9 глава

Я чуть ли не бежала за этим долбанным шкафом под названием Ксэйдан, ведь, когда он торопится, его шаг становится чуть ли не великанским, а я, вообще‑то, не огромная — я среднего телосложения! Сегодня должна состояться встреча меченых: они просто делятся советами по выживанию, а я иду просто потому, что я — Риорсон, и мне надо будет устраивать эту встречу в следующем году, ну и конечно через год. Мне, конечно, с этим помогут, но как минимум половина обязанностей от брата перейдёт ко мне по наследству. Даже тут выделилась... Недавно Ксэйдан рассказывал, как они крадут кинжалы, и в следующий раз я пойду на миссию с ними. А пока мы шли по высокой траве в этих долбанных плащах глубокой ночью. И вот я в очередной раз спотыкаюсь, и тени брата привычно ловят меня. За это время я к ним привыкла: они мне чуть ли не роднее его самого стали. — Ты так быстрей разобьёшься, чем дойдёшь, — с широкой ухмылкой произнёс Ксэй. Называть его так я придумала ещё в детстве и недавно вспомнила об этом сокращении. — Это из‑за тебя я прусь в этом долбанном плаще! Я была бы незаметнее без него! — обиженно просипела я. На что он усмехнулся и пошёл дальше. — Так уж и быть, когда придём, можешь снять этот плащ, а то, пока ты будешь ныть, нас заметят, — сказал он. Я ускорилась и пнула его под колено — из‑за чего он чудом не упал. — Ладно, признаю, был неправ. Только не надо меня скидывать в реку. Мы дошли до дуба, под которым у нас должна быть встреча. И как только брат махнул рукой, я скинула с себя этот отвратительный плащ. Сегодня я была в более удобной форме: высокие сапоги, которые почти доходили до колен, кожаные шорты и облегающая рубашка. Волосы я тоже не стала завязывать в привычный хвост, а оставила распущенными. — Давай сюда свой плащ, а то чую, что ты его скинешь быстрее в реку или сожжёшь случайно по дороге назад, — сняв только капюшон, произнёс Ксэй, и в него тут же прилетел плащ который он ловко поймал. — Скоро начнётся неделя спаррингов… — Только не говори, что ты боишься? — саркастичным тоном спросил брат. — Ты сама кого угодно уложишь на мат одним взглядом. — О себе я не беспокоюсь, а вот о Серебрянке… В прошлый раз Джен чуть не убила её, а сколько ещё у неё врагов? — Думаю, она придумает, что такого сделать. Ну а если что‑то пойдёт не так, то ты вступишься за неё, — он не был слепым, чтобы не понять, что я оберегаю Ви издалека. Вообще частично это из за самого Ксэйдена который должен защищать её до конца первого курса. — Тоже верно. Ксэйдан отвернулся и начал искать взглядом фигуры, а я вместе с ним. Через мгновение я уже различала пару фигур в чёрном. Когда они подошли, я заметила, что все они были в плащах. И как они ходят в них? Пока они пожимали руки, я удивлённо на них смотрела. — Что не так, сестричка? — с обычной для его лица улыбкой спросил Боди. — Как вы ходите в этом костюме для пыток?! — Не все в нём спотыкаются, — нравоучительным тоном произнёс Гаррик, а я закатила глаза. В основном тут собрались первогодки, но были и старшие курсы. Вообще нам запрещалось находиться в группе больше трёх человек, так что, если нас спалят, нам, как сказала Джен, конец. — Ого, Лэй пришла в плаще и из‑за этого не скинула тебя в реку. Я удивлена, — с привычным для меня сарказмом прокомментировала Джен, глядя на плащ в руках Ксэйдана. А он её проигнорировал. На этой встрече мы не обсуждали ни поставки оружия, ни Аретию — только помощь первогодкам. — Мы уже потеряли Сазерленда и Луперко, — произнёс Гаррик, а я поджала губы. — М‑да, новости не из приятных, — пробормотала я. — Нравится вам это или нет, но нам придётся держаться