The old motel

Как обычно, на столе лежала карта. На этот раз — как и было указано в сложности игры — это была восьмёрка червей. Поскольку большинство игроков сегодня оказались новичками, на карту почти никто не претендовал. Поэтому Ризадо решила забрать её — вдруг пригодится. И тут Шинкиро заговорила: — Сегодня игра была особенно жёсткой… — она на мгновение замолчала. — Странное совпадение: мне почти всегда попадаются черви. — В этом есть и свои плюсы, — спокойно ответила Анн. — Червовые игры обычно высокой сложности. Зато дают больше дней. Ризадо вздохнула: — Да уж, в этом ты права… Но всё равно как-то не по себе.

Наступила долгая пауза.

Тишину нарушила Хэйя. — Мне кажется, нам стоит найти новое убежище, — сказала она негромко, но в её голосе проскользнула едва уловимая тревога. — Кто знает, когда здесь начнётся следующая игра… И эти люди… они не выглядят дружелюбными. Возражений не последовало. Так они и отправились — без чёткого направления, просто прочь от места, которое уже начинало давить своим присутствием. Город встречал их всё той же глухой, вязкой пустотой, но теперь он выглядел иначе. Хуже. Гораздо хуже, чем в тот день, когда Шинкиро впервые оказалась здесь. Здания, когда-то высокие и строгие, теперь стояли искривлёнными силуэтами, словно медленно оседали под собственным весом. Стены трескались, бетон крошился, а сквозь разломы упрямо пробивалась тёмная, запущенная растительность — как будто природа пыталась вернуть себе это место, но делала это слишком поздно. Витрины магазинов были выбиты или распахнуты настежь. Внутри — пустота и следы поспешного разграбления: перевёрнутые стеллажи, обрывки упаковок, мусор, давно перемешанный с пылью. Воздух был тяжёлым. Грязным. Каждый вдох ощущался неприятно, оставляя на языке привкус ржавчины и сырости. Казалось, что сам город медленно разлагается — и те, кто остаётся в нём слишком долго, начинают разлагаться вместе с ним. Они шли молча. И с каждым шагом становилось всё очевиднее: это место не просто заброшено. Оно пережило что-то. И до сих пор не отпустило.

***

Наконец, после часа бесцельных блужданий по улицам, их внимание привлёк заброшенный мотель на окраине города. Он стоял чуть в стороне от основной дороги, словно его специально оставили последним — на границе между ещё «живой» частью города и той, что уже давно перестала притворяться обитаемой. Вывеска покосилась, часть букв на ней не горела, но название всё ещё читалось: «Black Fish». Название выглядело странно уместным. Как что-то, что не должно было быть здесь изначально. Здание не выглядело разрушенным — скорее забытым. Стены сохранили форму, окна были целы, и даже входная дверь не была выбита или заколочена. В этом месте ощущалась редкая для этого города вещь — тишина без давления, не агрессивная, а выцветшая, как старый звук. К удивлению девушек, внутри никто не обосновался. Ни следов лагеря, ни мусора, ни попыток занять пространство. Будто мотель был оставлен не людьми, а самим временем, которое решило его пропустить. Они вошли внутрь осторожно. И первое, что удивило — это интерьер. Не разрушенный, не разграбленный, не покрытый пылью до полной утраты формы, а… сохранившийся. Почти аккуратный. Перед ними тянулся длинный коридор, утопающий в тёплом, приглушённом свете. Потолок украшал старинный подвесной светильник, мягко рассеивающий свет, который отражался в полированных деревянных панелях стен. Слева стояла узкая консоль, заставленная вазами и потемневшими от времени декоративными предметами, над ней — зеркало, в котором свет ламп казался глубже, чем должен был быть. Пол был покрыт длинным красным ковром с выцветшим, но всё ещё чётким орнаментом. Он тянулся вперёд, уводя взгляд вглубь здания, словно приглашая идти дальше — или предупреждая, что пути назад не будет. Справа поднималась широкая лестница с резными перилами. Ступени были обиты тем же ковром, и на них не было ни следов пыли, ни признаков запустения. Стены вдоль лестницы украшали картины в тяжёлых рамах — их сюжеты терялись в полумраке, будто не хотели быть увиденными до конца. Приглушённый свет ламп в холле работал, хоть и с лёгким, ленивым мерцанием. Стойка регистрации стояла ровно, без следов спешки или хаоса. За ней — пустое кресло администратора, как будто его владелец просто ненадолго вышел и должен был вернуться. Воздух здесь отличался от улицы — он был тише, суше, словно пространство внутри мотеля было отделено от остального города тонкой, невидимой границей. Ризадо невольно замедлила шаг. В таких местах всегда есть подвох — слишком хорошо сохранившиеся детали в мире, который снаружи выглядит сломанным, почти никогда не означают безопасность. Аканэ оглядела холл, отмечая расположение дверей и коридоров. Планировка была простой, но в этой простоте чувствовалась странная симметрия — будто всё здесь выстроено не для удобства, а для наблюдения. Ризуна Анн задержала взгляд на стойке. На ней стоял старый журнал регистрации. Открытый. Но страницы были чистыми. Ни одной записи. Только аккуратные линии для имён — пустые, ожидающие. И в этой пустоте было что-то неприятно осмысленное. Мотель не выглядел живым. Но и полностью заброшенным он тоже не был. Скорее — подготовленным. Как место, которое всё ещё ждёт, что его кто-то снова начнёт использовать.

