Часть 1

Это яйцо дракона. Такое крохотное, синее, с зелёными пятнышками в форме звёзд, беззащитное без матери и абсолютно слабое перед любыми невзгодами, которые могут сломать его. Шан Цинхуа нашёл его случайно, как брак среди продовольственных поставок, а это мог быть только брак, потому что Дракон и яйца рождаются из природы, стихий, иногда вырастая из земли или распускаются на ветках деревьев, как цветы. Они могут быть разных цветов, но формы звёзд на скорлупе — остаются неизменными. Шан Цинхуа удивлён, что помнит так много о них; наверное, потому что это была мимолетное оживление собственных детских фантазий (его родители ругаются, их стены тонки, а он ребёнок с бурной фантазией, который предпочтёт быть, где угодно, но не с ними), а теперь он держит такое маленькое чудо, устроив ему подушку из пижамы, которую он не носит, потому что у него нет времени на переодевания. Драконы в его мире сильные — крайне непобедимые — создания, но редкие. Редкие за счёт того, как хрупка их жизнь, пока они не вылупятся. Вы могли прожить обычную человеческую жизнь купца, и случайно убить одного нерожденного дракона; однако, конечно, никогда не узнать об этом. Потому что никто не знает, как рождаются драконы; никто никогда не видел их маленькими ящерками, ибо те, что вылупляются и переживают первые годы жизни, должны быть в каких-то отдалённых и заброшенных частях мира, где нет никого другого, либо же это чистая случайность. Любая часть дракона стоит каких-то бешеных денег, и даже Лю-шиди едва ли встречал хоть одного (а он определённо хочет), как их самый странствующий пиковый лорд. По-хорошему, он должен просто немного надавить на оболочку и раздавить скорлупу. Или приготовить из него омлет, хотя подобные яйца — самые безвкусные из-за того, что состоят из природной энергии. Хрупкое существо, которое может умереть просто от того, что ветер подул слишком сильно. Совсем, как он. — Я должен бы убить тебя, — говорит Шан Цинхуа, осторожно касаясь пальцем верхушки яйца; оно, наверное, размером с перепелиное, если не меньше. — Если ты вылупишься, вырастешь, захочешь выйти полетать, то принесёшь мне много проблем. Яйцо, конечно, ничего не ответило ему. — Я плохо забочусь о других, я даже не всегда помню, что должен заботиться о себе. Спроси Му-шиди, он подтвердит, хах, — признается он, и отправляет маленький поток ци к скорлупе, питая детёныша. Яйцо чуть нагревается от его ян; так оно не замёрзнет, пока он работает. — Надеюсь, ты улетишь, когда вырастешь. Он дает ему шанс выжить, в отличие от мира.