Часть 1. Я попала...

Темнота... Она такая манящая и одновременно пугающая. Я не вижу ничего, кроме темноты. -Давай, мешай лучше - донёсся до моих ушей шёпот Ани. -Да мешаю я, не лезь - раздраженно бросила Катя. -Не гундите - сказала Василиса, что закрывала ладонями мои глаза и прижимала мою голову к своему тел. Затылком я чувствовала, как ее грудь медленно поднимается и опускается, как она ерзает в нетерпении. -Всё! - радостно воскликнула Катя, и я вновь обрела способность видеть - Выбирай. Передо мной шесть чашек, и я внимательно их осматриваю, выбирая из них одну. -Эта - тыкаю я пальцем на ту, что находится с краю. Приподняв чашку, я обнаруживаю под ней диадему. -И что это обозначает? - смеюсь я, водружая украшение на голову. -Власть, конечно - сказала Василиса, появляясь в поле моего зрения. -Круто - кивнула я, и диадема чуть сползла мне на лоб, отчего остальные рассмеялись. Каждой из нас досталась своя вещица, что должна была стать нашим предсказанием на будущий год. Агата молча крутила в руках японскую палочку для волос, гадая как её можно интерпретировать. В руках Кати была какая-то старая газета, и она с лёгкой усмешкой бегала взглядом по мелким буквам. У Ани выпала кукольная шляпа в форме цилиндра и она аккуратно положила его на голову, стараясь не двигаться, чтобы её маленький головной убор не упал. Василиса смеялась над ней, рассматривая курительную трубку, что досталась ей и удивлялась, откуда мы вообще её достали. -Ну что ж, осталась только ты, Алиса – сказала я и подошла к ней сзади, закрывая ладонями её глаза. Девочки в очередной раз стали мешать чашки. -Подождите! – прошептала Аня и, вынув из одной из чашек монетку, положила туда вместо неё маленькую пластиковую пиццу. Я хотела спросить, где она её взяла, но мой взгляд тут же упал на маленький кукольный домик младшей сестры Алисы. Понимающе кивнув, я наклонилась, чтобы проверить, не подсматривает ли подруга. Но та даже не заметила, что я её проверяла. Её длинные пушистые ресницы щекотали мои ладони, отчего я широко улыбалась. -Го-то-во! - сказала Василиса, и я убрала руки за спину. Алиса распахнула глаза и внимательно осмотрела все чашки. -Эта – сказала она и подняла посуду. Под ней оказалась та самая пластиковая пицца. Увидев её, девушка рассмеялась. -И что это может обозначать? – спросила она, перестав смеяться. -Будешь есть вкусную еду – с видом знатока сказала Аня. -Кстати, у меня же мороженое есть, будете? -И ты молчала всё это время? Конечно, будем! – сказала Василиса, первая поднялась с дивана и радостно направилась на кухню. Нас было шестеро. Мы все учились на историческом факультете, и каждая в разной степени интересовалась историей. Алиса обожала Древнюю Грецию и с восторгом рассказывала о её мифах. Агата была поклонницей стран Востока и любила азиатскую культуру. Её бабушка была казашкой, именно поэтому её внешность немного напоминала азиатскую. Катя интересовалась, в основном, отечественной историей и с особым интересом изучала времена СССР. Василиске нравился Древний Египет. Она частенько рассказывала о том, насколько египетские правители были богаты. Анютка любила изучать историю Европы. Иногда она рассказывала нам о войнах, что там происходили. А я... Ну а я изучала всего понемножку. Я не была любительницей какой-то определённой страны, но жизнь меня почему-то связывала с Германией. Мой отец чистокровный немец, как и вся его семья. В школе мне попалась хорошая учительница немецкого, к тому же меня интересовал этот язык. Всё это в итоге привело к тому, что к 20 годам я уже могла легко на нём разговаривать. Но я никогда не интересовалась историей какой-то определённой страны или региона. Я старалась изучать всё. По субботам мы обычно не учились и впервые за месяц смогли собраться всей компанией в доме Алисы, которой достался небольшой домик