Глава 27

      Уже на следующее утро после шоу Аня идет в гимназию. Зайдя в главный вход, она находит Надежду Ивановну и подходит к ней. — Аннушка, уже пришла, молодец, — говорит она. — Ольга Артемьевна! Дайте мне, пожалуйста, одну из ваших девочек, с Аней отправить. — Да, конечно. — Завуч оглядывает толпу, берет за руку одну девочку и приводит к ним, — Аня, это Вика, шестой «А». Вика, это Аня. Были вчера у вас на шоу, — улыбается завуч, — такая красота! — Спасибо, — смущенно говорит Аня, — Я передам Татьяне Евгеньевне… — А…это то шоу, на котором вчера были? — спрашивает Вика. — Да. Аня — одна из выступавших. — Ого, — удивляется Виктория. — В нашей гимназии учится легенда фигурного катания, — гордо говорит Надежда Ивановна. — Ух ты… — Так. Ладно, надо заниматься делом. Вика, Аня. Вам нужно полить цветы в школе, в основном все вынесено в коридор. Но некоторые кабинеты открыты, там тоже полейте. И надо в библиотеку сходить, подклеить учебники, Мария Сергеевна говорила, надо, и вроде расставить книги. Некоторые преподаватели в гимназии, они разбирают накопленное за учебный год в шкафах. Можете им помочь, а в библиотеку потом. — А…А Майя Александровна в гимназии? — спрашивает Аня. — Ой, я не знаю, честно говоря…она ж в другом корпусе…зайди к ней. Помнится, она к тебе очень хорошо относится, так что точно не откажет принять вас. Марии Сергеевне я передам, что вы зайдете завтра…давайте сразу отмечу вас…подойди, как закончите, ладно? — Хорошо. — Лейки вон там.       Аня и Вика наливают воду в лейки и идут поливать цветы. — Так значит, — говорит Вика, — ты вчера выступала в шоу? — Да. — И до этого? — Да. И до этого. — Ого…а я не умею на коньках кататься. Вообще впервые видела что-то такое. Выглядит очень красиво… А сколько лет ты катаешься? — С двух.       Вика останавливается. — А сейчас тебе… — Шестнадцать. — Ого…да ты катаешься дольше, чем я живу! А почему так рано? — В большой спорт отправляют рано, — Аня поливает несколько растений. — Нормально, думаю? — Конечно. Думаешь, кто-то проверять будет? — Ну мало ли… — Да у них земля такая сухая…небось ты первая, кто их вообще поливает. Может, они искусственные? — Не думаю. — А ты на соревнования прямо ездишь? — спрашивает Вика, когда они выходят из основного корпуса в новый. — Да.       В основном корпусе нашлось только три учителя, которые занимались уборкой кабинетов. Открытых кабинетов не мало — практически каждый второй. — Интересно, что делают учителя на каникулах? — спрашивает Вика — Готовятся к новому учебному году. В июне, думаю, экзамены проводят. И смотрят за теми, кто практику пришел сдавать. — А почему никого из десятых нет, только ты? — У меня отпуск в середине июля, как раз в то время, когда у класса практика. Поэтому решила пройти раньше. — Ух ты! Куда поедешь? — Сначала Батуми, подругу навещу, потом — Испания. — Испания? Здорово…никогда там раньше не была. — Я там была на некоторых соревнованиях. А в Грузию подруга звала. — Блин, наверное здорово иметь отпуск в несколько месяцев, а так же освобождаться от школы почти на неделю из-за соревнований! — мечтательно говорит Вика. — Наверное. Не знаю. Отпуск у меня две недели, освобождают на пару дней на соревнования, — говорит Аня. — Ой… Я думала, что там все проще… — Нет…       Поднявшись постепенно на третий этаж, девочки видят сразу открытую дверь в 320 кабинет. А вот 311 кабинет закрыт. — Иди в 320, там кабинет английского. — говорит Аня. — А я проверю…311… — Хорошо.       Вика бежит в кабинет английского, а Аня подходит к кабинету Майи. Выдохнув, она тихо стучит, проверяя замочную скважину. Открыто, но ответа нет. — Можно? — спрашивает она, не открывая двери. Но и тут ответа нет.       Она кладет руку на ручку двери и вновь стучит. Но в ответ все еще тишина. Выдохнув, Аня нажимает на ручку и открывает дверь.       Кабинет пуст. Лишь парты, стулья и пустой учительский стол. — Майя Александровна? — зовет Аня. Лаборантская закрыта. Она оглядывает кабинет, но растений нет, а с чем еще помочь Аня не знает. — Я пришла. Как Вы и просили. А что в итоге? Убегаете, как и вчера… Мне нужна была поддержка, а Вы даже не стали слушать…хотя я ни в чем перед Вами не виновата…но Вам проще верить слухам, неправде, чем моим словам…       Аня оглядывает стены. Некоторые таблицы и памятки с формулами сняты, но многие еще на месте. — Обновление инвентаря…многие плакаты были уже старыми…а может, я не там ищу? Может, Вы в другом кабинете?       Аня пишет классной, чтобы узнать, туда ли пришла. Отложив его, она берет тряпку для доски и вытирает ее от оставшегося мела. Скоро пришедшее сообщение от Натальи Ивановны заставляет тяжело вздохнуть — да, за Майей прикреплен именно 311 кабинет.

