Chapter 9: For Here or To Go?

День 11 Помни осознает, что уже какое-то время сидит в машине и в полном ступоре пялится в окно, только когда замечает Гэнгл и Зубл, болтающих у входа в Спадси. Она на секунду останавливается, пытаясь привести мысли в порядок. Прошлой ночью Джекс буквально не отлипал от неё. Они лежали на том столе ещё долго после того, как у неё начала сводить спину от неудобной позы, просто держась друг за друга, шепчась, целуясь— Сердце Помни начинает бешено колотиться, и она тянет ворот рабочей рубашки вниз. Так и есть — темный засос прямо у ключицы. И то, что он остался, приводит Помни в такое смущение, что её бросает в жар. Она снова натягивает воротник и делает глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Может, это глупо, но из-за засоса всё кажется таким… официальным. Она слышит, как захлопывается дверца машины, поднимает взгляд и видит Джекса — он потягивается, будто пытается размять бок, и выглядит довольно раздраженным. Но потом он поворачивается к Помни и улыбается так широко, что она решает: да нет, с ним всё в порядке. Она выходит из машины, не в силах сдержать улыбку. — Хей, мелкая, — приветствует Джекс, подходя и кладя ладонь ей на макушку. Он тут же начинает надавливать, будто пытается вдавить Помни в землю. — Ай! Ты что—?! — Вот что ты по-лу-ча-а-а-ешь, — тянет Джекс и сжимает руку в кулак, болезненно втирая его ей в голову. — Хва-а-атит! — жалуется Помни, чувствуя странную лёгкость в груди. Джекс наконец отстаёт и наклоняется к ней, ухмыляясь. — Ну и…? — Ну и? — от его выжидающего взгляда Помни чувствует себя так, будто стоит на сцене и с треском проигрывает в «Jeopardy». — Ну и что? Джекс фыркает и закатывает глаза, потом понижает голос: — Засос, очевидно. Он всё ещё там? Помни краснеет и кивает. — Дай посмотреть. Прежде чем она успевает возразить, Джекс уже оттягивает ворот ее рубашки. Он замирает, выражение лица на секунду становится пустым. — Бл%#&— говорит он. — Это… горячо. Помни согласна. Говорить она не решается, поэтому просто кивает. — Ха! — усмехается Джекс. — Да? Тебе тоже так кажется, ПомПом? Но тут в двери уже высовывается Орбсман и орёт на них: — А ну быстро внутрь и за работу! Живо! Колени к груди, колени к груди! — Тц, — Джекс закатывает глаза с преувеличенным раздражением, и Помни успокаивающе хлопает его по руке. Он тут же собственнически перехватывает её ладонь, и они направляются к Спадси. — Я с этим местом закончил, Пом. Всё. — Я тоже, — вздыхает Помни. — Нет, я серьезно, — настаивает Джекс. — Всё. Пора нам что-то придумать. — О…? Типа что? — Не волнуйся, — уверяет он, когда они подходят ко входу. — Я разберусь. Помни замечает, как Джекс откровенно пялится на Рагату, когда они заходят. Честно говоря, эти двое её сейчас беспокоят больше, чем сама кафешка. Но, расставляя всё на кухне, она не может не пожелать, чтобы это место просто взяло и взорвалось.

***

Работа сегодня идет легче. Сначала Помни думает, что просто у неё очень хорошее настроение, но потом до неё доходит: дело в том, что Рагата наконец-то тоже работает. Всё это время она только и делала, что лила соусы — Помни почти в этом уверена, — а теперь она стоит на кассе, и всё вдруг начинает идти куда более гладко. Это приятно. Пока постепенно это не перестаёт быть приятным и не начинает странно напрягать. Помни замечает, как мимо проходит Орбсман, и решает воспользоваться тем авторитетом, который дают хлипкие правила, придуманные Кейном. — Я на свой десятиминутный, — говорит она, кладёт лопатку и просто уходит. — Но бургеры! — вопит Орбсман, спеша мимо неё спасать котлеты, которые она бросила. Помни плевать. Ее парень вылизывал её вчера вечером. Она идёт в служебную зону и, открыв дверь, получает удар солнечного света — и видит… — О, привет, Помни, — говорит Зубл. Они стоят с Гэнгл, просто болтают, стараясь держаться как можно дальше от мусорного бака. — О неееет, — тянет Помни. — Я могу взять перерыв позже. — Чего? Нет, — Зубл качает головой. — Давай, Помни, прогуляй работу с нами. — Но… — тянет Помни. — На зале же только Джекс и Рагата. Гэнгл пожимает плечами и с неожиданной уверенностью говорит: — Помнишь, как там были только я и Рагата? Да пофиг на них, разберутся. Зубл кивает: — Это всё равно не по-настоящему. Если нас отправят на тренинг — отправят всех вместе. Давай, Помни. Мысль о обучении заставляет её вздрогнуть, но Помни подходит к ним с маленькой улыбкой. — Ладно. Зубл хлопает Помни по спине — грубовато, но по-дружески. Это ощущается как товарищество и немного радует Помни. Как минимум можно сказать, что они сблизились в Спадси, прежде чем окончательно слететь с катушек. — Орбсман сегодня какой-то особенно блестящий, — говорит Гэнгл тихим, тревожным голосом. — Это мерзко. Мне кажется, он отполировал свои шары. — Не… не говори так, — натянуто отвечает Зубл. Помни морщится: — Я… Но прежде чем она успевает что-то сказать, дверь в служебку распахивается, и все напрягаются. — О, какого ху%#&! Теперь понятно, почему всё было раз в десять хуже! Орбсман орет на меня, чтобы я вставал к грилю, пока вы тут прячетесь, как крысы! Джекс выходит к ним, уже доставая пачку сигарет Орбсмана. — Это что за фигня?! — рявкает он. — Хотели оставить меня и старую Тряпичную абстрагироваться в этом аду?! Он смотрит на Помни, и его злость превращается в ухмылку. — Хей, Пом. Он хватает оба её бубенчика одной рукой и резко дёргает. — А-а-а!! — вскрикивает Помни, едва не падая. — Прекрати! — Вот это не то, что ты говорила вчера ночью, — заявляет Джекс так, чтобы остальные всё поняли, и Помни чувствует, как у нее краснеет лицо. — О боже, — говорит Зубл. — О боже! — вскрикивает Помни. — Хватит! — Опять же, не то, что ты говорила вчера но— — начинает Джекс, но Зубл перебивает его. — Часть умения удерживать девушку — это не доводить её до абстракции публичным унижением. — Эй! — рявкает Джекс, отпуская Помни и прикуривая сигарету. — Убери слова «Помни» и «абстракция» из одного предложения, или я тебя так переставлю, что сам Кейн вздрогнет. Он протягивает сигарету Помни и тут же поджигает себе ещё одну. Похоже, эту он хочет целиком себе. Зубл смотрит на него с явным осуждением и спустя паузу спрашивает: — Помни, можно Гэнгл эту сигарету? — Э-э… да, — говорит Помни. — Э-э… нет?! — одновременно говорит Джекс. Они переглядываются. Потом Помни отдаёт сигарету Гэнгл, которая осторожно берет её концами своих крайне воспламеняемых лент. — Но… я не курю. — Мне всё равно, — отвечает Зубл. — Я не могу, так что ты будешь курить за меня. — Что?! — возмущается Джекс. — Я на это не подписывался, когда их покупал! Он их не покупал. Все его игнорируют. Гэнгл хмурится, делает маленькую затяжку, морщится и закашливается, выпуская дым. Из-под маски текут слёзы. — Это отвратительно. Зубл смотрит на неё странно: — А разве ты раньше… не курила? — Я курила траву, а не сигареты. И это было очень-очень давно, — печально отвечает Гэнгл и делает ещё одну затяжку. Наступает короткая тишина — по тем вещам, которых больше нет. — Боже, как я скучаю по своему бонгу, — вздыхает Зубл. — А я по своей PS4, — с искренней тоской говорит Джекс. Это слишком жизненно. — Сейчас уже PS5, — говорит Помни, беря сигарету Джекса, когда он предлагает. Она вдыхает немного дыма. — Ууух, это еба%#& бред! — стонет Джекс, закрывая лицо руками. — Наверняка летает идеально! — Так и есть, — подтверждает Помни, и Джекс выглядывает сквозь пальцы и бросает на нее сердитый взгляд. — Так, — меняет тему Джекс. — Рагата сейчас одна там на кассе? — А как ты думаешь? — отвечает Зубл. — Кайф, — ухмыляется Джекс. Гэнгл снова кашляет. — Да, — говорит она. — Рагата может выйти сюда и потусить. Мне всё равно, если нас отправят на тренинг. Или уволят. — Ммммм, — тянет Джекс, щёлкая зажигалкой, будто собирается всё поджечь. — Огонь, значит? — Но… — нервно говорит Гэнгл. — А где вообще Орбсман? — Ну… может, с женой ругается, — предполагает Помни, возвращая сигарету Джексу. —У него есть жена?! — говорят все хором. Дверь распахивается, и все оборачиваются, ожидая Орбсмана, но видят— — О… — тихо говорит Рагата, выглядит измотанной. Она нервно смеется. — Мы все… э-э… тусуемся тут? Меня исключили?.. Помни улыбается ей: — Иди с нами покури. Рагата отвечает улыбкой и делает шаг вперёд. — Мммммм. Джекс недовольно гудит и щелкает сигаретой в сторону Рагаты. Та отскакивает, чтобы не поджечь одежду. Джекс ухмыляется: — Спорю, ты вспыхнешь как карточный домик. — Ты тоже, — парирует Зубл. — Не говори мне такие вещи, — защищается Джекс. Помни задумывается, сколько всего эти трое обсуждали между собой. — Ладно, я сваливаю, — бурчит Джекс. — Увидимся, Пом. Он уходит обратно в Спадси, ссутулившись и засунув руки в карманы. Дверь за ним плотно закрывается. Вот чёрт… — Значит, — говорит Рагата, — ему проще быть там, чем прогуливать, если я здесь. — Не зацикливайся, — говорит Зубл. — Он этого не заслуживает. Но Рагата всё равно грустно смотрит на дверь. — У тебя уже были странные клиенты? — спрашивает Гэнгл, отвлекая её. Лицо Рагаты тут же светлеет: — О, да! Второй NPC был просто нечто… Пока Рагата рассказывает, Помни смотрит на всех троих и чувствует теплую волну привязанности. Ей только жаль, что Джекса нет рядом. Какое-то время они прогуливают, курят и болтают, но затем к Помни подкрадывается тревога. Орбсман всё ещё слишком рад наказывать их за любую мелочь. — Ребята, — говорит она. — Нам, наверное, пора вернуться. — Вот, возьми еще пару минут и докури это, — говорит Гэнгл, отдавая Рагате почти догоревшую сигарету. Там почти ничего не осталось — даже немного грубо, — но Рагата выглядит довольной и берёт её ооочень осторожно. Зубл вздыхает напоследок: — Да, наслаждайся. — Скоро увидимся! — машет Рагата. Они заходят внутрь. Помни задерживается, чтобы улыбнуться Рагате — как ей кажется, ободряюще. Рагата улыбается в ответ, но улыбка гаснет, когда дверь закрывается. Их взгляды встречаются в последний раз.

