Глава 3.

Можно промотать чуть вперёд и сразу перейти ко мне? Останови здесь и позволь мне всё исправить, Я хочу прожить жизнь, глядя на всё с новой перспективы. Присоединяйся ко мне, ведь мне нравится твоё лицо И я восхищаюсь твоим изысканным вкусом. Кого волнует божественное вмешательство, Я хочу, чтобы меня восхваляли с новой перспективы. Но уйти сейчас было бы хорошей идеей, Так что присоединяйся ко мне, пока я выбираюсь отсюда. "New perspective" by Panic! At The Disco *(*)*(*)* – Считай вслух. Шлепок. – Ах! Один. – Очень хорошо. Ещё раз. Шлепок. – Мм. Два. – Чудесно. Снова. Шлепок! – А! Т-три... ШЛЕПОК! – Четыре! ШЛЕПОК. ШЛЕПОК. ШЛЕПОК! – Пять! Ш-шесть! Семь... Она зажмурилась, когда горячие покалывания на её заднице сменились прохладными кончиками его пальцев, скользнувшими вних по ягодице. Драко провёл контур своей ладонью, издав довольный звук, когда Гермиона выгнула спину в ответ. Жар от шлепков распространился по её коже, причиняя боль и в то же время странное удовольствие, и к тому моменту, когда его рука снова неожиданно опустилась, она почти закричала: – Восемь! – Какая ты хорошая маленькая зверушка, – похвалил он, переключая внимание на другую ягодицу и проводя щетиной подбородка по менее чувствительному участку плоти. Пальцы Гермионы крепче вцепились в верхнюю перекладину стула, колени упёрлись в спинку, а пальцы ног поджались. Она предприняла смелую попытку повернуться и взглянуть на него во всей его красе, этим вечером одетого в угольно-чёрную рубашку на пуговицах и чёрный шёлковый жилет с закатанными до локтя рукавами. Его Тёмная метка контрастировала с оттенком кожи цвета слоновой кости на предплечье, делая её центром внимания, поскольку она прилегала к брюкам. Это было потрясающее зрелище: Драко Малфой стоит на коленях, а Гермиона Грейнджер устроилась на простом деревянном стуле, если не считать приятного кусочка плюша, встроенного в сиденье, чтобы защитить её колени от онемения. Ей было приказано раздеться и сесть на этот стул, как только они вошли в "Комнату наказаний". В соответствии с названием там хранилось множество комбинированных игрушек из бондажной комнаты, а также из нескольких других. Это была первая комната, которую ей не разрешили выбрать, объяснив тем, что ранее на этой неделе она отказала ему, следовательно, ей нужно преподать урок. Почему девушка согласилась на это, было выше её понимания, но, оглядываясь назад, можно было сказать, что она немного подстрекла его к этому. *(*)*(*)* Её должно было захлестнуть чувство вины. Каждой клеточкой своего тела она понимала, что то, что они творили с Драко Малфоем в “Бонде” два уик-энда подряд, не было ни логичным, ни моральным. Если чёрная маске домино и могла что-то сказать по этому поводу, то это была ревущая сирена, которая предупреждала её, как в своё время предлагала Луна, держаться от него подальше. Он был женатым человеком, и это всё, что следовало знать. Так почему же в середине дня в среду, заполняя документы за своим столом, она фантазировала о нём? Это не было чем-то постоянным. Он не принадлежал ей, а она не принадлежала ему. – Вот, кто ты, да, Гермиона? Моя маленькая шлюшка. Хорошо. Возможно, в "Бонде" каким-то извращённым, нечестивым образом она позволила себе принадлежать ему на одну ночь. Но это, конечно, не означало, что она принадлежала ему прямо сейчас, в своём кабинете, даже несмотря на то, что признаки её возбуждения всё ярче проявлялись между ног. Девушка вздохнула, закрыв лицо руками и поставив локти на стол, и молча упрекая себя за то, что зашла так далеко. Это было чем-то в высшей степени неуместным - фантазировать о Драко Малфое на своём рабочем месте, хотя она знала, что ей нужно сделать копии дела Джеймсона, чтобы отнести их на второй этаж... Вдруг раздался стук в дверь, и Гермиона с силой сжала свои ноги под юбкой, когда в кабинет вошла её секретарша Скарлетт Уэмплтон. Глаза Скарлетт были широко раскрыты, и она обмахивалась своим блокнотом, когда сказала: – Мисс Грейнджер, к вам посетитель. – Что? – Гермиона подняла обе брови, нервно перебирая какие-то бумаги на своём столе, чтобы унять жар, охвативший её кожу после недавних фантазий. Она была шокирована тем, что кто-то хотел поговорить с ней в её офисе - обычно, когда люди собирались обсудить законность магических существ, они подробно обсуждали это с её начальником, прежде чем записываться к ней на приём. – Я не помню, чтобы у меня был запланирован визит. – Вы его и не планировали, но... они говорят, что пришли обсудить освобождение всех своих домашних эльфов? – Скарлетт оглянулась на дверь, как будто всё ещё не веря своим ушам. – Я думаю, это Драко Малфой! – крикнула она приглушённым шёпотом. Мгновенно по коже Гермионы пробежал ледяной холод, и она некоторое время сидела неподвижно, в тишине, чтобы переварить услышанное. – Драко... Малфой... здесь... в моём офисе. Хочет обсудить домашних эльфов? – Д-да, мэм. – Светлые волосы? Бледная кожа? Требовательные серые глаза, которые смотрят на тебя так, будто могут разорвать пополам? – Это тот самый. Конечно, я думаю, вы описали всех Малфоев, существующих на сегодняшний день... – Впусти его. – Х-хорошо, – Скарлетт кивнула своей коллеге, прежде чем уйти и вернуться с кем-то позади неё; с кем-то, на чьём очаровательном лице блуждала гнусная ухмылка. – К вам пришёл мистер Малфой, мисс Грейнджер. – Добро пожаловать, – её голос не был очаровательным, каким он обычно бывает при общении с потенциальными клиентами. Он также не был резким, который она могла использовать, когда имела дело с нежелательными посетителями. В нём не было никакого тона, защищающего её от любых предвзятых мнений, пока она не доберётся до сути вещей. – Присаживайтесь, – она указала на мягкое кресло за столом напротив себя, и Драко ухмыльнулся, почти одобрительно, занимая своё место на нём. – Спасибо тебе, Скарлетт. – Да, мэм, – Скарлетт кивнула, её глаза всё ещё были огромными, как блюдца, когда она ушла, плотно закрыв за собой дверь. Взгляд Гермионы сразу же обратился к светловолосому светскому льву в её кабинете, и она пристально посмотрела на него, ожидая объяснений. Однако всё, что она получила в ответ, - это лишь его постоянная ухмылка и последовавший за ней комментарий. – Неестественно маленький офис, не находишь? У неё отвисла челюсть, и она хлопнула рукой по столу. – Что ты здесь делаешь? – Хм? Разве твоя ассистентка не сказала тебе? Я нахожусь в процессе освобождения нескольких моих домашних эльфов и хотел бы обсудить юридические вопросы... – Не неси мне эту банальную чушь, – Гермиона взмахнула палочкой и быстро наложила заглушающее заклинание, чтобы Скарлетт не услышала, как она отчитывает Малфоя, переходя на крик. Её голос становился громче с каждым словом, когда она говорила: – Одно дело встретиться на выходных, но совсем другое - заявиться ко мне в офис без предупреждения и... и...! Ладно, а что он здесь делал на самом деле? – И что? – он приподнял бровь. – И... – она откинулась на спинку стула, сложила руки на груди и пожала плечами. – И... Я понятия не имею, что ты здесь делаешь, – девушка обвиняюще ткнула в него пальцем. – Но я чертовски хорошо знаю, что это не имеет никакого отношения к домашним эльфам. – Ты раскусила меня, – он вскинул руки в насмешливой покорности, копируя её и тоже откидываясь на спинку стула. – Я был в Министерстве по другим делам и не смог удержаться, чтобы не навестить тебя в твоём отделе. – Чтобы посмеяться над моим маленьким офисом? – Чтобы проведать тебя, – его голос был дразнящим и в то же время странно серьёзным. Он смахнул воображаемую пылинку со своего жилета на серебряных пуговицах и склонил голову