Аня

Я пришла. Жду

Майя Можешь даже не ждать. Придешь, когда будешь готова признать свою ошибку. И то не факт, что не будет поздно.       Аня подходит к лаборантской и прислушивается. Там слышны звуки шагов. Спустившись по двери, Аня тяжело вздыхает, вытирая слезы. — Почему ты мне не веришь? — шепчет она. — Я ни разу не давала поводов сомневаться в моих словах…тогда почему так? Ведь…и извиняться мне не за что. Майя Уйди. Просто уходи. — Прятаться за дверью проще всего, — говорит Аня, вставая. Вытерев слезы и сделав глубокий вдох, она смотрит в зеркало над раковиной, проверяя, что ничего не выдает ее слез, и выходит.       Завершив обход гимназии, Вика возвращает лейки и прощается с Аней, а сама Аня идет к Наталье Ивановне. — Ой, как хорошо, что ты зашла. — говорит классная. — Вчера в родительском чате многие родители говорили…сейчас, — она открывает чат и читает, — «Моя дочь Полина и ее подруги Кристина и Галя вообще не насладились выступлением, сказали, что было ужасно и вообще их выгнали с шоу…» — Они это заслужили, — говорит Аня. — Соня не даст соврать, я не могла из-за них нормально откатать программу… — Что они делали? — Кричали на лед гадости. Разные. В том числе и оскорбления. Меня, программ… — Так, поняла. Им делали предупреждения? — Да, Дмитрий Сергеевич, хореограф, ходил разбираться, они не прекратили и… — Аня замечает, что чат родителей с Натальей Ивановной все еще открыт, — и даже не раз. В правилах каждого мероприятия есть пункт, что выступающим мешать нельзя. А тут нарушение было налицо, в том числе и с записей шоу — одна из камер как раз была около четвертого сектора. Да и выход был там. Слышно было отчетливо каждое слово. Подходил несколько раз, но нарушения продолжались. Их и выгнали. Они мешали и окружающим тоже. И приставали в коридорах. Спросите Соню или Риту — они подтвердят… — Хорошо. Будет очень даже хорошо. — Секунду. — Аня звонит Соне, зная, что Рита в самолете, — Рита не в городе сейчас, поэтому звоню Соне… — Да, Ань, что-то случилось? — Нужно подтверждение, что вчера первые два ряда одного из секторов срывали шоу. — На громкой? — Да. — Смотрите. Выход для фигуристов как раз под четвертым сектором. Слышно было каждое слово. Татьяна Евгеньевна ворчала на них весь вечер, а Дмитрий Сергеевич, наш хореограф, замучился туда бегать. Они оскорбляли Аню во время ее прокатов, выхода, а также подкараулили в перерыве. Рита, будь она в городе, подтвердила бы каждое слово. — Спасибо. До встречи на тренировке. — До встречи. — Идеально, — шепчет Наталья Ивановна. — Хорошо. Спасибо. Разберемся       Она пишет что-то в чате и потом говорит: — Некоторые особо инициативные возмущались, решила передать все с твоих слов. Я-то видела происходящее… Но мне не верили. Родители обсуждали накануне шоу поход, говорили, что дети, узнав, решили поддержать тебя…сама узнала только вчера о всей ситуации. А в травлю в классе они не верили. Пусть полюбуются. Хотя…не поверят же. — Не поверят… — Я скинула сейчас прокат произвольной программы с чемпионата мира и вчерашний. Подписала, что без причины ты бы не ошибалась. — Спасибо, что пытаетесь что-то делать. — Тебе грех не помочь… Представляешь, две недели назад объявила о практике, ко мне Галя подходит, мол, я не собираюсь приходить на практику, что-то там у нее не так. Привела тебя в пример, что ты без разговоров спросила, можешь ли пройти раньше практику. За это, Ань, я тебя и люблю: надо — значит, сделаю. Хотя как раз тебя бы могли и освободить от практики. — Да…с такими только терпения нужно набираться. — Не понимаю, как тебе хватает сил их терпеть, я уже не могу… — говорит классная. — Это просто ужас. В последнюю неделю Борис разбил стекло в шкафу на истории…а наша неразлучная троица опять физкультуру прогуливает…вроде взрослые дети, а ведут себя…как первоклассники. — Это точно… — Ой, нагрузила я тебя…прости, тебе надо на тренировку, да? — Ничего страшного. — Ладно. Иди, завтра в это же время придешь? — Да. — Хорошо.