***

Джекс развалился на одном из кресел в комнате отдыха, опустив визор на глаза. Они сухие и уставшие. Напряжение от работы в Спадси начинает его накрывать, и он прогоняет это воспоминанием о том, как Помни сильнее давила ему на голову, постанывая его имя. Как драгоценен был ее смех, когда он целовал её бёдра. Её взгляд, тяжёлый от нежности — Джексу казалось, он мог в нём утонуть. Слышны шаги. Он вздыхает. Слишком тяжёлые, чтобы это была Помни — значит, неинтересно. Он решает просто игнорировать. Шаги останавливаются. Тишина. У него зудят лопатки — инстинктивная настороженность. — Эм… Джекс? Это Рагата, и его раздражение мгновенно вспыхивает яростью. — Чё тебе? — резко бросает он, не открывая глаз. — Я… хочу поговорить о том, что сказала, — нервно начинает она. У него закипает кровь. Он резко поднимает визор и сверлит её взглядом: — Я сказал, мне неинтересно. Он видит, как ей больно, и радуется этому. — Джекс, пожалуйста. Просто дай— — НЕТ! — огрызается он, вскакивая. — А теперь убирайся с дороги, или я тебя снесу! Он идёт на неё, как поезд, но хотя Рагата вздрагивает, она поднимает руки. — Пожалуйста, просто— — она замолкает, тяжело вздыхает. — Просто послушай. Ты не обязан принимать это, я просто хочу, чтобы ты… услышал. Что-то внутри Джекса ослабевает. Он скрещивает руки. — Ладно. Говори. — Прости, что я сказала, будто ненавижу тебя, в первый день здесь. Джекс закатывает глаза: — Да не врешь ты. Всё? Закончила? Он делает шаг, и Рагата смотрит на него: — Я знаю, между нами всё сложно. Но это не значит, что я должна была так говорить. Он замирает, грудь сжимается, злость становится защитной. — Как будто мне не плевать. — Прости, что сказала, что ты не заслуживаешь Помни. У него перехватывает дыхание, и он отступает. — Мне плевать, что ты думаешь! — рявкает он. — Ты тут всё время жрёшь тупой соус, как на весенних каникулах, и выставляешь себя идиоткой! Рагата вздрагивает, обнимая себя. — Ты когда-нибудь устаешь быть собой? Вопрос повисает в воздухе и бьет Джекса в самое нутро. Он не знает, что ответить, и вместо этого вспоминает слова Помни: — Здесь всем тяжело. Кто вообще хорошо себя чувствует? Рагата удивленно смотрит, потом кивает: — Да… правда. Джекс трёт лицо и устало говорит: — Забей, Рэгс. — Правда?.. — она не верит. — Но если ты ещё раз попробуешь подкатить к Помни, — резко добавляет он, — клянусь Кейном, я тебя убью. Рагата напрягается и отступает: — Я и не собиралась. — Отлично. Так и оставь. Ладно, бывай. Он уходит, будто у него не звенит в ушах. Джекс идёт к выходу покурить, но оказывается в морозилке, вдыхая холодный воздух. Плевать. Кого это вообще волнует. Точно не Джекса.