вместе, если хотим дожить до выпуска, — сказала Имоджен. — А если узнают, что мы встречаемся? — спросила первокурсница — вроде Крис, или кто она там… Блин, я не помнила и половины имён всех детей с метками. — Мы занимались этим два года, и никто не узнал, — ответил Ксэйден, скрестив руки и прислонившись спиной к ветке. От него так и веяло самоуверенностью. — Они не догадаются, пока кто‑нибудь из вас не расскажет. А если расскажете, я об этом узнаю. Как сказал Гаррик, мы уже потеряли двух первокурсников из‑за их собственной небрежности. В квадранте всадников нас всего сорок один человек, и мы не хотим терять никого из вас, но это произойдёт, если вы не позаботитесь о себе.Обстоятельства всегда против нас, и, поверь мне, любой другой наваррианец в квадранте будет искать причины, чтобы назвать тебя предателем или заставить потерпеть неудачу. Пока братец произносил эту речь, я глянула за его спину и увидела силуэт: кто‑то явно следил за нами из теней. И, как я поняла, эти тени были Ксэя. Все же я уже могла их немного различить. — Скольким из вас предстоит отнести свои задницы на маты и биться там за свою жизнь? — спросил Ксэйден. В воздух взлетели четыре руки. Я и Майри не поднимали руки — ведь были хорошо подготовлены. — Дерьмово, — выругался Ксэйден, а Гаррик тяжело вздохнул. — Я научу их, — с энтузиазмом произнёс Гаррик. — Я могу помочь, — подхватила я, и мы с ним переглянулись. — Серьёзно? — Брат поднял бровь. — Разве не ты вчера жаловалась, что тебя все достали? И вообще, тебе есть чем заняться в этом году, — очень красиво отказал мне брат, за что я захотела скинуть его с обрыва. — Ты наш лучший боец… — он уже обращался к Гэру. — Это ты наш лучший боец, — мгновенно возразил Боди. — Возможно, самый грязный боец, — съязвила Имоджен. И все засмеялись, в том числе и я, а первогодки улыбнулись. — Вэйнитель побери, скорее, безжалостный, которому может надрать зад только она. — добавил Гаррик и ткнул пальцем в меня. — Гаррик — наш лучший боец, но Имоджен вполне может сравниться с ним, и она намного терпеливее, — отметил Ксэйден. — Итак, каждый из вас возьмёт двух учеников. Группа из трёх человек не привлечёт нежелательного внимания. Что ещё вас беспокоит? — Я не могу в этом участвовать, — сказал Том, неловко сводя плечи и поднося тонкие пальцы к лицу. — Что ты имеешь в виду? — спросил Ксэйден резким голосом. — Я не могу в этом участвовать. Том покачал головой: — Смерть. Бой. Вот это всё. Парню сломали шею прямо у меня на глазах в день оценки! Я хочу домой! Ты можешь помочь мне с этим? — Ты не выживешь, прими это к сведению, — я вспомнила парня, которого убила на парапете, и стала только больше уверена в своих словах. — Это было немного грубо, Лэй, — прокомментировал Боди. — Что ты хотел услышать, Боди? — произнёс Ксэй; он явно был на моей стороне.— Она права. Я не могу спасти всех, особенно тех, кто не хочет работать, чтобы спасти себя. — Блин, Ксэйден, — Гаррик потёр переносицу. — Ты, конечно, нашёл способ подбодрить. — Если им нужны грёбаные ободряющие речи, то мы оба знаем, что до дня выпуска они просто не доживут. Давайте по‑честному. Я могу взять вас за руки и наговорить кучу дерьмовых пустых обещаний, что все справятся, чтобы вы спали спокойно, но, по моему опыту, правда гораздо ценнее. — Он повернул голову и посмотрел на Тома так, что кровь могла застыть. — На войне гибнут люди. И не славной смертью, которую воспевают барды. Это сломанные шеи и падения с двухсотфутовой высоты. В выжженной земле или запахе серы нет ничего романтичного. Это, — он указал на цитадель, — не какая‑то сказочка со счастливым концом. Это