***

Ризуна Анн всё ещё держала руку на журнале, но теперь уже без напряжения. — Пусто, — сказала она, перелистывая пару страниц. — Похоже, сюда давно никто не заезжал. — Тем лучше, — ответила Аканэ, оглядывая холл. — Значит, никого не придётся выгонять. Ризадо тем временем подошла к стойке и осторожно постучала по деревянной поверхности — больше по привычке, чем из ожидания ответа. Тишина. — Ну… — она пожала плечами. — Администратор явно не спешит. — Или уволился лет десять назад, — усмехнулась Ризуна. Аканэ перегнулась через стойку, заглядывая внутрь. — Ключи на месте. На крючках за стойкой действительно висело несколько аккуратных рядов ключей с металлическими брелоками. Некоторые отсутствовали, но большинство — на месте, покрытые лёгким налётом времени. Она сняла один наугад. — Двенадцатый. Ризадо посмотрела на лестницу. — Второй этаж? — Проверим. Никто не спорил. Решение оказалось слишком простым, чтобы его обсуждать. Они поднялись по лестнице, ступени тихо пружинили под ногами, но не скрипели. Ковёр, хоть и старый, всё ещё держал форму, приглушая шаги. Наверху коридор был почти таким же, как внизу — тот же ковёр, те же панели, только свет чуть холоднее из-за окон в конце. Дверь с номером 12 нашлась быстро. Ризуна вставила ключ и повернула. Замок открылся без сопротивления. — Уже неплохо, — заметила она. Дверь открылась внутрь. Комната встретила их тишиной — обычной, не давящей. Пахло слегка затхло, но не неприятно, скорее просто давно не проветривали. Две кровати, небольшой стол, старый телевизор, шкаф у стены. Окно выходило на дорогу, где уже начинало темнеть. Ризадо прошла внутрь первой, провела рукой по спинке стула. — Пыль есть, но не критично. Аканэ сразу подошла к окну, проверила раму. — Закрывается нормально. Ризуна тем временем села на край кровати, проверяя матрас. — Жёстко… но жить можно. Она откинулась назад, глядя в потолок. — Честно? После сегодняшнего — хоть где. Ризадо кивнула. — Согласна. Аканэ обернулась к ним. — Остаёмся? Пауза длилась всего секунду. — Остаёмся, — сказала Ризуна. — Остаёмся, — повторила Ризадо. Аканэ коротко кивнула, словно ставя точку. — Тогда распределяемся. Проверим остальные комнаты, найдём что-то полезное. И воду. — И еду, если повезёт, — добавила Ризуна, не вставая. — Вставай, — спокойно сказала Аканэ. Ризуна вздохнула, но поднялась. — Да, да… командир. Они вышли обратно в коридор, оставив дверь приоткрытой. Теперь мотель выглядел иначе. Не как странное место. А как временный дом. Просто ещё один пункт на их пути, где можно остановиться, перевести дух и переждать ночь. Коридор второго этажа встретил их тем же спокойствием, только теперь оно ощущалось иначе — не настороженно, а почти уютно. Ризадо первой открыла соседнюю дверь. — Одиннадцатый. Щёлк. Внутри — почти такая же комната, только кровать