***

Помни уже несколько часов стоит на кассе, когда усталость наконец накрывает её по-настоящему. Это всё ещё обеденный наплыв? Или уже ужин? Да какая разница — она готова закончить. Закончить эту смену. Закончить это приключение. Закончить со Спадси. — Я не хочуууу… — слышит она собственный стон себе под нос, когда к стойке подходит очередной NPC. И тут, к её полному потрясению, NPC разворачивается… и просто выходит из кафе. — О… ке-е-ей. — Помни даже не знает, что на это сказать. Странно, но разве тут что-то не странно? По крайней мере, головы-ангела нет. Помни закрывает глаза и даёт себе секунду просто подумать. Как бы хорошо ни было с Джексом, как бы близко она ни чувствовала себя со всеми, ей всё равно приходится задаваться вопросом: сколько они вообще смогут это выдерживать. Спадси всё больше ощущается как окопы на войне. Если кто-то из них реально сорвется… что если— Помни открывает глаза, чтобы не додумывать мысль. И тут натыкается взглядом на Гаммигу, который просто стоит перед ней с каким-то странным выражением лица. — Ты… эм… — говорит он. — Ты в порядке? Помни так ошарашена, что почти сваливается со своей коробки. Гаммигу сегодня вообще не было видно, и когда её поставили на кассу, она про него всерьёз забыла. — Ой, нет! — быстро говорит она. — Прости, я… спала. — …спала, — Гаммигу продолжает на нее пялиться. — Д-да-а-а, — Помни косится в никуда. — Ну… тогда мне большой номер один с собой. Помни механически пробивает заказ. В груди появляется смутное чувство утраты. Боль — как от старой раны, которая уже затянулась корочкой, но по ней снова задели. Ей всё ещё грустно из-за Гаммигу, но… Помни поднимает на него взгляд, и их глаза встречаются. Что-то в этом ощущении в груди звучит как окончательность. Она уверена, что это не последний раз, когда она видит Гаммигу, но… …и это нормально. Гаммигу смотрит на неё странно. — Всё нормально? Помни не отвечает. Это просто часть ее жизни здесь. В Цирке. В Спадси. А Гаммигу — NPC. Помни думает обо всех здесь. О тех, кто ей дорог. Она думает о Джексе. Что-то в груди отпускает. — Ваш заказ будет готов через минуту, я скажу, когда— Гэнгл выныривает сбоку, вся взъерошенная, и шлепает пакет на стойку. — Мне надо делать новые фри! — вопит она и убегает дальше. Орбсман, должно быть, опять разгоняется в своем трипе власти. Гаммигу открывает рот, будто собирается что-то сказать, но Помни уже протягивает ему пакет. — Вот, пожалуйста! — Эм… — Гаммигу берёт его и кивает. — Спасибо. Их взгляды снова встречаются, и Помни кажется, что он пытается что-то понять. Она улыбается. — Прощай, Гаммигу. Его лицо проходит путь от растерянности к тревоге и обратно, когда он слышит своё имя. Он неловко кивает и приподнимает шляпу. — Всего доброго, мисс. Он уходит. Его больше нет. — Я ненавижу этого парня, — внезапно раздаётся голос Джекса за её спиной. Помни подпрыгивает и чуть не падает со своей коробки. Сколько он вообще тут стоит?! Она оборачивается. Джекс выглядит так, будто вот-вот надуется. Чёрт. Он такой чувствительный. Но, учитывая прошлые реакции Помни… она понимает его. Помни улыбается и поворачивается, подтягиваясь и садясь на край стойки. — Разве нам не запрещено ненавидеть клиентов на смене? — говорит она. — Тебя уволят. Она болтает ногой и слегка пинает его. Джекс фыркает, и она видит, как он всё равно ухмыляется. Он подходит ближе и смотрит на неё сверху вниз. — О-о-о-о нет, Помни, что же я буду делать? Только не мою блистательную карьеру в Спадси. Они оба смеются, и это делает его лицо ещё светлее. Он тянется и убирает прядь её волос. — А ты? Очень профессионально — сидеть перед клиентами. Еда от этого, между прочим, хуже на вкус, — дразнит он с откровенным восторгом от того, что она нарушает правила. — Пф, — Помни снова пинает его. — Да пошли они на%#&. Джекс хихикает, и у Помни трепещет сердце. Она откидывает голову и стонет. — Я так устала сегодня… — Да, вот именно такой настрой и нужен! — восклицает Джекс, хватая её за щиколотку. — Мы тут сколько, миллиард лет? Я больше не собираюсь это терпеть! Ты меня слышишь?! НЕ СОБИРАЮСЬ! — орёт он в сторону NPC, размахивая кулаком. NPC его игнорируют, но он снова смотрит на Помни. — Мне надоело быть хорошим, и если Кейн попробует нас наказать, я считаю, мы должны его убить и съесть. Я, короче, готовлю план. Распространи инфу — после работы всем к моей машине, я изложу мастер-план. — О? — брови Помни взлетают. А потом она поддается импульсу и делает серьёзное лицо. — Я всё расскажу Орбсману. Она вырывается из его хватки и идёт мимо. — Эй!! Мне нужен менеджер, ср— Джекс в панике зажимает ей рот ладонью. Они просто смотрят друг на друга. Помни видит момент, когда до него доходит шутка. — Помни, ты ёб%#& паразит, — рычит он. — Я тебя сейчас на гриль брошу. Котлеты в форме шута. Помни смотрит на него совершенно серьёзно… и облизывает ему ладонь. Джекс фыркает и снова смеётся, слегка тряся её за лицо. — Фу! Он отпускает её, но тут же притягивает обратно к себе. — Ты реально устала. Посмотри на себя — клоунишься. И звучит он довольным. — Дай я тебе потом еще один засос поставлю, — заявляет Джекс без тени стыда. Помни прижимается к нему. — Окей-доки. — Вот. Так и надо уважать меня, — он сжимает её, покачивая. — Ты такая милая, что мне хочется творить насилие. — Надеюсь, ты не станешь творить насилие здесь, — говорит Помни. — А то придётся всех эвакуировать. — Ты играешь с огнём, Помни, — мрачно говорит Джекс. — Я сейчас реально устрою сцену. Я Орбсмана уже два часа не видел, а когда кота нет— Он отходит и ставит ногу на стойку. А потом перепрыгивает ее, разъезжаясь по полу и оря: — Так, все, ЭВАКУИРУЙТЕ здесь всех,потому что я вас всех ненавижу! Помни в шоке. Им вообще уже плевать на тренинг? Они просто окончательно сходят с ума? А потом она понимает… Нет. Им просто надоело играть по правилам. И, если честно, угроза очередного божественного наказания от зубастого бога уже порядком приелась. Что может быть хуже этого? Хотя откровенный бунт настораживает. Шутки шутками, но с самоконтролем у Джекса беда. — Эм, Джекс, может, сбав— Её обрывает голос Орбсмана. Он врывается в зал с особенно уродливым оранжевым галстуком, наполовину развязанным и закинутым на плечо. Он всегда так ходил? Помни искренне не помнит. — КАКОГО ЧЁРТА ТУТ ПРОИСХОДИТ?! Я ВЁЛ ОЧЕНЬ ВАЖНЫЙ ТЕЛЕФОННЫЙ РАЗГОВОР С МОЕЙ ЖЕНОЙ! Помни смотрит на Джекса. Джекс смотрит на Помни. Он пожимает плечами. Она пожимает плечами в ответ. — А, это… был расстроенный клиент, — мямлит Помни. — Не на нас. Он… уронил… урну… своего… отца. Все смотрят друг на друга. Джекс изо всех сил пытается не заржать. Орбсман ведётся. — КТО БЫ ОН НИ БЫЛ, ОН ОТНЯЛ У МЕНЯ СЛИШКОМ МНОГО ВРЕМЕНИ! Я ЗАНИМАЛСЯ ОЧЕНЬ ВАЖНОЙ БУМАЖНОЙ РАБОТОЙ! — орёт он, хотя минуту назад признался, что говорил с женой. — ЧЕРТ ЕГО ПОБЕРИ! В АД ЕГО! Он уходит, едва не сшибая Гэнгл у фритюрницы. Та сердито смотрит ему вслед. Джекс фыркает, а Помни не удерживается и нервно смеётся. — Да, — говорит Джекс. — После завтра Спадси не взлетит. Помни ужасно любопытно, но она даёт ему сохранить интригу. Он опирается на стойку напротив неё, скрещивает руки и смотрит с ухмылкой. — Ну? — Ну что? — Помни готовится к очередной фигне. — Ты заказ принимать собираешься? А, он опять разыгрывает сценку. — Вообще-то мы на забастовке, — ровно отвечает она. Глаза Джекса сужаются от удовольствия. Он с грохотом бьёт кулаком по стойке. — Это возмутительно! Я требую поговорить с менеджером! — Ты его только что упустил. Сердце Помни теплеет, когда ухмылка Джекса становится шире. Она улыбается. — Ты сегодня в очень хорошем настроении, да? — Правда? — он удивляется. — Хм. Наверное. На секунду его это даже раздражает. — Рагата заставила меня выслушать её тупые извинения. О. О, он выслушал? Улыбка Помни становится шире, но она сдерживает её, чтобы не задеть его самолюбие. — И как прошло? Джекс пожимает плечами, закатывая глаза, но рот у него мягкий. — Нормально. В основном она сама себя мучает. Но она извинилась за то, что сказала, будто я тебя не заслуживаю, так что… Он снова пожимает плечами, явно смущенный. — В этот раз не буду ее трогать. Помни сохраняет нейтральное лицо и кивает. — Крутяк. Слава богу. Она так из-за этого переживала. Груз с плеч тут же приводит Помни к одной конкретной мысли… о сексе с ним. Она оставляет её при себе, но прикусывает губу, скрывая улыбку. — «Крутяк», значит? — ворчит Джекс. — И это всё? — Я правда рада, что вы помирились— — Тсс! Нет-нет-нет, плохая Помни, — строго говорит Джекс, прикладывая палец к её губам. Она целует его. — Слушай, ты, — предупреждает он, краснея. — Я слушаю, — спокойно отвечает Помни. Джекс хмурится, румянец усиливается, он резко выпрямляется. — Ну— И тут его слова заглушает королева Глойнков, проламывающая стену здания. — МОИ ДЕТИ ТРЕБУЮТ ПИЩИ! Помни едва не сдувает этим ревом. Пара глойнков запрыгивает на стойку и пялится на неё. — Сию… секунду, — смеётся Помни, наугад вбивая цифры. — Ну что ж! — говорит Джекс, разворачиваясь. — Это мой сигнал сваливать! Рыцарь в сияющих доспехах. Помни обслуживает шумную NPC-королеву и её многочисленное потомство. Она начинает кидать завернутые бургеры глойнкам, которые собрались у стойки как голуби. Они… вроде милые. Но ещё она их ненавидит. В какой-то момент выходит Рагата и присоединяется к игре с глойнками. Они с Помни обмениваются облегчённой улыбкой. Помни рада за неё. Смена заканчивается, и Помни кажется, что на душе — как в пятницу.

