укусить взглядом, а через секунду — мягко обнять. — Ты делаешь вид, что тебе всё равно, — говорила она однажды. — Но я вижу, как ты переживаешь. Просто не умеешь показывать. Он тогда усмехнулся. Сейчас — только слёзы. ——— На третий вечер, в полумраке, раздался тихий шаг. Не Стефан. Не Бонни. Тяжелее. Увереннее. Деймон знал этот ритм. — И зачем ты здесь? — спросил он, не оборачиваясь. — Потому что ты один из немногих, кто когда-то был мне полезен, — отозвался голос. — И потому что я кое-кому должен. Клаус вошёл, не торопясь. Его взгляд скользнул по пустой бутылке бурбона, по разбросанным книгам, по сломанной фоторамке с их общей фотографией. И остановился на Деймоне. — Я слышал, — тихо произнёс он. — Про Дарьяну. Деймон хмыкнул. — Ты пришёл выразить соболезнования? — Нет. Пришёл предложить месть. Деймон резко поднял голову. — Ты не знал её. Клаус подошёл ближе, сел напротив, закинув ногу на ногу. — Ошибаешься. Когда ты шлялся хрен пойми где, я помог ей избавится от компании одного слишком настойчивого придурка. — ...Я помню. — Я видел в её глазах не страх. Решимость. Отчаяние. Гнев. Такое не забывается. Деймон сжал кулаки. В голове всё снова и снова прокручивалась последняя сцена — как тот ублюдок появляется из темноты. Как Дарьяна встаёт между ним и Деймоном. Как он... вырывает её сердце. И исчезает. — Он даже не сказал ни слова, — прошептал Деймон. — Просто... сделал это. И исчез. — Ты хочешь его найти? — Я хочу, чтобы он не существовал. Ни в этом мире, ни в аду. — Тогда слушай. Клаус вытянул из кармана потёртую записку и бросил на стол. — Есть один ритуал. Нелегальный. Грязный. Он не возвращает человека, но оставляет след. След души. Он позволит нам отыскать убийцу, даже если он прячется за барьерами магии. — И что нужно? — То, к чему Дарьяна была привязана. Что-то личное. Эмоциональное. Деймон потянулся к цепочке. Её медальон. — Подойдёт? Клаус кивнул. — Но будь готов. Это вызовет боль. Призовёт часть её... души. В том виде, в каком она была в последние секунды. И ты увидишь всё. Даже то, что не хочешь. — Я уже это видел. ——— Час спустя. В заброшенном подвале, где раньше хранились дневники предков, они с Бонни начали подготовку. — Ты уверен? — спросила ведьма, всматриваясь в Деймона. — Это может вытащить её голос. Её эмоции. Даже её крик. Он кивнул. — Я должен её услышать. Ещё раз. Клаус стоял в тени. Он не любил ритуалы. Но чувствовал, что эта ночь изменит многое. Потому что что-то в нём тоже умерло вместе с ней. В круге свечей, когда зазвучали слова на латыни, и магия всколыхнула воздух, послышался шёпот. Он был едва различим. — ...Деймон... Деймон вздрогнул. Его глаза наполнились влагой. — Это она? — Это её боль, — прошептала Бонни. — Она всё ещё здесь. Деймон сжал медальон. Хотел что-то сказать, но горло сжало. — Прости меня... — одними губами. Клаус отвёл взгляд. Он не был из тех, кто верил в прощение. Но в этот миг почувствовал нечто странное. Будто воздух дрогнул. Резкий порыв ветра пронёсся по подвалу, задул несколько свечей. Тень на стене дернулась, словно ожила. — Это... не должно было... — начала Бонни, но замолчала. Клаус шагнул вперёд. — Что ты сделала? Но Бонни молчала. Она смотрела в центр круга. Там, где только что ничего не было — вдруг появился отблеск. Едва различимый силуэт. Женская фигура. Медленно оборачивающаяся. Где-то за пределами реальности, в месте, что существует между жизнью и смертью, открылись глаза. Дарьяна. Только теперь в её зрачках не отражался свет. Только тьма. Густая, цепкая, впитавшая всё, что было отнято. Он убил меня... на глазах у брата. И они дали мне умереть. Сердце — или то, что его заменяло — забилось с новой силой. Не от боли. От жажды. Но не крови. Возмездия. В Мистик Фоллс, в ту же секунду, зазвенели все зеркала. В доме Беннетов треснула чаша. А у Деймона за спиной вдруг задрожала старая фотография — та самая, где она стояла рядом с ним. Он обернулся. Пусто. Но в воздухе пахло... ею. Дарьяна возвращается.