набок. – Зачем? – спросила Гермиона, совершенно ошеломлённая. – Ты... когда мы вне... вне "Бонда"... ты никогда... – Я думал о тебе, – признался он. – Подай на меня в суд. – Возможно, я так и сделаю. – О, перестань, Грейнджер, – он закатил глаза. – К чему вся эта враждебность? – Послушай, – она скрестила руки на груди. – Только потому, что мы провели вместе несколько приятных вечеров в клубе, не даёт тебе права появляться в моём офисе ни с того ни с сего. Что, если бы стало известно, что ты был здесь? Что бы подумала твоя жена? Челюсть Драко напряглась, и его серые глаза опасно сверкнули в её сторону. – Мне кажется, об этом должен задумываться я, а не ты. – Я не буду разлучницей. – Ты ей и не являешься. – Ты заявился в мой офис. В середине недели. Чтобы "проведать меня"? – она вздохнула, встала со стула и указала на дверь. – Ты уже можешь идти. – Я никуда не уйду. – Мне вызвать охрану? – А я-то думал, ты не хочешь, чтобы все узнали, что я здесь, в твоём кабинете, – он издал цокающий звук и постучал ногой по полу. Снова вздохнув, девушка приложила руку ко лбу, чтобы убедиться, что у неё на самом деле не галлюцинации, вызванные лихорадкой. – Я так запуталась. – Ясно, – он похлопал себя по коленям, совсем как в прошлые выходные в клубе, и выжидающе уставился на неё. Гермиона подняла обе брови, оглядела комнату, а затем, наконец, снова перевела взгляд на него. – Ты ведь сейчас не серьёзно. – Я смутно припоминаю, что ты согласилась на то, что я могу делать с тобой всё, что захочу в любое время. Днём и ночью. Она взглянула на закрытую дверь, а затем снова на него. – Да. Я это сказала. В "Бонде". Но это... – она указала между ними. – Это не то, что я имела в виду. – Ну же, любимая, – ухмыльнулся он, снова похлопывая себя по коленям. – Просто посиди у меня на коленях две минуты. Дай мне что-нибудь, чего я с нетерпением жду в эти выходные. – Нет. Ты женатый мужчина. Иди и усади свою жену к себе на колени. И покончим с этим, – она вскинула руки и направилась к двери, чтобы открыть её, но Драко поймал девушку за запястье и остановил. – Что значит "покончим с этим"? – Я имею в виду, всё, конец. Одно дело встречаться в клубе, незаметно для других. И совершенно другое - заявиться ко мне в офис и... – его большой палец описывал круги вдоль пульсирующей вены на её запястье, отчего дыхание девушки неожиданно участилось сбиться с дыхания. Она заставила себя подавить возбуждение. – И тебе нужно уйти. – Правда? – он поднёс её запястье к губам и нежно поцеловал. – Гермиона, мы оба знаем, что ты не это имела в виду. – Безусловно, именно это. – Тогда почему у тебя дрожит рука? Она прищурилась, понимая, что он действительно прав. Её рука дрожала в его объятиях. – Очевидно, это потому, что на каком-то первобытным уровне я нахожу тебя привлекательным. – Так ты действительно хочешь, чтобы я ушёл? – Да. – Зверушка... – Я не твой питомец. Мы просто два человека, которые дурачились по своей прихоти. У меня, очевидно, есть некоторые подавленные сексуальные проблемы, проистекающие из моего неудачного брака, а у тебя... Я понятия не имею, что с тобой не так. – Хочу тебя, – он притянул девушку ближе, оставляя бесстыдный след поцелуев на её руке. Каждое прикосновение губ окутывало её кожу теплом и покалыванием, пока она не закрыла глаза, слушая успокаивающий звук его голоса, когда он шептал между поцелуями: – Я не мог перестать думать о тебе, Грейнджер. Ни разу. И меня от этого тошнит, потому что я никогда не думал, что могу чувствовать себя, словно школьник. Просто мысль о тебе, на работе, склонившейся над бумагами, с этой маленькой морщинкой между бровями... – Прекрати, – она выдернула руку из его хватки и снова открыла глаза. Тёплые карие глаза встретились с холодными серебристыми, и девушка отрицательно покачала головой. – Мы не должны, – и хотя она произнесла эти слова, в её тоне было что-то очень красноречивое; Гермиона сама не верила в то, что говорила, и Драко это уловил. Он встал, возвышаясь над ней, и наклонил к ней голову, нос к носу. – Мы с тобой оба знаем, что это, – он провёл кончиками пальцев по её щеке, – не прекратится. Не мной. И уж точно не тобой. – Не стоит недооценивать силу решительной женщины, – она нахмурилась, хотя и не сделала попытки пошевелиться. То, как его пальцы танцевали по её коже, когда он скользнул ими вниз по шее, погрузило девушку в водоворот чувств, варьирующихся от скромных до полнейшего сексуального безумия. В какой-то степени было почти лестно думать, что он выкроил время из своего рабочего дня, чтобы заглянуть к ней в офис. Лестно и по-идиотски. – Тебе следует уйти. – Ты действительно этого хочешь? – Я... к-конечно, хочу. Ты нарушаешь мой рабочий день, – глаза ведьмы затрепетали и закрылись, когда его пальцы снова пробрались вверх по её шее, и Малфой заправил несколько локонов, выбившихся из пучка, ей за ухо. – Ты отвлекаешь, – решительно сказала она, заставляя себя снова открыть глаза. Глаза Драко искали её собственные, лёд его радужек растаял, став успокаивающим грифельно-серым. – Перестань так на меня смотреть. – Как? – Как будто я тебе небезразлична, – подумала она. – Как будто... как будто то, что между нами происходит, не является простым экспериментом. – Это то, что ты думаешь? – в его голосе не было обиды, но в вопросе чувствовалась искренность, как будто он не знал её ответ и действительно хотел знать его. – Эксперимент? – Я много думала об этом, – сказала она хриплым и тихим, как шёпот, голосом. Действительно, девушка размышляла о том, что происходило между ними, в течение последних двух недель, и в промежутках между фантазиями о нём. И она пришла к выводу. – И поскольку я знаю, что ты такой же новичок на этажах, как и я, это единственное разумное объяснение. – Ты просто полна предположений, – размышлял он, развлекаясь. – Я ошибаюсь? Ты поднимался на верхние этажи с другими? – Нет, – он ухмыльнулся. – Значит, для тебя это тоже в новинку. – В некотором смысле... Она прищурилась. – Ничто из того, что ты когда-либо говорил, не имеет никакого смысла. – Тогда позволь мне упростить это для тебя, – он приблизился к её лицу, так что они оказались нос к носу. – На данный момент ты единственная, кого я нахожу достаточно интересной, чтобы рискнуть перейти на Второй уровень. В тебе есть что-то притягательное, Грейнджер, и я полон решимости выяснить, что именно. – Ох. Тогда позволь мне упростить это для тебя, – она ткнула ему в грудь указательным пальцем. – Очевидно, у тебя в голове глубоко укоренились какие-то представления о том, что ты был влюблён в меня с детства. Но правда в том, что я знакомая. Вот, что тебя привлекает. Ты можешь побывать на верхних этажах без чувства вины, даже зная, что занимался этим без жены, с незнакомцем. В какой-то извращённой манере ты можешь оправдать меня, потому что я, одним словом, самый безопасный для тебя вариант. Ты знаешь, что я бы не стала рассказывать прессе о твоих пристрастиях к сексуальным извращениям, и ты обманывал себя, думая, что между нами есть какая-то связь, которая избавит тебя от чувства вины за то, что ты изменил своей жене. Когда ухмылка не сошла с его лица, как ожидалось, девушка нахмурилась. – Почему ты всё ещё улыбаешься? Он усмехнулся, потеревшись носом о её нос. – Я просто жду, когда ты сама всё поймёшь. – Что тут понимать? Ты не уравнение, Малфой. – Драко, – поправил он. – Это мой офис. Я буду обращаться к тебе так, как мне нравится, – она ощупала свой стол, сохраняя при этом совершенно неподвижное выражение лица, и её пальцы нащупали бумажку, которую девушка искала. Она подняла руку и просунула брошюру между их носами, заставив его отступить на несколько