тяжёлая, холодная, безразличная реальность. Не все из вас вернутся домой… в то, что осталось от наших домов. И не заблуждайтесь: мы вступаем в войну каждый раз, когда ступаем в квадрант. Он слегка подался вперёд: — Так что, если ты не соберёшься и не будешь бороться за жизнь, то нет. Ты не выживешь. Только сверчки осмеливались нарушать наступившую тишину. — А теперь рассказывайте о проблемах, которые я действительно смогу решить, — велел Ксэйден. — Инструктаж, — тихо сказала Ханна. — Дело не в том, что я не догоняю, но информация… — Она пожала плечами. — Это сложно, — ответила Имоджен, поворачиваясь, чтобы взглянуть на Ксэйдена. — Ты учишься тому, чему тебя учат, — сказал Ксэйден первокурснице, и его голос сделался резким. — Береги то, что знаешь, но профессорам повторяй то, что тебе скажут. — Кто‑нибудь ещё? — спросил Ксэйден. — Лучше задавайте вопросы сейчас. У нас нет времени торчать тут всю ночь. — Когда мы сможем убить Вайолет Сорренгейл? — спросил Майк, и я метнула на него убийственный взгляд. — Я уже говорил тебе, что младшая Сорренгейл — моя, и я разберусь с ней, когда придёт время. Джен уставилась на меня: она явно ожидала, что я, несмотря на свои размеры, подниму его и выкину всё в ту же реку. Но я лишь отвернулась, расправив плечи, и сложила руки на груди. Имоджен поняла, что это явно не просто так, и поджала губы, смирившись с тем, что Ви она не сможет убить. — Хорошо. Теперь возвращайтесь к себе, идите по трое, — произнёс брат. Мы с ним ушли последними, но недалеко: он, как и я, заметил фигуры, и уже в его тенях мы начали красться обратно. Когда мы пришли и сели чуть ли не в засаду, тайный силуэт спрыгнул с дерева — и в нём я узнала Серебрянку. Ксэйдан бросился на Ви, и она открыла было рот, чтобы закричать, но её резким рывком притиснули к груди, и локоть противника оказался на её горле, перекрывая дыхание. — Начнёшь кричать — умрёшь, — прошипел он, и я вышла из засады, когда у её горла оказался острый кончик лезвия кинжала.— Гребаная Сорренгейл. Его рука отдёрнула капюшон плаща Ви. — Как ты узнал? — В её голосе прозвучало откровенное возмущение. — Дай угадаю: ты почувствовал запах моих духов? Не это ли всегда выдаёт героиню в книгах? Брат усмехнулся: — Я заклинаю тени, но тебя, конечно же, выдал именно твой парфюм. — Он опустил нож и отошёл. — Твоя печать — заклинатель теней? — Что, Аэтос не предупреждал, чтобы ты не оставалась со мной наедине в темноте? — Риорсон! — я наконец вмешалась, и Ви, заметив меня, кажется, слегка расслабилась. Она наконец поняла, что я не хочу её убивать? Славно. А на моё вмешательство брат только закатил глаза. — Ты вроде собирался разобраться со мной? — Ви продолжила разговор с Ксэем. — Подслушивала, что ли? Теперь мне, возможно, придётся убить тебя, — я тяжело вздохнула: неужели мне придётся уложить собственного брата на лопатки? Нет, я безоговорочно не доверяю Сорренгейл, но я достаточно узнала её, чтобы понять: она не сдаст нас. — Тогда давай покончим с этим. — Она обнажила ещё один кинжал, на этот раз вытащив его из‑под плаща, и отступила на пару футов. Ксэйден многозначительно посмотрел на один кинжал, потом на другой и вздохнул, скрестив руки на груди. Посмотрел на меня и снова перевёл взгляд на Серебрянку. — Эта стойка — лучшее, на что ты способна? Неудивительно, что Имоджен чуть не оторвала тебе руку. — Я опаснее, чем ты думаешь, — запальчиво сказала Вайолет. — Да, я вижу. У меня прямо колени задрожали от страха. — Уголок его рта растянулся в насмешливой ухмылке, но я знала, что если от неё и задрожат колени у братца, то явно не от страха. Ну я же не слепая! Ви подкинула