***

      После разминки в зале Аня выходит ко льду. Соня остается в зале, так как до отпуска она занимается старыми программами и стабилизацией прыжков, в связи с чем и тренировочный день у нее короче на несколько часов, а упор идет на работу вне льда. Ане же решили сразу поставить программы и накатать их, чтобы к контрольным прокатам в сентябре хотя бы что-то было.       На льду пять человек. Татьяна Евгеньевна внимательно следит за движениями Полины, Василий Евгеньевич — за Алексеем, а Дмитрий Сергеевич наблюдает за хореографией пары. Аня поднимается на трибуны и наблюдает за ними. — Полин, ну на «I'd let it burn» сильней раскрывайся на поддержке! — говорит Татьяна Евгеньевна. — Ты расставляешь руки так, словно сейчас же схватишь Лешу, а тебе нужно показать полное доверие ему! — Если он меня уронит, я ему сама врежу, — говорит Полина. — Знаешь, Полин…а давай-ка мы с тобой будем работать над восстановлением тройного акселя… — говорит Татьяна Евгеньевна после одного из прокатов пары. — Будете у меня втроем работать, Аня, вон, — она указывает на нее, — Аделина и ты. Пока прыгаете лутц…       Аня наблюдает за еще одним прокатом. Уже с музыкой. — Аксель Лассо! — напоминает Татьяна Евгеньевна. Полина упирается руками в руки Алексея, он же поднимает Полину, заводя ее за спину. Крепко держа ее над собой, он отпускает одну руку. Полина берет в руку конек. Алексей делает три оборота, а затем берет Полину второй рукой. Держа ее за живот, он делает пару оборотов, а затем переворачивает Полину вверх ногами. Сама Полина хватает его за руки. Сделав еще пару оборотов, Полина опускается на лед и выезжает, словно из прыжка.       Завершают программу они тодесом. Сначала они скользят назад, словно на лутц. Алексей исполняет циркуль и крепко держит руку Полины, вытягивая руку. Полина наклоняется назад ко льду так же вытягивает руку. Алексей практически садится на лед, балансируя на зубце конька. Полина же, вытянувшись, вращается вокруг Алексея, максимально опускаясь ко льду. — Один, два, три, четыре, встали! — Татьяна Евгеньевна считает обороты. По команде Алексей сгибает руку, подтягивая к себе Полину. Она делает оборот вокруг Алексея, проводит рукой по его щеке, фонариком отъезжает, глядя в другую сторону. Алексей подъезжает к ней и, взяв ее за руку, кружит вокруг оси Полины, скрещивая их руки перед Полиной. Затем Полина поднимает голову в сторону Алексея. — Молодцы. На сегодня все. Свободны. — говорит Татьяна Евгеньевна. — Выход из тодеса надо поправить. — говорит Дмитрий Сергеевич. Подъехав к бортику, он пишет что-то в записной книжке. — Ань, заходи. — говорит Татьяна Евгеньевна. — Мне нужно, чтобы ты сейчас выполнила каскад из тройных лутца и флипа, сольные риттбергер и аксель. — Хорошо.       Аня делает пару кругов по льду. Разогнавшись, она выполняет чоктау для перехода на левую ногу с ходом назад, перетяжкой переходит на внешнее ребро и отталкивается. Выполнив лутц, она заходит на флип. Выехав на левой ноге, она выполняет петлю, разгоняется и заходит на тройной риттбергер. Немного покружив и разогнавшись, она сначала выполняет перекидной. После прыгает двойной аксель. Вновь разогнавшись, она поворачивает корпус на ход вперед, переступает на левую ногу и заходит на аксель. На приземлении внешнее ребро конька соскальзывает со льда, из-за чего Аня падает, но успевает поднять левую руку, чтобы избежать столкновение головы и льда. Татьяна Евгеньевна разочарованно выдыхает. — Ну ты его почти выполнила! Что тебе помешало выехать? Ладно, иди сюда.       Аня встает и разочарованно подъезжает к тренеру и хореографу. — Ну, программу мы уже так-то поставили, короткую программу, — начинает Дмитрий Сергеевич, — и осталось ее только подогнать под формат. — Начало помнишь? — Да. — Дмитрий Сергеевич, давайте сразу с музыкой. Аня ж почти все знает. — Хорошо. Ань, вставай, чего стоишь?       Аня встает в центр и опускает голову. Сжав кулаки, она ждет команды Татьяны Евгеньевны. — Катай, как помнишь. Дмитрий Сергевич, включайте!       С началом музыки Аня прогибается в спине, практически касается руками коньков, затем выпрямляется, поднимает руки к голове, делает несколько оборотов вокруг себя. Выйдя из вступительного вращения, она едет, останавливаясь, и поднимает руки наверх, глядя на пальцы. Чуть приседает, опустив руки, встает, расправив плечи, а затем, выпрямив правую руку и повернувшись к ней, она делает мах левой ногой, отталкиваясь, и сгибает ее. Перейдя на ход вперед, она выполняет подсечку, чоктоу и перетяжку.

Did you really think

I'd just forgive and forget, no…

      Переступив на другую ногу и сделав несколько оборотов тройкой, она выполняет кораблик, перекидной, а затем разгоняется. — Двойной! Делай дупель, — говорит Татьяна Евгеньевна, чуть отъехав, чтобы не мешать Ане катать.       Выпад, дуга, переход на левую ногу. Аня все-таки слушается и выполняет двойной аксель, вместо тройного. — Молодец. Дальше.

After catching you with her

Your blood should run cold, so cold…

      Чисто. Выезд чистый, с красивой ласточкой, петлей и еще одной ласточкой. Проезжая на двух ногах, она соединяет руки на груди и поворачивается. — Стоп! Стоп.       И Аня, и музыка останавливаются. — После акселя, ладно, выход хороший. Правда, был другой. Оставим этот. — Записал — Хорошо. После поворота делаешь петлю, — Татьяна Евгеньевна показывает элементы, о которых говорит, — ею меняешь направление движения, разгоняешься…       Аня повторяет за ней. — Хорошо. Потом немного разгоняешься, тройка и риттбергер. Из него выкатываешься арабеском, — она поднимает ногу, — но чуть наклоняешься. Не сразу, чтобы за ошибку не приняли. Руки вытягиваешь перед собой. Потом поднимаешься, перетяжка, поворот, реверанс, пока едешь, а затем бедуинским заходишь в либелу. Делай.       Дмитрий Сергеевич чуть отматывает музыку назад. Аня выполняет перекидной, «наметив» аксель. Повторив тот выезд, что был, она поворачивается, выполняет петлю, разгоняется.