дюймов. – Освобождение домового эльфа - и вас! – она процитировала внимательное название по памяти. – Прочтите это. Проживите это. Полюбите это, – Гермиона ткнула брошюру ему в грудь. – Когда будете готовы обсудить варианты вашего освобождения, вы можете договориться о встрече с мисс Уэмплтон снаружи. До тех пор не появляйтесь в моём офисе без предупреждения. Пальцы Драко сжали бумагу, и он приподнял бровь, прочитав название. – Спасибо, мисс Грейнджер, – его ухмылка стала ещё шире. – Я обязательно это сделаю. Рот Гермионы приоткрылся, и она с любопытством уставилась на него. – У-Убирайся из моего кабинета. – Конечно, – он изящно склонил голову, а когда снова поднял её, подмигнул. – Значит, увидимся в пятницу? – А если я скажу "нет"? – Тогда ты обнаружишь, что твоя записная книжка вся заполнена. – Ты бы этого не сделал. – О, я бы с удовольствием сделал это, – он посмотрел на брошюру с насмешливым обожанием. – Просто сам я не могу разобраться в этих правилах. Уверен, что мне потребуется довольно много времени, чтобы разобраться во всём этом, и кто лучше тебя сможет освободить меня, следуя этим правилам? – Прекрасно! О, Господи! Прекрасно! Я буду там в пятницу! – Отлично, – он сунул брошюру в нагрудный карман жилета. – Внезапно я почувствовал, что стал гораздо лучше разбираться в этой терминологии. Ещё раз спасибо, мисс Грейнджер, – волшебник направился к двери, засунув руку в карман брюк. – О, кстати, – он повернул к ней голову. – Следующую комнату выберу я. – Что? Нет, ты этого не сделаешь. Сделка заключалась в том, что комнаты выбираю я. – Да... нет. Тема закрыта для обсуждения, – он повернул ручку, лишив девушку возможности ответить, поскольку заглушающее заклинание работает, только когда дверь закрыта. Малфой сказал громким голосом, чтобы Скарлетт могла слышать: – Большое спасибо вам за уделённое время, мисс Грейнджер. Я чувствую, что теперь мне стало абсолютно всё понятно. Тогда мне просто назначить встречу на выходе? Гермиона схватила книгу со своего стола и пригрозила запустить ею в него, и он подавил смешок. – Вот, что я тебе скажу. Почему бы тебе не послать мне сову, когда будешь свободна? – он опасно подмигнул ей и закрыл за собой дверь. *(*)*(*)* – Девять! – Гермиона взвизгнула, прикусив нижнюю губу, чтобы сдержать готовый вырваться наружу крик. Последний удар по её заднице был громким и более сильным, чем предыдущие. Она ощущала тяжесть его руки, не покидавшей ягодицу девушки с тех пор, как он нанёс этот жестокий удар. Его губы прижались к изгибу её спины, нежные и заботливые по сравнению с болью в заднице. – У тебя так хорошо получается, – прошептал он, впиваясь пальцами в её пылающую кожу. – Я горжусь тобой. Она проглотила комок в горле, смущённая тем, как его похвалы разжигают огонь внизу живота. Жжение в животе было почти таким же сильным, как и на её заднице, и она отчаянно хотела услышать ещё больше его похвалы. – Спасибо. – Всегда пожалуйста, – нежно сказал он, целуя впадинку между её лопатками. – Ты готова к большему? Она слегка кивнула, и его ладонь сильно погладила её ягодицу, заставив её глаза заслезиться. Хотя последний удар был не таким сильным, как предыдущие, её кожа всё ещё была чрезвычайно чувствительной, поэтому боль усилилась в геометрической прогрессии. – Десять...! – она уронила голову вперёд, ногти впились в дерево. – Я говорил тебе никогда больше не отказывать мне. И что ты сделала в среду? ШЛЕПОК. – Я... Я сказала вам "нет", сэр. – Правильно, любимая. Думаешь, мне нравится слышать, как ты говоришь мне "нет"? – Может быть, немного... ШЛЕПОК. – Ой! Н-нет, сэр! – Считай. – Одиннадцать. Двенадцать. – Неправильно. Мы начинаем сначала. – Что? – она резко повернула голову и уставилась на него широко раскрытыми глазами. – Почему? – Потому что мне это нравится, – он приподнялся и встал, обойдя стул, чтобы посмотреть на неё сверху вниз. Серебро в его глазах было тонким кольцом из-за сильно расширенных зрачков. – И потому что ты этого заслуживаешь, – Драко заложил руки за спину и ухмыльнулся. – Скажи это. Скажи, что ты заслуживаешь наказание. Её сердце бешено заколотилось, и девушка не смогла устоять перед трепетом, который пробежал по венам, когда в кровь хлынул адреналин. – Я заслужила это. Я отказала вам, и мне очень жаль, – он поднял бровь, и она добавила, – Сэр. Было предложено (или потребовано, в зависимости от того, как девушка на это посмотрит), чтобы, обращаясь к нему этим вечером, она говорила "Сэр". – Отлично. Рад, что мы пришли к согласию. Иди и выбери своё наказание. – Что? – Прости, любимая. Я заикнулся? Я сказал - иди. Выбирай. Своё наказание, – он высвободил руку, чтобы обхватить её подбородок и поднять лицо, вынудив девушку посмотреть на него. – Ты была плохой девочкой, Гермиона. Ты строила предубеждённые гипотезы на мой счёт, отказывалась признавать, что принадлежишь мне, и, насколько я помню, угрожала запустить в меня книгой. – Ты вёл себя как задница... Его пальцы легонько похлопали по её щеке - не пощёчина, но этого было достаточно, чтобы привлечь внимание девушки. – Будь аккуратнее. Быть может, я сейчас пойду и выберу наказание для тебя, – его глаза опасно заплясали в свете свечей. – Продолжай, любимая. Выбери что-нибудь и предоставь это мне. Войдя в роль с прошлой недели, девушка сделала так, как ей сказали, и наслаждалась отсутствием контроля. Она решила, что, возможно, именно по этой причине возвращается на третий уик-энд подряд. Помимо того факта, что Гермиона испытывала глубокое влечение к своему некогда врагу детства, было что-то такое освобождающее в передаче контроля кому-то другому на несколько часов своей жизни. Драко ещё не сделал ничего, что бы ей не понравилось, поэтому девушке было немного спокойнее от осознания того, что он будет тем, кто скажет ей, что, как и когда делать. Все свою жизнь она делегировала друзей, семью, партнёра в отношениях. Отдать кому-нибудь бразды правления... по ощущениям, это было словно камень упал с её плеч. Может быть, Луна знала, что ей понадобится что-то вроде этого. Блондинка всегда умела узнавать о людях то, чего они сами о себе не знали. Хотя Гермиона всё ещё сомневалась в том, что нарглы когда-либо существовали. – Выбрось все мысли из головы, – сказал Драко, возвращая её внимание. – О чём ты думаешь? – Честно? – спросила она, поднимаясь со стула. – О нарглах. – Что? – Вот именно. Не обращай внимания, – она пренебрежительно махнула рукой и заметила, как его взгляд скользнул по её обнажённому телу. Внезапно смутившись, девушка попыталась прикрыть наиболее открытые части своего тела, но Малфой обошёл кресло, заставив волшебницу замереть. – Повернись, – произнёс парень, и она повернулась. Гермиона знала, что теперь его взгляд прикован к её, несомненно, покрасневшей заднице, и протянутая рука собственнически легла на её левую щёку. – Освободи свой разум. – Я... не знаю, как это сделать. – Попробуй. Закрой глаза. – Но... – Просто сделай это. Она вздохнула и послушалась. – Зачем? – Потому что я не смогу должным образом наказать тебя, если ты не будешь полностью здесь в этот момент, – мягкие губы коснулись мочки её уха, и девушка инстинктивно прижалась к нему всем телом. – Так что пусть твой разум освободится. Забудь о работе. Или о доме. Сосредоточься на мне. На этом, – его пальцы скользнули по её бедрам и задержались там. – Не притворяйся, что ты не ждала этого события всю неделю, – он поцеловал её в ухо, шею, подбородок... – Признайся, что тебе нравится приходить сюда. – Для чего? – Мне нужно это услышать. С каких это пор Драко Малфою было что-то нужно от неё? – Я думала, это должно было быть наказанием, – прошептала она, пытаясь