***

— Это вообще не так, как в том ёб%#& фильме было, — с раздражением отрицает Зубл. — Так и было, — Джекс, кажется, спорит просто ради спора. — Я помню это как вчера. Как свои пять пальцев. Джекс и Помни сидят на капоте машины Джекса. Зубл подогнала свою машину напротив и сидит на собственном капоте. Они убивают время, ожидая, пока Рагата и Гэнгл закончат закрытие. Рука Джекса небрежно перекинута через плечи Помни, и когда в сумеречном небе начинают появляться звезды, она не может не думать о том, как всё это почти кажется нормальным. От этого сердце немного сжимается — тоскливо, по-домашнему. Но Джекс тёплый рядом с ней. — Слушай, если ты просто пытаешься меня выбесить, то я всё, — бурчит Зубл. — Я больше не обсуждаю это. — Но это же наши глубокие, философские размышления, Зубс, — с притворным ужасом тянет Джекс, заставляя Зубл закатить глаза. — Ладно, да. Мне норм. — Ее взгляд смещается к Помни. — Как у тебя день прошёл? Помни не успевает ответить — раздаётся громкий грохот. Она поворачивает голову и видит, как Орбсман вылетает через стеклянную входную дверь и в ярости марширует к своей машине. — КТО-ТО РАЗБИЛ ЧЁРТОВУ ДВЕРЬ! Все таращатся, как он запрыгивает в машину и с визгом срывается с парковки. — О боже, — доносится голос Гэнгл. — Тут столько стекла! Она и Рагата пробираются через усыпанный осколками вход в Спадси, суетясь и охая, хотя Помни замечает, что никто из них даже не думает выходить через черный ход. Все собираются у машин и неловко переглядываются. — Мне одной кажется, или Орбсман стал каким-то… — Рагата замолкает, подбирая слово. — Злодей еба%#&! — заявляет Джекс, мгновенно переходя в режим агитации. — Этот ублюдок распробовал власть, и нам пора дать отпор! Помни немного удивляет, что первой интерес проявляет именно Зубл. — Звучит классно и всё такое, — говорит она, — но как именно ты собираешься это делать? — Не я один, — Джекс подмигивает, кладя руку себе на грудь. — Это будет командная работа. — А нас не накажут за ответку? — нервно спрашивает Рагата. — Да плевать! — отмахивается Джекс. — Если мы не поднимем бунт, мы застрянем в этом тупом цикле, пока все не абстрагируемся! Он балансирует на капоте своей машины, стоя на нём, и тычет пальцем в Помни. — Тебя это не зае%#&?! — требует он ответа. Их взгляды встречаются. Помни смотрит на него серьёзно и кивает. — Зае%#&, — соглашается она. Напряжение висит в воздухе. И тут неожиданно подаёт голос Гэнгл. — Меня тоже, — говорит она. — Орбсман уже даже не пассивно-агрессивный. Раньше я возвращалась из туалета после уборки, а он выскочил и заорал. Она тихо всхлипывает, вспоминая. — Это было… очень страшно. — Это уже клиника, — встревоженно говорит Зубл. Джекс запрокидывает голову и смеется, за что получает несколько злобных взглядов. Потом снова опускает её и продолжает, будто ничего не было: — Вот именно! Он нас терроризирует! Тебя это тоже не достало, Зубл? Зубл сужает глаза, будто ей противно соглашаться с ним хоть в чём-то. Наконец она кивает, пока Гэнгл забирается на капот рядом с ними. — Да, мой лимит терпения к этому дерьму давно превышен. — Правильно! — Джекс тут же тычет пальцем в сторону Рагаты, и та слегка сжимается. Он смотрит ей в глаза. — Тебе разве не хочется просто сорваться? Рагата слишком ошарашена, чтобы сразу ответить. Она моргает… а потом кивает. — Знаешь что? Да. Очень хочется! — Вот это настрой! — орёт Джекс. — Слушайте сюда, народ, потому что у меня есть план. Завтра мы союз организуем! Он делает паузу, давая словам повиснуть в воздухе, а потом начинает разгоняться. — На%#& клиентов! Ты у меня что-то попросил? Во фритюрницу. — Ой, я пролил напиток? Во фритюрницу. — Можно салфетку? Во фритюрницу. Все пялятся на Джекса, а он продолжает, уносясь в собственном экстазе. — Можно картошку? ФРИТЮРНИЦА. — Джекс, — говорит Зубл. — Картошка вот тут! — орёт Джекс. — ДЖЕКС! — рявкает Зубл. — Ты можешь просто рассказать план?! Джекс ухмыляется, явно наслаждаясь вниманием. Он соскальзывает обратно рядом с Помни и наклоняется к ней заговорщически. — Короче. Вот что мы сделаем.