You, you two-timing, cheap lying, wannabe

You're a fool if you thought that I'd just let this go

      Набрав нужную скорость, она тройкой заходит в тройной риттбергер. Задержавшись на выезде, она вытягивается в ласточке, чуть наклонившись ко льду. — Руки.       Аня выпрямляет руки, смотрит перед собой. Выпрямившись по команде тренера, она выполняет перетяжку, чуть кланяется, потом, парой подсечек разогнавшись, делает оборот и заходит в либелу.

A gun to your head, head, to your head

      Выполнив несколько оборотов либелы вперед, она переходит в колечко и, меняя ребро по просьбе Татьяны Евгеньевны, уже переходит в полубильман, вращаясь в нем, пока тренер не говорит: — Стоп! Хорошо.       Аня выходит из вращения так же, как и при прошлых прокатах программы — несколько оборотов для остановки и делает несколько шагов. — Как было и до этого. Ты делаешь несколько шагов, потом выполняешь качающуюся либелу, а потом, выполнив «шагающую либелу», заходишь в комбинацию вращений. Там либела, восемь оборотов, карандаш, минимум три оборота, знаешь, потом смена ноги, также минимум три оборота в складке, поднимаешь руку в ломаном волчке, встаешь. — Ламбьель? — Да. Потом завершаешь вращение, разгруппировавшись, пару оборотов, — Татьяна Евгеньевна — Хорошо. — Да погоди, хорошо. На выходе из вращения делаешь мах ногой и катишься на той же ноге, переступив на правую только при переходе к дорожке. То есть, делаешь оборот. Поехали.       Дмитрий Сергеевич включает музыку, а Аня, чуть разогнавшись, выполняет качающуюся либелу и потом заходит в комбинацию.

Now all I see is red, red, red!

Did you really just say

She didn't mean anything, oh…

      Девять оборотов либелы, пять — карандаша, переход на левую ногу, складка, ломаный волчок, во время которого Аня поднимает руку. Встав, она скрещивает ноги, оставляя опорной ногой левую, вращается, чуть откинув голову. Отсчитав для верности десять оборотов, она отодвигает правую ногу, выполняет петлю. — Стоп. Ну, дальше помнишь? — она делает шаг вперед, подтянув правую руку к себе, — Пам… — еще шаг, уже левую к себе, — пам… — и продолжает нужные движения. — Да. — Поехали.

Know that you, you dug your own grave, now lie in it.

You're so cruel, but revenge is a dish best served cold!

      Аня делает шаг вперед и прижимает правую руку к себе. Со следующим шагом правую от себя отставляет, прижимает левую. Выпрямив правую руку, она резко останавливается. После Аня резко поворачивается, подняв и опустив руки. Пару шагов назад, пара поворотов, проезд на колене, прогиб в спине, после она встает и начинает набирать скорость. — Куда помчала? — смеется Татьяна Евгеньевна. — Встала, да, чуть разгоняешься, заходишь в твизл, садишься в кораблик, перекидной, перетяжка, чоктау, — перечисляя элементы, Татьяна Евгеньевна выполняет их. — кросс-бильман, я уж его повторять не буду, переходишь на шаг вперед, расставив руки, вот так, потом переступаешь, крюк, выкрюк, твизл, наступаешь второй ногой, останавливаешься, снова реверанс. Давай.       Дмитрий Сергеевич вновь включает музыку.

Executioner style, and there won't be no trial!

Don't you know that you're better off dead!

      Разогнавшись, Аня заходит в твизл, ненадолго спускается в кораблик, прыгает вальсовый, выполняет перетяжку, чоктау, поднимает ногу для кросс-бильмана, переходит на шаг вперед, переступает на другую ногу, выполняет оставшиеся части дорожки и останавливается

All I see is red, red, oh red

Now all I see is…

      Пока идет проигрыш, она делает реверанс. — Не останавливаемся, Ань, давай, разгоняйся, а потом лутц-флип. — Да.

Run…

      Внешнее ребро, оттолкнулась. Лутц в три оборота.

Hide…

      Флип в три оборота

Oh, you're so done…

      Падающий лист. Перейдя на внешнее ребро, она подпрыгивает, расставив руки, а затем, по указу Татьяны Евгеньевны, разгоняется.

Better sleep with one eye open tonight!

I see red, red, oh red, oh

      Аня выполняет перетяжку, замедляется поворотом, вскоре переходит в заклон качающейся либелой.

Don't you know that you're better off dead

All I see is red, red, oh red

Now all I see is red, red…

      Восемь оборотов заклона вбок, шесть — заклон назад и около трех — бильман. Подпрыгнув на завершении, она опускается на правое колено и вытягивает левую ногу. Аня поднимает руки, выгибая спину. — Хорошо. Теперь еще раз. Сегодня откатать короткую должна раз десять. Чтобы уложилось. — Хорошо.