поддразнить его, чтобы немного ослабить напряжение, нарастающее между ними. – Тебе нравится? – Признаться, немного нравится. Его губы ухмыльнулись около её шеи. – Да? – Да. – Тогда иди и выбери своё наказание. Он подтолкнул её вперёд, заставив споткнуться и захныкать из-за отсутствия контакта. Несмотря на то, что она притворялась, будто это не правда, ей начинали нравиться эти ночи с ним, хотя девушка знала, что это не могло перерасти во что-то большее. Эти моменты, затерянные в покорной природе его доминирующей личности, были мимолетными и оторванными от остальной её реальности. Встреча с ним в офисе Гермионы вызвала болезненное напоминание о том, что происходящее между ними может быть лишь временным развлечением. Не потому, что она хотела чего-то большего. Но просто осознание того, что её использовали для собственного развлечения, а в конце дня он просто возвращался к жене без всяких угрызений совести... Гермиона завидовала этому. Когда эта ночь закончится, ей придётся столкнуться со своей реальностью - она снова останется в своей квартире одна. То, что было между ними, вновь отодвинется на второй план, и она окажется не более, чем красивой вещицей, находящейся в его распоряжении. Девушка задавалась вопросом, как долго это продлится, прежде чем он устанет от неё и переключится на кого-то другого? Этот вопрос терзал её, прожигая дыру в душе. Ему не следовало приходить в среду. Потому что до этого она не задавала себе этих наводящих на размышления вопросов. До этого ей не приходилось встречаться с ним вне "Бонда", и эта встреча стала неким напоминанием о том, что он существовал и в реальном мире, а не только здесь, в клубе. Малфой жил жизнью, полностью исключающей проведения его ночей с этой девушкой. Возможно, это было из-за развода, но Гермиона почувствовала, что её начинает грызть та же жгучая ревность, которую она чувствовала, когда думала о том, что Рон продолжает жить своей жизнью. Осознавать, что она больше не была центром чьего-либо мира... Это причиняло боль. И это было единственное наказание, которое Драко никогда не собирался ей назначать, но которое она всё же получила. Её взгляд остановился на восточной стене, где были выставлены множество различных предметов для наказания. Пальцы девушки скользнули по кнуту, хлысту для верховой езды, прочным палкам и деревянным тростям. Каждый из предметов вызывал в ней особые чувства, и, хотя девушка никогда бы не сказала об этом Малфою, она провела некоторое исследование в своё свободное время, решив погрузиться в знания об этой новой сфере. Потому что она не была бы Гермионой Грейнджер, если бы заранее не знала, чего ожидать. Девушка знала, что не хотела слишком большой боли, и она была почти уверена, благодаря своим исследованиям, что Драко не был садистом. Его забота и внимание к ней доказали, что он получал удовольствие только от того, что она получала удовольствие от него. Кроме того, ему просто нравилось контролировать ситуацию. Она провела психоанализ до такой степени, что пришла к выводу о том, что, возможно, отсутствие контроля в детстве заставило его жаждать этого сейчас. Чёрная метка на его руке была выбором, сделанным под давлением отца и потребностью угодить ему. Драко даже сейчас испытывал ту же потребность, хотя она была гораздо более сильной и структурированной. Девушка была уверена, что пока она будет отдавать ему контроль, он даст ей всё, что она пожелает. Её взгляд постоянно возвращался к хлысту для верховой езды, и она облизала губы, когда протянула руку, сняла его со стены и протянула Малфою. – Вот этот. Он выразительно кивнул ей головой, забирая у неё хлыст, и указал обратно на стул. – Так уверенно, – отметил он. – Как интересно. – Тебе это не нравится? – спросила она, снова забираясь на стул лицом к нему, выпятив задницу и вцепившись пальцами в подлокотники. Драко ухмыльнулся, снова и снова постукивая кожаным хлыстом по ладони. – Оу, мне это нравится, – его лицо озарилось радостным нетерпением. Девушка была счастлива, что смогла придать его лицу такое выражение. Оно так ему шло. – Я позволю тебе выбрать, сколько ударов, по твоему мнению, ты заслуживаешь. В конце концов, это твоё наказание. Гермиона закрыла глаза и отвернулась от него, не желая, чтобы он видел румянец, заливший её лицо. Она несколько мгновений обдумывала эту идею, прежде чем ответить: – Семь, сэр. – Почему семь, любимая? – По одному за каждый день недели, когда мы были порознь. И два за то, что отказала тебе в среду. Он одобрительно хмыкнул и подошел к ней сзади. – Звучит справедливо. Считай их. УДАР. Кожаный лоскут на конце пришёлся прямо на середину её правой ягодицы, от такого удара по спине пробежали мурашки. Это отличалось от ударов рукой, но в приятном смысле. Гермиона думала, что будет больнее. Вместо этого боль прошла почти так же быстро, как и появилась. – Один. УДАР. – Два. С каждым ударом по заднице Гермиона чувствовала, как частичка её самой уступает место кому-то другому; она чувствовала себя такой отвлечённой от повседневной суеты. Всё, что сейчас имело значение, - это Драко, наказание и подсчёт ударов. Исчезли её тревога, стресс, чувство вины, которые мучили девушку большинство ночей после чего-то подобного. Сейчас она всего лишь хотела получить ещё один удар и продолжить, пополнив свою копилку второй комнатой, которую они вместе посетили. – Ах! Пять. Девушка крепко зажмурилась, готовясь к шестому удару, но его не последовало. Вместо этого теплая рука прижалась к её круглому заду и помассировала кожу. – Больше не будет, – он провёл пальцами по её спине, а затем положил их на плечо. – Ты была такой хорошей девочкой, Гермиона. Она склонила голову набок, улыбаясь при звуке своего имени. – Спасибо. – Ты заслужила награду. – Правда? – Конечно. Одевайся. Ты выбираешь следующую комнату, – она почувствовала, как он перекинул шелковистую ткань её чёрного платья через плечо, одновременно с этим прижавшись губами к её щеке. Покраснев, девушка поднялась со стула, надела платье и подобрала туфли на каблуках. Драко улыбнулся ей - искренней улыбкой - и взял её за руку, переплетая их пальцы. – Видишь? Это было не так уж плохо, правда? Она покраснела в ответ, решив промолчать, чтобы не испортить момент, пока он вёл её к двери. Малфой повернул ручку, и когда дверь распахнулась, ведьма увидела, что руна, выжженная на ней, потеряла своё сияние. В зале на Втором ярусе в этот вечер было мало пар. Большинство из них всё ещё были на Первом этаже, танцевали и выбирали достойного партнёра. Драко, не теряя времени, потащил её на второй этаж сразу же по прибытии, даже когда Блейз и Пэнси настаивали на том, чтобы сначала они все вместе выпили хотя бы по рюмочке. Драко был неумолим в своей решимости затащить её наверх и требователен после того, как добился этого. Поэтому, увидев эту сторону Драко, такого нежного и сострадательного, у Гермионы закружилась голова. Он вывел их из комнаты, притянув её к себе для глубокого, властного поцелуя, от которого у неё внутри всё сжалось. Его руки скользнули в её волосы, сильно дёрнув их назад, в то время как его язык коснулся её нижней губы, как бы говоря ей, что делать дальше. Гермиона сдалась, встретившись своим языком с его, и они оставались в объятиях друг друга в течение нескольких минут. Её руки скользили вверх и вниз по его груди, спине, заднице, желая запомнить каждую деталь, чтобы позже она могла погрузиться в свои воспоминания. В порыве страсти он схватил девушку за задницу и обвил её ноги вокруг своей талии, прежде чем прижал их обоих к стене позади неё. Гермиона ударилась головой об стену с характерным звуком, но она была так поглощена его