°Пролог°

Вы когда-нибудь видели, как рождается подснежник? Луковица прорастает сквозь почву, набирается сил, а после, из земли, преодолевая снежные покровы, наружу выбирается очаровательной красоты цветок с белоснежными лепестками и зеленоватым стеблем. Раньше всех. Прекраснее. Идеальнее. Возможно ли можно простить ему такое совершенство? Нельзя сказать наверняка, какое бессчетное количество раз Лэйн задумывалась об этом. О том самом, простом, что было когда-то, да утекло из рук. На месте былой жизни теперь властвуют обязанности хранителя грехов. Ежедневно давать призрачную надежду людям о спасении мира, покинутого Богом. ... "Когда говоришь речь, делай вид, что смотришь в книжку. Так они поймут что в ней есть надежда"... ... "И держи бессмертных у своих ног" ..."Если захочу — избавлюсь от тебя в любой момент"... Если ТЫ захочешь? Да я тебя на куски порву. Сегодняшняя вечерняя служба закончилась раньше положенного, конечно же, упущенная вниманием Донован. В последнее время профессор была довольно занята, проводя больше времени в своём кабинете, видимо, в очередной раз посвящает вечера планам о грядущих проектах, как в старые добрые времена, ибо теперь явился доступ к новым возможностям. Лэйн всматривалась в ненавистные страницы рукописи, пытаясь отчаянно найти хоть фразу из её речи, хоть намёк на мнимое спасение, однако знала, что это было тем единственным, чего никогда не было в книге. Бледная рука потянулась перелистнуть потрепанную страницу, затем, со всей силы спихнула книжонку с аналоя, прикладывая руки к голове. Ненависть сливалась с горячей сталью воедино, разъедая черепную коробку своей оглушительной тишиной. Девица потянулась к шее, судорожно расчесывая ту до крови. Голоса в сознании превращлись в кокофонию, подобно бреду в горячке, мысли не принадлежали людям, их хозяйкой являлась Лэйн. Тонкие, почти скульптурные, но оскверненные багровой жидкостью пальцы, потянулись к пелене на глазах, прочь избавляясь от неё. Лёгкая ткань свалилась на холодный мраморный пол, испачкавшаяся в женской крови. -Лэйн, прекрати! - Негодовал ангел, глаза злились алой краской, а руки схватили женские, заставляя развернуться. Неведомая дымка растворилась перед глазами, открывая взор на белоснежного, практически ледяного, ангела. Где-то около неподвижно наблюдал старший из братьев - Авель, который ранее спохватился упавшей ткани, сейчас, будто затаившийся снежный барс наблюдал не сводя очей, полностью контролируя монолог Каина и его проекцию на хозяйке. -...., - Лэйн аккуратно высвободилась из цепких рук, уходя, бросила взгляд через плечо на обоих. Казалось, капля сожаления читалась в зеленоватых разводах радужки, за все время троим так и не удалось как следует поговорить и разобраться со всеми обязанностями, так неожиданно навалившихся на них, а особенно, их отношениями. Проще было просто избегать. Никто из братьев не смел осуждать свою хозяйку. В первую очередь, конечно же, потому как это все та же их драгоценная, хрупкая Лэйн, пусть и перенесшая некоторые изменения, но все тот же молчаливаый криптограф, с очаровательной, но такой редкой улыбкой. Ведь им всегда хотелось подводить обстоятельства к тому, чтобы каждый раз пухлые губы растягивались в соблазнительной улыбке. А в последнюю, по понятным причинам, хозяйку их жизней.