***

      В один из дней тренировок, на которой девочки должны практиковать прыжки, пока Аделине объясняют, что она должна делать в программе, Полина, подсев к Ане, говорит: — Будете с Соней моими подружками невесты? — А? — Вы с Соней. Подружками невесты на моей свадьбе? — А. Если хочешь, я буду. Соня, думаю, тоже согласится, но уточни. — Она уже дала согласие, — улыбается она. — Да? — Ага. Думаю, вас достаточно будет. — Какой дресс-код будет? — Светлые тона. Будет более уместно, если приглашенные фигуристы будут в костюмах для выступлений. — Хорошо. Учту. — Планирую участвовать в шоу…знаешь, там такая штука, несколько невест ездят по свадьбам друг друга, оценивают их, там, оформление, платья, банкет, все такое…подала заявку, Леша только за. Выигрыш — оплата медового месяца. — Ага, через год, — смеется Аня. — Даже если. — Татьяна Евгеньевна вас точно не отпустит в самом начале сезона, — говорит Аня. — Не отпущу, конечно. Аделина, еще раз! — Что и сказала. — Ничего. Подождут со своим месяцем. А Арина Вячеславовна согласилась нам сделать костюмы. Одно мое свадебное, для танца, и костюм Леши. Танец планируем взять из короткой. На проекторе будет наш прокат в этих костюмах, а перед будем выступать мы. С адаптацией для пола. — Думаю, все будет здорово. — Значит, будете на свадьбе подружками? — Да.       Аделина докатывает программу с несколькими ошибками. — Аделина, еще раз! Попробуем с музыкой, а то очень туго идет… Дмитрий Сергеевич, включайте! Аделина, ну что ты делаешь? Левую руку к лицу, правая прямая под левым локтем! Господи, я с тобой с ума тут сойду! Встань уже нормально!       Она наконец принимает нужное положение. Начинается музыка. Аделина делает оборот циркулем, набирает скорость и заходит в двойной аксель перед началом припева

Once upon a time

You decided to love another…

      Остановившись, она расставляет руки, делает оборот, разгоняется, выполняет скобку, выкрюк, чуть покачнувшись, а затем выполняет петлю, переходит на правую ногу.

Evil pain has draied my power.

      Выполнив чуть неряшливый крюк, она переходит к хорошему чоктау с левой ноги на правую, выполняет выкрюк, обратный чоктау, переступает на правую ногу и выполняет петлю.

Now I'm wicked queen.

      Она переходит к твизлам на левой ноге. Скобка на правой ноге выходит с помарками, а в крюке она и вовсе спотыкается. — Аделина!       Несмотря на ошибку, она практически на месте выводит крюк-выкрюк на правой ноге, переходит к твизлам. И резко тормозит

I'm standing and my mirror

Is laughing…

      Она крутит бедрами перед Полиной и Аней, сидящими чуть выше центра бортиков, вызывая у тех смех. — У нее это выглядит отвратительно, — говорит Полина, — Рите в «Болеро» оно идет больше. Она маленькая еще для таких выкрутасов. — Ты что, ей уже пятнадцать лет! — смеется Аня.

Boom-boom — look into my mirror!

Boom-boom — my lover, you'll see the truth

      Разогнавшись, Аделина выполняет тройной риттбергер. Выполнив петлю, она заходит в кораблик.

Your eyes — my one and only proof!

      Аделина заходит в комбинацию вращений. — Господи, мы не с ней в штабе… — протягивает Аня, слыша музыку, — нет, песня-то ладно, но на лед не ложится никак…так еще и… с ней!       Крюк-выкрюк, Аделина заходит в либелу, делает в ней около десяти оборотов, не следя за центровкой, меняет ногу, опускается в складку на шесть оборотов и поднимается в флажок.

Poisoned apples, wicked gardens, hungry snakes,

But I'm not scared

      Она резко останавливается. Переходя в разгон, она периодически меняет направление и пытается играть руками.

Evil queen, evil queen.

I'm your dream. I'm your dream.

      Она переходит на левую ногу и тройкой заходит в тройной флип. Приземлившись с небольшим недокрутом, она вкручивается в тройной тулуп, снова с недокрутом.

Once upon a time

I came back and ruined your castle.

      Она останавливается. Подняв руки, Аделина с хитрым взглядом разводит их в сторону.

You were easy to just dazzle

      Разогнавшись после еще одной остановки, Аделина чиняном заходит в складку, после четырех оборотов переходит в ломаный волчок. Выполнив в нем девять оборотов, переходит блинчик, в котором задерживается на четыре оборота. Встав, она подпрыгивает, делает несколько шагов, делает оборот и вновь идет к разгону.

Boom-boom — I'm the fairest of them all

I'm the one an angel undercover

Look, look, dear, at the mirror on the wall.

      Разогнавшись, она выполняет заклон назад, поднимает ногу до бильмана, затем опускает корпус для качающейся либелы, оборотом выходит из вращения.