поцелуем, что ей было всё равно. – Прости, – пробормотал волшебник между поцелуями. – Не стоит, – ответила она, затаив дыхание и наклонив голову чуть ниже, чтобы запечатлеть поцелуй под его ухом и затем вдоль челюсти. Гермиона умирала от желания проверить эту теорию с тех пор, как Пэнси заявила, что это его слабое место, и, судя по тихому и неконтролируемому стону, сорвавшемуся с губ Малфоя, слизеринка была права. Интересно. Девушка не была уверена, что хочет знать, откуда Паркинсон это было известно, но она была благодарна за совет. – Гермиона... о, чёрт, – его пальцы сжали её бедра, когда она прикусила мочку его уха, меняя их роли. Она была уверена, что если продолжит в том же духе, то сможет поставить его на колени, если захочет. – Ммм... выбери комнату. – Я не знаю рун, – призналась она соблазнительным шёпотом. – Напомнишь мне ещё раз? Некоторые комнаты? – ей стало так комфортно целоваться с Драко, что она не возражала, если вдруг две другие пары в этой гостиной увидят, как они целуются у стены словно подростки. "Бонд" становился для неё чем-то вроде зависимости - как и Драко. Он судорожно вздохнул, когда девушка прошлась поцелуями вверх и вниз по его шее, и ему потребовались все силы, чтобы сосредоточиться на ответе. – Там комната для ролевых игр, комната для вуайеристов, комната с игрушками... – Эту, – она откинула голову назад, чтобы посмотреть ему в глаза. – Эту, пожалуйста. – Хорошо, – он ухмыльнулся, опуская девушку на пол и беря её за руку. Он провёл Гермиону через гостиную к двери с символом в виде спирали, разделённой тремя линиями. Поскольку гостиная в основном была пуста так же, как и комната, Малфой, не раздумывая, затащил её туда. Эта комната отличалась от других - она была прямоугольной и имела внутри два мягких и кожаных дивана, тёмно-синие стены с белой отделкой, камин в центре, прямо напротив диванов, и окно, без сомнения, заколдованное, чтобы выглядело так, будто по ту его сторону только что выпал свежий снег. – Вау... – ведьма приложила руку ко рту и ахнула. – Эта комната такая красивая. – Правда? – спросил Драко, отпуская её руку. – Хм. Полагаю, в некотором роде это очаровательно, – он прошёл по покрытому ковром полу и сел на диван рядом с камином. – Садись. На этот раз Гермиона не стала возражать. Она не пыталась упорядочить свои мысли, а просто подчинилась и села к нему на колени, обвив руками его шею. Девушка проложила дорожку из поцелуев от его щеки к уху, затем к шее и вниз к воротнику, слушая его удовлетворённые вздохи, как будто это были золотые звездочки за хорошо выполненную работу. Драко положил её ноги на диван, чтобы она обвилась вокруг него словно новобрачная, затем он повернул голову и захватил её губы в мягком, но требовательном поцелуе. Этим вечером между ними возникло нечто, чего не было раньше - чувство срочности. Как будто они оба знали, что с каждой комнатой, вычеркнутой из списка, они становятся на шаг ближе к романтической близости занятий любовью, которые Драко ей обещал. Хотя Гермиона и была взволнована и предвкушала это приключение, она также понимала, что после этого их будущее станет туманным. Возможно, их свидания закончатся в то же время, что и контрактное соглашение, или, возможно, он захочет продолжить эксперименты? Что это значило для него? Ей не понравилась идея стать гарниром к основному блюду. Конечно, это был Драко Малфой. Чего ещё она могла ожидать от такого, как он? Она действительно ожидала, что он будет заботиться о ней больше, чем о каком-то сексуальном развлечении? Почему от этой мысли ей захотелось выбежать из комнаты, плача навзрыд? С каких это пор это приключение стало эмоциональным? Не желая зацикливаться на этом, она оторвалась от его безумных поцелуев, чтобы спросить: – Разве это не должна была быть комната с игрушками? Я ничего не вижу. – Эта комната устроена иначе, чем большинство других. У каждого человека свои предпочтения, поэтому комната учитывает интерес и, наоборот, неприязнь человека к чему-либо, создавая идеальную обстановку для удовлетворения его потребностей. – Это комната потребностей. – Именно. – Как странно! – Гермиона нетерпеливо оглядела комнату. – Этот вид магии чрезвычайно сложен. Я никогда не слышала, чтобы кто-то мог воспроизвести его за пределами Хогвартса. Владелец этого заведения должен обладать этими знаниями. Значит, этот человек выпускник Хогвартса, ведь так? Драко пожал плечами. – Я стараюсь не зацикливаться на таких вещах. Это лишает веселья. – Откуда ты знаешь? – она приподняла бровь. – Нет, правда, откуда ты вообще так много знаешь об этих комнатах? Если ты никогда не был здесь с кем-то... Его ответ был быстрым. – Блейз и Пэнси проводят много ночей в этих комнатах. – Хорошо, – она прищурилась. – И что, они просто делятся с тобой своими знаниями в этой сфере? Свободно? Просто так? – Ну... да, – он рассмеялся. – У Пэнси сложилось неверное впечатление о том, что однажды вечером я присоединюсь к ним. Блейз свингует в обе стороны. – Оу, – Гермиона моргнула. – Итак... если она хочет, чтобы ты присоединился к ним... значит ли это, что ты...? – Что? – только через мгновение он понял, что девушка имела в виду. – О. О! Нет. – Потому что всё было бы хорошо, даже если бы ты был... – Я не бисексуал, Грейнджер... – Но если бы ты им был, я бы не осуждала... – Я гарантирую тебе, что я абсолютно натурал, – убедительно сказал Малфой. – Не то, чтобы у меня были проблемы с кем-то, кто им не является. Очевидно. Блейз - один из моих близких друзей. – И он хочет увидеть тебя в нижнем белье, – поддразнила она, хихикая. Вдруг ей в голову пришла смелая мысль, и ведьма рассмеялась во весь голос, сказав: – Он хочет увидеть нас обоих в нижнем белье! – Или без него, – Драко ухмыльнулся, пытаясь сдержать смех, угрожающий сломать его поведение. В конце концов он не выдержал и откинул голову назад, давая волю смеху. – Ох, вау. Я не могу поверить, что мы только что обсуждали что-то подобное. – Я тоже! – Гермиона хихикнула в изгиб шеи. – Может быть, мы предложим ему посетить комнату для вуайеризма вместе с нами? – но затем видев, как поднялись его брови, она покачала головой. – Я шучу! – Ох. Слава Мерлину, – он притворился, что вздрогнул. – Мне не нужен сейчас образ Блейза, дрочащего на нас, в моей голове. Гермиона хихикнула, целуя его в щёку. – Итак, эта комната работает точно так же, как и комната потребностей? – Принцип тот же, но всё более ограниченно. Еда, алкоголь и тому подобное здесь не появляется. Но, допустим, пара захотела понаблюдать за собой... – он протянул руку, и Гермиона последовала за ним туда, где примерно в десяти футах от них теперь стояло старинное напольное зеркало. Она поймала в отражении горячий, тлеющий взгляд Драко, а также румянец на своих щеках. – В этой комнате есть всё для того, чтобы доставлять удовольствие. Игрушки не ограничиваются вибраторами и тому подобным. Зеркало работает также хорошо, – он повернул девушку лицом к себе, усадив на колени так, чтобы её ноги лежали с внешней стороны его коленей, и приподнял подол платья. Гермиона покраснела, увидев своё отражение, полностью обнажённое, ведь этим вечером она не надела трусики, чтобы удивить его. Драко одобрительно ухмыльнулся и положил одну руку на внутреннюю сторону её бедра, в то время как другой начал мять прикрытую платьем грудь. – Посмотри, какая ты красивая, любимая. Рука на её бедре двинулась вверх, и голова Гермионы откинулась назад, упираясь в его плечо. – Прикоснись ко мне. Пожалуйста, – на этой неделе она мечтала об этом почти каждую ночь, отмечая, что у них до сих пор не было настоящего секса. Это сделало давление их сексуальных желаний ещё более