от её дедушки, который недавно покинул этот мир. Наша компания образовалась в конце первого курса и с тех пор мы были неразлучны, хоть и учёба не давала нам часто собираться вместе, но мы старались выкроить хотя бы минутку, чтобы увидеться друг с другом. -А хотите, залезем на чердак? - вдруг спросила Алиса - Там куча старых вещей, может, найдём что-нибудь интересное! -Давайте! - тут же поддержали идею все остальные. Лестница на чердак находилась в кладовке за дверью, что выглядело ещё таинственнее. Свет в тот угол не проникал, поэтому нам пришлось взбираться в полумраке. Сам чердак был довольно просторный. Лучи закатного солнца проникали в него сквозь круглое окно и служили единственным источником света. Я похлопала ресницами, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь на тёмном чердаке. В глаза первым делом бросились какие-то красные пятна, которых повсюду было очень много. Привыкнув к полумраку, я осознала, что это были какие-то кусочки ткани. Когда я взяла один из них в руку, с него, словно снег, посыпалась пыль. К нему была приделана палочка, и до меня дошло, что это был маленький флажок. Подняв его, чтобы лучи солнца попадали на флажок, я попыталась рассмотреть, что было на нём нарисовано. Когда я увидела белый кружок посередине, в котором был крест с надломанными концами, мои руки дрогнули и выпустили ткань из рук. Флажок с тихим стуком упал на пол, а я замерла, увидев на стене картину. Что конкретно на ней было изображено, я не видела из-за темноты угла, в котором она висела. Словно завороженная, я подошла к ней и аккуратно сняла со стены, вынося её на свет. Когда мой взгляд столкнулся с ледяным взглядом голубых глаз, я прижала ладонь ко рту и чуть не выронила портрет из рук. Это был он. Человек, убивший миллионы людей, издевавшийся над народами многих стран. Тот, кто считал себя тем, кто имеет право убирать "нечистых" с лица земли. Тот, кто считал, что можно и нужно карать людей за то, что они просто граждане другой, неугодной ему страны. Это был Адольф Гитлер. - Oh main Gott – прошептала я и подняла глаза на девочек, что стояли напротив меня. Они не отрывали взгляда от картины, что была у меня в руках. Весёлое настроение тут же сменилось удивлением и непониманием. Вряд ли это Алиса по ночам сидит здесь и молится на портрет фюрера. Именно поэтому в глазах каждой пробегали сотни вопросов и все бросали взгляды в сторону хозяйки дома в ожидании объяснений. -Не выражайся, пожалуйста – прошептала Василиса и перевела взгляд на Алису – У тебя с дедом всё норм было? Девушка даже не подняла глаза на нас. Её пробивала мелкая дрожь, брови были сдвинуты к переносице, а в глазах стояло непонимание. Она явно не была в курсе увлечений своего дедушки. Агата сделала шаг к ней и положила руку ей на плечо. -Я...Я не знаю... Это... Алиса вдруг вырвала из моих рук картину и пробежалась по ней внимательным взглядом. Скривившись, она откинула её куда-то за спину с такой небрежностью, словно она была фантиком от конфеты. Подняв голову, она внимательно обвела почти строгим взглядом каждую из нас. -Я вас прошу, не говорите никому об этом - прошептала она, и мы все тут же согласно закивали. Хоть мы и были все в шоке, но разглашать такую информацию было бы, как минимум, неправильно. -Мама рассказывала, что перед смертью он был со странностями, но чтобы настолько... У него же самого дед воевал! Как он мог? – сказала Алиса и, на секунду задумавшись, направилась к лестнице – Пойдёмте обратно в дом. Все тут же последовали за ней. Оставаться на чердаке не хотелось. Словно вся нацистская литература, что была там, все флаги и портреты были какой-то чёрной смолой, что могла запачкать и нас, если мы прямо сейчас не уйдём. Словно чёрный едкий дым, что пробирается с каждым вдохом в лёгкие и отравляет их. Я спускалась с чердака последняя