'Cause I'm the queen and, babe-boy, you're just a snake

Babe-boy, you're just a snake

      Она быстро делает оборот и протягивает руку, глядя вперед несколько высокомерно. — Я надеюсь, по мере работы над программой, она будет у тебя лучше. Сама ж хотела эту музыку! — Я думала, это Татьяна Евгеньевна ее наказать решила… — говорит Полина. — Так. Аделина, Полина и Аня. Идем все на лед, будем триксель тренировать. Начните пока с двойного акселя, за это время Дмитрий Сергеевич позовет Василия Евгеньевича, он вас на удочке поднимать будет.       Полина разгоняется и заходит в красивый двойной аксель. — И чего ей не нравится? нет, я бы и сама была не против вернуть триксель, только…ладно, погнали.       Полина вновь набирает скорость и выполняет тройной сальхов, а после него переступает на левую ногу для двойного акселя. — Ань! Давай вместе? — Давай.       Вемсте разогнавшись, обе заходят в аксель. Полина опускается на лед чуть раньше, а Аня разгруппировалась раньше Полины. Аделина же заходит на четверной тулуп, но из-за недокрута падает. Прямо перед Аней, которая едва успевает затормозить. Развернувшись, Аня заходит в тройной аксель, но перекручивает и оступается. — Ну хотя бы степ-аут, а не падение.       Полина тоже пробует своими силами зайти в тройной аксель. До перехода в пары у нее из ультра-си был только он. Из-за того, что у нее не получалось вообще даже с недокрутом в половину оборота ни один четверной приземлить, она решила сделать упор на тройной аксель. Но встреча с Алексеем на одной из тренировок сподвигла ее перейти в пары. А из-за упора на парные элементы пришлось восстанавливать даже обычные тройные. До акселя еще не доходило дело.       После широкой дуги Полина резко прыгает аксель и, задерживаясь в группировке, докручивает третий оборот, но на этом все — еще четверть оборота она докручивает, но уходит в степ-аут. — Я вижу, вы решили аксель прыгать и без удочки? — ругает их отходившая Татьяна Евгеньевна. — Нет. — Ладно, Полин, давай, на удочку. Остальные — двойной аксель!       Полину цепляют к лонже. Она заходит на аксель, а Василий Евгеньевич поднимает ее чуть выше. Спустя попыток десять Полине уже проще докручивать и самостоятельно. Но высоты ей все равно не хватает. А через двадцать минут к удочке цепляют уже Аделину. — Ань. — говорит Татьяна Евгеньевна. — Можешь заходить на тройной аксель, но только…подальше от Аделины. — Конечно. — У тебя ж не в крутке проблема…и не в высоте… Я смотрю.       Василий Евгеньевич следит за Аделиной, а Аня под присмотром Татьяны Евгеньевны раз за разом заходит на тройной аксель. И раз за разом не выходит выехать. То падение, то степ-аут, то приземление в тройку. — Аню на удочку будем? — спрашивает Василий Евгеньевич. — Даже не знаю…вроде не особо надо… — Четверной попробовать? — Нет. Не надо. — Ладно. Убираю? — Да. Аделина! Попробуй сама триксель прыгнуть. — Сейчас прыгну!       Аделина заходит дугой на аксель. Она переходит на глубокое внешнее ребро и отталкивается. Но она падает. — Работы еще много. Недокрут почти три четверти оборота. — Я еще раз!       Аделина вновь заходит на аксель, но падает на заходе, соскользнув с ребра. Злобно вздохнув, она встает и пробует вновь, но выходит только двойной. — Приземлила! — Двойной. — Да блин.       Она вновь заходит на аксель, но падает, приземлившись на третьем обороте. — Ты не прыгнешь аксель в первый день работы. — Аня вообще его не умеет прыгать! — В отличие от тебя, у меня он был. — Вот именно! Был! — Зато у тебя только тулуп из четверных! А у меня только акселя четверного нет. — Да у тебя и тройного нет! — У тебя тоже! — Девочки, стоп! — говорит Татьяна Евгеньевна. — Аня. Иди на тройной аксель. Аделина. Свободна. — Пусть у тебя ничего не получится! — кричит Аделина Ане. — Напугала! — смеется Аня. — Так, все. Аделина, иди.       Аделина показывает язык Ане и уходит. — Откатаешь раза три короткую, и отпущу.       Она кивает. Дмитрий Сергеевич находит музыку Ани и, сев на бортик, включает ее.       После трех прокатов Аня смотрит на Татьяну Евгеньевну. Во время последнего проката она попробовала тройной аксель, но он не получился, а во время каскада вместо тройного флипа… Аня зашла на двойной тулуп, вызвав негодование тренера. — Ты чего вообще? — спрашивает она после проката Ани. — Устала, наверное, — пожимает плечами Анна. — Сегодня на практике школьной была? — Да. Сегодня весь день дождь, всех направили перетаскивать парты в спортивный зал из кабинета, в котором планируется ремонт. Таскала с девочкой из девятого класса. — Понятно…иди домой, до завтра. — До свидания!

***

      Вечер субботы Анна проводит на катке. Несмотря на то, что Татьяна Евгеньевна отпустила ее раньше, Аня решила еще несколько раз откатать короткую. Поправив наушники и отмотав песню в конец, она отъезжает в центр, стараясь успеть до начала музыки дойти и встать. Когда музыка в наушнике начинает играть заново, она уже стоит по центру, опустив голову и сжав кулаки. Она выпрямляется, поднимает руки и делает несколько оборотов. Опустив руки, наклоняется, снова выпрямляется и расставляет руки в стороны. Правую руку она затем направляет к левой, затем меняет положение, вытягивая правую руку вперед, и наблюдает за движением руки. Поворот. Левую ногу поднимает, чуть сгибая в колене, левая рука направляет вверх, а правая вытянута перед собой. Подсечка, чоктау, перетяжка.