отчаянным, а то, как он смотрел на неё в отражении, вызывало у девушки желание сорвать с него одежду, чтобы скакать на нём все выходные. – Закрой глаза, – приказал он, и она послушно закрыла их. – Всегда так стремишься угодить, любимая. Мне нужно, чтобы ты кое-что сделала для меня, Гермиона. Я хочу, чтобы ты сосредоточилась на моём голосе. Ты сможешь это сделать, любимая? – Мммм... – она медленно кивнула, двигая бёдрами, чтобы побудить его прикоснуться к ней. Рука зависла над ней, тепло его ладони разливалось по её клитору подобно солнечному свету. Он был так близко... если бы он только придвинулся чуть ближе... – Теперь подумай о том, что бы ты хотела засунуть в эту мягкую, – он прикусил мочку её уха, – тёплую, – затем провёл языком по раковине уха, – влажную киску. – Ты, – немедленно ответила она, с отчаянием в голосе, который девушка едва узнала. – Я хочу, чтобы ты был внутри меня. Он усмехнулся, и тепло его дыхания, вырвавшегося из носа, щекотало ей ухо. – Конечно, я знаю, что ты хочешь этого. Но это комната игрушек, милая. Я не игрушка. Ты моя, – его пальцы опустились, слегка шлёпнув её по киске и заставив застонать от желания. – Итак, чего бы ты хотела, кроме моего члена, внутри себя прямо сейчас? Гермиона почувствовала, как у неё задрожали ноги, когда он прижал к ней тыльную сторону ладони и начал водить круговыми движениями по клитору. Она застонала, подавшись вперёд, и он тут же убрал руку. – Нет, – девушка застонала, снова открыв глаза, чтобы встретиться с его взглядом в зеркале. – Пожалуйста. Не останавливайся. – Тогда выбери что-нибудь, – сказал он, вызывающе подняв бровь. Гермиона сосредоточилась, но обнаружила, что это бесполезно. Её страсть к нему, после нескольких недель ожидания, наконец истощила терпение. – Я просто хочу тебя, – она повернула лицо, чтобы посмотреть на него. – Выбирай сам. Только, пожалуйста, не переставай прикасаться ко мне. Удовлетворённый её ответом, он поцеловал девушку в губы и сказал: – Ты уверена в этом? – Да, – она кивнула. – Пожалуйста. Драко кивнул в знак согласия и снял девушку со своих колен. С грациозной осанкой он опустился на пол между её ног, стянул с ведьмы платье через голову и ухмыльнулся ей. Малфой вытянул руку, закрыл её и снова открыл, и затем в ней появился золотой зажим, очень похожий на те, что он использовал на её сосках неделю назад. Но в этот раз там был только один, и то, как Малфой вызывающе ухмыльнулся ей, заставило девушку на мгновение забыться. – Что это? – Ты сказала, что я могу выбрать любую игрушку, которую захочу, – жадно ответил он. – И я обещаю, что тебе будет так хорошо от этого, любимая. – Что это? – Почему так много вопросов? Ты мне не доверяешь? Она кивнула. – Конечно доверяю. – Тогда откинься назад и закрой глаза. Гермиона сделала, как ей приказали, и после нескольких чувственных поцелуев в её пульсирующий центр, которые заставили девушку выдохнуть его имя, она почувствовала укол в области клитора. Она вскрикнула, не готовая к ощущениям, но они мгновенно исчезли, когда зажим на клиторе начал вибрировать. – О!… О! – её глаза распахнулись, и она увидела, что парень улыбается ей в лицо, прикусив нижнюю губу. – Ммм... – девушка попыталась сдержать стон, но затем Драко постучал пальцем по зажиму, и вибрация усилилась. – Ооооох... Вау. – Одобряет ли моя любимая свою награду? – Ммм... очень. – Хорошая девочка, – он снова постучал по зажиму, и пульсация сменилась одной короткой вибрацией, за которой следовали две длинные. Ритм повторялся снова и снова, выстраивая Гермиону, как карточный домик. Драко поднялся на ноги, притянул её к себе и отошёл всего на два фута от зеркала. – Потрогай свою грудь для меня, Гермиона, – она увидела приятный блеск в его глазах, когда посмотрела на него, и провела пальцами по соскам, желая доставить ему удовольствие. – Посмотри на себя. Расстроенная тем, что пришлось отвести от Драко взгляд, но не желая нарушать его субординацию, она отвернулась от него и уставилась на свою грудь, вздымающуюся вверх-вниз, когда Гермиона задыхалась от стимуляции зажима для клитора. Между бёдер была заметна гладкость, и девушка почувствовала, как по ноге потекла струйка жидкости, когда пощипывала соски кончиками пальцев. Здесь, в этот момент, играя с собой перед Драко, она поняла, что никогда не чувствовала себя более возбужденной. Ведьма могла только представить, насколько твёрдым он сейчас был, зажатый его штанами. Так было до тех пор, пока Малфой не прижался к ней, почти не оставив волю для воображения. Ткань его брюк успокаивающе коснулась её ягодиц, и девушка ахнула, когда почувствовала твёрдость его эрекции, противоречащую мягкости штанов. – Драко, – прошептала она, когда он протянул руку и снова постучал по зажиму. Теперь тот пульсировал короткими, длинными, короткими, короткими, длинными ритмичными ударами, и Гермиона почувствовала, как у неё задрожали колени. – Пожалуйста, сэр. Я была такой хорошей сегодня вечером. – Была, любимая, – он кивнул, по-прежнему отказываясь прикасаться к ней. Гермиона, раздражённая, выпустила одну из своих грудей и завела руку за спину, к его промежности. Она наблюдала, как его веки на мгновение затрепетали, прикрылись, а язык прошёлся по верхней губе. – Пожалуйста, – повторила она. – Трахни меня, Драко. Он слегка улыбнулся, его глаза были затуманены собственным вожделением, когда он уставился на неё в зеркало и прошептал: – Трахнуть тебя, Гермиона? Это то, чего ты хочешь? – Да, – она отпустила его член лишь для того, чтобы потереться задницей о его брюки. – Пожалуйста, хозяин. Трахните меня. Я такой хороший питомец. Я заслуживаю награды. Он физически вздрогнул от её слов, и когда его глаза снова открылись, решимость в нём была непоколебима. – Действительно, хочешь, – его пальцы скользнули по её ягодицам, и обе руки одновременно опустились, резко шлёпнув девушку по заднице. Гермиона ахнула, сдерживая крик, а затем внезапно почувствовала, что её толкают вперёд, и наклонилась, чтобы ухватиться за зеркало для опоры. Она протянула руки и прижалась к стеклу, ожидая, что оно сдвинется под её весом, но оно оказалось крепким и неподвижным. Ей не пришлось долго размышлять над физикой, потому что ведьма услышала звук расстегивающейся пряжки и шуршание ткани, а затем что-то тёплое и твёрдое прижалась прямо к её киски. – Ты этого хочешь, Гермиона? – В меня, – тяжело дыша, она снова посмотрела на него в зеркало и заметила румянец на его щеках. Здесь, в отражении, девушка могла видеть свою грудь полностью обнаженной, как и изгиб её задницы, а также Драко, стоявшего позади и готового в любой момент войти в неё. Она не хотела думать о последствиях этого поступка или о том факте, что на каком-то космическом уровне это было неправильно. Всё, что она могла подумать и сказать, было: – Войдите в меня, хозяин, про... Она не договорила, ведь обнаружила, что потерялась в ощущении члена Драко, толкающегося внутрь неё и растягивающего тугие мышцы, которые напряглись при его вторжении. Девушка услышала, как он резко вдохнул, почувствовала, как его руки скользнули по её заднице, демонстрируя собственничество, увидела, как глаза парня закрылись, а рот приоткрылся от блаженства. Гермиону переполняла гордость за то, что она смогла заставить Малфоя отреагировать на неё именно так, и в этот момент она почувствовала себя непобедимой. – Герми... она... – он ахнул, когда вышел из неё ровно настолько чтобы головка члена осталась в её киске, глаза Малфоя снова открылись, и он увидел, что девушка смотрит на него с улыбкой. Волшебник встретил это одной из своих собственных ухмылок, прежде чем схватил её за бёдра и вошёл в неё, разразившись