одна, зато у стены стоял небольшой письменный стол. — Это можно под склад, — сказала она. — Или как рабочее место. Аканэ кивнула, уже мысленно распределяя пространство. — Берём. Ризуна заглянула в ванную. — Вода есть… но холодная. Она открыла кран сильнее, подождала. — Идёт нормально. Чистая, вроде. — Уже хорошо, — ответила Ризадо. — Значит, не придётся бегать с бутылками. Они прошли дальше по коридору, проверяя комнаты одну за другой. Где-то находились старые одеяла, в одной — коробка с забытыми полотенцами, в другой — даже работающий электрический чайник. — Вот это удача, — оживилась Ризуна. — Теперь точно остаёмся. Аканэ чуть улыбнулась, но быстро вернулась к делу. — Сколько у нас пригодных комнат? — Три точно, — ответила Ризадо. — Плюс одна под вещи. — Хватит. Они вернулись в двенадцатый номер уже с найденными мелочами: стопкой полотенец, чайником и парой относительно чистых кружек. Аканэ сразу заняла кровать у окна. — Это моя. — Ты даже не спросила, — заметила Ризадо. — Я быстрее. Анн поставила чайник на стол. — Тогда ты отвечаешь за воду. — Принято, — лениво отозвалась Хэйя. Ризадо занялась окном — приоткрыла его, впуская прохладный вечерний воздух. С улицы доносился слабый шум дороги, редкий и далёкий. Город где-то жил своей жизнью, но сюда она почти не доходила. Ризуна тем временем проверяла розетки. — Электричество нестабильное, но есть, — сказала она. — Свет лучше лишний раз не гонять. — Романтика, — пробормотала Аканэ , наполняя чайник. — Практичность, — спокойно поправила Анн. Постепенно комната начала меняться. Не внешне — а в ощущении. Появились их вещи, голоса, движения. Ризадо аккуратно сложила найденные полотенца в шкаф. Аканэ разложила на столе то немногое, что у них было из запасов. Хэйя поставила чайник и, дождавшись, пока он закипит, разлила воду по кружкам. — Без чая, без кофе… но горячее есть, — сказала она, протягивая кружку Шинкиро. Та кивнула. — Уже неплохо. Они на несколько секунд замолчали. Просто стояли — или сидели — с кружками в руках. Слушали, как тихо работает чайник, как за окном редкая машина проезжает по дороге. Обычные звуки. Нормальные. Ризуна первой нарушила тишину: — Дежурства. Аканэ закатила глаза. — Ну конечно. — На всякий случай, — добавила Анн. — По очереди. Ризадо не возражала. — Я первая. — Тогда я после тебя, — сказала Ризуна. Хэйя вздохнула. — Ладно… я последняя. Но если ничего не случится — вы мне должны завтрак. — Договорились, — коротко ответила Анн. Шинкиро поставила кружку на стол и посмотрела на них. — Знаете… Обе обернулись к ней. Она на секунду задумалась, подбирая слова. — Здесь… нормально. Не «хорошо». Не «безопасно». Но достаточно. Ризуна кивнула. — Да. Аканэ посмотрела на дверь, потом на окно. И тоже согласилась: — Да. Нормально. И в этот вечер этого оказалось достаточно, чтобы остаться.