***

— Ты уверен, что мы уже достаточно далеко? — с сомнением говорит Помни, глядя в окно машины на бесконечные ряды пригородных домов. — Конечно, достаточно, — нетерпеливо отзывается Джекс. Они проезжают мимо дома с огромными, безвкусными надувными украшениями. Один из них — гигантская тыква с лицом — выглядит пугающе живой. Она подмигивает Помни, и та инстинктивно вжимается в сиденье. — Давай ещё чуть дальше, — просит она. — Ууууух, если дальше — день, блядь, перезапустится! — предупреждает Джекс. — Давай, Помни, нам надо трахнуться до великой битвы! — Оо, ну конечно, — Помни закатывает глаза. — С такими сладкими речами удивительно, что одежда сама с меня не слетает. — Я о том и говорю, — бурчит Джекс, раздраженно оглядываясь, сворачивая за угол. — Возбуждайся, Помни! Помни смеётся. Джекс — абсолютно ненормальный. Они въезжают на улицу, где дома выглядят как клоны друг друга — одинаковые фасады, одинаковые крошечные кусты на газонах. Джекс хмурится. — Вот это тебе подойдет? — Да— Слово едва успевает сорваться с губ Помни, как Джекс резко уводит руль в сторону. Машину заносит, и она почти бьётся головой о стекло. Он паркуется перед одним из домов и выжидающе смотрит на неё. — А что это за взгляд? — невинно спрашивает Помни. — Жду, когда ты бросишься на меня в приступе отчаянной страсти, очевидно, — дразнит Джекс, тянется и тыкает ее пальцем в лоб. Наклоняется ближе. — Давай. Можешь быть честной. Тут только я. Помни смеётся. Потом наклоняется и легко, нежно целует его в губы. Отстраняется и смотрит серьезно. — Скажи, если будет слишком, ладно? — Чего? — Джекс выглядит сбитым с толку. — Разве это не моя реплика? — Ну… — Помни мнется. — Это же ты не хотел, чтобы я трогала твоё— — А. — Да— Они смотрят друг на друга. Помни склоняет голову набок. — Я просто не хочу, чтобы тебе было некомфортно, — тихо говорит она. Джекс смотрит на неё так, будто решает, в каком он сегодня настроении. Он явно смущен, но в итоге закатывает глаза. — Да пофиг. Всё будет нормально, если ты не будешь пялиться на меня, как на уродство природы. — А зачем мне это? — Помни смеётся. — Мы и так выглядим странно. Я не собираюсь тебя осуждать, обещаю. — Я тебе это припомню, — говорит Джекс настолько серьёзно, что она снова хихикает. Он цокает языком, но наклоняется и целует её, пока она смеётся. Помни тянется, обхватывает его лицо ладонями и отвечает на поцелуй, тихо выдыхая. Живот приятно сжимается. Боже, как же ей нравится Джекс. Она очень хочет это показать. — Джекс, давай— — Тсс, — перебивает он между поцелуями. — Целуй меня, хитрая соблазнительница. Помни фыркает, и Джекс отстраняется, бросая на нее раздраженный взгляд. — Только попробуй засмеяться. Я тебе сейчас дам повод. — Что это вообще значит? — она продолжает хихикать. — Пошли на заднее сиденье. — Как пожелаешь. Я знаю, как сильно ты меня хочешь, — самодовольно заявляет Джекс. И тут, как какое-то кошмарное существо, он начинает перелезать через сиденья назад. Помни трясет головой, не в силах остановить смех. Она чувствует себя так, будто наелась идиотского соуса. — Я же говорил, — бросает Джекс, хватает Помни и начинает тащить её за собой на заднее сиденье. Выйти и пересесть было бы куда проще, думает Помни, но кто она такая, чтобы спорить с безумцем. На мгновение у неё кружится голова — и вот она неловко приземляется Джексу на колени. Места мало, но Джекса это совершенно не волнует — он тут же начинает целовать её. Помни отвечает, обвивает руками его шею. Она устраивается так, что её ноги оказываются по обе стороны его бедер, и с лёгким удивлением ощущает знакомую, теплую тяжесть между ног. Не то чтобы ей это не нравилось. Просто… Я не могу дождаться. Помни прикусывает губу Джекса, прижимаясь к нему бёдрами. Джекс издаёт тихий, довольный звук, и Помни чувствует его вибрацией в поцелуе. Его руки лениво обвивают её талию, притягивая ближе. Осознание того, что он так же сильно хочет ее, лишь разжигает искру. Они целуются долго — до жара, до нехватки воздуха, пока не вынуждены отстраниться, чтобы перевести дыхание… а потом снова тянутся друг к другу. Тянущая боль в теле Помни перерастает в острую, сладкую потребность. Она тихо всхлипывает в поцелуй, и Джекс стонет, сжимая ее бедра и притягивая их к себе. Они оба выдыхают громко, почти синхронно. Это чертовски приятно. И ещё один, смущенный, горячий трепет пробегает по Помни, когда она понимает, что чувствует, как Джекс твердеет. Это так горячо. Помни начинает отстраняться, но Джекс тянет её обратно, впиваясь в поцелуй и засасывая нижнюю губу. Помни игриво отвечает, шепча прямо в поцелуй. — Джекс… — стонет она ему в губы. — Мм? — отзывается он рассеянно, почти потерявшись в поцелуе. Помни улыбается, всё ещё касаясь его губ, и берет его руки, направляя под свою рубашку, вверх по бокам. Дальше Джекс берёт инициативу — начинает жадно лапать её. Помни тянется назад, чтобы расстегнуть лифчик, но смысла уже нет: Джекс стонет, когда его ладони находят её грудь, проскальзывая под лифчик и сжимая её крепко, уверенно. — Ах! — выдыхает Помни, выгибаясь навстречу прикосновению. — Мм, Пом… — стонет Джекс, снова целуя её, продолжая ласкать. Его большой палец скользит по соску, снова и снова, пока у неё не срывается тихий всхлип. Джекс тут же принимается за второй, доводя её до извивающегося состояния у себя на коленях. — Ты такая сексуальная, — выдыхает он. Глаза Джекса встречаются с её — горячие, потемневшие. Он тянет за край её рубашки. — Можно снять? Помни быстро кивает, выдыхая: — Да. Джекс стаскивает её так поспешно, что ткань запутывается в шапке и застревает на колокольчике. — Ты можешь… перестать?! — Помни дергается. Джекс фыркает от смеха. — Это твоя дурацкая большая шапка мешает. Сейчас, дай— — Хватит! — Помни шлёпает его по руке, пытаясь выпутаться. Джекс смеётся ещё громче, притягивает её к себе и крепко обнимает. — Ты така-а-ая милая. — Ты в курсе, что я все еще застряла? — бурчит Помни. — Я прямо сейчас застряла. Джекс тянет за ее колокольчик. — Я пытаюсь тебе помочь. — Ты врёшь, — парирует Помни. Но в итоге он всё же освобождает её. — Снимай лифчик, — говорит он. — Чего— ты даже не попробуешь сам? — её брови взлетают вверх. — Нет. Я не умею. Сделай это за меня. Помни фыркает, расстегивает лифчик, стягивает его с плеч и бросает рядом на сиденье. Джекс тут же накрывает её грудь ладонями, сжимая их вместе. А потом зарывается лицом в неё, елозя щекой туда-сюда. — О боже-е-е, — стонет он. — Они все мои. — Эй, — смеётся Помни, даже не пытаясь злиться. — Ты реально больной. — Всё верно, я маньяк! — Джекс снова утыкается в её грудь. Потом поднимает взгляд — глаза темные, глубокие, такие, в которых легко утонуть. — Твой маньяк. Он склоняется и начинает целовать внутренний изгиб её груди. Слегка прикусывает — Помни тихо ахает, её бёдра дёргаются навстречу. — О-о, это так горячо, Пом, — бормочет Джекс, продолжая покрывать ее кожу поцелуями, проводя ртом по соску и возвращаясь обратно. Он начинает сосать с настойчивой силой, и Помни снова извивается. Когда Джекс отстраняется, он довольно мычит, глядя на оставленный на боку ее груди засос. Атмосфера становится тяжелой. От обстоятельств. От усталости. От желания друг друга. Их взгляды встречаются, и по Помни проходит резкий импульс. Джекс снова склоняется, его язык скользит по её соску — Помни откидывает голову, губы приоткрываются, когда она выгибается навстречу и немного неуверенно притирается к его эрекции. Я хочу почувствовать это. Помни тянется вниз и начинает расстёгивать пуговицу своих штанов. Джекс отстраняется ровно настолько, чтобы увидеть это, и резко шипит: — Блядь, это тоже горячо. Помни выдыхает смешок, сдвигается, стягивает брюки и неловко сбрасывает обувь. — Эм… — бормочет она, притягивая Джекса ближе к груди. — Ты хочешь…? Это уже достаточно? Я не тороплюсь? Просто… я очень хочу с ним секса. Румянец на лице Джекса умилительный — но она оставляет эту мысль при себе. Он утыкается в неё, скользит рукой по её бедру и сжимает. — Ты хочешь это сделать? Помни дрожит под его пальцами. — Ага. Джекс усмехается, но не торопится. Просто лениво водит ладонью по её ноге. О. Он нервничает? Помни улыбается и устраивается у него на бедрах, тянется и начинает расстёгивать пуговицу на его штанах. Дыхание Джекса сбивается, и ее улыбка становится шире. Она медленно расстегивает молнию. — Вау, — говорит она. — Ты, эм… правда очень твёрдый. — Ч-что, и… что это значит вообще?! — возмущается Джекс. Он правда из-за этого комплексует. — Расслабься, это хорошо, — Помни продолжает тянуть ткань вниз, обнажая бельё, но тут он хватает её за запястье. Когда она поднимает взгляд, Джекс смотрит в сторону, тяжело дыша. Он возбужден — но не только. Помни хмурится, размышляя. Потом у неё появляется идея. — Эй, — говорит она. — А если я просто не буду смотреть? Джекс украдкой глядит на нее. — Это… сработает. Но ты правда не смотри. — Не переживай, — мягко отвечает Помни. — Я лучше займусь другими вещами. Она закрывает его смущенное выражение поцелуем, возится с бельём и опускает руку внутрь, пока не чувствует— А? Джекс горячий. Очень горячий. Помни ведёт рукой, ощущая форму, текстуру. Он странно сужается к концу, и его тяжесть удобно ложится в ладонь. Она машинально сжимает. — Ннх — бёдра Джекса дергаются, он хватается за спинку переднего сиденья. — Блять… Помни ахает, проводя большим пальцем по головке, с любопытством касаясь. Немного предэякулята выступает, и она сглатывает. По форме он идеально подойдёт. — Тебе хорошо? — тихо шепчет Помни. Джекс дрожит под ее рукой. — Да, — выдыхает он. Потом тяжело сглатывает. — Ты… не против? Помни смеётся и целует Джекса в щеку, ласково поглаживая его. — Конечно нет. Мы же все фрики в Цирке. Джекс недоверчиво мычит. — А если бы у меня было три сиськи? — предлагает Помни. Джекс хмурится. Помни терпеливо ждёт. — Я бы любил тебя ещё больше, — наконец признаётся он. Помни фыркает. — Видишь? Всё