чередой непристойностей. – Такая чертовски тесная, – простонал он, медленно толкаясь в девушку. Гермиона закрыла глаза и позволила себе почувствовать, как всё накопленное сексуальное напряжение достигло наивысшей точки и вмиг стало легче. Даже когда его рука опустилась и резко шлёпнула её по заднице, девушка не смягчилась и просто существовала. Её разум больше не блуждал. Он прочно закрепился на мысли о том, как идеально Малфой подходил ей, как каждый толчок ударял именно так, чтобы сиськи подпрыгивали, как её дыхание становилось более поверхностным, вздохи громче, как все её тело погрузилось в эйфорию от мысли, что это Драко Малфой. – Ммм... – она услышала свой голос, но не узнала его. Он звучал так похотливо, так уверенно. – Сильнее, хозяин. Пожалуйста. Он усмехнулся, схватившись за её тазовые кости и найдя хорошую опору, прежде чем начал медленно входить и выходить из неё, сжимая клитор и усиливая ощущения по мере того, как выстраивал устойчивый ритм. Всё сильнее и сильнее Малфой раскачивался внутри девушки, время от времени протягивая руку и постукивая по зажиму, чтобы изменить скорость, снова и снова отказывая ей в освобождении, которого она отчаянно жаждала. Каждый раз, когда он чувствовал, как ведьма сжимается вокруг него, готовая сорваться, он менял ритм, оставляя её разочарованной и измученной. Вскоре её тяжелое дыхание перешло в стоны и вздохи распутной сексуальной решимости. – Кому принадлежит эта киска, Гермиона? – спросил её Малфой, замедляясь, чтобы войти в девушку под нужным углом и попасть в точку G. Она вскрикнула от удовольствия, прежде чем ответить: – Тебе, Драко. Он повторил это движение и снова услышал от неё крик. – Ты чертовски права, – одна из его рук покоилась у основания её позвоночника, а большой палец коснулся края её сморщенной попки. – И эта задница. Ты бы позволила мне трахнуть эту задницу, не так ли? Она была удивлена, услышав свой крик: – Да, Драко! Всё, что ты захочешь. Это всё твоё! – Ты моя, – он прижал к ней большой палец, не входя внутрь, но этого было достаточно, чтобы привлечь её внимание. Бёдра девушки раскачивались взад-вперёд от толчков, прижимая её задницу к его руке и, таким образом, создавая там постоянное давление, которое заставляло Гермиону стонать в отчаянии, требуя большего. – Чего я хочу, так это тебя. Всю тебя. – Я уже вся твоя, - выкрикнула она, находясь так близко к краю. – Боже, я... Я собираюсь... – Ты собираешься прийти за мной, Гермиона? Ты будешь хорошей маленькой зверушкой и придёшь за своим Хозяином? – Да, сэр! – Скажи, кому принадлежит эта киска. – Она п-принадлежит тебе! Эта киска принадлежит тебе! Моя киска! Ах! Моя задница! О! Мой рот, мои сиськи, моё тело...! Она открыла глаза и удивилась, увидев на его лице такое серьёзное выражение, когда он встретился с ней взглядом в зеркале. – А что насчёт этого разума, Гермиона? – он толкнулся в неё особенно грубо, заставив девушку выкрикнуть что-то среднее между "блядь" и "боже мой". – Этот разум принадлежит мне? Ты думаешь обо мне, когда мы порознь? – Ах! О Боже. Всё время! Его движения на мгновение прекратились, и он нежно погладил её по спине. – Моя хорошая маленькая принцесса, – а затем он снова взялся за дело, толкаясь в неё с бешеной силой и скоростью, которые заставляли ведьму кричать снова и снова. Его похвала, а также ощущения зажима и того, как его член врезался в неё, заставили девушку освободиться, и, выкрикнув его имя, она кончила. Гермиона была так поглощена собственным оргазмом, что ей потребовалось мгновение, чтобы осознать, что он перешёл грань вместе с ней. Его бёдра замедлились, но он ещё несколько раз толкнулся в неё и наполнил девушку спермой, пока не иссяк. Затем все движения прекратились, и пара уставилась друг на друга в зеркале, тяжело дыша и, прежде всего, потерявшись в глазах друг друга. Наконец, по прошествии, казалось, вечности, Драко прошептал: – Хорошая девочка. Он отстранился, принимая во внимание её чувствительность, и, схватив ведьму за талию, поднял на ноги. Они наблюдали за отражением Гермионы, на котором тёплая сперма стекала по её ноге. – Такая красивая... Гермиона густо покраснела, но он не позволил ей такой роскоши, как спрятать лицо, и вместо этого притянул её к дивану и уложил на себя, баюкая в своих объятиях. Хотя Малфой всё ещё по большей части был одет, от него исходило ощущение беззащитности, которого девушка раньше не замечала. И это чувство осталось даже после того, как он снял зажим для клитора, выключил его и бросил на пол. – Тебе понравилось? – спросил он, целуя её в нос. Гермиона кивнула, отходя от оргазма. – Мне понравилось. Должна сказать, я... – она прикусила нижнюю губу, заставляя себя быть храброй. – Я никогда раньше так не кончала. Будучи согнутой таким образом. – Тогда лучше привыкай к этому, – он подмигнул ей. – Я всегда стремлюсь угодить, – Малфой наклонился и чувственно поцеловал девушку, прежде чем отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза. Её разум снова заработал, и возникли вопросы, которые она задала бы раньше, если не была так поглощена мыслью о том, что Драко Малфой оттрахает её. – Могу я задать тебе вопрос? – Мне кажется, что ты только что это сделала. Она показала ему язык. – Ты знаешь, что я имела в виду. Супругам Блейза и Пэнси комфортно, что эти ребята... всё время... вместе...? Или они не знают об этом? – Я бы хотел надеяться на это, – усмехнулся Драко. – В конце концов, они женаты друг на друге. Настала очередь Гермионы приподнять брови, и она села у него на коленях, задыхаясь. – Нет! – Да. – Но тогда зачем носить маски? – Потому что они женаты. То, что им нравится дурачиться друг с другом, не означает, что они хотят скрывать свои отношения от других. Помнишь, я сказал о том, что они любят публику? Блейз как-то раз рассказал мне, что это выводит Пэнси из себя, когда предполагается, что у них роман. Гермиона впитывала его слова, перебирая свои моральные принципы и, честно говоря, находя идею довольно романтичной. – Хм, – она сжала губы, размышляя. – Это... это очаровательно, в каком-то извращённом смысле. Но они всё ещё занимаются свингом, я правильно понимаю? Иначе они бы не пытались затащить нас в постель. – Им нравится делиться друг с другом другими людьми. Но они не стали бы связываться с кем-то, если кого-то из них двоих в этот день нет. – Интересно. – Неужели? – Драко вздохнул. – Я нахожу всё это довольно пресным. – Говорит мужчина, который изменяет свой жене со... мной, – её голос стал тихим, и девушка на мгновение отвела глаза, чтобы посмотреть на камин. Языки пламени лизали воздух, словно змеиные языки; действительно, очень символично, учитывая, что с каждым мгновением, проведённым в этой комнате с Драко (с женатым мужчиной), она всё больше чувствовала себя ползущей на животе змеёй. Что, если бы Рон приходил сюда во время их брака? Она содрогнулась от этой мысли. – Грейнджер, – она почувствовала, как его пальцы коснулись щеки, возвращая её лицо к нему. Когда их глаза встретились, электрический импульс магии пробежал по ним обоим. Гермионе на мгновение показалось, что ей это только померещилось, но она увидела, как волосы на тыльной стороне его ладони встали дыбом, и поняла, что это реально. – Не думай, что знаешь меня. Она вздохнула. – Почему нет? Подушечкой большого пальца он провёл по её скуле. – Есть причина, по которой я не поднимаюсь на этот этаж ни с кем другим, – он сел прямее, приблизившись к её лицу. – Ты даже не представляешь, насколько я был возбуждён, когда ты упала ко мне на колени три недели назад. В тот момент Гермиона чувствовала свою уязвимость, но в то же время прекрасно контролировала себя. На