2. 知らぬが仏

Глава 2: Незнание - это Будда.

      Что-то сжимается в груди Нобары... Что-то сжимает её сердце и захватывает кислород в лёгких. Не даёт ей сделать глоток воздуха. Её колени исцарапаны и изранены, а рука неудержимо горит.       Нобару с юности учили, что боль — это сострадание, а также то, что боль означает рост. Она мучительно взрослеет. Взрослеет со своим молотком и гвоздями. А Проклятая Техника, хоть и нетипична для всех, становится своеобразной. Остальные маги в её деревне называют это Проклятой Техникой, ибо даже так, в их глазах, она использует её, чтобы сопереживать проклятиям, которые в конце концов признают, что были рождены от человека, а значит, заслуживают полноценного изгнания.       Однако Нобара никогда так не думала. Вместо этого она считала себя жестокой. Иногда — трусливой. Из-за этой техники, которая соединяет связь между духом и куклой, в отличие от техники Фушигуро или Итадори…       В какой-то момент она завидовала людям вокруг неё. В какой-то момент она посмотрела на свою Проклятую Технику — и задалась вопросом, почему она ей вообще досталась.       Её рука горит. Это действительно так. Но Кугисаки Нобара — это Кугисаки Нобара.       У неё нет времени сокрушаться по поводу того, что Фушигуро — член Семьи Зенин и один из немногих, кто появляется раз в сто лет. У неё нет времени думать о том, что Итадори тоже должен быть особенным, раз родился сильным и даже может сдерживать Короля Проклятий — Рёмена Сукуну.       Нобара сильная. В конце концов, Итадори был не единственным, кто управлял Чёрной Молнией. Он также не был единственным, кто победил проклятие особого уровня. Нобара сильная.       И всё же её рука всё ещё горит. Итадори всё ещё умирает у неё на глазах. Она всё ещё оплакивает его вместе с Фушигуро. И… Итадори всё ещё уходит так же легко, как и возвращается. Он был рядом с Нобарой — буквально на расстоянии вытянутой руки — когда они ухмылялись Нитте-сан, что кричала на них сверху.       Нобара помнит, как ухмыльнулась, сложив руки в попытке извиниться, когда Итадори помогал Фушигуро подняться. А затем — мир наклоняется. Итадори тянет вправо, а Нобару и Фушигуро — в другую сторону.       Она выкрикивает его имя. На мгновение их руки почти соприкасаются. Но воспоминание заканчивается тем, что она начала задыхается от воды. Соль атакует её вкусовые рецепторы. Её грудь кричит, требуя воздуха.       Все её мысли занял Фушигуро и его раны. Она тянется к нему, стараясь как можно быстрее выбраться на сушу. Но они оба были тяжёлыми.       Однако Нобара справляется с этим быстро. Так же быстро, как приходит осознание того, что они остались совсем одни.       Нобара просыпается.       Она тут же садится, пытаясь узнать комнату, в которой они находятся. Сбоку стоит стол. Рядом — стойка с микроволновкой, а чуть в стороне сложены стулья. Они находились в небольшой комнате круглосуточного магазина.       Пол под ней мягкий. Она поправляет себя: футон мягкий. И довольно холодно. Но, тем не менее, очень удобно.       Фушигуро спит в другом конце комнаты, прижавшись к своей стене и собственному футону. Она отчётливо помнит старика — менеджера, который представился Сугиямой. Он сказал им, что у него дома есть лишний футон, и он может принести его сюда, в заднюю часть магазина, чтобы они могли спать на нём. Она вздыхает.       — Который сейчас час?       Она подпрыгивает, и с её губ срывается тихий визг. Она смотрит в сторону — и видит Фушигуро, стоящего перед ней в полной темноте.       — Какого чёрта, Фушигуро?!       — Во сколько нам снова открыть магазин? — Фушигуро садится рядом и скрещивает ноги, взъерошивая волосы.       И всё же ничего не меняется. Нобара наслаждается такими мелочами, которые всегда остаются неизменными, где бы они ни были.       Она жаждет возвращения Итадори. Но никогда не скажет об этом.       — Сугияма-сан сказал, что мы должны сделать это, как только проснёмся. Магазин должен работать круглосуточно. Думаю, нам повезло, что он единственный, кто управляет этим местечком, — Нобара наконец встаёт. Её кости скрипят, когда она потягивается. — Да и выглядит он так, будто гниёт.       — Кугисаки, — предупреждающе перебивает Фушигуро.       — Что? Это правда. И, кстати, — Нобара самодовольно шевелит пальцем прямо перед лицом Фушигуро, — красивые девушки должны стоять перед кассой. Так что ты выполняешь всё остальное.