Did you really think

I'd just forgive and forget, no…

      Анна переходит на другую ногу и снова сгибается. Затем она выпрямляется, поднимая руки высоко над головой. Запрокинув голову назад, девушка опускает руки, согнув их в локтях. Сделав несколько оборотов тройкой, она выполняет кораблик, перекидной, а затем разгоняется.

After catching you with her

Your blood should run cold, so cold…

      После дуги для захода в аксель Аня быстро переступает на левую ногу и отталкивается для тройного акселя. Но вновь падение, от которого даже один из наушников выпал. Подобрав его, она одновременно надевает его, отряхнув от снега, и встает.

You're a fool if you thought that I'd just let this go

      Аня набирает скорость и выполняет тройной риттбергер, вытягиваясь в ласточку на выезде. Она наклоняется к льду, выпрямляет руки и смотрит вперед. Затем делает перетяжку, чуть кланяется и разгоняется. После этого она заходит в либелу.

A gun to your head, head, to your head

      Выполнив несколько оборотов либелы вперед, она красиво переходит в колечко. Меняя ребро на изменении позиции, девушка переходит в полубильман.       Аня завершает вращение несколькими оборотами, делает несколько шагов и выполняет качающуюся либелу. Затем, выполнив шагающую либелу, она заходит в комбинацию вращений.

Did you really just say

She didn't mean anything, oh…

      Либела, карандаш, смена ноги, складка, ломаный волчок плавно переходят в ламбьель. Разгруппировавшись, Аня совершает пару оборотов. На выходе из вращения она делает мах ногой и продолжает движение на той же ноге. Только выехав из вращения, она переступает на правую, выполняя еще один оборот.

Know that you, you dug your own grave, now lie in it.

You're so cruel, but revenge is a dish best served cold!

      Аня делает шаг вперед, прижимая правую руку к телу. Затем отводит правую руку в сторону, прижимая левую. Выпрямив правую руку, она резко останавливается. После этого она быстро поворачивается, поднимая и опуская руки. Несколько шагов назад, пара поворотов, проезд на колене, прогиб в спине. Затем она встает и начинает ускоряться подсечками.

Executioner style, and there won't be no trial!

Don't you know that you're better off dead!

      Аня разгоняется, входит в твизл. Ненадолго спускается в кораблик. Выполняет вальсовый прыжок, перетяжку и чоктау. Поднимает ногу для кросс-бильмана, опукая уже, делая практически полный круг ногой, переходит на шаг вперед, переступает на другую ногу. Завершает оставшиеся элементы дорожки и останавливается.

All I see is red, red, oh red

Now all I see is…

      Пока идет недолгий проигрыш, она делает реверанс и переходит к разгону.

Run…

      Внешнее ребро, оттолкнулась для лутц в три оборота.

Hide…

      Тройной флип получается так же легко.

Oh, you're so done…

      Падающий лист для завершения и сложного выхода.Она переходит на внешнее ребро, затем подпррыгивает, расставив руки, после чего набирает скорость для завершения программы.

Better sleep with one eye open tonight!

I see red, red, oh red, oh

      Аня выполняет перетяжку, замедляется поворотом, вскоре переходит в заклон качающейся либелой.