кинжалы, поймала их за кончики, а затем метнула мимо его головы — по одному с каждой стороны. Они воткнулись в ствол дерева позади него. — Ты промахнулась, — Ксэй даже не вздрогнул. — Ты уверен? Она потянулась за двумя последними кинжалами. — Почему бы тебе не сделать пару шагов назад и не проверить? В глазах брата вспыхнуло любопытство, но в следующую секунду исчезло, замаскированное холодным, насмешливым безразличием. Когда он сделал пару шагов назад, спина Ксэйдана упёрлась в дерево, и рукояти её кинжалов задели его уши. — Повтори, что я промахнулась, — угрожающе сказала Вайолет, перехватывая метательный кинжал правой рукой за остриё. — Ого, покажи этот приёмчик Барлоу! Уверена, он оценит, а точнее, обозлится, если целиться не в уши, а в яйца! — восторженно произнесла я, а Ви странно посмотрела на меня. — Она права, — подтвердил брат, пока его тени доставали её кинжалы из дерева. Когда они оказались в его руках, он протянул их Ви. — Что, простите? Он шагнул ещё ближе, и Серебрянка подняла клинок. — Тому первогодке, любителю сворачивать шеи, который публично поклялся убить тебя, я верно сказал? — уточнил Ксэйден, посмотрев на меня. После моего кивка он слегка ухмыльнулся. Клинок прижался к его животу. А он, будто не замечая этого, отдёрнул в сторону ткань её плаща и убрал одно лезвие в ножны на бедре Ви, затем оттянул полу и остановился, глядя на длинную косу, спадавшую на её плечо. Теперь я могла поклясться, что он на неё запал, но за такие словечки можно и получить подзатыльник. Перестав пялиться, он засунул второй кинжал в ножны, прикреплённые к её рёбрам. — Он, вероятно, дважды подумает, прежде чем замышлять твоё убийство, если ты метнёшь ему в голову несколько кинжалов. — Повторюсь: лучше в яйца! — Барт тяжело выдохнул: он просто смирился с тем фактом, что я хочу кастрировать Джека просто ради забавы. — Потому что честь убить меня принадлежит тебе? — явно снова проигнорировав мои слова о яйцах Джека, продолжила Ви.— Ты хотел, чтобы я умерла, задолго до того, как твой маленький клуб решил встретиться под моим деревом. Так что, думаю, мысленно ты меня уже практически похоронил. Он поглядел на кинжал, приставленный к его животу: — Ты собираешься рассказать кому‑нибудь о моём маленьком клубе? — Нет, — я довольно улыбнулась: ведь мои догадки подтвердились. — Почему нет? — Он склонил голову набок, изучая её лицо, как будто встретил какую‑то аномалию. — Детям офицеров‑предателей запрещено собираться в… — Группы больше трёх. Я в курсе. Я живу в Басгиате дольше, чем ты, — Серебрянка подняла подбородок. — И ты не собираешься бежать ни к мамочке, ни к своему драгоценному маленькому Даину, чтобы рассказать им про наше собрание? — Вы помогали им. Я не понимаю, почему за это нужно наказывать, — сказала Ви и наконец удостоила меня взглядом. — Я не собираюсь никому ничего рассказывать. — Интересно, — мягко сказал он. — Посмотрим, сдержишь ли ты своё слово. А если сдержишь, то я, к сожалению, буду должен тебе услугу. Затем он отступил, повернулся и направился ко мне. — Пошли, ты явно устала, — тихо проговорил он и потрепал меня по голове. — Ты не собираешься со мной разбираться? — крикнула она нам вслед. — Не этой ночью! — бросил он через плечо. — Меня быстрей в реку скинут, чем я тебя убью, — это он уже пробормотал себе под нос, так что Ви не услышала. — И чего же ты ждёшь? — Если ты будешь заранее знать о нападении, будет не так весело, — ответил он, шагая в темноту. — А теперь возвращайся в постель, пока твой командир не понял, что тебя нет после комендантского часа. И этой ночью я выгнала Риорсона из постели за его выходки.