Глава 2

Фигура за стеклом наблюдения исчезла так же быстро, как и появилась. Я долго смотрела на пустое место, не веря своим глазам. Нет… мне не показалось. Там действительно кто-то был. Дверь всё ещё была заблокирована. Но чувство — холодное, липкое, словно чужое дыхание — висело за спиной. Снова звук. На этот раз громче. Будто что-то тяжёлое осторожно переставило ногу по коридору технической шахты. Я отступила к самой стене, вплотную к кровати. Рука непроизвольно потянулась к тумбочке — там лежал небольшой нож, который мне разрешили держать «чисто для собственного спокойствия». Я сжала его так сильно, что побелели пальцы. Почему именно я? За пределами комнаты что-то резко ударило по стене. Один раз. Потом второй. Металл дрогнул. Я вскрикнула от неожиданности. — Вескер… пожалуйста… — выдохнула я. Но он не отвечал.

***

Альберт Вескер Он двигался по коридору уверенно и быстро. Каждый шаг отдавался эхом в его мыслях, но не от тревоги — от злости. Он ощущал, что в воздухе что-то не так. Комплекс окутала непривычная тишина. Не рабочая тишина лаборатории, а остановившийся воздух, словно весь мир затаил дыхание. — Сканирование сектора? — спросил он. — Неопознанная активность. Источник движется вдоль технических коммуникаций. Скорость низкая, масса — нестабильна, — ответила «Красная Королева». Слово «нестабильна» вызывало у него раздражение: слишком широкое, слишком неопределённое. Значит, это могло быть что угодно. — Где именно? — рыкнул он. — У стены комнаты субъекта Нэи. Вескер замер. Лицо стало каменным. Слишком близко. Чёртовски близко. — Если объект проникнет внутрь — ликвидировать. — Принято. — Но не задевай её. Он рванул вперёд так быстро, что камеры не успели зафиксировать движение.

***

Нэя Стена у изголовья кровати дрогнула. Медленно, протяжно, словно кто-то проводил ладонью по металлу, проверяя толщину. Я не могла отступить дальше. — Пожалуйста… не надо… — выдохнула я, даже не зная, кому. Вдруг тишина стала давящей, плотной. Воздух будто застрял в горле. И тогда панель стены, скрывающая вентиляционную шахту, выгнулась наружу — будто её толкнули изнутри. Я упала на пол от страха, прижала нож. Панель снова дрогнула. Трещина в углу раздалась с треском. — Нэя! — громкий, резкий голос Вескера разрезал тьму. Дверь автоматически разблокировалась и распахнулась от пинка. Вескер вошёл стремительно, как тень. Его глаза вспыхнули в полумраке. Под его взглядом я смогла дышать. — В сторону! — приказал он. Я сразу отползла. Вескер встал между мной и стеной. Панель снова треснула, мелькнуло что-то тёмное. Глаза существа были нечеловеческими. Вескер не стал ждать — одним движением выстрелил в панель, металл загудел. Существо отступило глубже, раздался низкий рык. Он медленно повернулся ко мне. Ледяной взгляд оставался холодным, но в нём была ярость. Не против меня — против того, кто посмел приблизиться. Он подошёл, присел рядом и сжал мою руку, всё ещё зажатую на ноже. — Что бы ты ни увидела — ты больше не остаёшься здесь одна, — сказал он тихо. Его голос не был приказом. Не угрозой. Это был факт. И от этого стало ещё страшнее.