нормально. Джекс не может сдержать смешок, наклоняется и целует её. — Это… правда очень приятно. Его ладонь скользит по её бедру, выше, и пальцы цепляются за край трусиков. — Я сниму их. — Ладно, — отвечает Помни, немного сдвигаясь, чтобы ему было проще стянуть их с одной ноги, оставив болтаться на другой. Джекс смотрит на нее голодным взглядом, почти робко, когда его пальцы касаются кожи чуть выше её киски. — Блядь. Помни тоже хочется посмотреть вниз, но она знает — нельзя. Она наклоняется и целует его в лоб. Потом чуть меняет положение руки, поглаживая его и направляя, пока не прижимает его к себе. — Ах — выдыхает Помни, закрывая глаза, когда его жар касается её. Она сразу чувствует себя еще чувствительнее. Джекс тихо всхлипывает. — Ооох, — стонет Помни. — Это… это приятно, да? Джекс не отвечает, сгорбившись и зарываясь лицом ей в шею. Она чувствует, как он немного дрожит. Помни вспоминает, что он говорил — он никогда раньше ни с кем не спал. Мысль о том, что она первая, заставляет её сердце трепетать. Она сдвигает его так, что он прижат к его животу, выравнивает клитор с нижней стороной и начинает медленно проводить по нему, слегка потираясь. Они оба вздрагивают. — Ммх, — стонет Помни, прикусывая губу. Клитор распух, она так возбуждена, что в голове мутнеет. — О боже — выдыхает Джекс, резко толкаясь бёдрами вверх и скользя по ней от головки до основания. Они вскрикивают. Потом он делает это снова. Дыхание Помни становится рваным, дрожащим. Ей хочется ввести его внутрь, но она не хочет давить на Джекса. — Это будет очень приятно, — шепчет она. — Тепло, мокро, туг— — Помни— Бёдра Джекса дёргаются, и на этот раз он замирает, будто полностью вошёл. Он дрожит, явно изо всех сил стараясь не кончить. — Не говори такое, а то я — он слишком смущен, чтобы закончить фразу, и вместо этого начинает беспокойно целовать и покусывать её шею. Видеть его таким — без бравады — неожиданно трогательно. Он начинает едва-едва двигаться, пока его не прошибает лёгкая дрожь — словно это уже слишком. — Ладно, — выдыхает Джекс. — Я готов… вставить. Помни кивает скорее себе, чем ему. — Ладно. Она осторожно берёт его и возвращает к своему входу. Делает глубокий вдох и медленно выдыхает. — Я сейчас… Она медленно опускает бедра, впуская его на пару сантиметров. Они оба напрягаются и выгибаются навстречу друг другу, вталкивая его ещё глубже. — Ох, блядь, — бормочет Джекс. — Чёрт бы— Его бёдра пытаются отстраниться, но тут же резко подаются вверх, и он полностью погружается в Помни. — Охблядьятакизвиняюсь — выдыхает он, но уже поздно. Он дёргается внутри неё, и Помни всхлипывает. Её тело пульсирует вокруг него — и для Джекса это становится последней каплей. Он стонет глухо и хрипло — он кончает. Джекс дергается снова и снова, кончая глубоко внутри неё. Помни чувствует это по тому, как крепко он сжимает её, почти до боли. — Ох, блядь! — выдыхает он, ещё раз сильно дёрнувшись, прежде чем обмякнуть. — Я не хотел— — Всё нормально, — бормочет Помни, качая головой. Это было так горячо. — Я сейчас— Помни всхлипывает, когда ее накрывает оргазм, её тело сжимается вокруг Джекса. Дыхание сбивается, и она едва заметно подпрыгивает на нём — это почти неприлично, но настолько приятно, что ей всё равно. — Пом! — вскрикивает Джекс, вцепляясь в неё, изо всех сил стараясь не кончить снова. — Тсс, — успокаивает Помни. — Сдержись. Она не хочет даже рисковать, что он обмякнет. Джекс дышит так тяжело. Помни думает, не запотеют ли окна. — Я сейчас— — Нет, — шепчет она. — Ты справишься. Она чувствует, как он старается, почти успокаивается… и тут его снова прошибает дрожь. — Ох… Тело Джекса начинает трясти. — Подожди — ахает Помни. Но уже поздно. Он снова толкается в неё — и на этот раз не останавливается. Он начинает трахать её без всякого контроля, и Помни даже не уверена, может ли он сейчас остановиться. Он дёргается, стонет, не входя до конца, трахая её отчаянно. Он кончает, не прекращая движения, и она даже не чувствует, как он пульсирует — хотя знает, что это происходит. Он вообще кончил? Она не уверена. Сердце колотится. Помни оседает на его коленях, полностью принимая его в себя. Они немного переводят дыхание, Джекс опускает голову, не решаясь на нее посмотреть. Они оба всё ещё до смешного возбуждены. — Т-так… как тебе? — спрашивает Помни. Джекс издаёт дрожащий смешок. — Типа… твоя киска? — он сглатывает. — Десять из десяти. — Я вообще-то не имела в виду по шкале, — сухо отвечает Помни. — Извини. Тогда пять звёзд. Помни тихо фыркает. — Серьезно, — продолжает Джекс. — Это было охуенно. Помни целует его у основания уха. — Хорошо. — Эм… только никому не говори, что я кончил сразу, — бормочет он смущенно. — Не скажу, — успокаивает Помни и чуть покачивает бёдрами. — Ты всё ещё твёрдый. Ладонь Джекса скользит по её спине вниз, затем он сжимает её бедро. — Ага. Я ещё могу тебе крышу сорвать. Просто… помедленнее. — Тогда медленно, — Помни кладёт руки ему на плечи, удерживая равновесие. Она начинает медленно ездить на нём. Некоторое время в машине слышно только их дыхание и густое напряжение между ними, которое наконец начинает отпускать. Не то чтобы Помни не хотела с ним переспать — просто Джекс уже давно с ума по этому сходил. Дыхание Джекса учащается, и Помни замедляется ещё сильнее, помогая ему отойти от оргазма. Джекс издает жалобный звук. — Когда вернёмся в Цирк, — наконец говорит он тихо. — Пойдем сразу к тебе в комнату. — Мм? — Помни улыбается, опускаясь на него полностью и начиная медленно, кругами, тереться. — Зачем? — Блядь, Помни, — стонет Джекс, толкаясь бедрами навстречу. Потом он тихо фыркает, смеясь. — А я тут подумал, может, открытки начнём делать… Его дыхание сбивается, и он тянет Помни вниз, заставляя их обоих ахнуть. — Шучу. Я хочу трахаться, пока мы не вырубимся, — говорит он ей в щёку и зацеловывает её. — Мм… — это так мило. Помни начинает двигать бедрами короткими толчками, насаживаясь на него. Уже трудно понять, кто дышит тяжелее. — Я хочу… кончить… Джекс стонет и начинает толкаться в нее в ответ. — Не говори так, блядь— Это едва ли грязные слова, но Помни понимает, что он имеет в виду. С Джексом всё ощущается в сверхцвете. — Я сейчас… — выдыхает она. — Помни— Они вскрикивают одновременно, когда их тела сходятся, Джекс тянет её бёдра вниз, не давая двигаться. На этот раз она чувствует, как он дёргается внутри, как задыхается и стонет, издавая звуки, о существовании которых Помни даже не подозревала. Честно говоря, она и сама не знала, что может так звучать. Это неловко. И захватывающе. Когда Помни в последний раз сжимает его, она тонко вскрикивает, и её бёдра дёргаются в его хватке. Джекс издаёт звук от чрезмерной стимуляции и ооочень медленно вытаскивает её с себя. — Слишком? — спрашивает Помни, ёрзая, чувствуя, как его сперма вытекает из нее. — Конечно нет, — заявляет Джекс, но Помни не совсем уверена. Она откидывается и садится ему на бёдра, разглядывая его лицо. Он выглядит ошарашенным. Помни улыбается. — Настолько хорошо, да? — Агааа, — отвечает он мечтательно. Они смотрят друг на друга, потом одновременно наклоняются и снова целуются. Некоторое время они просто целуются, держась друг за друга. Когда они отрываются, Джекс хрипло спрашивает: — Хочешь еще раз? — Конечно, — смеётся Помни. — Знаешь, у тебя реально классный член. Мне нравится форма. Она чувствует, как он слегка напрягается и смотрит на неё подозрительно. — Ты просто так говоришь. — Нет, я серьёзно, — уверяет Помни и чмокает его в губы. Он смотрит на неё хмуро, потом отводит взгляд и почти шёпотом бормочет: — …ты хочешь посмотреть? Помни немного удивляется, но ей приятно, что он ей доверяет. Она кивает и чуть откидывается назад. — Только если ты сам хочешь показать. Его лицо становится чуть плоским — ему явно не нравится, что это «его желание», — но в конце концов он кивает. — Ладно. Но если засмеешься, я выкину тебя в окно и уеду. Помни фыркает. — Я же сказал, — предупреждает Джекс, отчего она смеётся ещё сильнее. Его губы дёргаются в намеке на улыбку, потом он смотрит на неё серьёзно. — Без смеха. Помни берёт себя в руки, стараясь сохранить серьезное лицо. — Серьёзно. Он смотрит на неё, затем помогает ей снова устроиться у него на коленях. Помни смотрит вниз. Член Джекса выглядит примерно так, как она и представляла. Он чуть утолщается от основания, немного набухает, а затем сужается к головке. Он розоватый, а не фиолетовый, как его кожа, и кажется… настоящим, вышедшим из него. Он примерно наполовину твёрдый, но слегка приподнимается, когда Помни осторожно тянется и проводит большим пальцем по боку. — Ну?! — требует Джекс напряженно. Помни поднимает взгляд. — Тебе не о чем стесняться. Он заставил меня кончить так сильно. Его глаза вспыхивают защитно, потом он смущается… а затем чуть-чуть довольнеет. — Да. И не один раз. Он шевелит бровями. — И ещё заставит. Джекс подхватывает Помни и пересаживает ее на сиденье рядом, после чего тянется снимать футболку. — Давай, ложись, разберёмся. Я хочу быть сверху. Когда Помни ложится на спину, она видит небо за окном — море звёзд. Даже когда они снова начинают трахаться, она смотрит вверх, завороженная. Стёкла постепенно запотевают. Джекс долго двигается в Помни, они оба задыхаются и стонут, трахаясь быстрее. Кончают. И снова трахаются. В какой-то момент, пока они приходят в себя, Джекс лежит сверху, дергая ее за волосы. Он давно распахнул дверь — в тесноте — и прохладный воздух приятно охлаждает их разгоряченные тела. Джекс бормочет: — Даже если нам придётся торчать в Спадси вечно, я буду в порядке, зная, что ты рядом со мной. У Помни сжимается сердце. Она тихо соглашается. — Да…я тоже. Она и не знала, что так бывает. Они остаются в машине до рассвета, цепляясь друг за друга и разделяя зарождающуюся любовь. Она ещё хрупкая, на ранней стадии, но Помни уверена — они переживут даже конец медового месяца. А может, думает она, он вообще никогда не закончится.