Don't you know that you're better off dead

All I see is red, red, oh red

Now all I see is red, red…

      Заклон вбок, заклон назад и около трех оборотов бильмана. Подпрыгнув на завершении, она опускается на правое колено и вытягивает левую ногу. Аня поднимает руки, выгибая спину.       Встав, она делает оборот, а затем поднимает глаза на выход со льда, снимая наушник. У бортиков стоят Татьяна Евгеньевна и Дмитрий Сергеевич. За ними и Василий Евгеньевич. — Идём сюда.       Не понимая, что намечается, Аня подъезжает к столу за бортиком, убирает наушники в футляр, берёт свои вещи и подъезжает к тренерам. — Ты чего напугалась так? — смеётся Татьяна Евгеньевна, обнимая. — Да Вы меня отпустили, а я… — Дополнительная практика никогда не лишняя. Если нет на то противопоказаний. Мы не про то вообще       Она помогает выйти Ане со льда. Подав ей лежащие неподалёку чехлы для коньков. — Спасибо. Я… — Да не торопись. Основная часть, конечно, будет завтра… Но хотели все-таки начать сегодня. — Татьяна Евгеньевна, пожалуйста. Ане ещё домой ехать. — Я переживать начинаю, — говорит Аня — Вообще не надо. Мы хотели поздравить тебя с днём рождения. Не каждый день семнадцать исполняется. И пусть всё желаемое исполняется. Знаю, что у тебя на сезон два главных желания. Не будем говорить, чтобы сбылось. И пусть главной проблемой будет развязанный шнурок, замеченный за минут двадцать до выхода на лёд. С днём рождения, Ань. — тренер обнимает ее — Подписываюсь под каждым словом, — говорит Василий Евгеньевич, присоединяясь к объятиям. — Ань. Не перестану восхищаться тобой. Ты невероятная. И как спортсменка, и как человек. Не забывай это. — говорит Дмитрий Сергеевич — Ты можешь больше, чем подозреваешь. И пусть оно не просто оценится. Пусть ты и сама будешь довольна результатом. Вижу, как ты убиваешься по каждой неудаче… Так пусть неудач будет меньше. Но каждая неудача нас учит. А ты девочка у нас умная. — С днём рождения, — завершает хореограф. — Спасибо, — скромно улыбаясь, отвечает Аня.       Уже после выхода из ледового дворца Аня принимает звонок Сони. — Алло? — Привет, Ань. Ну что, с семнадцатилетием! — Спасибо, — улыбается она. — Прости, что не рядом. И что так поздно — Что ты! Я всегда тебе рада. Хоть в полночь звони. — Ну у нас утро… — Шесть вечера. Только вышла с тренировки. К остановке иду. — Так, я не за тем звоню. Поздравляю тебя с днём рождения! Пусть тебя обходят стороной болезни и несчастья, особенно травмы. И пусть всё желаемое станет явью. — Спасибо. — Ты подожди, я не закончила. Пусть каждый день тебе приносит только хорошее и замечательное. Знаешь, таких людей как ты вообще поискать надо. И не найдут же! — Спасибо. — Ты домой? — Ну если после тренировки. — Тёте Насте привет. И поздравления. — Передам. Подожди, походу, автобус подходит. Позвоню позже. Мама собиралась сегодня праздновать… — Ой… Терпения с Сеней! — Спасибо       В пятницу её поздравила Наталья Ивановна. И с окончанием практики, и с днём рождения. Но и за всю практику она так и не поговорила с Майей. Сколько Аня ни ходила к ней, каждый раз её она разворачивала. Несколько раз и дверь была закрыта. Но каждый из десяти дней практики Аня упорно шла к Майе. Пусть и зря. В чате она Анну заблокировала, разблокируя лишь для своих сообщений. И сейчас, зайдя в чат с Майей, Аня видит лишь «Отправка сообщений ограничена» вместо строки ввода сообщений.       Приехав домой, Аня едва удерживается на ногах — тут же её пытается сбить Сеня. — Аня! — Сеня, отстань от Ани! — говорит мама Ани. — Я соскучился! — Ну дай ей хоть переодеться после тренировки! — Ладно       Аня запирается в комнате. Надев ближайшее платье в шкафу, она слышит звонок. — Алло? — Аня! С днём рождения! Как жаль, что ты там совсем одна! — Спасибо. Ничего страшного, Рит, я всё понимаю — Как дела? Как вообще всё, Аделина не обижает? — Всё хорошо. Короткую ставили. Накатываю. — Хорошо… Желаю тебе, чтобы все испытания, посылаемые тебе Аллахом, были пройдены тобой с той же грацией и красотой, с которой ты катаешь свои программы. — Спасибо. — Ань, ты всё? — Сеня распахивает дверь и смотрит на Аню. — Не мешай ей! — ругает его Женя. — Я мешаю? Прости! — Нет, Рит, ты не мешаешь. Всё хорошо. — Ой… Ладно, через неделю я выйду, поздравлю тебя как надо. — Поняла. — Счастья тебе! — Спасибо — До встречи! — До встречи.       Аня выходит из комнаты, поправляя серёжку. — Ну что, Сергеевна, теперь семнадцать? — спрашивает Николай — Да. — Ещё год — и совершеннолетие. — Ещё чуть меньше двух — и Олимпиада. — Будем смотреть! — Давайте садиться, — говорит Анастасия. — С днём рождения, Ань. — Спасибо. — Утром сегодня убежала сразу! Даже не увиделись. — Тренировки… — С днём рождения, — говорят дедушка и бабушка Ане — Спасибо. — Ой, блестящая! — Сеня, нет! — кричит Аня, убегая в комнату. Взяв на руки пятилетнего мальчика, она выносит его из комнаты, а отпустив, запирает комнату на замок. — Я только посмотреть хотел! — Аня тебе много раз говорит, что нельзя, — говорит Николай, — ты же и потрогать медали хочешь! — А можно мультики найти? — Какой хочешь? — спрашивает Сергей. — Про монстрика, который… — Нет! — говорят Николай и Аня. — Почему? — Я тебе говорил, что этот мультик плохой!       Вечер проходит шумно и несколько нервно. Сеня постоянно клеится к Ане, а потом пристаёт. На просьбы прекратить не реагирует. Поэтому когда дело переходит к чаепитию, Аня тихо выдыхает с облегчением. — С днём рождения, Аня! — говорят родные Ани, пока она задувает свечи.       Уже после того, как закрылась дверь после окончания празднования, Аня перезванивает Соне. — Я, конечно, их всех люблю, — говорит она, — но устраивать день рождения после тренировки — то ещё испытание. — Через месяц то же самое будет… — говорит Соня — Официально начались полностью каникулы в школе. Вроде, как Рита выйдет, ей поставят короткую, а мне — произвольную начнём. — Мы же вроде до твоего отпуска пересекаемся? — Да — Тогда нормально поздравлю, когда встретимся на льду. — На льду? — Ты меня поняла — Да. — Ладно, ты устала. Утром напиши. — Хорошо.       По окончании звонка она вновь смотрит в чат с Майей. Ничего…       Но то ли из-за насыщенного дня, то ли из-за того, что Аня устала натыкаться на стену неверия и холода, построенной Майей, она никак не реагирует на молчание Майи. Лишь выключает экран телефона и идёт готовиться ко сну.