***

Нэя Кабинет Вескера был холодным, с резкими линиями мебели и ярким светом мониторов. Каждый звук отдавался эхом, каждый шаг ощущался в груди. — Что ему нужно от меня? — вырвалось у меня. Я не могла больше сдерживать вопросы. Вескер замер. Глаза — ярко-красные, пронизывающие — встретились с моими. Ни гнева, ни страха. Ледяная точность. — Красная Королева, — тихо сказал он, — держи наблюдение. Я сделала шаг ближе. — Расскажи, зачем я тебе? Он повернулся медленно, каждый шаг точен, как выстрел. — Ты думаешь, я обязан объяснять? Я спас тебя. Ты живёшь. И этого достаточно. Я почувствовала, как кулаки сжались. — Но почему именно я? Вескер шагнул ближе, взгляд удерживал меня. — Потому что так нужно. Сейчас твоя задача — выжить. Я замолчала. Его внимание не просто наблюдало — оно держало меня в равновесии. — Любой страх или паника могут стоить жизни, — продолжил он. — Но если научишься управлять эмоциями… они станут твоей силой. Я сжала нож. Но теперь страх переплетался с странной опорой, которую давало его присутствие. — Ты будешь рядом, — тихо сказал он. — Ни шагу без меня. Ни звука. Ни паники. Я кивнула, дрожа, но впервые почувствовала, что рядом с ним можно выжить. Коридоры шахты были темны, холод металла сжимал грудь. Каждый шаг отдавался эхом. — Красная Королева, — тихо сказал Вескер, — максимальная чувствительность датчиков. Любое движение — сигнал мне. Я следовала за ним, стараясь не дышать громко. Сердце колотилось, руки дрожали, но нож был наготове. На мониторах мелькнула фигура мутанта, огромного, искривлённого, с красными глазами. — Мутант, — ровно произнёс Вескер. — Он ищет тебя. — Что мы делаем? — спросила я. — Смотри и учись. Контролируй страх. Он должен быть инструментом, а не врагом. Существо рвануло в нашу сторону. Вескер стал между мной и мутантом, его движения были быстрыми, точными, почти неестественными. Он выстрелил — мутант подпрыгнул, но не отошёл. Вескер оценил дистанцию и углы, затем нанес точный удар металлическим крюком — мутант рухнул. Я тяжело вздохнула: одновременно облегчение и ужас. Вескер убив чудовище, только хмыкнул, как будто для него это было не проблемой. Я же стояла за его спиной и дрожала от страха. — Побудешь у меня в кабинете, пока я не проверю безопасность полностью. Вдруг эта тварь была не одна. Вескер подошел ко мне и со странной мягкость повел отсюда, положив свою ладонь на мою спину.

***

Нэя После всего произошедшего я не могла найти себе места. Казалось, что воздух вокруг стал плотнее, а стены кабинета давят на меня. «Красная Королева» продолжала докладывать Вескеру о состоянии базы, пока он восстанавливал безопасность и отдавал приказы. Мне же он приказал сидеть здесь — под охраной, под наблюдением, под контролем. И чем дольше я сидела, тем больше вопросов терзали меня. Почему Вескер скрывает правду? Что на самом деле стоит за моей «безопасностью»? Зачем я ему? Я знала: просто так здесь не держат. А уж тем более — рядом с ним. Но что? Плотские утехи? Сразу нет, он ведь мог бы давно мной воспользоваться, ведь я уже как полгода нахожусь на этой базе, а он вообще редко ко мне прикасался. Даже намека не было на это. Он держал дистанцию. Холодную, точную, будто выстроенную заранее. И это сбивало меня сильнее всего. — Красная Королева… скажи, зачем я ему? — спросила я тихо, словно боялась услышать ответ. Голограмма вспыхнула. — На данный вопрос я не имею права отвечать. По протоколу Альберта Вескера ваш запрос будет ему передан. — Нет! Подожди… — но голограмма исчезла. Я сжала пальцы. Теперь он точно захочет знать, что это значит. И придётся объясняться. На секунду я взглянула на охрану. Они стояли идеально прямые, оружие — наготове, взгляды — избегали меня, словно боялись даже смотреть. Так и было, — Вескер ясно дал понять, что любой, кто причинит мне вред или даже подойдёт слишком близко, пожалеет. Но почему? Почему он так настойчиво охраняет меня? Почему я — единственная, кого он так выделяет? Я легла на кожаный диван, уткнувшись лицом в подушки. Волнение не утихало. Оно разрасталось, словно что-то внутри меня знало больше, чем я сама. Не заметив, я заснула.

***

Альберт Вескер День шёл наперекосяк. Мутант на базе — уже проблема. То, что они так и не нашли, откуда он проник, — ещё хуже. А теперь ещё и Нэя. Её вопрос «почему я ему нужна» был опасен. Не тем, что она могла узнать, — а тем, что она начала думать в неправильном направлении. Вескер привык контролировать всё. Каждую угрозу. Каждую слабость. Каждую эмоцию — в себе и в других. Но Нэя выбивалась из этих схем. Чересчур искренняя. Чересчур доверчивая. Чересчур открытая… Она не понимала, насколько она уязвима. Не понимала, насколько он опасен. И, возможно, именно поэтому привлекала — своей противоположностью. Живостью там, где он давно стал холодным механизмом. Её наивность раздражала… и в то же время заставляла взгляд задерживаться чуть дольше, чем следовало. — Красная Королева, где она? — спросил он. — Всё ещё в вашем кабинете. Она уснула. Вескер остановился. На долю секунды. Этого было достаточно, чтобы в нём что-то дрогнуло — тихо, едва заметно, но ощутимо. Он отвернулся. — Следить за ней. Докладывать о любом изменении. Он не мог позволить себе слабостей. Даже если эта слабость тихо дышит на его диване.