***

День 12 Помни сидит в кабинете Орбсмана, сжав руки на коленях, и смотрит, как он с оживленным раздражением орёт в телефон. — Ну может, если бы твоя мать не была такой, мне бы не пришлось оскорблять ее запеканку! Помни уже собирается уйти, хотя это он велел ей зайти. Она приподнимается, но Орбсман отводит телефон от головы. — Так о чём ты хотела со мной поговорить, Помни? — Н-ну… — начинает она. — Я хотела спросить про колледжную программу. И… Она поднимает бургер, который держала на коленях уже минут пять, и ставит его на стол. — Не хотела, чтобы вы проголодались! — О, как мило. Я умираю с голоду. Его стол завален обёртками от бургеров. Орбсман начинает распинаться про «возможности», которые даёт Спадси, и, если честно, всё это звучит как чистой воды развод. Взгляд Помни мечется между ним и телефоном. Да женат ли он вообще? Или там на линии никого нет? Орбсман вгрызается в бургер, который Гэнгл щедро залила тупым соусом, и Помни тяжело сглатывает. Это обязано сработать. — …поэтому мне понадобится ваш банковский маршрутный номер, но вы не переживайте, — говорит Орбсман, небрежно махая свободным орбом. Он засовывает остатки бургера в рот, и тот исчезает. — Звучит просто… замечательно, — говорит Помни. Орбсман промакивает рот салфеткой, и Помни внезапно понимает, что сказать ей больше нечего. — Эм… э-э… эээ… — О, я ещё не закончил. Карьерные пути тоже довольно ограничены— — О-о… — Корпорация Спадси заботится о вашем будущем, поэтому мы предпочитаем… мммм… микроменеджить его, — начинает бормотать Орбсман, а потом вдруг смеется. — Погодите… о чём мы вообще говорили? — Ага… В этот момент в дверь стучат, и Зубл заходит, не дожидаясь ответа. — Эй, босс, — говорит она, оценивающе глядя на Орбсмана, проверяя, «под соусом» ли он. — Коп-NPC говорит, что пришел поговорить о нарушениях в пенсионном фонде. Орбсман становится странным. — И вы никому об этом не скажете! Где… где этот сра%#& коп?! Зубл смотрит на него с откровенным презрением. — В морозилке, — отвечает она. Орбсман захлопывает телефон, даже не попрощавшись с «женой», и, шатаясь, проходит мимо Зубл, чуть не сбив её с ног. — Он вообще может иметь отношение к пенсионному фонду? — неуверенно спрашивает Помни. Зубл пожимает плечами. — Думаю, Кейн не особо разбирается в тонкостях верхнего менеджмента. К тому же он пьян — что он вообще знает. Она выглядывает в зал и видит, как Орбсман исчезает в морозилке. Сразу же Рагата подбегает с креслом и подпирает им ручку двери. Потом они все вместе двигают рабочую станцию, которая раньше была прикручена к полу, прямо к двери. Джекс справился с болтами чёрт знает чем. С той стороны слышны вопли Орбсмана, но дверь не поддаётся. Помни чувствует, как её трясёт. — Ну что ж, — говорит Джекс. — Время разнести Спадси. Все переглядываются. Потом Рагата подходит к сборке и начинает с яростью опрокидывать всё подряд — это даже пугает. — Вот это настрой! — смеется Джекс. Он выбегает в зал и орёт: — Слушайте все! Если вы сейчас не уберетесь отсюда, я убью вас собственными руками! NPC растерянно переглядываются. Зубл тяжело вздыхает и идёт к пожарной сигнализации. Она дергает рычаг. NPC тут же впадают в одинаковую панику и валят к выходу, а Джекс хватает два стула. Он швыряет один, потом второй, сбивая сразу троих. Помни замечает, как Гэнгл тырит деньги из кассы. Молодец. Наверное, это адреналин. Зубл просто стоит и качает головой. — Эй, Джекс! — наконец кричит она. — Ты занимаешься газом, я к нему не полезу! — Да пофиг. Джекс хватает стул и бежит назад. Помни нервно следует за ним — вдруг он пострадает. Он оглядывается, ухмыляется, залезает на стол в комнате отдыха. Из зала слышны крики Рагаты на NPC. — Зацени эту хе%#&, Пом. Джекс замахивается, потом бьёт по газовой трубе у потолка так сильно, что та ломается пополам. Он бросает стул, спрыгивает, хватает Помни, засовывает её под мышку и валит нахрен оттуда. У сборки он задерживается, вытаскивает сигарету и поджигает её. Оставляет на стойке. — ВСЕМ СВАЛИВАТЬ! — орёт Джекс. Повторять не нужно. По дороге Помни видит, как Джекс прихватывает пару бутылок тупого соуса. Они быстро выходят через заднюю дверь. Это… бодрит. Джекс запирает дверь. — Давай-давай-давай, — подгоняет он Помни. Они выбегают к фасаду Спадси и останавливаются на парковке. Что, не сработало? Физика подвела? — А, точно. Джекс подбегает и быстро запирает главный вход ключами Орбсмана. Возвращается. — Теперь вопрос времени. — Мы реально его там оставим? — с тревогой спрашивает Помни. — Сам виноват, — говорит Джекс. Никто не спорит. — Эй, Рагс. Рагата вздрагивает. Джекс кидает ей бутылку тупого соуса. — Ты заслужила. — О-о, может, не стоит… — она смотрит на Помни. — Да пофиг, праздник же, — говорит Джекс, делая крошечный глоток из второй бутылки. И тут Помни замечает кое-что. — Это…? Орбсман бежит к двери, пытаясь выбраться. Он колотит орбами по стеклу в ярости. Помни почти слышит, как он орёт: Ненавижу вас! Он же вчера пробил дверь. Он что, забыл? — Да блин, — говорит Помни, раздумывая. — Давайте его выпустим. Джекс прикуривает ещё одну сигарету. — Хе%#& там. БУМ Мощный взрыв сотрясает Спадси, дым вырывается вверх, обломки летят во все стороны. Орбсман падает, размахивая руками. Внутри включаются разбрызгиватели. Помни принимает решение. Она вырывает ключи у Джекса, тот орёт ей вслед, а она бежит, чуть не врезаясь в дверь. В последнюю секунду она подбирает нужный ключ и открывает— БУУУМ — ПОМНИ! — кричит Джекс, подбегая, когда она и Орбсман вылетают наружу. Он тут же хватает её под руку и тащит прочь. Орбсман падает лицом вниз в нескольких метрах и замирает. — Зачем ты это сделала?! — орёт Джекс, в панике. — Помни, это было очень опасно! — причитает Гэнгл, сжимая ленты. — Но… базированно, — добавляет Зубл. Джекс злобно смотрит на них, потом на Помни. — Никогда больше не делай такую ху%#&. Бл%#& Орбсман. Они оборачиваются. Орбсман медленно поднимается, обгоревший, еле стоящий на ногах. Тупой соус еще действует, но уже слабее. — Как ты выбрался из морозилки?! — требует Джекс. — Я… проклипался, — злобно отвечает Орбсман. — Да пошёл ты, и Кейн с его кривым кодом, — фыркает Джекс. — Ты что, мою религию оскорбляешь?! Орбсман поворачивается к ним. Вот и всё. Как бы ни было кайфово взрывать Спадси, всех ждёт тренинг. И это немного вина Помни, но всё это было жёстко. — Помни, ты единственная, кого я пощажу, — говорит Орбсман. — Остальные отправятся на трени— И тут происходит странное. Помни чувствует, как поднимается в воздух примерно на фут. Она в панике смотрит по сторонам — все тоже парят. Гэнгл вскрикивает. И в следующий миг образ Орбсмана на фоне горящего Спадси исчезает. Помни выдёргивает из реальности.