***

      Мегуми почти уверен, что у него больше опыта в устранении проклятий, чем у Кугисаки. Но, честно говоря, он мало что знает о ней. Да и она тоже мало что знает о нём. В случае с Итадори Кугисаки и Мегуми знают о нём слишком много. В основном из-за того, что, когда он умер, им пришлось собрать все воспоминания, которые у них были о нём. Все небольшие доказательства того, что да — Итадори Юджи был жив в какой-то момент.       Мегуми старается перестать верить в то, что Итадори умрёт примерно в то же время, когда он воскресает из «мёртвых». Он просто продолжал возвращаться вновь и вновь. И Мегуми перестал верить. Ему интересно, думает ли так же Кугисаки.       Хотя у Мегуми, вероятно, больше опыта, чем у Кугисаки, она намного быстрее и легче приспосабливается к этой среде. Если бы Мегуми был на кассе, он бы определённо набросился на некоторых людей. Многие из них выглядели как настоящие Проклятия.       Когда он увидел конкретного человека с «причудой мутанта» (как объяснила Кугисаки, когда рылась в старых журналах, что остались непроданными в магазине), цепляющегося за кого-то, выглядящего относительно человеком, Мегуми испытывает желание сжать руки и вызвать свой Гёкукен.       Конечно, Кугисаки прямо объяснила: если Мегуми так сделает — это будет преступлением на почве ненависти к определённому типу здешних людей. «Щ», - руки Мегуми дрожали, когда он так рассуждал.       Либо, думает он, этим он и оправдывается.       Иногда он всё ещё закрывает глаза и видит, как Сукуна вырывает сердце Итадори. Иногда — как Кугисаки исчезает в портале прямо перед ними. Позже она говорит, что всё будет хорошо. И что никто из них пока не умер. Но кто может утверждать, что кто-то из них не последует за смертью так скоро?       (Тогда Кугисаки толкнула его в плечо, пытаясь утешить. Да и в принципе она не знала, как утешать, а гладить кого-то по голове ей не очень-то нравилось. Мегуми был согласен с ней.)       Краем глаза он замечает, как Кугисаки с лёгкостью принимает этот новый мир. Она сохраняет улыбку, остаётся расслабленной и, казалось бы, моментально становится его частью. Мегуми задумывается: не стал ли он для неё обузой? Эти мысли продолжают преследовать его — до тех пор, пока Кугисаки не освобождает одну руку, упираясь щекой на другую, и не указывает пальцем на один из пакетов в его руках.       — Что это? — спрашивает она.       С упаковки на них смотрел мускулистый мужчина. Его лицо было сильно затенено, что придавало образу таинственности, а обтягивающая одежда подчёркивала чрезмерно накачанное тело. Он напоминал бодибилдера. Этот персонаж занимал на упаковке больше места, чем само название бренда или информация о составе. И эта закуска, по слухам, распродаётся быстрее всех?       Мегуми уже третий раз за день заполняет стенд именно этими сладостями — они пользуются бешеной популярностью у учеников начальных классов, средней школы и даже некоторых старшеклассников. На упаковке было написано: «МАЙТО КОНПЕЙТО»       Он поднимает упаковку, показывая её Кугисаки. Та фыркает от абсурдности дизайна.       Мегуми снова бросает взгляд на яркий пакет и затем — в окно, куда-то вдаль. Он наблюдает, как по улице проходят люди с самой разной внешностью, смешиваясь в этом пестром потоке. И понимает: привыкнуть к этому ему будет не так-то просто.       Закончив с выкладкой, он с громким вздохом падает на стул и хватает 204-й номер «Геройского Еженедельника». На обложке прошлого выпуска был изображён парень по имени Бест Джинс. В этом же выпуске всю обложку занимает Жирножвач.       