и когда моя нога коснулась первой ступеньки лестницы, я обернулась. Холодный взгляд фюрера прожигал меня насквозь. Он будто только одним взглядом приказывал, унижал и заставлял подчиниться. Нахмурив брови, я стала смотреть на него в ответ. Пусть, играть в гляделки с картиной было глупо, но я будто хотела доказать ему (или себе), что я его не боюсь. -Хайль, Гитлер! - послышался крик, и я тут же дёрнулась, испугавшись. Снизу послышался смех, и я строго посмотрела на хватающуюся за живот Василису. -Ты чего там застыла? Фюрер понравился? - сказала она, выдыхая и пытаясь успокоиться. -Дурочка - выдохнула я и продолжила спускаться. *** Спать мы легли поздно или, можно сказать, рано... Часы показывали 6 утра, когда мы расходились по комнатам. Алиса и Агата пошли в комнату к первой и стали готовиться ко сну, пока мы ещё на цыпочках бегали по дому, тихонечко смеясь из-за всякой ерунды. Потом Василиса и Аня тоже пошли в комнату родителей Алисы, которую она любезно им выделила. Как только белая дверь за ними захлопнулась, в доме воцарилась тишина. Нам с Катей постелили в гостиной, поэтому мы тут же легли на разложенный диван, выключив свет. -Интересно, почему одни люди решили, что они лучше других? - прошептала она, когда я уже почти начала засыпать - Что одни не достойны даже жить, а у других должны быть все блага и преимущества? Я повернулась к подруге, наблюдая за тем, как блестят её глаза в темноте. -Кать, у тебя всегда такие мысли в 6 утра? Девушка повернулась ко мне и тихо рассмеялась. -Ладно, давай спа… - её прервал свист за окном, за которым последовал громкий взрыв. Я оторвала голову от подушки, пытаясь разглядеть в окне его последствия. На фоне солнца, что медленно поднималось над горизонтом, был виден огонь. Он жадно пожирал кроны деревьев, траву и соседний дом. Мы с Катей, не сговариваясь, подлетели к окну, пытаясь понять что происходит. -Что случилось? - воскликнула выскочившая в гостиную Алиса. За её спиной стояли остальные девочки, которые, похоже, тоже проснулись от шума. Следующая бомба упала прямо рядом с домом, в котором мы находились. Окно разбилось, и в нас полетели осколки, царапая кожу и оставляя на ней многочисленные раны. Меня отбросило ударной волной, и я отлетела к противоположной стене, больно ударившись головой. Но в мыслях почему-то было одно: «Помочь девочкам». Поэтому я тут же поднялась на ноги, не чувствуя боли из-за нахлынувшего адреналина. Заметив лежащую без движения Василису, я тут же подбежала к ней. Девушка была без сознания, но сердце ещё стучало. Упав рядом с ней на колени, я взяла подругу за плечо и повернула лицом к себе. Глаза были плотно закрыты, а на коже мелкие царапины кровоточили. -Ева, пригнись! - послышался крик Алисы, и я тут же прижалась к телу Василисы. Послышался свист бомбы и взрыв, после которого я отлетела куда-то в сторону. Я больше не чувствовала ничего. Ни боли, ни страха... Я не чувствовала есть ли во мне жизнь. Поток мыслей стал замедляться и я, глубоко вздохнув, отключилась от мира.

***

Сознание понемногу начало ко мне возвращаться, а вместе с ним и головная боль. Распахнув глаза, я увидела что-то белое. Оно плыло, крутилось и в целом вело себя очень активно. Нормализовав зрение, я поняла, что это был потолок. Опустив глаза, я обнаружила, что нахожусь в незнакомой комнате. Медленно скользя взглядом по помещению, я увидела, что комната обставлена довольно богато. Мебель из дорогого дерева, куча женской одежды из недешёвых тканей, что выглядывала из приоткрытого шкафа. Стол, заваленный бумагами, из-под которых торчал маленький красный флажок. Я подняла глаза чуть выше и встретилась со знакомым холодный взглядом, что прожигал меня насквозь. Он будто только одним взглядом приказывал, унижал и заставлял подчиниться... Только вот был один нюанс... Это были мои глаза...