прошлых выходных Малфой много раз говорил, что находил её привлекательной с тех пор, как они были подростками, поэтому сейчас его маленькое признание нисколько её не удивило. Но что действительно удивило, так это эмоции, которые эти слова вызвали в её груди - что-то среднее между восторгом и обожанием. Это нарастало внутри неё и, казалось, оно вот-вот лопнет - и это произошло именно в тот момент, когда она вспомнила его жену. Ведьма потянулась к его руке - той, что лежала у неё на щеке, и зажала её между своими ладонями, уставившись на неё. Драко выглядел растерянным. – Крестик не загорится, Гермиона. Ты это знаешь. – Нет, – она покачала головой, в недоумении уставившись на его безымянный палец. – Ты... ты не носишь кольца. – Нет, – он покачал головой. – Не ношу. – Но... ты женат, – она подняла на него свой взгляд. – Разве нет? – Правда? – его глаза сжигали её внутренности своим хитрым весельем. – Ты сказал... ты сказал, что был. – Сказал. – Но ты не женат? – Просто чертовски сбивает с толку, не так ли? Она медленно отпустила его руку и позволила своим рукам соскользнуть к ней на колени. Её голос был сдержанным, но полным ярости. – Объясни. Сейчас же. Он почесал кончик своего носа, а затем скользнул ладонью вниз по её рукам. – Хорошо, любимая. Хорошо, – Малфой наклонился, чтобы поцеловать девушку в щёку, но она отстранилась, и он прекратил свои движения, отведя лицо назад. – Судя по всему, пресса всё ещё думает, что я женатый человек, – Гермиона не ответила, слишком боясь задавать вопросы, поэтому он продолжил. – Малфои не разводятся, ты знаешь. Это просто не принято. Но моя жена - моя бывшая жена, – поправил он, – фригидна настолько, насколько это возможно. Воспитана на идеологии чистокровных, и всё же снисходительна к маггловской культуре. Ходячая головоломка, которая, казалось бы, позволила ей непредвзято относиться ко многим вещам. – Ты имеешь в виду вещи вроде тех, что происходят в "Бонде". – Посмотрите на это. Такая умная печенька, – ухмыляясь, он постучал указательным пальцем по её лбу. – В любом случае, какое-то время она пыталась заставить это работать. Я любил её - она не любила меня, – парень пожал плечами, хотя выражение его лица было обиженным. – В конце концов, мы решили прекратить отношения. Но, как я уже говорил, Малфои не разводятся. Какое уродливое слово, не правда ли? Развод? Гермиона торжественно кивнула. Да, она знала всё об этом ужасном слове и о том, насколько ужасным оно может быть. – Так что, для внешнего мира мы оба по-прежнему любящая, милосердная пара. – А на самом деле? – сердце Гермионы быстро забилось в груди, пытаясь перекачать кровь, которая упорно отхлынула от её лица. – Реальность говорит о том, что мы подписали документы три месяца назад, – он скользнул ладонью вверх по её руке, плечу, шее, остановившись прямо под подбородком. – Мы оба договорились, что пока это останется между нами. Она не готова расстаться с моим состоянием, и мне нужны её связи с инвесторами - на данный момент, – его взгляд скользнул по лицу девушки. – Но когда я здесь, с тобой, я забываю обо всём этом. – Предполагается, что от этого мне должно стать лучше? – она ответила холоднее, чем планировала. На его лице появилось выражение тщательного раздумья. – Разве это не так? – Ты солгал мне, – она посмотрела ему в глаза. – Почему? – Не смотри на это, как на ложь. Скорее... это умолчание правды. – Очень слизеринский ответ, – она высвободилась из его объятий, подобрала платье и надела его обратно. – Куда ты идёшь? – Домой. – Почему? – его голос звучал успокаивающе, хотя в нём слышался намёк на напряжение. – Мне нужно... переварить это, – она огляделась в поисках своих туфель на каблуках, которые оставила у двери. Ведьма прокралась к ним, надела и вернулась к зеркалу, чтобы поправить причёску. Драко встал, застёгивая брюки обратно, прежде чем подойти к ней. – Но ты ведь вернёшься, верно? Она повернулась к нему, переполненная множеством эмоций, от предательства до облегчения и обиды. – Ты знаешь, что творится у меня в голове с той ночи, когда мы нашли друг друга здесь, Драко Малфой? Я корила себя за вожделение к женатому мужчине. Женатому мужчине, – она упёрлась руками ему в грудь, хотя едва приложила к этому какие-либо усилия. – И подумать только, ты играл с моей головой - для чего? Чтобы возвысить себя рядом со мной? – Эй, – его голос привлёк её внимание. – Это оскорбительно. – Знаешь, что оскорбительно? Когда тебе лгут. – Я не лгал, Гермиона. На самом деле нет, – казалось, ему было жаль, но он стоял неподвижно, словно статуя, и это высокомерное малфоевское исходило от него, как волна жара. – Я сделал это для того, чтобы защитить тебя - и себя. – Защитить меня? – она рассмеялась. – От чего? – От меня! – он вскинул руки в воздух. – От моей чёртовой влюблённости в тебя! Разве с того момента, как наши пути пересеклись спустя столько лет, не было очевидно, что я испытываю к тебе нечто большее, чем просто вожделение? Гермиона почувствовала, как сердце сжалось в груди, и позволила страху овладеть ей. Она тихо ответила: – Ты мог бы просто быть откровенным со мной. Я бы поняла. – Правда? Ты бы поняла, правда? – он усмехнулся, скрестив руки на груди. – Посмотри на свою реакцию сейчас. – Я так реагирую, потому что ты "скрыл от меня правду". Не потому, что ты разведён, – она закатила глаза. – Если ты не забыл, я в этом поезде дольше, чем ты. Поверь мне, я понимаю, как люди, особенно волшебное сообщество, судят о тебе, исходя из того, что ты решил развестись. Это практически оскорбительно во всех отношениях, – голос девушки смягчился. – Но, полагаю, в любом случае я должна отдать тебе должное за то, что ты рассказал мне об этом, – она позволила себе выдавить улыбку. – Я сохраню твой секрет, Малфой. Он робко улыбнулся, разжимая руки. – Драко, – поправил он её. – ...Ты придёшь снова? Она постучала пальцем по подбородку, делая вид, что обдумывает предложение. – Ну... Полагаю, у нас осталось ещё две комнаты, да? Было бы обидно сдаваться сейчас, – ведьма протянула ему руку. Драко удивлённо приподнял бровь и медленно взял её. – В следующую пятницу? Она поцеловала его в щеку. – В следующую пятницу звучит... замечательно. Но ты должен кое-что для меня сделать. – Что? – Ты должен прикасаться к себе, – прошептала она ему на ухо. – В душе. Когда ты один в своей постели. Я хочу, чтобы ты прикасался к себе с мыслью обо мне. Ты сможешь сделать это для меня, Драко? Он ухмыльнулся. – Я уже делаю это, любимая. Уже делаю. *(*)*(*)* – Драко Малфой разведенный! – Луна задумчиво улыбнулась, нанося последние штрихи на свои недавно украшенные серьги в виде редиски, над которыми она работала почти всё утро, когда Гермиона появилась у её двери. – Что ж, это новость, не так ли? – Но ты же знала это, – нахмурилась Гермиона, ставя чашку на кофейный столик перед собой. – Я знала лишь то, что вокруг него была более тёплая аура, но я понятия не имела о его разводе, – Луна покачала головой. Гермиона ахнула. – Нет. Но... но ты сказала... ты сказала, что у него был секрет... разве это не...? – А. Это? – Луна покачала головой. – Нет, Гермиона. Дело было не в этом, – девушка поднесла к ушам серёжки в виде редиски. – Что скажешь? Думаешь, барвинков они привлекут? – Барви-что? Нет, Луна. Сосредоточься. Если это не его секрет, тогда что это? Луна ухмыльнулась от уха до уха, надевая серьги на мочки ушей. – Я уже говорила тебе. Не я должна рассказывать тебе об этом. Думаю, тебе просто придётся продолжать встречаться с ним, пока он либо не расскажет тебе, либо ты сама не догадаешься обо всём. Гермиона уткнулась лицом в диванную подушку, испытывая искушение закричать.