Листая страницы, он видит все новых и новых прогероев в самых нелепых позах. Сжав челюсть, он раздражённо кусает внутреннюю сторону щеки.       Жирножвач, как оказалось, обладает «Причудой Трансформации», позволяющей ему впитывать любые вещества в свой жир. Он использовал эту способность, чтобы поглотить часть удара от злодея и тем самым спасти множество людей.       Честно говоря, Мегуми это не особо волнует. Ему не важно, кто именно спас людей. Всё, что его по-настоящему интересует — это культурный контекст: Нормально ли писать столько о прогероях? Должны ли они с Кугисаки теперь следить за новостями каждый день? Должен ли у них быть любимый прогерой? Можно ли спрашивать о чужих «причудах» при первой встрече — или это нечто личное, как Проклятые Техники, которые обычно держат в секрете?       Мегуми лихорадочно ищет хоть какую-то информацию.       Он хватает ручку с ближайшей полки, проигнорировав недоумённый взгляд Кугисаки, и начинает что-то записывать в блокноте. Про себя он пообещал: расплатится за ручку, как только получит зарплату.       Бест Джинс. Мастер нитей. Излучатель.       Жирножвач. Поглощение жира. Трансформация.       Мегуми улавливает лексические подсказки: слово «излучатель» написано иероглифами 発動, где первый символ читался как «разряд». Он снова и снова видит этих людей на страницах журналов.       Среди других выпусков, найденных в маленькой комнатке для персонала, где они с Кугисаки теперь спят, был ещё один — 197-й номер. В нём фигурировал Влад Кинг, ещё один герой с причудой типа Излучателя — по описанию она напоминает технику Семьи Камо.       (Мегуми вспоминает, как перебирал в голове различия между ними — это был единственный способ заснуть в ту ночь. Камо Норитоши может управлять своей кровью как внутри тела, так и снаружи. А вот Влад Кинг, согласно этому журналу, способен управлять кровью только когда она вне тела. При этом он не так подвержен анемии, даже при обильной потере крови, и может даже поглощать кровь обратно в тело.       Камо-сенпай же больше полагается на свою Проклятую Энергию и объём потерянной крови. Стратегически, Мегуми считает способности Камо более выгодными: Камо способен контролировать как кровь, так и температуру своего тела, используя внутренние манипуляции. Хотя мысль о том, что Влад Кинг не подвержен анемии, всё ещё не даёт ему покоя.)       Мегуми приходит к выводу: судя по тому, что им известно об Излучателях и Трансформаторах, он и Кугисаки, скорее всего, относятся к категории «Излучателей», если, конечно, не существует ещё какой-то, пока не описанной, разновидности. Согласно собранной им информации, Излучатели, как и следует из названия, обладают способностью «излучать» — создавать или контролировать. Мегуми может вызывать и управлять шикигами, Кугисаки — манипулировать молотком и гвоздями. А если к этому прибавить ещё и некоторые побочные эффекты...              Он не до конца уверен в деталях её техник: в тот момент, когда она сражалась с Итадори против проклятых братьев, он был не рядом.       — Ты же знаешь, что за это придётся заплатить, да? — Кугисаки появляется словно из ниоткуда, сбрасывая фартук, который носила с шести утра. Мегуми мельком глядит на часы — сейчас пять вечера. Она усаживается рядом и указывает на журнал у него в руках: — Это 500 йен, плюс 200 за ручку, итого 700, Шигуро. Давай, плати.       Мегуми закатывает глаза.       — Можешь хоть на минуту перестать шутить? — устало бурчит он и показывает ей свои записи. — У нас нет доступа ни к чему. Даже телефонов...       — Может, спросим у Сугиямы-сана, где здесь местная библиотека?       Честно говоря, единственная причина, по которой они не ходили туда последние несколько дней заключалась в том, что они были далеки от презентабельного вида. От них воняло кровью и грязью, и они уже несколько дней не принимали ванну.       — Мы могли бы просто почитать историю и хоть как-то разобраться в происходящем.       — Да, но... — Мегуми указывает на обложку журнала, — Зачем им вообще нужны прогерои, если у них есть полиция? Где грань между обычным преступником и злодеем? В какой момент человек становится злодеем? И… тебе не кажется странным, что…       Кугисаки мягко, но решительно кладёт руку ему на плечо. Мегуми замолкает, перехватывая её серьёзный взгляд.              — Фушигуро. Успокойся, — спокойно говорит она. — Покажи мне всё, что узнал. Медленно.       И он подчиняется. Он беспокойно топает ногой, зная, что они с Кугисаки застряли в совсем ином мире. Годжо-сенсей не на расстоянии одного вызова звонка; нет никакой уверенности в том, что он немедленно придет, как он всегда делает, когда возникает какая-то проблема. Итадори пропал. Итадори может быть мертв. И…       — Есть ещё кое-что, — мягко перебивает Кугисаки. — К нам пришли школьники. Один из них хвастался, что он рано получил свою причуду. Судя по всему, это произошло, когда ему было около трёх лет. «Среднее» время появления причуды на данный момент четыре года. Если только, конечно, это не третий тип причуды — мутанта. Их тела физически отличаются от тела обычного человека.       Прежде чем они оба это осознают, появляется знакомый покупатель, и Кугисаки была вынуждена вернуться к кассе.       Мегуми вздыхает, играя с ручкой.

***

      Сугияма-сан оказался невероятно добрым человеком. Они закрыли магазин раньше, чем им сказал менеджер, и в итоге позже они были приглашены к нему домой. Мегуми следовал за ним, а Кугисаки то и дело поглядывала на него в удивлении. В какой-то момент она наклонилась к нему и прошептала:       — Это та часть, где он нас собирается нас убить?       Мегуми не оценил шутку (шутки о смерти, кажется, заставляют его чувствовать себя всё более и более неловко), но он не говорит этого вслух, позволяя Сугияме открыть дверь своего дома. Первым делом их встретил запах вкусной домашней еды. Чуть позже к ним вышла пожилая женщина.       — Вы двое, должно быть, Кугисаки-чан и Фушигуро-кун, — доброжелательно приветствует старушка.       Кугисаки тут же фирменно улыбнулась, растягивая щеки. (Должно быть, делать это каждый раз очень неудобно, думает Мегуми.)       — Спасибо, что пригласили нас, — говорит она и толкает Мегуми в бок. Он повторяет её слова. Сугияма-сан фыркает и садится во главе низкого стола, усаживаясь татами.       — Садитесь. Юрико сделала это для вас двоих, — ворчит он.       Сугияма-сан невероятно добрый человек.       Мегуми замечает, как Кугисаки немного дрожит, когда они садятся рядом на пол. Сугияма представляет женщину как свою жену, причем женщина настаивает, чтобы ее называли «Юрико-баасан». Мегуми хотел было отказаться, но Кугисаки опередила его, на этот раз улыбнувшись чуть теплее. Еда (Сугияма-сан невероятно добрый человек) на вкус такая же вкусная, какой Мегуми помнит домашнюю еду (невероятно добрый); С тех пор как Итадори в последний раз готовил для них с Кугисаки, он не ел ничего настолько по-настоящему сытного.       Настроение тут же падает, но он старается отвлечься, услышав, как начинает говорить Юрико-сан. Её голос настолько меланхоличный, а глаза слишком грустные, чтобы дополнять атмосферу ужина.       — Вы двое так хорошо едите... Прямо как мои внуки.       «Те самые внуки, которых завербовали Злодеи», — вспоминает Мегуми.       — У них были такие же красивые имена, как у вас. «Мегуми» и «Нобара», верно?       Сугияма-сан поистине невероятно добрый человек. Но, думает Мегуми, он добр к ним не потому, что им нужна была помощь. Это происходит совершенно по иной причине.       Позже, когда разговор сводится к пустякам (Юрико спрашивает Кугисаки, какая еда ей больше всего нравится, и тут же сравнивает ее с собственным пропавшим внуком), женщина объявляет, что будет готовить ванну для Кугисаки и что она уже приготовила комнату для них обоих. Удивленная Кугисаки застывает, передавая Мегуми тарелку, которую она только закончила мыть.       — О, мы не хотим вас стеснять, Сугияма-сан, Юрико-баасан, — пробует вежливо отказаться она, но Юрико качает головой:       — Я не могу поверить, что Каору заставляет вас спать в комнате для персонала! Вы оба всё еще дети, вам еще расти и расти! Вы должны спать в хорошем месте, — словно лишь подчеркивая это, Юрико похлопывает Мегуми по плечу. — Посмотри на себя. Ты должен хорошо питаться! Какой у тебя сейчас рост, Мегуми-кун? — она легко произносит его имя.       — Сто семьдесят девять сантиметров…       — Какой высокий! — восклицает радостно Юрико.       Мегуми никогда не чувствовал себя высоким, особенно рядом с человеком, которого видел чаще всех — Годжо Сатору, у которого рост выше большинства людей вокруг него.       — Спасибо…       — Эм, Юрико-сан, — неожиданно перебивает Кугисаки, натянув улыбку на лице. Она неуверенно вытирает руки о темную юбку их униформы. — У нас с Фушигуро-куном… разные комнаты? — почетное обращение к старшим у нее дается с сильным акцентом.       Юрико хмурится.       — Ну конечно, Нобара-чан, — мягко отвечает она, и это вызывает у Кугисаки сдавленный смешок.       Потирая затылок, будто стараясь казаться более застенчивой (Мегуми знает её повадки как свои пять пальцев… но так остро не хватает яркой, светлой улыбки Итадори — их друга, которого сейчас нет рядом), Кугисаки пожимает плечами.       — Видите ли, Юрико-сан, меня мучают ночные кошмары, и мне… мне удобнее, когда я сплю с кем-то рядом, — она симулирует румянец, а Мегуми сжимает кулаки. Они одни, по-настоящему, по-настоящему остались одни, — Мне снятся очень плохие кошмары, и только Фушигуро-кун знает, как с ними справляться с тех пор, как мы... наш друг... — её игра была безупречной, у нее даже вырвалось несколько слез, из-за чего Юрико не оставалось другого выбора, кроме как заключить её в объятия.       Когда Мегуми встречается с Кугисаки взглядом, её глаза были безжизненны. Она улыбается — чуть искренней, но куда менее радостно, чем обычно.       В конце концов Юрико помогает Мегуми перенести его футон в комнату Кугисаки, внука Сугиямы. Кугисаки лежит на животе, обхватив руками подушку и одетая в пижаму, которая, вероятно, принадлежит Юрико. Мегуми тоже надел старую одежду её внука. Он сидит на футоне рядом с кроватью Кугисаки. Откидываясь назад, он ударяется головой.       — Итак, ночные кошмары? — тихо протягивает он, потирая затылок. Кугисаки невесело усмехается.       — Мы буквально в другом мире, Фушигуро. Я бы не смогла заснуть, если бы спала одна в комнате какого-то парня, — ворчит она. — И вообще — ты только глянь на эти плакаты! Думаешь, я смогу спокойно спать, когда со всех сторон на меня пялятся взрослые мужики? Точно нет.       