***

…и её швыряет на пол ярко раскрашенного пространства, от которого болят глаза, голова и всё тело — потому что её только что швырнули на пол, и— Помни моргает и видит над собой Кейна, парящего в паре футов от земли. Они снова в Цирке. Это вообще реально происходит или утечка газа заставила её начать галлюцинировать? — Добро пожаловать обратно, мои сладкие хлебно-масляные печеньки! — восклицает Кейн, размахивая руками. — Добро пожаловать в новый и улучшенный Цирк! Помни осторожно приподнимается, оглядываясь. Всё выглядит… точно так же. Её взгляд тут же находит Джекса. Он смотрит так, будто сам не понимает, что происходит — глаза тревожные, как маленькие уколы. —Почему мы были там так долго?! — кричит Зубл. — А? О! — Кейн задумчиво постукивает по нижним деснам. — Видишь ли, мне было очень сложно выбрать новую цветовую схему. Ну как тебе? — НИЧЕГО не изменилось! — почти кричит Зубл. — НИ-ЧЕ-ГО! — Неправда! — радостно возражает Кейн. — Например, я выбирал между вот этим красным— Он широко разводит руки. Ничего не меняется. — И вот этим красным! Опять ничего. — А какая нам на%#& разница! — орёт Зубл. Рядом с Кейном на секунду появляется Пузырек. — Для меня имеет! И тут же исчезает. — Мы были там неделями! — восклицает Гэнгл. — Ну… как минимум две недели! — Едва ли! — снова поправляет Кейн, глядя на свои безумные часы. — Ага! Одиннадцать дней! Даже не парьтесь! — Это не тебе реша..— начинает Зубл, но Кейн перебивает. — Время оценок сотрудников! Все замирают. Помни и Джекс переглядываются, и Помни делает шаг ближе, беря его за руку. — Если что, это полная фигня, Кейн, — говорит Джекс. — Ты должен был отправить нас в отпуск. — Оценки сотрудников! — радостно повторяет Кейн. В его руках из ниоткуда появляется папка, и он начинает ее листать. — Не буду врать, у вас там всё шло… не очень. Мораль на нуле, продуктивность Рагаты в яме, постоянные ссоры! Кошмар! Плохо. Очень плохо. Какое наказание? — И я также заметил маленький финальный номер! — Кейн тычет пальцем в папку. — По моим данным вы все должны были получить D-. Но хотя покушение на менеджера — это обычно серьёзное «ай-ай-ай», ваш командный дух меня тронул! Так что я повышаю оценку до C-! Папка исчезает, а Кейн делает ободряющий жест рукой. — Как вам такое? Слава богу, их не наказывают. — Кейн, если ты снова отправишь нас в Спадси, мы все абстрагируемся, — неожиданно здраво говорит Джекс. — Нам нужны стимулы и свежие идеи. Нельзя застаиваться. Моему мозгу это жизненно необходимо. Иначе я тебя укушу. Все согласно кивают. — Да, это было ужасно! — всхлипывает Гэнгл. — Я ненавижу Спадси! — Я ненавижу работу, — добавляет Зубл. — Ненавижу. Дай мне что-нибудь творческое, что угодно, но общепит?! — Да, — кивает Рагата. — Никогда больше. — О, — говорит Кейн. — Ну не переживайте! У меня полно новых приключений! Хотите отправиться в одно прямо сейчас? — НЕТ! — хором отвечают все. — Ах, но я так тронут тем, как вы рады вернуться в Цирк! — счастливо вздыхает Кейн. — Бананы снова в одной связке! Все чувствуют облегчение. И это немного… тяжело. — Подождите, — говорит Помни, оглядываясь. — А где Королер? — А? О да! — Кейн хлопает в ладоши, и рядом появляется Королер, делающий движения, будто плывёт. Он «плывёт» на месте ещё пару секунд, потом резко замирает и оглядывается. — О! Здравствуйте, друзья! Как прошло ваше приключение? Никто не хотел даже на это отвечать. — Они выглядят голодными, босс! — сообщает Пузырек, снова появляясь рядом с Кейном. — И правда! — радостно соглашается Кейн. — Голодными по бургерам! — восторженно восклицает Пузырёк. — Нет, — быстро говорит Помни, качая головой. — Пожалуйста. Никаких бургеров. Пузырёк просто зависает в воздухе, широко ухмыляясь. Они садятся за еду, но сначала никто не ест. Возвращение в Цирк кажется сюрреалистичным. Да, это облегчение — но после почти настоящей жизни всё здесь кажется слишком… безумным. Помни чувствует, как Джекс сжимает её руку. Она смотрит на него. Он улыбается, но в его глазах есть тревога. К ее удивлению, он ничего не говорит. Со временем они всё же начинают есть, и атмосфера немного смягчается — но ощущение нереальности не уходит. Будто в любой момент их могут снова отправить в Ад. Но именно этого они и хотели. И у них был шанс устроить небольшой ад перед уходом. В итоге всё закончилось… нормально. Помни наконец позволяет себе выдохнуть.

***

После еды они перебираются в зону отдыха. Здесь куда уютнее, чем за обеденным столом, и именно тогда напряжение наконец начинает отпускать. Помни проваливается в диван, прижимаясь к боку Джекса, пока Королер настраивает проектор, чтобы показать им приключение, на которое его отправил Кейн. Рука Джекса скользит ей на плечо. — Так где ты вообще был всё это время? — спрашивает Зубл. — Я, если честно, слегка шокирована тем, что ты не выглядишь травмированным. — О, Кейн сделал мне Фиджи! — радостно говорит он, щелкая переключателем. — Это было прекрасно. — Ты был на Фиджи?! — вскрикивает Гэнгл. — Это вообще несправедливо! О боже! Я так злюсь! Рагата только тяжело вздыхает. — Фу, фу,Королер! — освистывает его Джекс, сложив ладони рупором. — Ну и лузер, да, Помни? Помни толкает его локтем. — Я плавал с дельфинами, — продолжает, и его глаза слегка стекленеют. — Они говорили со мной на своём языке. Это было… прекрасно. Королер выводит изображение на стену. На нём он в водах Фиджи. Вокруг него — акулы. — Хаааа, — Джекс смеётся и тычет пальцем. — Да дай ему уже показать слайды, Джекс, — укоряет Рагата. — Я хочу посмотреть Фиджи. — Эй, я ему не мешаю, я просто его унижаю, — возражает Джекс. Помни тихонько толкает его и прикладывает палец к губам, улыбаясь. Джекс фыркает, но успокаивается, поглаживая её по руке, пока они смотрят презентацию. В историях Королера и в том, что они видят на экране, есть странный диссонанс. Но, как ни крути, он явно отлично провёл время в красивом месте. Все слегка уставшие , но хотя бы кому-то было хорошо. Когда Королер заканчивает, он спрашивает про их приключение — и начинается настоящий марафон: каждый делится худшими историями из Спадси. Забавно, как они уже начинают над этим смеяться. — Ладно, — объявляет Джекс, когда разговор постепенно затихает. — Мне надоели ваши рожи. Мы с Помни сваливаем. Он бесцеремонно закидывает Помни себе на плечо. — Эй, не таскай меня так! — возмущается она, стукая его кулачком по спине, хотя в животе уже порхают бабочки. — Увидимся, лузеры, — бросает Джекс остальным. Помни капитулирует, обмякая, и машет всем рукой, пока её уносят. — Угадай, кто умудрился утащить немного тупого соуса? — хвастается Джекс, пока они идут к комнатам. — Что, серьёзно? Как? — удивляется Помни. Где? — Не забивай свою милую голову. Что скажешь — хлебнем чуть-чуть и будем тр%#&, пока не вырубимся? — Пф! — Помни ласково снова стукает его по спине. — Звучит отлично. — Значит, свидание, — говорит Джекс с озорством в голосе. Она так рада снова быть в своей кровати. Они добираются до комнаты Помни, уже целуясь, неловко возясь с дверью и почти заваливаясь внутрь, когда та наконец поддаётся. Они смеются — и снова целуются, Джекс захлопывает дверь бедром. Хорошо быть дома. Конец