***

Альберт Вескер Дверь кабинета открылась почти бесшумно. Вескер вошёл уверенно, но внутри него всё ещё накапливалось раздражение после инцидента в шахтах. Нэя спала на диване — неглубоко, тревожно, будто организм просто выключился от перенапряжения. Охрана бросила краткий взгляд в сторону Вескера. — Доклады, — коротко сказал он. — Состояние стабильное. Она уснула около тридцати минут назад, сэр. Он подошёл ближе. Нэя лежала на боку, прижимая руку к груди, дышала неровно — следы пережитого ещё не отпустили её. Даже во сне было видно: напряжение не исчезло, просто спряталось. — Просыпайся, — сказал он ровно, но достаточно твёрдо. Нэя дёрнулась, резко села — дезориентированная, дыхание сбилось, пальцы дрожали. Она попыталась взять себя в руки, но стресс, пережитый в шахте, снова накрыл её. — Я… не заметила, как… — голос дрогнул. Она едва вдохнула, пытаясь удержаться. Вескер наблюдал молча, не вмешиваясь, но видя всё. — Это неважно, — сказал он, подойдя ближе. — Вопрос другой. Он остановился так, чтобы она не могла отвлечься или уйти от ответа взглядом. — Почему ты спрашивала у Красной Королевы, зачем ты мне нужна? Нэя сглотнула. Дыхание ещё не восстановилось полностью, руки непроизвольно сжались в кулаки. — Потому что… — голос чуть сорвался, — потому что я устала жить, не понимая, что происходит. Я знаю, что не случайно здесь. Я вижу, как всё устроено. Я… — она выдохнула медленнее, пытаясь удержаться. — Я имею право знать. Вескер посмотрел внимательно — взгляд холодный, но не враждебный. Он видел слабость, но не осуждал её. Она пережила нападение мутанта, угрозу смерти и всё ещё говорит чётко, хоть и дрожит. — «Право», — тихо повторил он, будто пробуя слово. — Ты правда считаешь, что понимаешь, чего просишь? — Я хочу знать, — сказала она, уже ровнее. — Хотя бы что-то. Хоть намёк. Я не могу… — дыхание сбилось, она прикрыла глаза на секунду, — просто сидеть и ждать, что со мной будет дальше. Она была напряжённой, испуганной, вымотанной — но говорила честно. Без дерзости, без претензий — просто из человеческой потребности понимать, за что цепляешься. Вескер не отводил взгляда. — Ты важна, — сказал он наконец. — Гораздо важнее, чем сама понимаешь. Пауза. — И именно поэтому ты пока не узнаешь всего. Нэя выдохнула, не скрывая разочарования. — Тогда скажи хоть… зачем я тебе. Вескер шагнул к двери, но остановился. — Потому что ты связана с проектом, который нельзя потерять, — сказал он, не глядя на неё. — А значит, я не позволю тебе исчезнуть. Он вышел. А она осталась сидеть на диване, дрожа уже не от страха, а от того, что ответов стало больше… но вопросов — ещё больше.