Мегуми с сомнением смотрит на стены. Под такими взглядами действительно как-то неуютно.       — Кто вообще эти люди?       С тихим раздражением Кугисаки развернулась и легла на кровать, подперев голову рукой.       — Вот этого я знаю… — она указывает на высокого, мускулистого блондина, чьё лицо Мегуми однажды видел на упаковке закусок. — Всемогущий. Всякий раз, когда кто-то покупает эти странные конфеты, на чеках всегда написано «Любимые Конпейто Всемогущего». Очевидно, он прогерой. Он буквально везде, как и этот... огненный парень.       Наступает долгая тишина: Кугисаки смотрит в потолок, а Мегуми смотрит на пол. Он задается вопросом, о чем думает Кугисаки, но в то же время он понимает, что их проблемы общие: пропавший Итадори и то, как вернуться к себе обратно домой... домой туда, где находятся Проклятые духи?... Домой, где находится Цумики. Где их по-настоящему ждут.       — Фушигуро.       — Что?       — Ты много храпишь.       Мегуми раздражённо кидает в неё подушку.       — Я не храплю!

***

      Публичная библиотека на удивление была маленькой, но Мегуми это не волнует. Как только он видит доступный компьютер, он сразу же бросается туда, а Кугисаки тихо ругает его за то, что он наделал столько шума. Мегуми становится все более нервным, ему некомфортно в этом мире и с людьми вокруг него. Его Проклятая Энергия, как и у Нобары, накапливается внутри него уже несколько дней. И он задается вопросом: в этом мире нет Проклятой Энергии, но теперь, когда они находятся в этом новом мире, появятся ли тут Проклятия из-за них? Эта мысль выводит Мегуми из себя, он жаждет сразиться с Проклятым Духом, чтобы высвободить сдерживаемое разочарование.       Кугисаки села рядом с ним и начала что-то печатать на бесплатном компьютере.       — Ну, тогда мы получили ответы, Шигуро - полицейским не разрешается использовать свои причуды, в то же время как прогероям это разрешено. То же самое с преступниками и злодеями, — начинает она с малого. — На чем ты хочешь сосредоточиться в первую очередь?       — На их истории. Нам просто нужно краткое изложение, и мы сможем собрать все воедино сами. Как считаешь, может ли это быть причудой путешествия по измерениям? Это кажется вполне вероятным, — он хочет отмахнуться от навязчивой мысли, но он стал свидетелем появления дракона на их пути всего через несколько минут после того, как они добрались до Публичной библиотеки.       Подобные разрушения здесь нормальны. Людям интересно наблюдать за группой людей в костюмах из спандекса, сражающихся против «злодеев». И в то же время «Спасители мира» используются для маркетинга и рекламы. Как тот Майто Конпето, которого Мегуми так надоело везде видеть.       — Что ты собираешься искать?       Он замер. "Злодейская активность" для поисков Итадори так и остаются непроизносимыми словами. Мегуми так и не озвучил свои мысли, погрузившись в просторах интернета.       Он сосредотачивается на своем компьютере, благодарный за то, что Сугияма-сан достаточно понимает и позволяет им взять выходной во второй рабочий день, что, по признанию Мегуми, смущает. Но Сугияма-сан выглядел таким серьезным когда соглашался, как будто он видел то, чего Мегуми не мог увидеть. И вот, часы за часами Кугисаки и Мегуми проводят все время, погружаясь в этот мир, время от времени комментируя то тут, то там что-то вроде: «Можешь ты в это поверить?! У какого-то прогероя есть подкаст или что-то в этом роде» и «Они оценивают... прогероев?» пока Кугисаки не останавливается на чём-то одном.       Мегуми чувствует, как его глаза время от времени трепещут от усталости. Он трет их, чувствуя, как они начинают слезиться от того, как долго они пользуются интернетом. Даже библиотекарь смотрит на них с подозрением, тем более, что сегодня школьный день, и они даже не в форме, а в одежде, которую Юрико и Сугияма позволили им разобрать.       — Фушигуро, здесь есть Геройская Академия... — что неудивительно, ведь школы есть даже у них, магов. Мегуми только понятливо мычит. — Фушигуро, слушай...!       — Что? — раздраженно отрезает он.       У Кугисаки такой вид, будто она вот-вот взорвется из-за его тона, лицо её стало красным. Мегуми расслабляет свои плечи. Они одни. Они есть только друг у друга. Он вздыхает, запуская пальцы в волосы. Кугисаки продолжает, стиснув зубы.       — Есть школа для Героев под названием UA, всего в нескольких кварталах от круглосуточного магазина, и они проводят ежегодный Спортивный Фестиваль, и, и.... прежде чем ты разозлишься, я скажу прямо: UA транслирует свой Спортивный Фестиваль по всему миру; в радиоприемниках, телевизорах, интернете. Повсюду! А парень из подкаста Про-Герой? Видимо, он ведет своё шоу все свободное время, и поэтому их слушатели стремительно растут. И знаешь что?       — Что? — осторожно спрашивает Мегуми, медленно докапываясь до сути мысли Нобары.       — Все будут смотреть. Про-герои будут набирать будущих героев, а злодеи будут следить за новой угрозой. Если мы войдем и устроим достаточно шума, Итадори увидит нас и… — Голос Кугисаки застревает в горле, — И, возможно, он сможет найти нас. Что, если он тоже ищет нас прямо сейчас? Итадори не могут просто похитить. Не тогда, когда с ним здесь Сукуна. Он просто потерялся. Ты, как никто другой, знаешь этого идиота, — отчаяние сквозило в ее голосе, — А потом мы сможем все вместе пойти домой. Знаешь, мне все еще нужно продолжать тренироваться с Пандой-семпай!       Мегуми закусывает нижнюю губу. Он несильно толкает Кугисаки в плечо, подражая ей, как она сделала несколько дней назад.       — Мы можем попробовать это. Экзаменационный сезон через... сколько месяцев? — спрашивает он, хотя знает. В худшем случае ему исполнится шестнадцать, прежде чем он сможет снова увидеть Итадори. Его день рождения пройдет, и только тогда он сможет реализовать свой самый большой шанс, и даже тогда пройдет слишком много месяцев.       Кугисаки усмехается, добавляя:       — И нам еще нужны для этого некоторые документы.       И это была пока что самая сложная часть. Но если Мегуми примет во внимание наличие Злодеев, то разве подделать документы не будет легко? Технически подделать документ может кто угодно, а если и сделает, то это будет не первый раз, когда он совершит преступление. Все, что им нужно сделать, это быть дотошными и проискать все возможное в Интернете, мол, как подделать документ и всё такое. И Мегуми сильно сомневается, что школа будет уделять особое внимание паре подростков, не имеющих отличительных особенностей, выделяющих их среди других. У Мегуми были черные волосы, а оранжево-каштановые волосы Кугисаки здесь даже не выглядят странными. Вместо этого это выглядит здесь нормально.       Бровь Кугисаки дёргается.       — Ты только что назвал меня слишком "простой" для этого мира?       Ах, Мегуми сказал это вслух.       (С ними все будет в порядке... Мегуми испытывает облегчение. Они будут в порядке. Все, что им нужно сделать, это показать Итадори, что они здесь и что они ждут его. Они будут ждать. С ними все будет в порядке. Мегуми, Кугисаки и Итадори. Они.. будут в порядке-)