***

Дверь закрылась, и тишина кабинета стала почти оглушающей. Будто воздух стал тяжелее. Нэя сидела неподвижно, слушая шаги Вескера, удаляющиеся по коридору. Он сказал слишком мало… и слишком много одновременно. Связана с проектом. Нельзя потерять. Не позволю исчезнуть. Она провела ладонью по лицу — не чтобы вытереть слёзы, а чтобы попытаться привести мысли в порядок. После всего, что произошло в шахте, после того, как она всерьёз думала, что умрёт… её мозг просто не успевал за происходящим. Слова Красной Королевы, обрывки данных, запах пыли и металла в шахте — всё это смешалось в комок. И теперь — новый вопрос. Проект? Какой проект? Как связана? Почему он это скрывает? Она опустила ноги на пол, медленно выпрямилась, пытаясь почувствовать хоть стабильность под собой. Охранники у стены молчали, будто их не существовало. Они не смотрели в её сторону, но Нэя прекрасно понимала: наблюдали всё это время. — Мне нужно… выйти, — сказала она тихо, но достаточно уверенно. Один из охранников посмотрел на второго, затем коротко кивнул. — Мы проводим, — ответил он. Коридор за дверью встретил её холодным воздухом и ровным светом ламп. Пол под ногами казался слишком гладким, слишком чистым после грязи шахты. Она шла медленно — не потому что устала физически, а потому что мозг всё ещё пытался собрать себя из обломков. Каждый шаг отдавался мыслью: Если я важна — почему мне никто не скажет почему? Почему он спас меня? Почему он так говорил? Она остановилась у прозрачного экрана, на котором отображалась схема базы. Охранники встали чуть поодаль, давая пространство, но не свободу. — Где он сейчас? — тихо спросила Нэя. — Лабораторный блок, — ответил один из них. Она кивнула, хотя сама не знала, что именно ей нужно: ответ? подтверждение? или просто увидеть, что он действительно не собирается её "терять". Она не стала идти туда — слишком рано, слишком много вопросов. Но она знала точно: избегать этого разговора уже невозможно. Пока она смотрела на схему, свет в коридоре чуть мигнул — было ощущение, будто база сама дышит вместе с людьми внутри. Нэя выдохнула. Если я важна — я узнаю. Так или иначе. Она повернулась к охранникам. — Отведите меня в жилой сектор. Они кивнули. И когда она пошла по длинному белому коридору, в голове всё ещё звучал его голос: «Ты важна… гораздо важнее, чем сама понимаешь». И она впервые за долгое время почувствовала не страх — а тревожное ощущение, что её жизнь больше не принадлежит только ей. *** Альберт Вескер Двери лаборатории закрылись за Вескером, и только тогда он позволил себе выдохнуть чуть тише, чем обычно. Не устало — раздражённо. Стеклянные панели отражали холодный свет, оборудование тихо гудело, а на центральной консоли мигали строки данных. Его проект — его вычисления — то, ради чего он годами рвал людей, компании и судьбы — требовали идеальной точности. И теперь в эту структуру, как ошибка в формуле, вмешалась она. — Вы опоздали на три минуты, сэр, — произнёс учёный у терминала, не поднимая глаз. Вескер даже не повернул голову. — Я занят более важными вещами, чем ваше чувство пунктуальности. Учёный сглотнул и больше ничего не сказал. Вескер подошёл к панели, коснулся экрана. На нём высветились результаты недавнего анализа — биохимические показатели, нейронные корреляции, параметры, которые не укладывались в известные схемы. И среди них — её имя. N-∆13. Нэя. Он смотрел на графики с выражением, которое знали немногие — это был не гнев и не удивление. Это была концентрация. — Расхождения увеличиваются, — сказал другой сотрудник, подходя ближе. — Мы сравнили данные после её контакта с мутантом. Реакция организма… она нетипична. Похоже, ваш прогноз подтверждается. Вескер кивнул, но взгляд оставался прикован к экрану. — Она спрашивает слишком много, — произнёс он наконец. Ученые переглянулись. Не от страха — от понимания, что это действительно проблема. — Вы не собираетесь… — начал один, но осёкся под взглядом Вескера. — Нет, — отрезал Вескер. — Её устранение невозможно. Она нужна мне живой. Он сказал это ровно, как биолог говорит о сохранении редкого образца, но в голосе было что-то ещё. Сдержанная интенсивность. Только те, кто работал с ним много лет, знали: это значит, что он просчитывает очень далёкие перспективы. Вескер переключил экран на другой модуль — изображение схемы мозга, пересечения нейронов, активные зоны, вспыхивающие на карте. — Она не понимает, что её вопросы опасны прежде всего для неё самой, — произнёс он. — Тогда… почему вы не скажете ей? — спросил молодой лаборант — слишком молодой, чтобы знать, что такой вопрос задавать нельзя. Вескер повернулся. — Потому что информация — это сила. А сила, переданная неподготовленному человеку, всегда приводит к разрушению. Молодой лаборант побледнел и отвернулся, побаиваясь Вескера, как и все здесь на этой базе. Ведь знали, для него чужая жизнь ничего не значила, одна ошибка и тебя больше не будет. В живых… Вескер снова взглянул на данные. Её организм, её реакции, её психика — всё подтверждало одно: Она действительно связана с проектом, о котором ему никогда нельзя было сказать никому. Не сейчас. Не так рано. И всё же… Сцена в кабинете всплыла в памяти. Её взгляд — испуганный, но прямой. Её голос — дрожащий, но упорный. Не типичная для Umbrella выжившая. Он отключил экран. — Продолжайте анализы. И удвойте охрану. — Сэр? — Она ещё не понимает своего значения. Но когда поймёт, будет уже поздно. Он развернулся и вышел из лаборатории.